И

VOGUE UA - - NEWS -

«людь­ми из мет­ро» (сей­час, ка­жет­ся, уже все ез­дят в мет­ро, так что при­ем боль­ше не ра­бо­та­ет). Ан­гло­языч­ные по­ли­ти­ки-по­пу­ли­сты на­зы­ва­ют их ordinary (обыч­ны­ми) или же, как Dolce & Gabbana, – real (на­сто­я­щи­ми).

Этот «обыч­ный» или «на­сто­я­щий» че­ло­век – глав­ный ге­рой со­вре­мен­ной мо­ды. Он фе­ти­ши­зи­ру­ет­ся и оку­ты­ва­ет­ся об­ла­ком ро­ман­ти­ки, по­то­му что лю­бо­му «мод­но­му» че­ло­ве­ку оче­вид­но: это – Дру­гой. Как за­ме­тил ин­тел­лек­ту­аль­ный жур­нал Vestoj, по­сыл той ре­клам­ной кам­па­нии Dolce & Gabbana – «Это они – ре­аль­ные лю­ди; мы же с ва­ми – нере­аль­ные», то есть над ре­аль­но­стью. «Обыч­ный че­ло­век» для мо­ды – то, что в ан­тро­по­ло­гии на­зы­ва­ет­ся «эк­зо­ти­че­ский Дру­гой»: ко­гда-то ан­тро­по­ло­ги так обо­зна­ча­ли от­но­ше­ние, по­стро­ен­ное на вос­хи­ще­нии с ед­ва за­мет­ной при­ме­сью от­вра­ще­ния (и чувства соб­ствен­но­го пре­вос­ход­ства), ко­то­рое у за­пад­но­го че­ло­ве­ка вы­зы­ва­ли «ди­ка­ри», то есть пред­ста­ви­те­ли неза­пад­ных ци­ви­ли­за­ций. Се­год­ня в си­лу гло­ба­ли­за­ции «неза­пад­ные» лю­ди за ред­ким ис­клю­че­ни­ем ас­си­ми­ли­ро­ва­ны, встре­ча­ют­ся на ули­цах глав­ных ев­ро­пей­ских и аме­ри­кан­ских ме­га­по­ли­сов и уже не вы­зы­ва­ют та­ко­го бур­но­го ин­те­ре­са; по­след­ний ба­сти­он, по­след­няя за­гад­ка для «ци­ви­ли­зо­ван­но­го че­ло­ве­че­ства» (к ко­то­ро­му, на­при­мер, от­но­сят­ся чи­та­те­ли Vogue) – те са­мые «про­стые лю­ди».

тут я не мо­гу не вер­нуть­ся к аме­ри­кан­ским вы­бо­рам. По­сле них, как и по­сле бри­тан­ско­го ре­фе­рен­ду­ма по по­во­ду вы­хо­да из Ев­ро­со­ю­за, вни­ма­ние прес­сы бук­валь­но при­ко­ва­но к «про­сто­му» – вуль­гар­но­му в из­на­чаль­ном смыс­ле это­го сло­ва – че­ло­ве­ку. Ни­кто из чи­та­те­лей этой са­мой прес­сы и мо­е­го окру­же­ния (в ос­нов­ном ме­дий­но­го или мод­но­го и сто­про­цент­но го­род­ско­го) ни од­но­го та­ко­го че­ло­ве­ка в гла­за не ви­дел – или ви­дел, но до сих пор не за­ме­чал, не слы­шал, не ин­те­ре­со­вал­ся. А их, про­стых лю­дей, как вдруг вы­яс­ни­лось, так мно­го, что они ока­за­лись спо­соб­ны сде­лать нево­об­ра­зи­мое: за­ста­вить Ве­ли­ко­бри­та­нию по­ки­нуть Ев­ро­со­юз и вве­рить управ­ле­ние Аме­ри­кой До­наль­ду Трам­пу.

