Встав на пре­ступ­ный путь, неко­то­рые за­хо­дят очень да­ле­ко.

БЕДНОСТЬ, СО­ЦИ­АЛЬ­НАЯ НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ, ПРЕСТУПНОСТЬ… У КО­ГО ИС­КАТЬ ЗА­ЩИ­ТЫ МАЛЕНЬКОМУ ЧЕ­ЛО­ВЕ­КУ В МАЛЕНЬКОМ ГО­РО­ДЕ? В ИТА­ЛЬЯН­СКОМ РЕ­ГИ­ОНЕ КАМ­ПА­НИЯ ОТ­ВЕТ МНО­ГИМ ИЗ­ВЕ­СТЕН: У МА­ФИИ. РА­БО­ТАТЬ НА НЕЕ СТРАШ­НО, НО ВЫ­ГОД­НО. БЫВ­ШИЙ ПА­РИК­МА­ХЕР МАФИОЗНОГО БОС­СА РАССКА

Vokrug Sveta - - ПРЕДИСЛОВИЕ - Текст ЕКА­ТЕ­РИ­НА СЕХИНА

По­след­ний раз я ви­дел си­ньо­ра Скья­воне в 2015 го­ду, ко­гда при­ез­жал на­ве­стить его в боль­ни­це. Пе­ред па­ла­той бос­са сто­я­ли хму­рые охран­ни­ки. 71-лет­ний ста­рик вы­гля­дел вполне бод­рым, хо­тя толь­ко что пе­ре­нес опе­ра­цию на по­зво­ноч­ни­ке. Ни­кто и не мог пред­по­ло­жить, что че­рез па­ру дней он умрет от сер­деч­но­го при­сту­па и во­круг нач­нут шеп­тать­ся, что это убий­ство, ко­то­рое со­вер­ши­ли кон­ку­рен­ты. Босс сра­зу узнал ме­ня и спро­сил, как се­мья. Для ита­льян­цев се­мья — это свя­тое. Воз­мож­но, имен­но по­это­му ма­фи­оз­ные кла­ны то­же на­зы­ва­ют се­мья­ми…

С ЛЕГКОЙ РУ­КИ

Я по­ляк, ро­дил­ся под Кра­ко­вом, но мне все­гда хо­те­лось жить в Ита­лии. В 1997-м, ко­гда мне бы­ло 23 го­да, я вы­учил язык, взял с со­бой мо­ло­дую же­ну и пе­ре­ехал в Кам­па­нию, в го­ро­док Ка­заль-ди-Прин­чи­пе. Устро­ил­ся на ра­бо­ту в мест­ную па­рик­ма­хер­скую, и вско­ре у ме­ня по­яви­лись свои кли­ен­ты. Од­на­жды в мое крес­ло сел муж­чи­на, бес­це­ре­мон­но про­шед­ший ми­мо чет­ве­рых, ждав­ших в оче­ре­ди. Се­дой, но не ста­рый, в бе­лой ру­баш­ке и про­стых джин­сах. Сел и мах­нул ру­кой — мол, при­сту­пай. Я не рас­те­рял­ся и ка­те­го­рич­но вы­ста­вил его в ко­ри­дор, ука­зы­вая на оче­редь. Но оче­редь за­мер­ла, ни­кто не спе­шил за­нять крес­ло по­сле незна­ком­ца. А че­рез се­кун­ду в са­лон вле­тел на­чаль­ник.

Ока­за­лось, что «наг­ле­цом» я объ­явил Кар­мине Скья­воне, ру­ко­во­ди­те­ля кла­на «Ка­за­ле­зи», од­но­го из са­мых вли­я­тель­ных в ка­мор­ре. Клан управ­лял биз­не­сом не толь­ко в Кам­па­нии, но и в Ла­цио, Апу­лии, Эми­лия-Ро­ма­нье. У ме­ня под­ко­си­лись но­ги. Я при­нес из­ви­не­ния си­ньо­ру Скья­воне и пред­ло­жил об­слу­жить его за свой счет. Но тот ска­зал: Tutto a posto… То есть «все в по­ряд­ке». Так мы и по­зна­ко­ми­лись.

А по­том он при­шел еще па­ру раз, по­сле че­го пред­ло­жил мне стать его лич­ным парикмахером. «Мне нра­вит­ся лег­кость, с ко­то­рой ты стри­жешь го­ло­ву, каж­дый во­ло­сок ко­то­рой сто­ит чьей-то жиз­ни» — так он ска­зал. Скья­воне тре­бо­ва­лось, что­бы ма­стер был про­фес­си­о­на­лен, учтив, не за­да­вал лиш­них во­про­сов и «умел глох­нуть». Я умел. У гла­вы «Ка­за­ле­зи» бы­ла же­на, два сы­на, че­ты­ре лю­бов­ни­цы и несколь­ко до­ве­рен­ных по­мощ­ни­ков. Все они вре­мя от вре­ме­ни нуж­да­лись в па­рик­ма­хе­ре.

