Юлия Мо­сто­вая: «Жур­на­ли­сты — это раз­вед­чи­ки. Пе­ре­хо­дя на дру­гую сто­ро­ну, мы пре­да­ем сво­их»

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ -

спро­сом. Прав­да, «Плю­сы» на пер­вом эта­пе «лег­ли» на ауди­то­рию, при­вык­шую вы­пи­сы­вать и чи­тать ми­ни­мум пять га­зет в од­ной квар­ти­ре, не счи­тая тол­стых жур­на­лов. То есть на чи­та­ю­щую, ду­ма­ю­щую, ин­тел­лек­ту­аль­ную ауди­то­рию, по­пол­не­ние и вос­про­из­ве­де­ние ко­то­рой не ста­ло за­да­чей на­ше­го го­су­дар­ства. Лю­ди, чи­тав­шие кни­ги, вы­ми­ра­ют, лю­ди, пи­сав­шие ста­тьи, ста­ре­ют. Се­год­ня, в ос­нов­ном, вре­мя лю­дей, ко­то­рые пи­шут бло­ги, а ча­ще про­сто «чи­ри­ка­ют». Но я уве­ре­на, ум­ный фор­мат мо­жет быть адап­ти­ро­ван и к по­треб­но­стям фор­мы. На­де­юсь, что есть еще в Укра­ине лю­ди, ко­то­рым эта за­да­ча под си­лу. — Ка­кие жан­ры в укра­ин­ской жур­на­ли­сти­ке так и не ро­ди­лись за 25 лет неза­ви­си­мой Укра­и­ны? — На­уч­ное обо­зре­ние, в первую оче­редь. Су­деб­ные очер­ки — их то­же нет, и уже не бу­дет. Что еще? Соц­се­ти ви­до­из­ме­ня­ют ре­пор­тер­ство как жанр.

Мы так и не на­учи­лись ра­бо­тать с со­цио­ло­ги­че­ски­ми дан­ны­ми. Вот что да­дут служ­бы в пресс-ре­ли­зе, то и вый­дет в СМИ. Ред­ко кто со­по­ста­вит про­шлый рей­тинг с ны­неш­ним. А что­бы «на­ре­зать» ре­ги­о­ны, от­сле­дить тен­ден­ции, спро­гно­зи­ро­вать — нет. К со­жа­ле­нию, не все­гда уда­ет­ся са­мим служ­бам фор­му­ли­ро­вать ин­те­рес­ные ан­ке­ты. Не сто­ит пу­тать «чест­но» и «ин­те­рес­но». Мы ве­ка­ми вы­жи­ва­ли без сво­е­го го­су­дар­ства, что за­ста­ви­ло боль­шин­ство стать ли­це­ме­ра­ми. По­это­му до­сту­чать­ся до су­ти по­зи­ции раз­ных сег­мен­тов об­ще­ства да­ле­ко не все­гда мож­но пря­мы­ми во­про­са­ми. Нам ну­жен при­о­ри­тет во­про­сов-ло­ву­шек, ес­ли мы дей­стви­тель­но хо­тим по­нять, что лю­ди ду­ма­ют по то­му или ино­му по­во­ду. — То есть нуж­но, «щоб лю­ди­на про­хо­пи­ла­ся»? — Да, что­бы че­ло­век не по­нял, что он ска­зал прав­ду. Пом­ни­те ле­ген­дар­ную ис­то­рию, ко­гда в 2000 го­ду Центр Ра­зум­ко­ва спра­ши­вал: «Да­ва­ли ли вы взят­ки ко­гда-ли­бо?» и два про­цен­та ска­за­ли, что да­ва­ли. А на во­прос «Да­ва­ли ли ва­ши зна­ко­мые взят­ки?» утвер­ди­тель­но от­ве­ти­ли 82% ре­спон­ден­тов.

Для то­го что­бы знать, ку­да ид­ти и как ме­нять­ся, мы долж­ны знать се­бя на­сто­я­щих, а не пла­кат­ных.

