Что несет ми­ру эра До­наль­да Трампа?

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Юлия КУРНЫШОВА

(Ин­сти­тут об­ще­ствен­но­эко­но­ми­че­ских ис­сле­до­ва­ний)

Внеш­няя по­ли­ти­ка пре­зи­ден­тов США дав­но пе­ре­ста­ла быть за­бо­той од­них лишь аме­ри­кан­цев.

Но по­след­ние вы­бо­ры в США вы­ве­ли эту осо­бен­ность на прин­ци­пи­аль­но но­вый уро­вень — непред­ска­зу­е­мость Трампа, неод­но­крат­но до­ка­зан­ная им и во вре­мя пред­вы­бор­ной кам­па­нии, и по­сле по­бе­ды, ли­ша­ет чет­ко­сти кон­ту­ры внеш­не­по­ли­ти­че­ско­го кур­са но­вой ад­ми­ни­стра­ции и за­став­ля­ет нерв­ни­чать как со­юз­ни­ков, так и про­тив­ни­ков США.

Ра­зу­ме­ет­ся, внеш­няя по­ли­ти­ка Трампа бу­дет от­ли­чать­ся от по­ли­ти­ки Обамы. Каж­дый вновь из­бран­ный пре­зи­дент стре­мит­ся обо­зна­чить соб­ствен­ные при­о­ри­те­ты и ука­зать пу­ти до­сти­же­ния по­став­лен­ных це­лей — иные и бо­лее вер­ные, чем ис­поль­зо­ва­лись до него. И Трамп в этом смыс­ле — не ис­клю­че­ние. Самое су­ще­ствен­ное от­ли­чие внеш­ней по­ли­ти­ки Трампа от пред­ше­ствен­ни­ка — не в но­вых при­о­ри­те­тах, а в иной куль­ту­ре этой по­ли­ти­ки, в ос­но­ве ко­то­рой три прин­ци­пи­аль­ных мо­мен­та.

Во-пер­вых, Трамп со­би­ра­ет­ся по­ста­вить внеш­нюю по­ли­ти­ку на служ­бу по­ли­ти­ке внут­рен­ней. Эф­фек­тив­ность тех или иных дей­ствий на меж­ду­на­род­ной арене он оце­ни­ва­ет непо­сред­ствен­ной вы­го­дой, за­ча­стую ма­те­ри­аль­ной, для аме­ри­кан­ской эко­но­ми­ки. К при­ме­ру, Трамп недо­во­лен за­клю­чен­ны­ми мно­го­сто­рон­ни­ми тор­го­вы­ми со­гла­ше­ни­я­ми, по­сколь­ку уступ­ки парт­не­рам, необ­хо­ди­мые для до­сти­же­ния со­гла­ше­ний — в це­лом вы­год­ных США, — он вос­при­ни­ма­ет как недо­ра­бот­ки аме­ри­кан­ской ди­пло­ма­тии.

Для него глав­ным яв­ля­ет­ся устра­не­ние тор­го­во­го дис­ба­лан­са здесь и сей­час, и по­то­му он за­яв­ля­ет о необ­хо­ди­мо­сти до­го­во­рить­ся на бо­лее вы­год­ных для США усло­ви­ях, иг­но­ри­руя тот факт, что без ком­про­мис­са со­гла­ше­ния, ско­рее все­го, не до­стичь.