Став парикмахером бос­са, я вдруг за­ме­тил, что со мной здо­ро­ва­ют­ся вла­дель­цы за­бе­га­ло­вок, веж­ли­во ве­дут се­бя по­ли­цей­ские...

До зна­ком­ства с ка­мор­рой мо­ей зар­пла­ты ед­ва хва­та­ло на жизнь. В се­мье рос­ли уже двое де­тей, мы жи­ли на съем­ных квар­ти­рах, и я не мог взять кре­дит без ита­льян­ско­го граж­дан­ства: у нас был толь­ко вид на жи­тель­ство. Как-то ми­мо­хо­дом я по­де­лил­ся сво­ей про­бле­мой с си­ньо­ром Скья­воне. Он толь­ко кив­нул — и мне да­ли кре­дит для по­куп­ки пер­во­го до­ма, да­же справ­ки о до­хо­дах не по­тре­бо­ва­ли. И граж­дан­ство Ита­лии сде­ла­ли за три ме­ся­ца, а не че­рез два го­да по­сле по­да­чи до­ку­мен­тов, как это обыч­но про­ис­хо­дит. У ка­мор­ры вез­де бы­ли свои лю­ди, и во­про­сы, с ко­то­ры­ми ты не мог спра­вить­ся го­да­ми, ре­ша­лись за счи­та­ные дни. Босс на­зы­вал это «по­го­во­рить с се­мьей».

ДЕ­ЛА СЕМЕЙНЫЕ

Ес­ли ты жи­вешь в Ка­заль-ди-Прин­чи­пе, твой брат, кум или де­верь обя­за­тель­но свя­зан с ка­мор­рой. В го­род­ке с на­се­ле­ни­ем мень­ше 20 ты­сяч че­ло­век ин­фор­ма­ция о тех, кто ра­бо­та­ет под по­кро­вом «те­не­вой вла­сти», рас­про­стра­ня­ет­ся быст­ро. Став парикмахером бос­са «Ка­за­ле­зи», я вдруг за­ме­тил, что со мной здо- ро­ва­ют­ся вла­дель­цы за­бе­га­ло­вок, под­черк­ну­то веж­ли­во ве­дут се­бя по­ли­цей­ские. И я мог боль­ше не опа­сать­ся, что ме­ня огра­бят в пе­ре­ул­ке.

В Кам­па­нии вы­со­кая преступность. Здесь ум­ные лю­ди но­сят с со­бой два ко­шель­ка. Ко­гда к те­бе в раз­гар дня на люд­ной ули­це подъ­ез­жа­ют на мо­то­бай­ке, угро­жа­ют пи­сто­ле­том и тре­бу­ют от­дать день­ги, про­ще про­тя­нуть ко­ше­лек с мел­ки­ми ку­пю­ра­ми, что­бы не ли­шить­ся ко­лен­ной ча­шеч­ки. Но мест­ные бан­ди­ты ни­ко­гда не бу­дут свя­зы­вать­ся, на­при­мер, с ба­ри­ста, ко­то­рый ва­рит ко­фе для чле­нов ка­мор­ры.

Быть с ка­мор­рой спо­кой­нее. Раз­бор­ки меж­ду кла­на­ми не вли­я­ют на мел­кие зве­нья це­пи. До­маш­них слуг, вла­дель­цев лю­би­мых за­ве­де­ний, порт­ных и по­ва­ров лиш­ний раз не оштра­фу­ет пат­руль­ный, с них не по­тре­бу­ет взят­ку по­жар­ный ин­спек­тор. К то­му же для ка­мор­ры эти ма­лень­кие лю­ди не име­ют цен­но­сти: им не бу­дут угро­жать кон­ку­ри­ру­ю­щие кла­ны, их не по­хи­тят с це­лью вы­ку­па. Имен­но та­ким «осо­бым» тру­дя­гам мож­но спо­кой­но жить и за­ра­ба­ты­вать день­ги. Глав­ное — знать, кто есть кто в этой боль­шой кар­точ­ной ко­ло­де.

Клан «Ка­за­ле­зи» ор­га­ни­зо­ва­ли Кар­мине и Фран­че­ско Скья­воне, Ан­то­нио Бар­до­ли­но, Ма­рио Йо­вине и еще несколь­ко вли­я­тель­ных пер­сон. Все они при­хо­дят­ся друг дру­гу род­ствен­ни­ка­ми. Под каж­дым из ше­фов хо­дят че­ло­век 100–150 мест­ных бос­сов — capizona. Ни­же в иерар­хии уже 8–9 ты­сяч бан­ди­тов.