Но вме­сто то­го, что­бы по­нять се­бя как общ­ность, мы пря­чем го­ло­ву во френд-лен­ту, при­вы­кая к оши­боч­ной мыс­ли, что так ду­ма­ет вся стра­на. Да­же са­мые ак­тив­ные из нас упус­ка­ют из вни­ма­ния и не име­ют пред­став­ле­ния о ре­аль­ных на­стро­е­ни­ях тех, кто зав­тра бу­дет что-то бро­сать в из­би­ра­тель­ную ур­ну, опре­де­ляя бу­ду­щее всех граж­дан. — Как вы от­но­си­тесь к то­му, что жур­на­ли­сты ухо­дят, с од­ной сто­ро­ны, в по­ли­ти­ку, с дру­гой — в пи­ар, а те­ле­ве­ду­щи­ми ста­но­вят­ся по­ли­то­ло­ги, де­пу­та­ты и да­же экс-пре­зи­ден­ты дру­гой стра­ны? — В про­фес­сии с каж­дым из нас мож­но сде­лать толь­ко то, что мы поз­во­ля­ем или хо­тим. Я те­ле­ви­зор не смот­рю семь лет, кро­ме «Тан­цу­ют все» и ино­гда — «Х-фак­тор». Ко­гда де­ти бы­ли ма­лень­ки­ми, это бы­ли един­ствен­ные про­грам­мы, ко­то­рые мож­но бы­ло, об­ло­жив­шись ман­да­рин­ка­ми и чай­ком, по­смот­реть всей се­мьей. — Но это же по­ста­но­воч­ные ве­щи! — По­слу­шай­те, моя на­столь­ная, на­тум­боч­ная кни­га — седь­мая часть Гар­ри Пот­те­ра. Мне хо­чет­ся ве­рить, что бы­ва­ют ис­то­рии, ко­то­рые за­кан­чи­ва­ют­ся хо­ро­шо. Я 26 лет за­ни­ма­юсь про­ек­том, ко­то­рый по­ка не име­ет да­же про­ме­жу­точ­ных по­бед. — И при этом хи­ти­но­вым по­кро­вом

не по­кры­лись? — Не знаю, не мне су­дить... Но ино­гда нуж­ны эмо­ци­о­наль­ные «пря­тал­ки». У Зо­луш­ки то­же не бы­ло хру­сталь­ной ту­фель­ки — это из­держ­ки пе­ре­во­да, а по­лу­чи­лось кра­си­во.

Воз­вра­ща­ясь к ва­ше­му во­про­су: в по­ли­ти­ке взя­ли верх шо­уме­ны, и аб­со­лют­но ло­гич­но, что они те­перь ве­дут про­грам­мы. По­ли­ти­ки си­стем­ные, се­рьез­ные — они нелю­би­мы об­ще­ством так же, как здо­ро­вое пи­та­ние. Су­дя по ре­зуль­та­там вы­бо­ров, об­ще­ство хо­чет вкус­но дох­нуть от пон­чи­ков, фаст­фу­да, бу­же­ни­ны, чип­сов и хи­ми­че­ско­го «со­ка». Все зна­ют, что нуж­но пи­тать­ся пра­виль­но, но хо­чет­ся же со­всем дру­го­го! — Ве­ри­те ли вы в то, что бу­дут рас­кры­ты за­каз­чи­ки убий­ства Геор­гия Гон­гад­зе? — За­каз­чи­ка­ми убий­ства Гон­гад­зе яв­ля­ют­ся рос­сий­ские спец­служ­бы — для ме­ня это не пред­став­ля­ет во­про­са. Этим пре­ступ­ле­ни­ем сце­на­ри­сты от­ре­за­ли Ку­ч­му от За­па­да и при­жа­ли его к крем­лев­ской стене. Ор­га­ни­за­то­ры схе­мы в Укра­ине рас­кры­ты бу­дут вряд ли. Ис­пол­ни­те­ли? В об­щем, они на­зва­ны и несут свое на­ка­за­ние. — Вы че­ло­век, ко­то­рый зна­ет всю под­но­гот­ную укра­ин­ской вла­сти. Вам из­вест­но, кто от­да­вал ко­ман­ду снай­пе­рам стре­лять на Май­дане? — Нет, я это­го не знаю. Ду­маю, кон­цеп­ту­аль­но ре­ше­ние при­ни­мал че­ло­век, не имев­ший фор­маль­ной вла­сти и не за­ни­мав­ший ни­ка­ко­го по­ста, но имев­ший ко­лос­саль­ную власть де­фа­кто. Вви­ду неогра­ни­чен­но­го до­ве­рия пре­зи­ден­та. — Вы о кон­крет­ном че­ло­ве­ке го­во­ри­те? — Да, я о кон­крет­ном че­ло­ве­ке го­во­рю. Но по­сколь­ку моя стра­на про­иг­ра­ла ему все су­ды, то я лич­но с ним в су­де встре­чать­ся не хо­чу. Счи­тай­те, что у ме­ня еще и ден­то­фо­бия. — Как ско­ро мо­гут быть на­зва­ны эти

