Там, где по­лу­ча­ет­ся ра­бо­тать и жить

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Ли­лия СОКОЛОВА (Ки­ев—вар­ша­ва)

Пол­то­ра ча­са ле­ту — и я в Вар­ша­ве. Воз­душ­ное суд­но под­ни­ма­ет нас над об­ла­ка­ми. Чем боль­ше вы­со­та, тем мень­ше уга­ды­ва­ет­ся на­зва­ние мест­но­сти, а то, что вни­зу, на­зы­ва­ет­ся уже про­сто «Зем­ля». «Раз­де­ле­ние на на­ро­ды — это толь­ко до­го­во­рен­но­сти глав­ным об­ра­зом меж­ду ис­то­ри­ка­ми и по­ли­ти­ка­ми», при­по­ми­на­ют­ся сло­ва пи­са­те­ля Яну­ша Виш­нев­ско­го. Но вот паз­ла­ми вы­сту­па­ют по­ля и ле­са, кри­вы­ми и изо­гну­ты­ми ли­ни­я­ми — ре­ки…

Ку­ри­ца — не пти­ца, Поль­ша — не за­гра­ни­ца

— Хей, я ту­тай! — Уга­ды­ваю го­лос Ири­ны на рас­сто­я­нии «вы­тя­ну­то­го» взгля­да. Я в Зло­тых Та­ра­сах, жду, по­ка за­кон­чит­ся ра­бо­чий день у до­че­ри, а за­од­но до­го­во­ри­лась встре­тить­ся здесь с при­я­тель­ни­цей. «Złote Tarasy» (золотые тер­ра­сы) — тре­тий по по­пу­ляр­но­сти тор­го­во-раз­вле­ка­тель­ный центр Вар­ша­вы (их тут на­зы­ва­ют «га­ле­рии»), на­хо­дит­ся прак­ти­че­ски на стан­ции Вар­ша­ва­цен­траль­ная. А по­то­му у до­ро­гих вит­рин то и де­ло за­дер­жи­ва­ют­ся сум­ки и че­мо­да­ны. В немод­ных и неве­се­лых хо­зя­е­вах до­рож­ной по­кла­жи уга­ды­ваю со­оте­че­ствен­ни­ков.

Еще боль­ше укра­ин­цев на стан­ции Вар­ша­ва-за­пад­ная, са­ми по­ля­ки шу­тят, что ее нуж­но пе­ре­име­но­вать в «Во­сточ­ную», — по­всю­ду слыш­на укра­ин­ская речь: здесь на верх­нем эта­же вок­за­ла на­хо­дит­ся офис од­но­го из круп­ней­ших кад­ро­вых агентств по тру­до­устрой­ству укра­ин­цев в Поль­ше.

Вы­ны­ри­ва­ем с Ири­ной из по­то­ка со­зер­ца­те­лей вит­рин в уют­ный за­ку­ток-ка­фе. Де­ла­ем за­каз и воз­вра­ща­ем­ся к раз­го­во­ру. В ти­шине го­лос Ири­ны зву­чит осо­бен­но гром­ко и бес­печ­но, го­лос че­ло­ве­ка, вез­де чув­ству­ю­ще­го се­бя как до­ма. Сту­дент­ка в про­шлом пед­ин­сти­ту­та без сле­да транс­фор­ми­ро­ва­лась в же­ну успеш­но­го биз­не­сме­на. Как-то де­кабрь­ской но­чью, ко­гда мы пре­одо­ле­ва­ли ав­то­мо­би­лем рас­сто­я­ние Вар­ша­ва—ки­ев, ее муж Дмит­рий по­ве­дал мне ис­то­рию сво­е­го биз­не­са.

Впер­вые Дмит­рий вы­брал­ся в Поль­шу в 1992-м, бу­дучи пер­во­курс­ни­ком ки­ев­ско­го ву­за. По­ехал вме­сте с пред­при­им­чи­вы­ми чел­но­ка­ми (так на­зы­ва­ли тех, кто ез­дил тор­го­вать на за­гра­нич­ные рын­ки и пе­ре­про­да­вал то­ва­ры у се­бя до­ма). В то вре­мя всю стра­ну «ка­ча­ло» на те­ме «ку­пи-про­дай». В Поль­шу — ко­фе­мол­ки, мик­се­ры, фе­ны, на­зад — по­рош­ки, пам­пер­сы, кон­сер­вы. К за­ня­тию тор­гов­лей вы­нуж­да­ли лю­дей без­де­не­жье (не пла­ти­ли зарплату) и де­фи­цит мно­гих то­ва­ров. К то­му же, из­вест­ная ста­тья уго­лов­но­го ко­дек­са СССР о спе­ку­ля­ции пе­ре­ста­ла при­ме­нять­ся, тор­го­вать мог­ли все. Дви­га­ло людь­ми и обыч­ное лю­бо­пыт­ство — гра­ни­цы «упа­ли», и по­бы­вать у со­се­дей ста­ло вдруг со­вер­шен­но до­ступ­но. То­гда и на­ча­ли го­во­рить: «ку­ри­ца — не пти­ца, Поль­ша — не за­гра­ни­ца».