Во-вто­рых, уже в пе­ре­ход­ный пе­ри­од ко­ман­да Трампа про­де­мон­стри­ро­ва­ла нетра­ди­ци­он­ный под­ход к ре­ше­нию кад­ро­во­го во­про­са — в том чис­ле и во внеш­не­по­ли­ти­че­ском бло­ке бу­ду­щей ад­ми­ни­стра­ции. Но­вый пре­зи­дент от­да­ет пред­по­чте­ние биз­не­сме­нам и от­став­ным во­ен­ным, об­хо­дя вни­ма­ни­ем, в первую оче­редь, пред­ста­ви­те­лей мно­го­чис­лен­ных ва­шинг­тон­ских «моз­го­вых цен­тров», в ко­то­рых скон­цен­три­ро­ва­на нема­лая часть кад­ро­во­го ре­зер­ва аме­ри­кан­ской по­ли­ти­ки. Для Трампа этот кад­ро­вый пул — оли­це­тво­ре­ние «ва­шинг­тон­ско­го бо­ло­та», борь­ба с ко­то­рым ста­ла од­ним из наи­бо­лее хл¸стких ло­зун­гов пре­зи­дент­ской кам­па­нии. Од­на­ко у та­кой по­зи­ции есть по­след­ствия. Кад­ро­вый об­мен меж­ду ру­ко­во­дя­щи­ми струк­ту­ра­ми стра­ны и ака­де­ми­че­ски­ми ин­сти­ту­та­ми обес­пе­чи­ва­ет вы­со­кий уро­вень стра­те­ги­че­ской куль­ту­ры и про­фес­си­о­наль­ной ква­ли­фи­ка­ции ад­ми­ни­стра­ции. Аль­тер­на­ти­вой ему ста­нет со­кра­ще­ние го­ри­зон­та пла­ни­ро­ва­ния внеш­не­по­ли­ти­че­ских ша­гов и утра­та стра­те­ги­че­ской ини­ци­а­ти­вы.

В-тре­тьих, Трамп при­вне­сет во внеш­нюю по­ли­ти­ку США свой непо­вто­ри­мый стиль по­ве­де­ния — гру­бый, на­по­ри­стый, агрес­сив­ный. В кон­це кон­цов, он при­нес ему успех на вы­бо­рах. Еще бу­дучи про­стым аме­ри­кан­ским мил­ли­ар­де­ром, он под­чер­ки­вал, что в ком­мер­че­ских пе­ре­го­во­рах стре­мит­ся оше­ло­мить контр­аген­та, вы­ве­сти его из рав­но­ве­сия, что­бы осла­бить по­зи­ции по­след­не­го и до­бить­ся пре­иму­ще­ства. Ско­рее все­го, он пе­ре­не­сет этот же под­ход из соб­ствен­ной прак­ти­ки биз­не­сме­на во внеш­нюю по­ли­ти­ку США. В пе­ре­ход­ный пе­ри­од он уже успел опро­бо­вать его на КНР (по­ста­вив под со­мне­ние «по­ли­ти­ку од­но­го Ки­тая»), на Из­ра­и­ле (пред­ло­жив пе­ре­не­сти по­соль­ство в Ие­ру­са­лим) и еще на це­лом ря­де го­су­дарств. Пер­со­на­лист­кий и ре­ак­тив­ный стиль по­ве­де­ния Трампа сви­де­тель­ству­ет о яв­ном до­ми­ни­ро­ва­нии так­ти­че­ско­го под­хо­да в его бу­ду­щей по­ли­ти­ке. А это — са­мый су­ще­ствен­ный и са­мый опас­ный эле­мент в куль­ту­ре меж­ду­на­род­ной по­ли­ти­ки.

Так­ти­че­ский под­ход озна­ча­ет боль­шую ве­ро­ят­ность оформ­ле­ния ком­про­мис­сов, ко­то­рые да­ют немед­лен­ный ре­зуль­тат, но при этом в дол­го­сроч­ной пер­спек­ти­ве бу­дут иметь нега­тив­ный эф­фект. Та­ким мо­жет стать раз­мен ре­ше­ния кон­флик­та на во­сто­ке Укра­и­ны и статуса Кры­ма на сов­мест­ные уси­лия США и Рос­сии в борь­бе с тер­ро­риз­мом. Так­ти­че­ский успех — сни­же­ние уров­ня на­пря­жен­но­сти — бу­дет со­про­вож­дать­ся стра­те­ги­че­ски­ми по­те­ря­ми в сфе­ре без­опас­но­сти, по­ощ­ряя Рос­сию к даль­ней­шей эс­ка­ла­ции на­пря­жен­но­сти в Во­сточ­ной Ев­ро­пе.

Но есть ли у Трампа внеш­не­по­ли­ти­че­ская стра­те­гия? По­ка, ско­рее, мож­но го­во­рить лишь о на­ли­чии несколь­ких от­дель­ных стра­те­ги­че­ских за­дач. Преж­де все­го, для Трампа и его ко­ман­ды важ­ной це­лью яв­ля­ет­ся обес­пе­че­ние аме­ри­кан­ско­го ли­дер­ства в ми­ре.