Гла­вы зна­ют близ­ких по­мощ­ни­ков сво­их «бра­тьев». Осталь­ных чле­нов шай­ки им знать необя­за­тель­но. Ес­ли кто-то из «ниж­них чи­нов» без пре­ду­пре­жде­ния ре­шит по­го­во­рить с гла­вой кла­на — его убьют. Ху­же, чем на­ру­ше­ние суб­ор­ди­на­ции, толь­ко пре­да­тель­ство.

НИ­ЧЕ­ГО ЛИЧНОГО

Сей­час ка­мор­ра уже не столь кро­во­жад­на, как рань­ше. К при­ме­ру, боль­ше нет вен­дет­ты. Ес­ли ко­го-то уби­ва­ют, то это про­сто биз­нес. Мой шеф го­во­рил, что в 70–80-е го­ды каж­дый день уби­ва­ли по пять-шесть че­ло­век. Он сам за свою жизнь за­стре­лил око­ло 70, а при­ка­зов на убий­ство от­дал боль­ше 500. Но те вре­ме­на про­шли. Се­го­дня к смер­ти мо­жет при­ве­сти толь­ко под­поль­ная ра­бо­та на дру­гой клан. Ес­ли ка­мор­ра кем-то недо­воль­на, для на­ча­ла с че­ло­ве­ком про­сто по­го­во­рят. Обыч­но это­го до­ста­точ­но.

Од­на­ко лич­ные про­бле­мы до сих пор при­ня­то ре­шать пе­ре­стрел­кой. Все де­ла­ет­ся «ци­ви­ли­зо­ван­но». Мест­ные жи­те­ли за­ра­нее зна­ют, где бу­дет про­хо­дить встре­ча ка­мор­ры: один род­ствен­ник пре­ду­пре­жда­ет дру­го­го. От слу­чай­ных ту­ри­стов ули­цу за несколь­ко квар­та­лов до на­зна­чен­но­го ме­ста пе­ре­кры­ва­ют ка­ра­би­не­ры: их на­ни­ма­ет са­ма мафия, что­бы не до­пу­стить слу­чай­ных жертв, с ко­то­ры­ми, как го­во­рил си­ньор Скья­воне, боль­ше все­го воз­ни.

Как толь­ко стрель­ба за­кан­чи­ва­ет­ся и участ­ни­ки раз­бор­ки уби­ра­ют за со­бой, оцеп­ле­ние сни­ма­ет­ся. Но пе­ре­стрел­ки слу­ча­ют­ся ред­ко. Не­угод­но­го мож­но за­ста­вить за­пла­тить за ошиб­ку день­га­ми, от­пра­вить в тюрь­му или на­тра­вить на него при­корм­лен­ные служ­бы, от на­ло­го­вой до по­ли­ции.

На юге Ита­лии по­ли­ция де­лит­ся на де­тек­ти­вов и ка­ра­би­не­ров. Де­тек­ти­вы и прав­да пы­та­ют­ся при­щу­чить ма­фию. А ка­ра­би­не­ры на нее ра­бо­та­ют. Имен­но ка­ра­би­не­рам по­ру­ча­ют охра­нять со­дер­жа­щих­ся под след­стви­ем или при­го­во­рен­ных к до­маш­не­му аре­сту, но, ко­гда мой шеф от­бы­вал до­ма срок, они бе­га­ли ему за пиц­цей. А еще к бос­су пус­ка­ли глав дру­гих кла­нов и по­ли­ти­ков, при­е­хав­ших за со­ве­том. Я хо­дил к нему каж­дую неде­лю, и ме­ня да­же не обыс­ки­ва­ли.

Ше­фа аре­сто­вы­ва­ли два­жды: за неупла­ту на­ло­гов и за не­за­кон­ное хра­не­ние ору­жия. При­чи­ны сме­хо­твор­ные, здесь ору­жие есть в каж­дой се­мье. Ни од­но­го чле­на ка­мор­ры еще не са­жа­ли дей­стви­тель­но за де­ло. Аре­стом ка­ко­го-ли­бо ма­фи­о­зи по­ли­ти­ки лишь де­мон­стри­ру­ют, что недо­воль­ны дей­стви­я­ми се­мьи. Ко­гда во­прос ре­ша­ет­ся, кла­ну при­но­сят офи­ци­аль­ные из­ви­не­ния и сни­ма­ют об­ви­не­ния.