лю­ди? — Вряд ли они бу­дут на­зва­ны. Осты­ли сле­ды, ко­то­рые бы­ли по­на­ча­лу так го­ря­чи. Кро­ме то­го, что эти сле­ды и са­ми по се­бе осты­ли, на них еще хо­ро­шо по­ду­ли. И в ГПУ, и Тур­чи­нов с Яце­ню­ком. А в даль­ней­шем — это уже во­прос про­фес­си­о­на­лиз­ма наших сле­до­ва­те­лей и жад­но­сти наших сле­ду­ю­щих корм­чих. Каж­дое оди­оз­ное имя, с ко­то­ро­го ев­ро­пей­цы сня­ли санк­ции, лич­но для ме­ня, как для граж­да­ни­на стра­ны, — по­ще­чи­на. Имен­но жур­на­ли­сты «Укра­ин­ской прав­ды», «Зер­ка­ла неде­ли», «Наших гро­шей» Ша­лай­ско­го, ста­ро­го «Кор­ре­спон­ден­та» в быт­ность все­силь­ной вла­сти Яну­ко­ви­ча вскры­ва­ли схе­мы, рис­ко­ва­ли, до­ка­за­тель­но вы­во­ра­чи­вая на­изнан­ку мас­шта­бы их по­то­ко­по­еда­ния. Жур­на­ли­сты, не по­ли­ти­ки. По­ли­ти­ки по­том толь­ко тор­го­ва­ли эти­ми ре­зуль­та­та­ми. — А убий­ство Павла Ше­ре­ме­та?

То­же осты­ли сле­ды? — Не ду­маю. У ме­ня, ес­ли чест­но, нет вер­сии, по­че­му был убит Па­вел и для ко­го он был опа­сен. Я не ви­жу рос­сий­ско­го сле­да, по­сколь­ку история не по­лу­чи­ла про­дол­же­ния, как в слу­чае с Гон­гад­зе, ко­гда по­яви­лись «плен­ки Мель­ни­чен­ко» и убий­ство бы­ло при­вя­за­но непо­сред­ствен­но к пре­зи­ден­ту. У Павла я не ви­жу та­ко­го про­дол­же­ния. Не ви­жу и рас­сле­до­ва­ний, ко­то­рые мог­ли бы быть для ко­го-ли­бо опас­ны­ми — по край­ней ме­ре пуб­лич­ных. По­это­му да­же не знаю, что ска­зать по это­му по­во­ду. Я по­смот­ре­ла фильм Дмит­рия Гна­па и Ан­ны Ба­би­нец («Убий­ство Павла». Рас­сле­до­ва­ние ги­бе­ли жур­на­ли­ста Ше­ре­ме­та».). В нем об­на­ро­до­ва­ны важ­ные фак­ты. Но без вер­сий — это по­ка ле­го без ин­струк­ции. Кол­ле­ги обе­ща­ли вто­рую часть. На­де­юсь, они по­де­лят­ся сво­им ви­де­ни­ем мо­ти­вов. — Я вас про­ци­ти­рую: «Я не на­шла в се­бе воз­мож­но­сти во вре­мя пре­зи­дент­ской кам­па­нии пи­сать соб­ствен­ные ма­те­ри­а­лы на те­му вы­бо­ров… Сей­час я по­ни­маю, что по­сту­пи­ла непра­виль­но, от­мал­чи­ва­ясь. Это не очень пра­виль­но по от­но­ше­нию к чи­та­те­лям, про­сти­те». Вы ска­за­ли это в 2010 го­ду, ко­гда ваш муж Ана­то­лий Гри­цен­ко пер­вый раз бал­ло­ти­ро­вал­ся в пре­зи­ден­ты. У вас лич­но и у ре­дак­ции «Зер­ка­ла неде­ли» бы­ли дру­гие по­во­ды про­сить про­ще­ния у чи­та­те­лей? — На­вер­ное, бы­ли, но сей­час не вспом­ню. Хо­тя, с дру­гой сто­ро­ны, по­смот­ри­те — как ча­сто в «Зер­ка­ле неде­ли» пуб­ли­ку­ет­ся Гри­цен­ко или что­то пи­шет­ся о нем? Вы мно­го встре­ча­ли упо­ми­на­ний о по­ли­ти­ке с тре­тьим рей­тин­гом? — Это очень тон­кий мо­мент… — Да ни­ка­кой это не тон­кий мо­мент! Про­сто од­ни же­ны-ре­дак­то­ры слу­жат му­жу, а дру­гие — де­лу.