Ведь ни Трамп, ни его бли­жай­шие со­вет­ни­ки не яв­ля­ют­ся на са­мом де­ле изо­ля­ци­о­ни­ста­ми. То, что Трамп сде­лал сло­га­ном кам­па­нии — «Аме­ри­ка преж­де все­го», — древ­няя, со вре­мен по­за­про­шло­го ве­ка иду­щая дис­кус­сия о том, как ис­поль­зо­вать аме­ри­кан­ское ли­дер­ство на поль­зу США, умень­шив при этом соб­ствен­ное бре­мя. Это не спор меж­ду изо­ля­ци­о­низ­мом и во­вле­чен­но­стью. Это — по­пыт­ка отой­ти от ли­дер­ства на гра­ни пе­ре­на­пря­же­ния (ко­гда США ста­но­вят­ся «за­тыч­кой в каж­дой боч­ке»), за­ме­нив его мо­де­лью «ли­де­ра-ар­бит­ра», обе­ре­га­ю­ще­го сво­ей мо­щью ста­тус-кво, под­дер­жи­ва­е­мый аб­со­лют­ным боль­шин­ством го­су­дарств ми­ра.

Од­на­ко у та­ко­го ли­дер­ства есть нема­лая це­на. США долж­ны бу­дут сдер­жи­вать ре­ви­зи­о­ни­стов, на­ру­ши­те­лей ми­ро­по­ряд­ка, вы­стра­и­ва­е­мо­го Ва­шинг­то­ном по­след­ние чет­верть ве­ка. И ес­ли США отой­дут от по­сто­ян­но­го и пря­мо­го вме­ша­тель­ства во все ма­ло­маль­ски зна­чи­мые меж­ду­на­род­ные кон­флик­ты, — на чем и на­ста­и­ва­ет Трамп, — они непре­мен­но об­на­ру­жат, что на их ме­сто стре­мят­ся прий­ти дру­гие. По­сле хо­лод­ной вой­ны ре­аль­но­го про­тив­ни­ка у США не бы­ло, но за по­след­ние го­ды «под­рос­ли» КНР и Рос­сия, ста­вя­щие ныне под со­мне­ние аме­ри­кан­ское ли­дер­ство. Ак­тив­ное сдер­жи­ва­ние обо­их — чрез­мер­ная и по­то­му ненуж­ная на­груз­ка да­же для США. По­это­му пе­ред ад­ми­ни­стра­ци­ей сто­ит во­прос вы­бо­ра при­о­ри­тет­но­го про­тив­ни­ка.

По­ка что Трамп счи­та­ет глав­ным про­тив­ни­ком Ки­тай. Сто­ит ожи­дать ре­ани­ма­ции со­шед­шей бы­ло на нет в пе­ри­од Обамы «ки­тай­ской угрозы», воз­вра­ще­ния идеи сдер­жи­ва­ния Ки­тая. Из се­ми пунк­тов по эко­но­ми­че­ско­му воз­рож­де­нию Аме­ри­ки, про­пи­сан­ных в про­грам­ме Трампа, три на­прав­ле­ны про­тив Ки­тая. На слу­ша­ни­ях по по­во­ду утвер­жде­ния сво­ей кан­ди­да­ту­ры в Се­на­те Рекс Тил­лер­сон за­явил, что со­зда­ние Ки­та­ем ис­кус­ствен­ных ост­ро­вов в Юж­но-ки­тай­ском мо­ре — срод­ни ан­нек­сии Кры­ма Рос­си­ей. То есть по­движ­ки в от­но­ше­нии Ки­тая при­об­ре­та­ют си­стем­ный ха­рак­тер.