ТО СА­МОЕ ПРЕД­ЛО­ЖЕ­НИЕ…

Я ра­бо­тал на ка­мор­ру боль­ше 15 лет, но о де­лах ор­га­ни­за­ции знаю немно­го. Не спра­ши­вай и не бол­тай — вот глав­ный за­кон ма­лень­ко­го че­ло­ве­ка. Ес­ли ты его со­блю­да­ешь, то в до­ме, где жи­вут «боль­шие» лю­ди, к те­бе от­но­сят­ся как к чле­ну се­мьи: с то­бой все­гда веж­ли­вы, ин­те­ре­су­ют­ся тво­им здо­ро­вьем и здо­ро­вьем де­тей, не гру­бят, бла­го­да­рят за ра­бо­ту. Си­ньор Скья­воне од­на­жды вру­чил мне бу­тыл­ку ви­на за хо­ро­шую служ­бу: про­сто взял од­ну со сто­ла, на­кры­то­го к обе­ду с дру­зья­ми, и от­дал. Поз­же я уви­дел та­кое же ви­но в ма­га­зине за 7000 ев­ро.

Я да­же не за­ду­мы­вал­ся, на ка­ких лю­дей ра­бо­таю. Они все вы­гля­дят как обыч­ные ита­льян­цы: про­стые и очень неза­мет­ные, ре­ли­ги­оз­ные, как боль­шин­ство мест­ных, — по вы­ход­ным обя­за­тель­но по­се­ща­ют цер­ковь. Вот толь­ко за­ра­ба­ты­ва­ют они на тран­зи­те нар­ко­ти­ков из стран Ла­тин­ской Аме­ри­ки, Ни­ге­рии, Ал­ба­нии и Араб­ских Эми­ра­тов. А еще на тор­гов­ле про­сти­тут­ка­ми. Но ос­нов­ной до­ход им при­но­сят фи­нан­со­вые ма­хи­на­ции.

По­след­нюю круп­ную афе­ру, ко­то­рая ста­ла из­вест­на об­ще­ствен­но­сти, они про­вер­ну­ли с му­со­ром. Клан за­ра­ба­ты­вал на ути­ли­за­ции ток­сич­ных от­хо­дов с се­ве­ра стра­ны, где мно­го про­мыш­лен­ных пред­при­я­тий. Та­кой му­сор долж­ны про­ве­рять эко­ло­ги, тре­бу­ет­ся под­пи­сы­вать сот­ни бу­маг о его без­опас­но­сти… Но под­пи­си под­де­лы­ва­лись, экс­пер­ты по­ку­па­лись, а му­сор за­ры­вал­ся в зем­лю. По та­кой же схе­ме, как это ни ужас­но, ути­ли­зи­ро­ва­ли ядер­ные

от­хо­ды из Гер­ма­нии, Швей­ца­рии и Ав­стрии. Здесь, на юге Ита­лии, чле­ны ка­мор­ры про­сто вы­бра­сы­ва­ли их в ямы, по­ку­па­ли у пра­ви­тель­ства тен­де­ры на стро­и­тель­ство по льгот­ным усло­ви­ям, до­ста­ва­ли де­ше­вые ма­те­ри­а­лы и на ме­сте за­хо­ро­не­ний воз­во­ди­ли шко­лы, спор­тив­ные пло­щад­ки и боль­ни­цы.

Я знал о му­со­ре, но про ра­ди­а­цию про­чи­тал го­раз­до поз­же в га­зе­тах. Всю эту схе­му по­кры­ва­ло пра­ви­тель­ство. Ка­мор­ра не по­ку­па­ет про­даж­ных пред­ста­ви­те­лей вла­стей, те са­ми ищут с ней зна­ком­ства. По­да­ю­щие на­деж­ды мо­ло­дые по­ли­ти­ки на­хо­дят до­ве­рен­ных сек­ре­та­рей, свя­зы­ва­ют­ся че­рез них с бос­сом и про­сят о по­мо­щи: они хо­тят из­би­рать­ся, а для это­го нуж­ны день­ги, про­тек­ция и под­держ­ка. Я ви­дел этих по­ли­ти­ков на экране, ко­гда они го­во­рят о чест­ных вы­бо­рах или о борь­бе с ма­фи­ей, по­том ви­дел их в ма­ши­нах, за­ез­жа­ю­щих на пар­ков­ку вил­лы, ви­дел и в ка­би­не­те бос­са, ко­гда они сми­рен­но го­во­ри­ли о «суб­си­ди­ях». Ка­мор­ра да­ет им то, что они про­сят, а в от­вет чи­нов­ни­ки на ме­стах по­кры­ва­ют де­ла ма­фии.

На по­доб­ных до­го­во­рах де­ла­ют хо­ро­шую ка­рье­ру юри­сты. Уме­ние од­но­вре­мен­но ра­бо­тать и с ма­фи­ей, и с по­ли­ти­ка­ми хо­ро­шо опла­чи­ва­ет­ся. Я лич­но знал трех юри­стов, ко­то­рых до­ро­го пе­ре­ку­пи­ли в Лон­дон.