Мне нелов­ко. Я не мо­гу ис­поль­зо­вать слу­жеб­ное по­ло­же­ние в ко­рыст­ных це­лях. При том, что Гри­цен­ко — мно­го­лет­ний ав­тор «Зер­ка­ла неде­ли». Сна­ча­ла он пи­сал под псев­до­ни­мом Алек­сей Гав­ри­лен­ко, ко­гда ра­бо­тал в гос­струк­ту­рах, а с 1999-го — на­пря­мую. Он пол­но­стью наш кли­ент — мас­штаб­но и си­стем­но мыс­ля­щий че­ло­век, ко­то­ро­го СМИ за­го­ня­ют в узю­сень­кую ниш­ку во­про­сов ар­мии. Он на­мно­го ин­те­рес­нее, он мир ви­дит. В 2009 го­ду Гри­цен­ко в «Зер­ка­ле неде­ли» рас­ска­зы­вал о том, о чем Ши­мон Пе­рес или Ни­ко­ля Сар­ко­зи го­во­ри­ли спу­стя пять лет в Да­во­се. Ес­ли сей­час пе­ре­чи­тать его ин­тер­вью, мы уви­дим, что кри­зи­сы меж­ду­на­род­ных струк­тур и ЕС, и НАТО он пред­ска­зы­вал, объ­яс­няя, по­че­му они воз­ник­нут. А мы не мо­жем его пуб­ли­ко­вать! По­то­му что я счи­таю это воз­мож­ным толь­ко в край­них слу­ча­ях. — Есть еще лю­ди, ко­то­рые пуб­ли­ку­ют­ся под псев­до­ни­ма­ми? — Ко­неч­но. На­при­мер, Дмит­рий Мен­де­ле­ев, че­ло­век, ко­то­рый снял двух ми­ни­стров обо­ро­ны, вскры­вал и вскры­ва­ет круп­ные кор­руп­ци­он­ные схе­мы в ар­мии. Че­ло­век яв­ля­ет­ся со­труд­ни­ком од­но­го из ми­ни­стерств. На­ши спец­служ­бы до сих пор счи­та­ют, что это Гри­цен­ко. Они не мог­ли да­же про­ве­сти для се­бя сти­ли­сти­че­скую экс­пер­ти­зу, что­бы по­нять, что это не он.

Есть и дру­гие ав­то­ры, пре­бы­ва­ю­щие на го­су­дар­ствен­ной служ­бе: за­мы ми­ни­стров, на­чаль­ни­ки де­пар­та­мен­тов или ру­ко­во­ди­те­ли круп­ных СМИ, меж­ду про­чим. — С ко­го-ни­будь вы уже мо­же­те

снять гриф сек­рет­но­сти? — Ис­клю­че­но.

По боль­шо­му сче­ту, мне про­сить про­ще­ния у из­би­ра­те­лей 2010 го­да осо­бен­но не за что. По­то­му что в пе­ре­ры­ве меж­ду пер­вым и вто­рым ту­ром у ме­ня вы­шла ста­тья под на­зва­ни­ем «Пе­ред рыв­ком». В ней в од­ном аб­за­це бы­ло опи­са­но все, что сде­ла­ет Яну­ко­вич и его ко­ман­да, ес­ли при­дут к вла­сти.

Там бы­ло на­пи­са­но о том, что они из­ме­нят Кон­сти­ту­цию в Кон­сти­ту­ци­он­ном су­де, вер­нут Кон­сти­ту­цию Ку­ч­мы с пол­но­мо­чи­я­ми. Там бы­ло ска­за­но, что боль­шие бу­дут от­би­рать биз­нес у боль­ших, а ма­лень­кие — у ма­лень­ких. Что бу­дет Ме­жи­го­рье вме­сто Без­ра­ди­чей, по­ле для голь­фа вме­сто «Ми­сте­ць­ко­го Ар­се­на­ла», охо­та — вме­сто гле­чи­ков. Что бу­дет по­пыт­ка все взять под кон­троль: сна­ча­ла «ку­пить, по­том до­го­во­рить­ся, по­том за­кру­тить гай­ки, по­том разо­гнать до­сроч­но, по­том от­дать при­каз, а по­том спеш­но по­ки­нуть чар­тер­ным рей­сом стра­ну». Это ци­та­та.