Вы­бор Ки­тая на роль глав­но­го про­тив­ни­ка для Трампа пред­по­чти­те­лен, преж­де все­го, по­то­му, что он яв­ля­ет­ся бо­лее силь­ным, и по­то­му бо­лее опас­ным вра­гом, ко­то­рый — ес­ли США бу­дут тра­тить си­лы на сла­бей­шую в этом трио Рос­сию — вос­поль­зу­ет­ся вре­ме­нем, что­бы на­ко­пить еще боль­ше сил. Трамп мо­жет пой­ти имен­но этой до­ро­гой — вы­толк­нуть КНР из зо­ны ком­фор­та и вы­ну­дить дей­ство­вать в цейт­но­те, по­смот­реть, го­то­вы ли к это­му в Пе­кине. Лет де­сять на­зад ис­сле­до­ва­тель аме­ри­ка­но-ки­тай­ских от­но­ше­ний Дж. Манн от­ме­чал, что бле­стя­щая по су­ти идея «во­вле­че­ния» Ки­тая име­ет один изъ­ян: непо­нят­но, США ли ин­те­гри­ру­ют Ки­тай в ли­бе­раль­ный эко­но­ми­че­ский по­ря­док, или же Ки­тай втя­ги­ва­ет США в по­ли­ти­че­скую мо­дель от­но­ше­ний, где де­мо­кра­тия боль­ше не яв­ля­ет­ся при­о­ри­те­том». Про­зор­ли­вость это­го за­ме­ча­ния ста­но­вит­ся по­нят­ной толь­ко сей­час, по­сле при­хо­да Трампа в Бе­лый дом.

Рос­сия по­ка ви­дит­ся Трам­пу парт­не­ром по­то­му, что она на­мно­го сла­бее и, зна­чит, име­ет на­мно­го мень­ше ры­ча­гов дав­ле­ния на США. Трамп рас­счи­ты­ва­ет, что, сняв с Моск­вы часть санк­ций, при­ня­тых по­сле 2014-го, он обес­пе­чит рос­сий­ский ней­тра­ли­тет в раз­во­ра­чи­ва­ю­щем­ся про­ти­во­сто­я­нии с Ки­та­ем. Этот раз­мен ви­дит­ся Трам­пу тем бо­лее вы­год­ным, что он фак­ти­че­ски вер­нет Рос­сии то, что у нее ото­бра­ли, а от США не по­тре­бу­ет до­пол­ни­тель­ных трат или усту­пок. Кро­ме то­го, в окру­же­нии Трампа небез­осно­ва­тель­но считают, что Рос­сия со вре­ме­нем бу­дет толь­ко сла­беть. Зна­чит, сей­час, на пи­ке сво­их воз­мож­но­стей и в усло­ви­ях кон­фрон­та­ции, она мо­жет пой­ти на ша­ги, опас­ные для США, то­гда как в усло­ви­ях кон­струк­тив­но­го диа­ло­га от этих ша­гов воз­дер­жит­ся. Поз­же от про­блем со сто­ро­ны Рос­сии из­ба­вит уже ло­ги­ка ис­то­ри­че­ско­го раз­ви­тия, в ко­то­рой — по мне­нию окру­же­ния Трампа — Рос­сия неиз­беж­но вы­па­дет из ко­гор­ты ве­ли­ких дер­жав.

Од­на­ко и сам Трамп, и клю­че­вые фи­гу­ры его ад­ми­ни­стра­ции от­да­ют се­бе от­чет в слож­но­сти и неод­но­знач­но­сти диа­ло­га с Моск­вой. Рос­сий­ское ру­ко­вод­ство не стре­мит­ся к вре­мен­но­му за­ми­ре­нию, его цель — пе­ре­фор­ма­ти­ро­ва­ние меж­ду­на­род­ной си­сте­мы та­ким об­ра­зом, что­бы за­нять в ней ме­сто од­но­го из по­лю­сов, и за­кре­пить его за со­бой фор­маль­но. Ес­ли эта по­зи­ция Рос­сии не из­ме­нит­ся, сбли­же­ния не со­сто­ит­ся, и со­труд­ни­че­ство огра­ни­чит­ся очень уз­ким кру­гом во­про­сов — борь­ба про­тив Ис­лам­ско­го го­су­дар­ства, ко­рей­ская ядер­ная про­бле­ма и, воз­мож­но, Иран. Праг­ма­тизм но­вой ад­ми­ни­стра­ции в от­но­ше­нии Рос­сии был пре­крас­но про­ил­лю­стри­ро­ван кан­ди­да­том на пост ми­ни­стра обо­ро­ны Дж. Мэт­ти­сом на слу­ша­ни­ях в Кон­грес­се, ко­гда тот от­ме­тил, что меж­ду дву­мя стра­на­ми оста­ет­ся все мень­ше сфер для со­труд­ни­че­ства и по­яв­ля­ет­ся все боль­ше про­ти­во­ре­чий.