Ка­мор­ра не ску­пит­ся на луч­ших спе­ци­а­ли­стов, щед­ро ода­ри­вая тех, кто ей по­мо­га­ет. У ма­фии есть свой банк, ко­то­рый вре­мя от вре­ме­ни ме­ня­ет на­зва­ния. «Зна­ешь, сколь­ко в ме­сяц тра­тит на­ша ор­га­ни­за­ция? — спро­сил ме­ня как-то шеф, — око­ло двух мил­ли­о­нов ев­ро. На од­ни толь­ко пра­ви­тель­ствен­ные взят­ки ухо­дит 400 ты­сяч, по 10–12 ты­сяч вно­сят на сче­та кон­ку­рен­тов, что­бы те лоб­би­ро­ва­ли ин­те­ре­сы на­шей се­мьи на сво­ей тер­ри­то­рии. Мы мно­го вкла­ды­ва­ем в биз­нес: боль­ше рас­хо­дов — боль­ше при­бы­ли, ко­то­рую уже мож­но тра­тить на свою се­мью и сво­их жен­щин. О та­кой жиз­ни меч­та­ет каж­дый муж­чи­на». Я не меч­тал. Вой­ти в ка­мор­ру неслож­но. На­до все­го лишь знать, к ко­му об­ра­тить­ся. Слож­но из ор­га­ни­за­ции вый­ти, ес­ли вдруг у те­бя на­ча­ли сда­вать нер­вы. Од­но де­ло — ра­бо­тать за зар­пла­ту: го­то­вить по утрам школь­ные зав­тра­ки для де­тей бос­са или под­ме­тать до­рож­ки в са­ду его лю­бов­ни­цы. Дру­гое — вы­пол­нить «гряз­ную ра­бо­ту»: от­не­сти день­ги, при­пуг­нуть долж­ни­ка, офор­мить на се­бя чу­жое ору­жие.

Ес­ли раз по­про­бо­вал, счи­тай, что уже «за­пач­кал­ся»: те­бе бу­дут по­ру­чать за­да­чи все

слож­нее и слож­нее. В ито­ге ли­бо од­на­жды те­бя про­сто сда­дут по­ли­ции, ли­бо ты про­явишь ини­ци­а­ти­ву и вы­бьешь­ся в «боль­шие лю­ди». По­след­ний путь опас­нее: чем боль­ше ты зна­ешь о де­лах ор­га­ни­за­ции, тем мень­ше у те­бя шан­сов уй­ти от нее жи­вым.

Од­на­жды шеф спро­сил ме­ня как бы невзна­чай во вре­мя се­ан­са, не хо­чу ли я вы­пол­нить для него неболь­шое за­да­ние. Я ска­зал, что хо­чу, по­то­му что очень его ува­жаю. И до­ба­вил, что я не очень умен от при­ро­ды, по­это­му бо­юсь ока­зать­ся бес­по­лез­ным. Шеф по­сме­ял­ся и ска­зал, что, на­обо­рот, я слиш­ком умен. Боль­ше мы об этом не го­во­ри­ли. Я был все­го лишь ма­лень­ким че­ло­ве­ком. И рад, что пред­ло­же­ние ше­фа бы­ло не из тех, от ко­то­рых нель­зя от­ка­зать­ся.

СОЖЖЕНИЕ СВЯ­ТЫХ

Ита­льян­цы очень сен­ти­мен­таль­ны: ино­гда они да­же пы­та­ют­ся под­ра­жать ге­ро­ям «Крест­но­го от­ца». Неко­то­рые тра­ди­ции, опи­сан­ные в ро­ма­нах и по­ка­зан­ные в ки­но, все еще со­блю­да­ют­ся сре­ди «вы­со­ких чи­нов». Офи­ци­аль­ное вступ­ле­ние в клан со­про­вож­да­ет­ся тай­ным ри- ту­а­лом, хо­тя мафия дав­но уже не за­кры­тое об­ще­ство.

Я стриг од­но­го про­те­же си­ньо­ра Скья­воне пе­ред та­кой це­ре­мо­ни­ей, и шеф рас­ска­зы­вал ему по­дроб­но­сти, не стес­ня­ясь ни ме­ня, ни охран­ни­ка у две­рей. Кан­ди­дат дол­жен вой­ти в спе­ци­аль­ную ком­на­ту, где при сви­де­те­лях «крест­ный отец» про­ты­ка­ет ему па­лец зо­ло­той иг­лой. Кровь на­но­сят на ико­ну свя­то­го, ко­то­рый по­кро­ви­тель­ству­ет ме­сту или го­ро­ду бу­ду­щей вла­сти кан­ди­да­та. По­том ико­ну сжи­га­ют, и со­ис­ка­тель про­из­но­сит: «Как этот свя­той, бу­ду я со­жжен, ес­ли пре­дам сво­их». Из это­го кру­га ма­фии вы­хо­да уже нет. Мне уй­ти от Скья­воне бы­ло бы зна­чи­тель­но про­ще, по­то­му что я не со­сто­ял в ка­мор­ре, я про­сто ра­бо­тал парикмахером. Но вы­би­рать мне не при­шлось. Все ре­ши­ла судь­ба.