Чи­та­те­ли бы­ли не про­сто пре­ду­пре­жде­ны о том, кто та­кой Яну­ко­вич, но и о том, что про­изой­дет при его пре­зи­дент­стве. По пунк­там. Ле­том 2009 го­да но­вый аме­ри­кан­ский по­сол Джон Теффт, при­е­хав в Укра­и­ну, за­дал мне во­прос: «Ваш про­гноз?» Я от­ве­ти­ла: «На вы­бо­рах пре­зи­ден­та по­бе­дит Яну­ко­вич, но он не до­си­дит до кон­ца сро­ка». Мне это бы­ло оче­вид­но, с Яну­ко­ви­чем бы­ло все про­сто.

С По­ро­шен­ко — непро­сто. О По­ро­шен­ко я чест­но на­пи­са­ла: «На его по­ли­ти­че­ском рент­гене нет ко­стей». — И что уве­рен­ность Пет­ра По­ро­шен­ко в сво­ей по­ли­ге­ни­аль­но­сти ста­нет в ито­ге са­мой глав­ной угро­зой нац­без­опас­но­сти стра­ны... — Да. Так оно и есть по сей день: он на все клю­че­вые по­сты рас­ста­вил «уклад­чи­ков «Пти­чье­го мо­ло­ка». Но! По­че­му я име­ла пра­во об этом пи­сать, кол­ле­га? По­то­му что я ему это ска­за­ла в гла­за. По­ро­шен­ко при­гла­сил ме­ня на встре­чу по­сле по­бе­ды пе­ред ина­у­гу­ра­ци­ей и спро­сил мое мне­ние о его при­о­ри­те­тах. Я ему ска­за­ла: «Петр Алек­се­е­вич, мы с ва­ми два ди­ле­тан­та. Но я жур­на­лист, а вы от­ве­ча­е­те за стра­ну. По­это­му бе­ри­те спе­ци­а­ли­стов — луч­ших из луч­ших в сво­их об­ла­стях. По­то­му что вы не яв­ля­е­тесь луч­шим ди­пло­ма­том, луч­шим энер­ге­ти­ком, луч­шим во­е­на­чаль­ни­ком, луч­шим бан­ки­ром. Возь­ми­те про­фес­си­о­на­лов — не ставь­те уклад­чи­ков «Пти­чье­го мо­ло­ка» но­мер 1, но­мер 2, но­мер 3 на от­вет­ствен­ные по­сты». Петр Алек­се­е­вич сде­лал по-сво­е­му.

Ме­ня ча­сто спра­ши­ва­ют: «Не­уже­ли он хо­чет быть толь­ко оли­гар­хом оли­гар­хов и его не за­бо­тит и не ма­нит вхож­де­ние в ис­то­рию?». Во­про­ша­ю­щие не по­ни­ма­ют, что он аб­со­лют­но уве­рен: он уже во­шел в ис­то­рию и за­нял в ней до­стой­ное и непо­гре­ши­мое ме­сто. — А вы зна­ли о рас­кла­де дей­ствий со сто­ро­ны Рос­сии? О том, что она за­бе­рет Крым, а по­том вве­дет вой­ска в во­сточ­ные об­ла­сти Укра­и­ны? — По­слу­шай­те, все­го рас­кла­да не мог знать ни­кто. Но пре­ду­пре­жда­ла ли ко­ман­да «Зер­ка­ла неде­ли» о та­кой воз­мож­но­сти раз­ви­тия со­бы­тий? Да, пре­ду­пре­жда­ла. Ста­тьи об от­кры­тии рус­ско­го фрон­та Ва­лен­ти­на Самар пуб­ли­ко­ва­ла, на­чи­ная с осе­ни 2013 го­да («От­кро­ет ли Рос­сия крым­ский фронт?», «Рос­сия от­кры­ла крым­ский фронт».). — На­сколь­ко вам уда­ва­лось в наи­бо­лее слож­ные для стра­ны вре­ме­на все-та­ки до­не­сти свою мысль до вла­сти и по­вли­ять на при­ни­ма­е­мые ею ре­ше­ния? — От­ку­да я знаю… — Но вы же ви­де­ли, что по­том про­ис­хо­ди­ло? — Ча­стич­но уда­ва­лось, ча­стич­но — нет. Но это — вы­иг­ран­ные бои мест­но­го зна­че­ния и по­ка — про­иг­ран­ная бит­ва. Я бы не ска­за­ла, что уда­ва­лось что-то до­не­сти до вла­сти, уда­ва­лось мно­го че­го. На­при­мер, я счи­таю, в том, что ЕДАПС пре­кра­тил свое су­ще­ство­ва­ние, есть боль­шая за­слу­га «Зер­ка­ла неде­ли», Юрия Бу­ту­со­ва, Ми­ха­и­ла Брод­ско­го, ко­то­рый это под­пи­рал (ЕДАПС — Еди­ная го­су­дар­ствен­ная ав­то­ма­ти­зи­ро­ван­ная пас­порт­ная си­сте­ма — кон­сор­ци­ум, за­ни­мав­ший­ся про­из­вод­ством иден­ти­фи­ка­ци­он­ных до­ку­мен­тов и ин­фор­ма­ци­он­ных си­стем. Кон­сор­ци­ум об­ви­ня­ли в том, что, поль­зу­ясь сво­им мо­но­поль­ным по­ло­же­ни­ем, он неоправ­дан­но за­вы­шал це­ны на свою про­дук­цию, что при­во­ди­ло к су­ще­ствен­ным по­те­рям Гос­бюд­же­та.).