Неожи­дан­но Дмит­рий об­на­ру­жил у се­бя та­лант к тор­гов­ле. Удач­но вы­би­рал то­вар, не та­кой как у всех, де­лал став­ку на «ме­ло­чев­ку», с нее мож­но бы­ло боль­ше «под­нять». По­езд­ки бы­ли в вы­ход­ные, но­чью ехал, днем тор­го­вал на цен­траль­ном ста­ди­оне Вар­ша­вы, ко­то­рый пе­ре­про­фи­ли­ро­вал­ся в «во­сточ­ный ба­зар». Че­рез год уже на­ни­мал дру­гих — для опто­вой тор­гов­ли. Ко­гда (по­сле окон­ча­ния ин­сти­ту­та) Дмит­рию как мо­ло­до­му спе­ци­а­ли­сту ве­ле­ли ехать от­ра­ба­ты­вать по на­прав­ле­нию, при­нес в де­ка­нат сум­ку де­нег — за свое обу­че­ние. «Очень хо­тел быть са­мо­сто­я­тель­ным, ни­че­го не про­сить у го­су­дар­ства».

Ко­гда бум чел­ноч­ни­че­ства утих, мно­гие вер­ну­лись к сво­ей преж­ней ра­бо­те. Дмит­рий ре­шил от­крыть соб­ствен­ное де­ло. По­звал Ири­ну (толь­ко по­же­ни­лись) в уже зна­ко­мую за вре­мя тор­го­вых вы­ла­зок Вар­ша­ву и ос­но­вал там стро­и­тель­ную фир­му.

Луч­ший сорт или би­лет в одну сто­ро­ну

«Боль­шин­ство обостре­ний в от­но­ше­ни­ях меж­ду людь­ми, че­ло­ве­че­ски­ми со­об­ще­ства­ми и стра­на­ми — это след­ствие сте­рео­ти­пов, пред­рас­суд­ков и нетер­пи­мо­сти. Но ис­то­рия учит нас, что нет ни од­ной груп­пы, ре­ли­гии, идео­ло­гии или куль­ту­ры, ко­то­рая бы име­ла мо­но­по­лию на ис­ти­ну, кра­со­ту и доб­ро, ко­то­рые бы­ли бы луч­ше, важ­нее, прав­ди­вее… Нет луч­ших на­ций или эт­ни­че­ских групп. Есть толь­ко раз­ные нации и эт­ни­че­ские груп­пы. И ес­ли при­смот­реть­ся, то мож­но за­ме­тить в них те же цен­но­сти и прин­ци­пы» (Эн­то­ни Х.рич­монд «О то­ле­рант­но­сти»).

Ко­гда-то и в Гер­ма­нии, так­же как в Поль­ше се­год­ня по от­но­ше­нию к укра­ин­цам, бы­ли при­выч­ны­ми дис­кус­сии на те­му ужас­но бед­ных эми­гран­тов-поляков. И сколь­ко долж­но бы­ло из­ме­нить­ся в Поль­ше, преж­де все­го в си­ту­а­ции эко­но­ми­че­ской, что­бы Германия ста­ла вос­при­ни­мать эту стра­ну как го­су­дар­ство Ев­ро­со­ю­за.

И так же как се­год­ня укра­ин­цы до­ис­ки­ва­ют­ся сво­их поль­ских кор­ней, что­бы по­лу­чить Кар­ту по­ля­ка, так и по­ля­ки ко­гда-то, в 80-х, пы­та­лись до­ка­зать свое немец­кое про­ис­хож­де­ние (в осо­бен­но­сти в Си­ле­зии), по­то­му что это да­ва­ло им пра­во по­лу­чить немец­кое граж­дан­ство, что озна­ча­ло жизнь бо­лее вы­со­ко­го ка­че­ства (по­ло­же­ние от­ме­не­но в 1992-м).