В 2011 го­ду мою же­ну, ехав­шую на мо­пе­де, под­ре­зал лег­ко­вой ав­то­мо­биль. Же­на по­па­ла в боль­ни­цу с че­реп­но-моз­го­вой трав­мой, у ма­ши­ны по­мя­лось кры­ло. Я об­ра­тил­ся в по­ли­цию, но ока­за­лось, что за ру­лем си­де­ла лю­бов­ни­ца гла­вы од­но­го из кла­нов ка­мор­ры. В ито­ге нас «по­ста­ви­ли на счет­чик»: до опре­де­лен­но­го дня я дол­жен был вне­сти круп­ную сум­му с про­цен­та­ми за ре­монт ав­то­мо­би­ля. В про­тив­ном слу­чае угро­жа­ли по­ка­ле­чить мо­их де­тей или оста­вить су­пру­гу ин­ва­ли­дом.

Это был пер­вый и един­ствен­ный раз, ко­гда я в от­кры­тую по­про­сил по­мо­щи у Скья­воне. Шеф вы­слу­шал ме­ня и обе­щал по­го­во­рить с тем бос­сом-кон­ку­рен­том. При сле­ду­ю­щей встре­че си­ньор Кар­мине ска­зал мне: «Ле­чи свою жен­щи­ну, а он бу­дет ле­чить свою машину». Шеф был яв­но недо­во­лен, и я впер­вые по­чув­ство­вал ре­аль­ную угро­зу сво­ей се­мье.

Ко­гда же­на вы­шла из боль­ни­цы, я со­об­щил Скья­воне, что вра­чи по­со­ве­то­ва­ли ей сме­нить кли­мат... Мы про­да­ли дом и на вы­ру­чен­ную сум­му ку­пи­ли па­рик­ма­хер­скую в од­ном из го­род­ков Се­вер­ной Ита­лии, где вли­я­ние ка­мор­ры не так за­мет­но. С си­ньо­ром Кар­мине мы рас­ста­лись на дру­же­ской но­те.

По­след­ние го­ды Скья­воне бы­ли непро­сты­ми. Его по­пы­та­лись вы­тес­нить из кла­на, он по­чи­стил ря­ды, сдав сво­их по­ли­ции. Обо всем этом я про­чи­тал в прес­се. Ко­гда шеф вы­шел из про­грам­мы по за­щи­те сви­де­те­лей, то сра­зу лег в боль­ни­цу опе­ри­ро­вать по­зво­ноч­ник. А вот сер­деч­ный при­ступ ни­кто не мог пред­ска­зать.

***

Быв­ший босс был рад мо­е­му при­ез­ду. Мы го­во­ри­ли о раз­ном: о том, что це­ны гра­би­тель­ские, что Ита­лии нуж­на твер­дая ру­ка, о том, как быст­ро рас­тут де­ти. Ко­гда мы про­ща­лись, си­ньор Скья­воне по­дер­гал се­бя за се­дую прядь и ска­зал, что ка­мор­ре не по­ме­ша­ет стриж­ка. Он так сме­ял­ся сво­ей шут­ке, что да­же за­каш­лял­ся.

Я в от­вет по­бла­го­да­рил ше­фа за ока­зан­ную мне честь. Без де­нег, ко­то­рые за­ра­бо­тал на служ­бе у ма­фии, я не мог бы ку­пить па­рик­ма­хер­скую, жить в соб­ствен­ном до­ме и от­пра­вить де­тей учить­ся в хо­ро­шие ин­сти­ту­ты. Я рад, что успел ска­зать Кар­мине спа­си­бо. Хо­тя бы по­то­му, что в Ита­лии так при­ня­то: быть бла­го­дар­ным, ес­ли кто-то сде­лал те­бе добро. ≠

Они все вы­гля­дят как обыч­ные ита­льян­цы: про­стые и ре­ли­ги­оз­ные, — по вы­ход­ным обя­за­тель­но по­се­ща­ют цер­ковь

Ка­мор­ра (Camorra) Про­ис­хож­де­ние: Кам­па­ния, Ита­лия

Сфор­ми­ро­ва­лась к на­ча­лу XIX ве­ка, уже око­ло 200 лет на­зад у ка­мор­ры бы­ли ко­дек­сы и об­щак. Воз­мож­но, это са­мый мно­го­чис­лен­ный пре­ступ­ный син­ди­кат Ита­лии. У ка­мор­ры нет цен­тра­ли­зо­ван­ной струк­ту­ры, кла­ны рав­но­прав­ны и ча­сто во­ю­ют меж­ду со­бой. Уже в XIX ве­ке при­над­леж­ность к ка­мор­ре от­ме­ча­лась та­ту­и­ров­ка­ми. По­пу­ляр­ны на­кол­ки с из­ре­че­ни­ем Non toccare la mia famiglia («Не трожь мою се­мью»). Бан­ди­ты из кла­на мо­гу­ще­ствен­но­го бос­са Мар­ко де Мик­ко в знак ува­же­ния к нему на­би­ва­ют на те­ле его про­зви­ще — Бо­до.