И ча­ще все­го ав­то­ры тек­стов о том, что по­ра уже об­ра­тить вни­ма­ние на «про­сто­го че­ло­ве­ка», опре­де­ля­ют ме­сто жи­тель­ства это­го са­мо­го че­ло­ве­ка од­но­знач­но: это не го­род, по край­ней ме­ре не ме­га­по­лис. Имен­но де­ре­вен­ское на­се­ле­ние в Бри­та­нии про­го­ло­со­ва­ло за вы­ход из Ев­ро­со­ю­за, а в Шта­тах – за Трам­па; имен­но де­ре­вен­ским на­се­ле­ни­ем по­сле этих двух со­бы­тий спеш­но за­ин­те­ре­со­ва­лись со­цио­ло­ги, по­ли­то­ло­ги и жур­на­ли­сты. По­сколь­ку мо­да обыч­но от­ра­жа­ет и пред­ска­зы­ва­ет ин­те­ре­сы всех сфер культуры, в бли­жай­шие се­зо­ны я ожи­даю за­си­лья де­ре­вен­ских мо­ти­вов. Они уже про­скаль­зы­ва­ют в ве­сенне-лет­них кол­лек­ци­ях – и ес­ли от Anna Sui вполне мож­но ожи­дать узо­ров с ку­роч­ка­ми, то мак­ра­ме в кол­лек­ции Alexander Mcqueen вы­гля­дят бо­лее уди­ви­тель­но, а пла­тья гру­бой руч­ной вяз­ки и сви­те­ра-оде­я­ла у Acne Studios и по­дав­но. «Это неожи­дан­ный уход от urban-фор­му­лы, ко­то­рой обыч­но сле­ду­ет мар­ка», – ком­мен­ти­ру­ет сайт аме­ри­кан­ско­го Vogue. Но ес­ли при­дер­жи­вать­ся точ­ки зре­ния, что ин­те­рес к де­ревне в мо­де свя­зан с ин­те­ре­сом к «про­сто­му че­ло­ве­ку» как к «эк­зо­ти­че­ско­му Дру­го­му», то не так уж это немыс­ли­мо: де­ре­вен­ские мо­ти­вы – про­сто про­дол­же­ние норм­ко­ра, фут­бо­лок DHL, тре­ни­ков и хе­ш­те­га #realpeople. Мне, кста­ти, ка­жет­ся, что узо­ры с ку­роч­ка­ми на­дол­го не за­дер­жат­ся, а вот крок­сы и тре­ни­ки ни­ку­да не де­нут­ся – имен­но по­то­му, что ре­аль­ный «про­стой че­ло­век», ко­то­рый сей­час за­ни­ма­ет столь­ко ме­ста в мод­ном и об­ще­ствен­ном под­со­зна­тель­ном, уже не оде­ва­ет­ся в мак­ра­ме и «ку­ро­чек», а оде­ва­ет­ся как раз та­ки в тре­ни­ки.

Так что же, «про­стые» лю­ди ин­те­ре­су­ют нас толь­ко по­то­му, что мы их бо­им­ся (вон че­го на­тво­ри­ли) и хо­тим луч­ше изу­чить? Не толь­ко: как и в слу­ча­ях с осталь­ны­ми «эк­зо­ти­че­ски­ми Дру­ги­ми», мы им немно­го за­ви­ду­ем. «Мы все­гда втайне за­да­ем­ся во­про­сом, не по­лу­ча­ют ли те, ко­го мы счи­та­ем вуль­гар­ны­ми, боль­ше удо­воль­ствия от жиз­ни, чем мы, сно­бы», – пи­шет Адам Фил­липс в ком­мен­та­рии к экс­по­зи­ции од­но­го из за­лов вы­став­ки Vulgar. При­че­сан­ность и хо­ро­ший вкус в ду­хе Céline – про­ти­во­по­лож­ность на­род­ным гу­ля­ньям (см. съем­ку на стр. 96–121); эле­гант­ность и про­ду­ман­ность – ан­то­ни­мы без­удерж­но­го ве­се­лья, несе­рьез­но­сти и кар­на­ва­ла. Ве­ро­ят­но, этот са­мый кар­на­вал – как раз то, че­го нам (ци­ви­ли­зо­ван­ной, ли­бе­раль­ной, мод­ной го­род­ской об­ще­ствен­но­сти – в боль­шин­стве стран эти мно­же­ства пе­ре­се­ка­ют­ся про­цен­тов хо­тя бы на 80) не хва­та­ет, и по­то­му есть за­прос на вуль­гар­ность – в обо­их смыс­лах это­го сло­ва. Мы всту­па­ем в ее эпо­ху, как вер­но за­ме­ти­ла моя по­дру­га, – посмот­рим, как с ней спра­вят­ся и мо­да, и по­ли­ти­ка.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.