Ре­им­бур­са­ция, ре­фе­рент­ные це­ны в здра­во­охра­не­нии, транс­ферт­ное це­но­об­ра­зо­ва­ние для оф­шор­ных экс­пор­те­ров — об этом то­же пи­са­лось очень мно­го, и это то­же ко­манд­ная ра­бо­та жур­на­ли­стов. Прав­да, при­ня­тая пра­ви­тель­ством си­сте­ма весь­ма да­ле­ка от со­вер­шен­ства.

«При­ват», ко­неч­но же. О на­зрев­шей про­бле­ме мы на­ча­ли пи­сать еще в 2011 го­ду, ко­гда бы­ли вы­да­ны толь­ко 60, а не бо­лее 150 мил­ли­ар­дов гри­вен на аф­фи­ли­ро­ван­ные струк­ту­ры. «Ша! Не под­ни­май­те па­ни­ку!» — ши­пе­ли на нас бан­ки­ры, нац­бан­ков­цы, мин­фи­нов­цы… В ито­ге, я счи­таю, имен­но мы внес­ли «При­ват» в пуб­лич­ную по­вест­ку дня. Дру­гое де­ло, что, про­игно­ри­ро­вав все ра­зум­ные сце­на­рии, власть из­бра­ла для ре­ше­ния во­про­са худ­ший из имев­ших­ся.

Аларм по Тен­дер­ной па­ла­те, по «Ро­су­кр­энер­го», по «выш­кам Бой­ко», по за­куп­кам в Ми­но­бо­ро­ны, по схе­мам Кур­чен­ко… Ка­кие-то схе­мы нам уда­ва­лось за­кры­вать. Ин­фор­ма­ция о дру­гих вос­при­ни­ма­лась вер­ха­ми как кры­сят­ни­че­ство ни­зов и у схем про­сто ме­ня­лись хо­зя­е­ва. А «Укрнафта» с ее схе­ма­ми и дол­га­ми? А «ху­до­же­ства» с ре­фи­нан­си­ро­ва­ни­ем, что при Стель­ма­хе, что при Ку­би­ве? (Ру­ко­во­ди­те­ли НБУ: Владимир Стель­мах — при пре­зи­ден­те Яну­ко­ви­че, Сте­пан Ку­бив — при пре­зи­ден­те По­ро­шен­ко.). Все это власть чи­та­ла и ре­а­ги­ро­ва­ла… как ей вы­год­но.

«Лу­пай­те сю ска­лу». Лу­па­ем. Но, к со­жа­ле­нию, ре­ак­ция при­хо­дит с опоз­да­ни­ем, в ис­ка­жен­ном ви­де, по­лу­ме­ра­ми и уже не при­но­сит ни­ка­ко­го удо­вле­тво­ре­ния. Ска­жем, мы вы­иг­ра­ли 15 су­дов по Тен­дер­ной па­ла­те. В ко­неч­ном сче­те она на­кры­лась бор­до­вой шля­пой. Толь­ко ли на­ша в том за­слу­га? Нет. Есть ли там наш боль­шой вклад? Ко­неч­но, есть. Есть ли наш вклад в от­став­ке Ла­за­рен­ко? В от­став­ке мас­сы про­во­ро­вав­ших­ся ми­ни­стров? Ко­неч­но, да.