Рус­ская мафия Про­ис­хож­де­ние: стра­ны быв­ше­го СССР

Так за ру­бе­жом на­зы­ва­ют пред­ста­ви­те­лей кри­ми­наль­но­го ми­ра пост­со­вет­ско­го про­стран­ства. Он со­сто­ит из мно­же­ства пре­ступ­ных груп­пи­ро­вок, ча­сто враж­ду­ю­щих меж­ду со­бой. Сло­жив­ша­я­ся к 1930-м го­дам эли­та кри­ми­наль­ной и тю­рем­ной иерар­хии — во­ры в за­коне, блю­сти­те­ли обы­ча­ев пре­ступ­но­го со­об­ще­ства. Их мож­но от­ли­чить по татуировкам: па­ря­щий орел с ко­ро­ной над го­ло­вой, кар­точ­ные ма­сти внут­ри кре­ста, крест с ко­ро­ной и вен­зе­ля­ми. Вось­ми­ко­неч­ные звез­ды под клю­чи­ца­ми озна­ча­ют сле­до­ва­ние «во­ров­ско­му за­ко­ну».

Мек­си­ка­не­ми (Mexikanemi) Про­ис­хож­де­ние: штат Те­хас, США

По­доб­но La Eme, за­ро­ди­лась как тю­рем­ная бан­да. В 1980-е го­ды мек­си­кан­ские за­клю­чен­ные в шта­те Те­хас спло­ти­лись, что­бы за­щи­тить­ся от аме­ри­кан­ских. Те­перь это мощ­ный пре­ступ­ный син­ди­кат со струк­ту­рой на­по­до­бие ар­мей­ской: у них есть свои «ге­не­ра­лы», «ка­пи­та­ны», на вер­шине иерар­хии — «пре­зи­дент». Мек­си­ка­не­ми но­сят опо­зна­ва­тель­ные та­ту­и­ров­ки: орел со зме­ей в ла­пах, как на гер­бе и фла­ге Мек­си­ки; пер­со­на­жи ац­тек­ской ми­фо­ло­гии — на­при­мер, пер­на­тый змей кет­цаль­ко­атль в фор­ме буквы М; над­пись Mexikan с непременной k вме­сто c.

Сти­дда (Stidda) Про­ис­хож­де­ние: Си­ци­лия, Ита­лия

От­но­си­тель­но мо­ло­дой си­ци­лий­ский пре­ступ­ный син­ди­кат. Его со­зда­ли в 1980-е го­ды ма­фи­о­зи, из­гнан­ные из ко­за но­ст­ра; дей­ству­ет пре­иму­ще­ствен­но в сель­ских рай­о­нах на юге и в цен­траль­ной ча­сти ост­ро­ва. «Сти­дда» пе­ре­во­дит­ся с си­ци­лий­ско­го язы­ка как «звез­да». От­ли­чи­тель­ный знак пред­ста­ви­те­лей этой ма­фии — звез­доч­ка из зе­ле­ных то­чек на пра­вой ру­ке. Точ­ки на­зы­ва­ют­ся i punti della malavita — «мет­ки преступной жиз­ни».

«Ар­мян­ская си­ла» (Armenian power) Про­ис­хож­де­ние: штат Ка­ли­фор­ния, США

Об­ра­зо­ва­лась в 1980-е как улич­ная бан­да в Лос-Ан­дже­ле­се, у ис­то­ков сто­я­ли вы­ход­цы из СССР. В на­ши дни это мощ­ная мно­го­чис­лен­ная груп­пи­ров­ка, об­ла­да­ю­щая раз­ветв­лен­ны­ми свя­зя­ми с пре­ступ­ны­ми со­об­ще­ства­ми по все­му ми­ру. Armenian power очень силь­но опи­ра­ет­ся на мо­ло­деж­ное кры­ло — на тех же улич­ных бан­ди­тов. От­ли­чи­тель­ные зна­ки ма­фи­о­зи — та­ту­и­ров­ки-над­пи­си Armenian power, AP, AP13 и Armenian pride.