Жи­те­ли лю­бой ев­ро­пей­ской стра­ны не лю­бят ра­бо­тяг-эми­гран­тов, ко­то­рые в мас­се не от­ли­ча­ют­ся вы­со­кой куль­ту­рой. Недав­но, к при­ме­ру, в Ви­ла­но­ве (рай­он тес­но­го про­жи­ва­ния ра­бот­ни­ков из Укра­и­ны в Вар­ша­ве) всех укра­ин­цев вы­се­ли­ли из об­ще­жи­тия за раз­гиль­дяй­ство их со­оте­че­ствен­ни­ков, но и по­ля­ки по­па­да­ют за гра­ни­цей в «та­ра­па­ты». К со­жа­ле­нию, имен­но та­кие эко­но­ми­че­ские ми­гран­ты в первую оче­редь ста­но­вят­ся ви­зит­кой стра­ны, от­ку­да при­е­ха­ли.

Сте­рео­тип­ный об­раз укра­ин­цев в гла­зах поляков ма­ло из­ме­нил­ся с 90-х: в ос­нов­ном ма­ло­ква­ли­фи­ци­ро­ван­ные, ищу­щие ра­бо­ту в сель­ском хо­зяй­стве (ка­жет­ся, тут ра­бо­та­ют уже од­ни укра­ин­цы), в стро­и­тель­ном сек­то­ре, в сфе­ре об­слу­жи­ва­ния. Се­год­ня при­ез­жа­ют боль­ше лю­дей об­ра­зо­ван­ных и за­ни­ма­ют со­от­вет­ству­ю­щие об­ра­зо­ва­нию ни­ши. Оста­ют­ся ра­бо­тать в Поль­ше и сту­ден­ты: 51% всех ино­стран­ных сту­ден­тов в Поль­ше — из Укра­и­ны. Для поль­ских ву­зов это зна­чи­тель­ная ста­тья до­хо­дов, так как укра­ин­цы учат­ся в ос­нов­ном в част­ных ву­зах, где се­местр сто­ит от 500 до 1 тыс. ев­ро.

В свою оче­редь, по­ля­ки пред­по­чи­та­ют ра­бо­тать где-ни­будь в Ир­лан­дии или Ве­ли­ко­бри­та­нии, по­то­му что там пла­тят дру­гую зарплату. Для За­пад­ной Ев­ро­пы, по су­ти, поль­ские га­стар­бай­те­ры вы­пол­ня­ют то же, что для Поль­ши укра­ин­ские.

Па­ру лет на­зад CEED Institute опуб­ли­ко­вал ре­зуль­та­ты уже вто­рых ис­сле­до­ва­ний о ми­гра­ции жи­те­лей стран Цен­траль­ной и Во­сточ­ной Ев­ро­пы: A one-way ticket? (би­лет в одну сто­ро­ну). По­ля­ки про­дол­жа­ют вы­ез­жать в бо­лее раз­ви­тые за­пад­но­ев­ро­пей­ские стра­ны. Преж­де все­го в Ве­ли­ко­бри­та­нию, Германию, Ир­лан­дию, Гол­лан­дию и т.д. В це­лом по­ло­ния со­став­ля­ет бо­лее 23 млн., ос­нов­ная часть про­жи­ва­ет в США. Экс­пер­ты про­гно­зи­ру­ют, что до 2020 г. поляков вы­едет еще «как ми­ни­мум 750 тыс.».

Со­вре­мен­ную Ев­ро­пу не со­тво­ри­ли чи­стые эт­ни­че­ские пле­ме­на. Соз­да­ва­лась она ве­ка­ми вслед­ствие ми­гра­ции на­ро­дов вдоль и вширь все­го кон­ти­нен­та, и ве­ка­ми здесь учи­лись ужи­вать­ся в раз­но­род­но­сти эт­ни­че­ских куль­тур. С тех­ни­че­ски­ми воз­мож­но­стя­ми пе­ре­дви­гать­ся по зем­но­му ша­ру лю­ди ста­ли на­мно­го ак­тив­ней. «Сущ­но­стью на­шей эпохи яв­ля­ет­ся ско­рее ко­чев­ник — че­ло­век, стран­ству­ю­щий из края в край», — ука­зы­ва­лось в до­ку­мен­тах ООН «О Но­вом ми­ро­вом по­ряд­ке» на встре­че экс­пер­тов в Бо­ли­вии еще в 1993 г. — «В об­ще­стве бу­ду­ще­го все лю­ди, неза­ви­си­мо от сво­ей куль­ту­ры, бу­дут ми­гри­ро­вать».