Затруд­не­ния на рос­сий­ском на­прав­ле­нии непо­сред­ствен­но свя­за­ны со взгля­да­ми Трампа на меж­ду­на­род­ную без­опас­ность — во­прос, ве­ро­ят­но, наи­бо­лее слож­ный и за­пу­тан­ный в его внеш­не­по­ли­ти­че­ских пла­нах. При­чи­ной то­му яв­ля­ет­ся его пре­не­бре­же­ние кол­лек­тив­ны­ми уси­ли­я­ми. Сеть мно­го­сто­рон­них ин­сти­ту­тов все­гда бы­ла ос­но­вой аме­ри­кан­ской по­ли­ти­ки, но но­вый пре­зи­дент от­да­ет яв­ное пред­по­чте­ние од­но­сто­рон­ним дей­стви­ям. Для него име­ет смысл без­опас­ность США, а вот кол­лек­тив­ная без­опас­ность, по всей ви­ди­мо­сти, оста­ет­ся пу­стым зву­ком. На­шу­мев­шую фра­зу Трампа о том, что НАТО уста­ре­ла, сле­ду­ет вос­при­ни­мать в кон­тек­сте пред­став­ле­ний са­мо­го пре­зи­ден­та о по­лез­но­сти — он ви­дит аль­янс не со­от­вет­ству­ю­щим соб­ствен­ным пре­став­ле­ни­ям о раз­де­ле­нии бре­ме­ни, со­сто­я­щим из стран, экс­плу­а­ти­ру­ю­щих США для соб­ствен­но­го бла­га, не от­да­вая ни­че­го вза­мен. Эн­то­ни Ска­ра­муч­чи, еще один биз­нес­мен, при­со­еди­ня­ю­щий­ся к но­вой ад­ми­ни­стра­ции в ка­че­стве со­вет­ни­ка, го­во­рит о том, что Трамп счи­та­ет уста­рев­ши­ми не­ко­то­рые эле­мен­ты НАТО: на­вер­ня­ка, он на­ме­рен ини­ци­и­ро­вать дис­кус­сию о со­кра­ще­нии рас­хо­дов США и уве­ли­че­нии взно­са со­юз­ни­ков, а так­же об оп­ти­ми­за­ции са­мой струк­ту­ры аль­ян­са за счет со­кра­ще­ния тех сфер со­труд­ни­че­ства, ко­то­рые не при­но­сят, по его мне­нию, вы­го­ды Со­еди­нен­ным Шта­там.

Та­кой под­ход обе­ща­ет наи­боль­шие ис­пы­та­ния транс­ат­лан­ти­че­ским свя­зям США. А ведь пер­вый год но­вой ад­ми­ни­стра­ции бу­дет для Ев­ро­пы кри­ти­че­ски важ­ным. Вы­бо­ры во Фран­ции, Гер­ма­нии, воз­мож­но, и в Италии, бу­дут про­хо­дить под зна­ком подъ­ема пра­во­го по­пу­лиз­ма и вза­им­но вли­ять друг на дру­га. Как по­ка­зы­ва­ет опыт ре­фе­рен­ду­ма по ас­со­ци­а­ции ЕС с Украиной в Ни­дер­лан­дах, по­зи­ция, по край­ней ме­ре, од­ной стра­ны мо­жет уси­лить по­зи­ции дру­гих скеп­ти­че­ски на­стро­ен­ных стран. Рос­сия так­же при­ла­га­ет зна­чи­тель­ные уси­лия по дез­ин­те­гра­ции ЕС пу­тем под­держ­ки ле­вых и пра­вых на­ци­о­на­ли­сти­че­ских сил. Скеп­ти­цизм Трампа в от­но­ше­нии ев­ро­пей­ских со­юз­ни­ков еще боль­ше уси­лит по­ли­ти­че­ские проблемы Ста­ро­го све­та, а фраг­мен­та­ция про­стран­ства ЕС при­ве­дет к ослаб­ле­нию ин­те­ре­са от­дель­ных стран к гло­баль­ным про­цес­сам и к по­во­ро­ту их внутрь се­бя, что сде­ла­ет со­юз­ни­ков Ва­шинг­то­на еще ме­нее цен­ны­ми и на­деж­ны­ми в ка­те­го­ри­ях ма­те­ри­аль­ной поль­зы, ко­то­рые при­ме­ня­ет к Ев­ро­пе но­вый пре­зи­дент.