Ма­ра (Mara) Про­ис­хож­де­ние: штат Ка­ли­фор­ния, США

Изна­чаль­но это бы­ли улич­ные бан­ды ЛосАн­дже­ле­са, ор­га­ни­зо­ван­ные им­ми­гран­та­ми из Саль­ва­до­ра и Гон­ду­ра­са. У ма­ре­рос дав­но при­ня­то гу­сто по­кры­вать те­ло та­ту­и­ров­ка­ми с сим­во­ли­кой сво­ей бан­ды, в том чис­ле го­ло­ву, да­же внут­рен­нюю сто­ро­ну губ (впро­чем, в по­след­нее вре­мя обы­чай де­лать опо­зна­ва­тель­ные на­кол­ки на вид­ном ме­сте схо­дит на нет). Ганг­сте­ры из круп­ной меж­ду­на­род­ной преступной ор­га­ни­за­ции Mara Salvatrucha на­би­ва­ют та­ту с ее на­зва­ни­ем или аб­бре­ви­а­ту­рой MS, MS-13 (ино­гда спря­тан­ной внут­ри ри­сун­ка), изоб­ра­же­ние ха­рак­тер­но­го же­ста «ро­га дья­во­ла».

Ндран­ге­та (Ndrangheta) Про­ис­хож­де­ние: Ка­лаб­рия, Ита­лия

Ро­до­на­чаль­ни­ки ка­лаб­рий­ской ма­фии — сицилийцы, из­гнан­ные в 1860-е го­ды с ост­ро­ва вла­стя­ми. Внут­ри кла­нов ндран­ге­ты — тес­ные род­ствен­ные свя­зи, в том чис­ле и брач­ные. По­свя­ще­ние на­зы­ва­ет­ся «кре­ще­ние», у каж­до­го ран­га, как счи­та­ют ма­фи­о­зи, есть свя­той-по­кро­ви­тель. Та­ту­и­ров­ки ндран­ге­ты и на­зва­ния ста­ту­сов неред­ко свя­за­ны с ре­ли­ги­ей. Так, по­свя­ща­е­мым в ранг vangelo («еван­ге­лие») на пле­че на­ка­лы­ва­ют крест. Но­сят на се­бе и изоб­ра­же­ние ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла, ко­то­ро­го счи­та­ют по­кро­ви­те­лем ндран­ге­ты.

Мек­си­кан­ская мафия ла эме (La Eme) Про­ис­хож­де­ние: штат Ка­ли­фор­ния, США

Ста­рей­шая мек­си­кан­ская тю­рем­ная пре­ступ­ная ор­га­ни­за­ция в США. Об­ра­зо­ва­лась в 1957 го­ду; яд­ро со­ста­ви­ли чле­ны ис­па­но­языч­ной улич­ной бан­ды. Сим­вол этой мо­гу­ще­ствен­ной ма­фии, ко­то­рый ганг­сте­ры та­ту­и­ру­ют на се­бе, — от­пе­ча­ток ла­до­ни с бук­вой M («эме» — ис­пан­ское на­зва­ние буквы). «Мы зо­вем ее „ чер­ная ру­ка смер­ти“», — по­яс­нил быв­ший ма­фи­о­зо по клич­ке Бок­сер. Бук­ву M и ее по­ряд­ко­вый но­мер в ла­тин­ском ал­фа­ви­те, 13, но­сят на се­бе су­ре­ньос — ганг­сте­ры из ка­ли­фор­ний­ских улич­ных банд, под­чи­ня­ю­щих­ся La Eme.

Три­а­ды Про­ис­хож­де­ние: Ки­тай

Смысл на­зва­ния «три­а­да»: со­юз трех сущ­но­стей — зем­ли, неба и че­ло­ве­ка. Счи­та­ет­ся, что изна­чаль­но это бы­ли тай­ные об­ще­ства, ос­но­ван­ные про­тив­ни­ка­ми мань­чжур­ской ди­на­стии Цин, ко­то­рая пра­ви­ла Ки­та­ем в XVII — на­ча­ле XX ве­ка. За­тем три­а­да­ми ста­ли на­зы­вать пре­ступ­ные ор­га­ни­за­ции, в на­ши дни боль­шин­ство их ба­зи­ру­ет­ся в Гон­кон­ге. Ран­ги и долж­но­сти в три­а­дах обо­зна­ча­ют­ся чис­ла­ми, име­ю­щи­ми, со­глас­но древ­не­ки­тай­ской ну­ме­ро­ло­гии, са­краль­ный смысл. Ганг­сте­ры три­ад лю­бят по­кры­вать се­бя та­ту­и­ров­ка­ми; са­мые по­пу­ляр­ные изоб­ра­же­ния — дра­ко­ны и фе­ник­сы.

По прось­бе ге­роя ре­дак­ция не ука­зы­ва­ет его име­ни. Все осталь­ные име­на ре­аль­ны.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.