Но по­че­му я го­во­рю, что это все — бои мест­но­го зна­че­ния? Нам ни­как не уда­ет­ся по­вли­ять на си­нер­гию ин­тел­лек­ту­аль­ных спо­соб­но­стей по­ли­ти­че­ско­го клас­са, на создание ба­заль­то­во­го щи­та сов­мест­но от­вет­ствен­ных, сов­мест­но вы­ра­бо­тан­ных и устрем­лен­ных в бу­ду­щее це­лей, ко­то­рые бу­дут при­ем­ле­мы для по­дав­ля­ю­ще­го боль­шин­ства. Ко­гда мы ду­ма­ем о бу­ду­щем, для нас «до­ро­гов­ка­зом» дол­жен быть не столь­ко пат­ри­о­тизм под ло­зун­гом «это зем­ля наших от­цов», сколь­ко пат­ри­о­тизм под ло­зун­гом «это зем­ля наших де­тей». Это не зна­чит, что мы долж­ны иг­но­ри­ро­вать про­шлое, но оно не мо­жет быть при­о­ри­те­том. Мы долж­ны и смо­жем свер­нуть го­ры, ес­ли бу­дем ду­мать о де­тях. Или из­ро­ем всю стра­ну тран­ше­я­ми, ес­ли бу­дем ду­мать толь­ко об от­цах.

Ко­гда со­бра­лась груп­па «Пер­шо­го груд­ня», глу­бо­ко ува­жа­е­мые мной участ­ни­ки, на­ши ак­са­ка­лы, мас­су вре­ме­ни по­тра­ти­ли на дис­кус­сии, кто на­чал преды­ду­щую вой­ну и как ее на­зы­вать: Вто­рая ми­ро­вая, Ве­ли­кая Оте­че­ствен­ная... По­тра­тив день на об­суж­де­ние в ра­бо­чих груп­пах, я ска­за­ла, что ду­ма­ла: «Мы долж­ны ду­мать не о том, кто на­чал Вто­рую ми­ро­вую вой­ну, а как сде­лать, что­бы не на­ча­лась Тре­тья. И мо­жет ли Укра­и­на что-то сде­лать в этом кон­тек­сте».

На­шей стране не хватает ка­че­ствен­ных ней­ро­хи­рур­гов, мо­раль­ных ав­то­ри­те­тов, глу­бо­ких жур­на­ли­стов, про­фес­си­о­наль­ных сле­до­ва­те­лей в НАБУ и чест­ных — в СБУ. Ей не хватает опыт­ных атом­щи­ков, спе­ци­а­ли­стов по внут­рен­ней рос­сий­ской по­ли­ти­ке, по аме­ри­кан­ской внут­рен­ней по­ли­ти­ке. По­слу­шай­те, нам не хватает огром­но­го ко­ли­че­ства спе­ци­а­ли­стов, но в первую оче­редь нам не хватает ви­зи­о­не­ров. Лю­дей, спо­соб­ных объ­еди­нять луч­ший ми­ро­вой опыт с на­шей мен­таль­но­стью и на­кла­ды­вать это на мат­ри­цу ме­ня­ю­ще­го­ся ми­ра. — От мо­ло­до­го по­ко­ле­ния вы тре­бу­е­те се­год­ня — ни мно­го ни ма­ло — биз­нес-план раз­ви­тия стра­ны. А ка­кую цель сто­ит риск­нуть по­ста­вить пе­ред со­бой жур­на­ли­стам, тем бо­лее что жур­на­ли­сти­ка мо­ло­де­ет? — Сти­му­ли­ро­вать эту дис­кус­сию. Все! Как го­во­рил гу­ру укра­ин­ских по­лит­тех­но­ло­гов Юрий Ле­ве­нец, очень важ­но дер­жать сиг­нал. Как у нас бы­ва­ет? При­е­хал по­ли­тик в область, вы­сту­пил на всех ка­на­лах — и уехал. Хо­ро­шо бы, что­бы по­том, в про­дол­же­ние те­мы, у него где-то взя­ли ком­мен­та­рий с мест­но­го ка­на­ла по скай­пу, что­бы где-то он по­пал в но­во­сти, а где-то на­пе­ча­та­ли в мест­ной прес­се его ста­тью или ин­тер­вью. Это на­зы­ва­ет­ся «под­держ­ка сиг­на­ла», ко­то­рый обес­пе­чи­ва­ет­ся за счет опла­чи­ва­е­мой ра­бо­ты жур­на­ли­стов в раз­ных мест­ных СМИ.