Оза­бо­чен­ность вы­зы­ва­ет от­но­ше­ние Трампа к ро­ли ядер­но­го ору­жия и ядер­ной без­опас­но­сти в ми­ро­вой по­ли­ти­ке. Не­по­сле­до­ва­тель­ность Трампа, ко­то­рый спер­ва при­зы­вал к укреп­ле­нию аме­ри­кан­ско­го ядер­но­го по­тен­ци­а­ла, а те­перь стал при­вер­жен­цем со­кра­ще­ния ядер­ных сил, лишь до­бав­ля­ет опа­се­ний. Ведь но­вых со­гла­ше­ний по разору­же­нию в ядер­ной сфе­ре се­год­ня ед­ва ли сто­ит все­рьез ожи­дать: в этом не за­ин­те­ре­со­ва­на Рос­сия, да и в США лю­бые даль­ней­шие ша­ги по вза­им­но­му с Моск­вой со­кра­ще­нию стра­те­ги­че­ских во­ору­же­ний воз­мож­ны лишь в увяз­ке с так­ти­че­ским ядер­ным ору­жи­ем, а да­же раз­ра­бот­ка тех­ни­че­ских под­хо­дов к ре­ше­нию та­кой за­да­чи обе­ща­ет за­тя­нуть­ся на мно­гие го­ды.

Стрем­ле­ние «уде­ше­вить» меж­ду­на­род­ное со­труд­ни­че­ство для США ска­жет­ся и на от­но­ше­нии Трампа к гло­баль­ным ин­сти­ту­там. До­ста­точ­но дол­го Соединенные Шта­ты име­ли опре­де­ля­ю­щее вли­я­ние на про­цесс при­ня­тия ре­ше­ний в МВФ или Все­мир­ном бан­ке. Имен­но бла­го­да­ря это­му фак­то­ру в сен­тяб­ре 2016-го Укра­ине уда­лось по­лу­чить со­гла­сие МВФ на предо­став­ле­ние кре­ди­та, несмот­ря на су­ще­ство­ва­ние 3 млрд долл. дол­га Рос­сии. В свете трам­по­в­ско­го под­хо­да вто­рой раз та­кое вряд ли воз­мож­но. Да и са­ма идея меж­ду­на­род­ной по­мо­щи раз­ви­тию бу­дет су­ще­ствен­но пе­ре­смот­ре­на в сто­ро­ну ее со­кра­ще­ния. «Аме­ри­ка преж­де все­го» не по­тер­пит неоправ­дан­ных трат. Что ка­са­ет­ся «большой се­мер­ки», то ее эф­фек­тив­ность так­же мо­жет сой­ти на нет в усло­ви­ях, ко­гда эко­но­ми­че­ская, не го­во­ря уж о стра­те­ги­че­ской со­ли­дар­но­сти ее чле­нов бу­дет под­верг­ну­та ре­ви­зии. На­ко­нец, мне­ние Трампа о неэф­фек­тив­но­сти ООН, ко­то­рое раз­де­ля­ет нема­ло аме­ри­кан­ских по­ли­ти­ков, чре­ва­то ослаб­ле­ни­ем ак­тив­но­сти в этой ор­га­ни­за­ции, что неиз­беж­но ска­жет­ся на под­держ­ке аме­ри­кан­ских на­чи­на­ний со сто­ро­ны стран ми­ро­во­го Юга. Здесь мож­но со­гла­сить­ся с мне­ни­ем пред­ста­ви­те­ля США в ООН Са­ман­ты Пау­эр, что ак­тив­ность в ООН де­ла­ет Аме­ри­ку силь­нее, а ее ли­дер­ство — без­услов­ным.