Укра­ин­ский дом

Впер­вые об Укра­ин­ском до­ме в Вар­ша­ве я услы­ша­ла от до­че­ри пол­то­ра го­да на­зад. Вся­кий, кто при­бы­ва­ет из Укра­и­ны и чув­ству­ет се­бя по­те­рян­ным, при­хо­дит сю­да. Так по­явил­ся здесь Олег Бо­га­ти­щев из До­нец­ка, тре­нер по ла­ти­но­аме­ри­кан­ским тан­цам, фи­на­лист мно­гих тур­ни­ров в Укра­ине и за ее пре­де­ла­ми. Су­мел всех ор­га­ни­зо­вать, бро­сил на Фейс­бук: хва­тит де­прес­си­ро­вать, при­хо­ди­те, бу­дем тан­це­вать». Ро­ман — из ан­сам­бля «Ка­лин­ка», Анеч­ка — скри­пач­ка, Сер­гей — жур­на­лист, Ана­то­лий — за­ме­сти­тель ди­рек­то­ра в фир­ме и т.д. Все укра­ин­цы раз­ных про­фес­сий и воз­рас­та объ­еди­ни­лись в тан­це. А по­сле — ча­ев­ни­ча­ли, раз­го­ва­ри­ва­ли. Уди­ви­тель­но, но за гра­ни­цей зем­ля­ки ста­но­вят­ся как родные, как од­на се­мья, хо­тя у каж­до­го своя ис­то­рия.

На­та­лия Кра­вец, учи­тель­ни­ца укра­ин­ско­го язы­ка из Се­ва­сто­по­ля. 25 лет ста­жа:

— Ко­гда в Ки­е­ве был Май­дан, мы в Кры­му очень ра­до­ва­лись, та­кие у нас бы­ли на­деж­ды на луч­шие пе­ре­ме­ны! Но по­том по­яви­лись «зеленые че­ло­веч­ки» — рос­сий­ские сол­да­ты без опо­зна­ва­тель­ных зна­ков, сво­и­ми гла­за­ми ви­де­ла пуш­ки, тан­ки, то­гда ста­ло по­нят­но: на­до уез­жать. Вот толь­ко во­прос: ку­да? Последний, 11 класс, сы­на пе­ре­ве­ли учить­ся в Хер­сон­скую об­ласть. Мы его про­сто вы­вез­ли! До­ма все сло­жи­ли, от ог­ня до во­дич­ки. Ду­ма­ли вна­ча­ле пе­ре­брать­ся на кон­ти­нент. Ока­за­лось, по­ли­ти­ка для пе­ре­се­лен­цев в Укра­ине не про­ду­ма­на, мы счи­та­лись нере­зи­ден­та­ми, не мог­ли от­крыть счет, не мог­ли най­ти ра­бо­ту… Муж и сын ре­ши­ли ехать в Поль­шу. Я еще про­дер­жа­лась в Се­ва­сто­по­ле пол­го­да, при­е­ха­ла к ним на Но­вый год и уже боль­ше на­зад не вер­ну­лась.

Ла­ри­са Вы­хи­в­ская, пре­по­да­ва­тель ки­ев­ской гим­на­зии, 25 лет ста­жа:

— Пе­ре­еха­ла вслед за до­че­рью. Я и муж од­ни из пер­вых по­лу­чи­ли Кар­ту по­ля­ка. По Кар­те дочь смог­ла учить­ся бес­плат­но в Поль­ше. Учи­лась в Ягел­лон­ском уни­вер­си­те­те (Кра­ков), там по­зна­ко­ми­лась с пар­нем из Вар­ша­вы. Пе­ре­еха­ли, устро­и­лась на фир­му. Она у нас од­на. В ка­кой-то мо­мент я по­чув­ство­ва­ла, что мы необ­хо­ди­мы для нее там, что для нее это очень важ­но. Это бы­ло внут­рен­нее со­сто­я­ние. Пе­ре­ехав в Вар­ша­ву, ду­ма­ла: ну все, при­дет­ся про­бо­вать се­бя в дру­гой сфе­ре. А ведь 25 лет бы­ла учи­тель­ни­цей на­чаль­ных клас­сов! К сча­стью, ме­ня жизнь вер­ну­ла об­рат­но в шко­лу. А на­ча­лось все с то­го, что встре­ча­лись укра­ин­цы по­на­ча­лу в ка­фе (по Фейс­бу­ку спи­сы­ва­лись, до­го­ва­ри­ва­лись о ме­сте и вре­ме­ни), раз­го­ва­ри­ва­ли, а по­том и вы­ри­со­ва­лась про­бле­ма. Се­год­ня в Поль­шу при­ез­жа­ют се­мья­ми. Для де­тей пер­вый год адап­та­ци­он­ный — учат поль­ский. Учат так­же дру­гие язы­ки, а укра­ин­ский язык за­бы­ва­ют! У нас бы­ло та­кое силь­ное же­ла­ние, что, как мне по­рой ка­жет­ся, нам ан­ге­лы в этом по­мо­га­ли, ну и ро­ди­те­ли очень под­дер­жи­ва­ли в том, что мы, на­хо­дясь здесь, те­перь хра­ним укра­ин­ские тра­ди­ции, мо­жем чув­ство­вать се­бя граж­да­на­ми Укра­и­ны. Так мы с мо­ей но­вой по­дру­гой и кол­ле­гой На­та­ли­ей Кра­вец от­кры­ли первую укра­ин­скую суб­бот­нюю шко­лу в Вар­ша­ве — школа «Ма­те­рин­ка» им. Дм.пав­лыч­ко для де­тей, ко­то­рые при­ез­жа­ют из Укра­и­ны се­мья­ми. На­та­лия Кра­вец: — Это был ма­лень­кий грант от боль­шо­го гран­та ЕС на раз­ви­тие куль­тур­но­го сек­то­ра. Для нас это был так­же удач­ный опыт, мы узна­ли, как с гран­та­ми ра­бо­тать. Очень по­мо­га­ли нам по­ля­ки, и не толь­ко в под­го­тов­ке до­ку­мен­тов, бес­плат­но предо­ста­ви­ли по­ме­ще­ние в Цен­тре мно­гих куль­тур (Centrum Wielokulturowe w Warszawie). Мы ис­ка­ли, на ка­кой опыт ори­ен­ти­ро­вать­ся в со­зда­нии шко­лы. В Ки­е­ве есть Меж­ду­на­род­ная укра­ин­ская школа, ей уже бо­лее 10 лет. В Пор­ту­га­лии, Ис­па­нии, Ав­стрии и т.д. Во Ль­во­ве Меж­ду­на­род­ный ин­сти­тут об­ра­зо­ва­ния, куль­ту­ры и свя­зи с диас­по­рой со­здал це­лый ин­тер­нет-пор­тал, на ко­то­ром вы­ло­жил все ме­то­ди­че­ские раз­ра­бот­ки по ра­бо­те с детьми. Бы­ло бы же­ла­ние. Я и до­ма бы­ла ак­тив­ная, а тут на­до бы­ло быть еще ак­тив­ней. Я про­сто уви­де­ла: это нуж­но сде­лать, по­то­му что это­го нет! При­ме­ча­тель­но, но дей­стви­тель­ным им­пуль­сом ста­ли сло­ва од­но­го про­фес­со­ра из Ягел­лон­ско­го уни­вер­си­те­та на кон­фе­рен­ции во Ль­во­ве по под­держ­ке укра­ин­ско­го язы­ка: «Ес­ли не вы, то кто? Ес­ли не сей­час, то ко­гда?». Ла­ри­са Вы­хи­в­ская: — Про­шел учеб­ный год, на­сту­пи­ло ле­то. В Поль­ше мно­го про­грамм для эко­но­ми­че­ских ми­гран­тов, но нет та­ко­вых для се­мей с детьми, и ле­том они не охва­че­ны вни­ма­ни­ем. Мы ре­ши­ли со­здать укра­и­но­языч­ный дет­ский ла­герь. На­зва­ли его «Ве­сел­ка». Ду­ма­ли, ес­ли да­же при­дут чет­ве­ро де­тей, бу­дем на­чи­нать. При­шло по­на­ча­лу шесть. Ра­бо­та­ли над куль­тур­ной про­грам­мой, ис­ка­ли бес­плат­ные му­зеи. Ро­ди­те­ли нас под­дер­жи­ва­ли, им то­же пе­ре­да­лось на­ше на­стро­е­ние. На­та­лья сно­ва на­пи­са­ла про­ект, он так и на­зы­вал­ся — «Ла­герь «Ве­сел­ка»«. На­та­лья Кра­вец: — Смог­ли ку­пить крас­ки, кон­струк­то­ры, кни­ги. Изу­ча­ли поль­скую куль­ту­ру, ис­то­рию. Ведь ес­ли при­е­ха­ли в стра­ну, нуж­но это знать, что­бы адап­ти­ро­вать­ся, что­бы не бы­ло куль­тур­ных про­блем с детьми, ко­то­рые здесь про­жи­ва­ют. Но при этом изу­ча­ли все на укра­ин­ском язы­ке. Ведь эти де­ти — бу­ду­щее Укра­и­ны, они вер­нут­ся. Долж­ны вер­нуть­ся. Обо­га­щен­ные луч­ши­ми зна­ни­я­ми, ко­то­рые тут есть, и от сво­е­го, укра­ин­ско­го, не от­ка­зы­ва­ясь.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.