В ин­тел­лек­ту­аль­ных дис­кус­си­ях о бу­ду­щем то­же необ­хо­ди­мо дер­жать сиг­нал. Но кто же за это баш­лять бу­дет?! О бу­ду­щем как не о пред­вы­бор­ном луб­ке, а как о си­стем­ной па­хо­те и ам­би­ци­оз­ном твор­че­стве в стране го­во­рит очень ма­ло лю­дей. Они да­ют тол­чок, но СМИ не под­дер­жи­ва­ют сиг­нал. И по­это­му те­ма вы­па­да­ет из по­вест­ки дня. — Мож­но ли ска­зать, что в ка­ком­то смыс­ле об­ще­ство не удер­жа­ло сиг­нал по­сле Оран­же­вой ре­во­лю­ции? А что про­ис­хо­дит с сиг­на­лом по­сле со­бы­тий 2014-го? — В 2004-м бы­ла несколь­ко иная история. Сиг­нал по­шел враз­рез с ре­аль­но­стью жиз­ни, с ре­аль­но­стью дей­ствий вла­сти. И за­вис. А лю­ди жи­ли с об­на­жен­ны­ми чув­ства­ми, на пи­ке эмо­ци­о­наль­но­го брат­ства. И со вре­ме­нем, ко­гда все ста­ло про­ис­хо­дить как-то не так, как ожи­да­лось, лю­ди вдруг за­ме­ти­ли, что они эмо­ци­о­наль­но го­лые. И им за­хо­те­лось спря­тать­ся, при­крыть свою на­ив­ность, свою чест­ность, свой ого­лен­ный нерв. И это не сиг­нал ис­чез — он про­сто «одел­ся», за­бил­ся внутрь.

А сей­час на сме­ну, без­услов­но, за­вы­шен­ным, но свет­лым ожи­да­ни­ям при­шли злость, разо­ча­ро­ва­ние, тос­ка, раз­дра­же­ние. И боль­шая уда­ча для Пет­ра Алек­се­е­ви­ча, что нет по­ка кон­сен­сус­ной по­ли­ти­че­ской си­лы, ко­то­рая мо­жет в се­бя это втя­нуть и ему «в харь­ку вы­плю­нуть». А по­ли­ти­че­ской си­лы нет, в част­но­сти, по­то­му, что ком­му­ни­ка­цию ли­де­ров с об­ще­ством по-преж­не­му кон­тро­ли­ру­ют оли­гар­хи, а их кон­тро­ли­ру­ет По­ро­шен­ко, а у него на кон­тро­ле си­ло­ви­ки. Че­рез эту ко­ро­сту жизнь про­би­ва­ет­ся с боль­шим тру­дом. По­это­му у нас нет рей­тин­го­во­го пи­ка, а толь­ко бу­го­роч­ки, раз­ни­ца меж­ду ко­то­ры­ми в пре­зи­дент­ских рей­тин­гах — в рам­ках по­греш­но­сти. — Но ведь на­вер­ня­ка есть и СМИ, и жур­на­ли­сты, ко­то­рые спо­соб­ны сти­му­ли­ро­вать дис­кус­сию, «под­дер­жи­вать сиг­нал»… — На са­мом де­ле есть лю­ди, ко­то­рые де­ла­ют свое де­ло хо­ро­шо и пра­виль­но. Есть пре­крас­ные и сме­лые рас­сле­до­ва­ния; есть та­лант­ли­вые тек­сты в Фейс­бу­ке, от ко­то­рых про­сто оста­нав­ли­ва­ет­ся серд­це — так уме­ют пи­сать Оль­га Ка­шпор, На­тал­ка Пис­ня, Настя Бе­ре­за, Ле­ся Лит­ви­но­ва; есть кру­тые ре­пор­та­жи с «пе­ред­ка» и важ­ные по­пыт­ки сво­их го­во­рить прав­ду о сво­их. А дис­кус­сий о бу­ду­щем — нет.

Дру­гой во­прос, что мно­гие лю­ди в про­фес­сии про­сто уста­ли. Вы­жгли се­бя. Они не бы­ли стай­е­ра­ми, они ока­за­лись сприн­те­ра­ми. Их нель­зя в этом ви­нить, они еще на­бе­рут­ся сил и по­бе­гут. Я очень на­де­юсь на это.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.