Ближ­ний Восток по-преж­не­му бу­дет при­о­ри­те­том внеш­ней по­ли­ти­ки США, где Трамп со­би­ра­ет­ся дать бой меж­ду­на­род­но­му тер­ро­риз­му. По­ми­мо Ира­ка и Си­рии, от­кры­тым оста­ет­ся во­прос ядер­ных до­го­во­рен­но­стей с Ира­ном, ко­то­рые Трамп успел обо­звать «худ­ши­ми до­го­во­рен­но­стя­ми, за­клю­чен­ны­ми ко­гда-ли­бо». То, что дан­ные до­го­во­рен­но­сти не ста­ли про­ры­вом аме­ри­кан­ской ди­пло­ма­тии, объ­яс­ня­ет­ся да­же не столь­ко на­ли­чи­ем вы­со­ких рис­ков про­дол­же­ния ядер­ной про­грам­мы Ира­на. Их изъ­ян, в первую оче­редь, со­сто­ит в том, что они так и не смог­ли «ото­рвать» Иран от Рос­сии. Пой­дут ли США на риск ан­ну­ли­ро­ва­ния до­го­во­рен­но­стей в свете пред­сто­я­щих вы­бо­ров в Иране и уве­ли­чив­ших­ся рис­ков по­лу­чить еще один ис­точ­ник про­ти­во­сто­я­ния на Ближ­нем Во­сто­ке? Во­прос, от­вет на ко­то­рый для но­вой ад­ми­ни­стра­ции США ле­жит в плос­ко­сти эф­фек­тив­но­го про­ти­во­дей­ствия ко­а­ли­ции Асад—рос­сия—иран.

Осталь­ной мир по­ка оста­ет­ся за пре­де­ла­ми вни­ма­ния Трампа, а это мо­жет озна­чать, что он от­даст его на от­куп госде­пар­та­мен­ту и дру­гим ве­дом­ствам сво­ей ад­ми­ни­стра­ции. Во­про­сы, свя­зан­ные с Украиной, мо­жет уна­сле­до­вать ви­це-пре­зи­дент Майк Пенс, ко­то­рый при­мет эс­та­фе­ту у сво­е­го пред­ше­ствен­ни­ка Джо Байдена. Пенс мыс­лит в ду­хе рес­пуб­ли­кан­ско­го мейн­стри­ма, в том чис­ле при­дер­жи­ва­ет­ся бо­лее жест­кой по­зи­ции в от­но­ше­нии Рос­сии, чем его шеф, по­это­му пер­спек­ти­ва по­лу­чить его в ку­ра­то­ры — хо­ро­шая но­вость для Ки­е­ва. Но в це­лом но­вая ад­ми­ни­стра­ция ста­нет для нас слож­ным парт­не­ром. Слож­но­сти про­ис­те­ка­ют из ком­би­на­ции двух черт внеш­не­по­ли­ти­че­ских взгля­дов Трампа — праг­ма­тиз­ма (ци­нич­но­го, по­сле­до­ва­тель­но­го, вре­ме­на­ми да­же чрез­мер­но­го) и неже­ла­ния тас­кать каш­та­ны из ка­ми­на сво­и­ми ру­ка­ми. А Укра­и­на не впи­сы­ва­ет­ся в ка­те­го­рию по­лез­ных парт­не­ров: нам нуж­на под­держ­ка США для обес­пе­че­ния на­шей без­опас­но­сти, но вот от­пла­тить ни­чем су­ще­ствен­ным мы, по су­ти, не мо­жем. По­это­му мак­си­мум, на что мы мо­жем рас­счи­ты­вать, — оста­вать­ся объ­ек­том аме­ри­кан­ской по­ли­ти­ки, го­лос ко­то­ро­го вряд ли бу­дет учи­ты­вать­ся. Ис­то­рия внут­рен­не­го успе­ха Укра­и­ны бу­дет мень­ше ин­те­ре­со­вать Ва­шинг­тон — «вит­ри­на де­мо­кра­ти­за­ции» не яв­ля­ет­ся в гла­зах Трампа ма­те­ри­аль­ным вы­иг­ры­шем, сле­до­ва­тель­но, те­че­ние на­ших ре­форм бу­дет важ­но аме­ри­кан­ской ад­ми­ни­стра­ции лишь в той ме­ре, в ка­кой они бу­дут обес­пе­чи­вать це­лост­ность го­су­дар­ства.

Си­ту­а­ция мо­жет из­ме­нить­ся, ес­ли нор­ма­ли­за­ция с Рос­си­ей про­ва­лит­ся пол­но­стью. То­гда Укра­и­на ста­нет точ­кой при­ло­же­ния уси­лий США в кон­фрон­та­ции с Моск­вой, а Трамп не про­сто вер­нет­ся к по­ли­ти­ке пред­ше­ствен­ни­ка, но и пой­дет даль­ше.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.