Дей­ство­вать си­лой нель­зя ду­мать

По­ли­цей­ская так­ти­ка во вре­мя про­те­стов

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Сер­гей БАГЛАЙ,

экс­перт груп­пы Ре­фор­ма ор­га­нов пра­во­по­ряд­ка «Ре­а­ни­ма­ци­он­но­го па­ке­та ре­форм», ана­ли­тик экс­перт­ной груп­пы «По­ли­ция под кон­тро­лем»

Про­тест — один из важ­ных ка­на­лов свя­зи меж­ду вла­стью и граж­да­на­ми.

Го­су­дар­ствен­ный ин­стру­мент для обес­пе­че­ния ре­а­ли­за­ции это­го про­те­ста — ор­га­ны пра­во­по­ряд­ка. К со­жа­ле­нию, сво­бо­да мир­ных со­бра­ний, да­же по­сле Ре­во­лю­ции До­сто­ин­ства, оста­ет­ся де­ли­кат­ной те­мой для укра­ин­ско­го об­ще­ства. Об этом сви­де­тель­ству­ют и при­ме­ры по­след­них мас­со­вых ак­ций: непро­пор­ци­о­наль­ные дей­ствия пра­во­охра­ни­те­лей в Дне­пре, где 9 мая ор­га­ны пра­во­по­ряд­ка пре­вы­си­ли слу­жеб­ные пол­но­мо­чия, при­ме­нив чрез­мер­ную фи­зи­че­скую си­лу и сле­зо­то­чи­вый газ; Марш ра­вен­ства в Ки­е­ве; рез­кие про­те­сты под Вер­хов­ной Ра­дой, со­про­вож­дав­шие ко­нец по­ли­ти­че­ско­го се­зо­на.

Прак­ти­че­ски па­рал­лель­но с эти­ми со­бы­ти­я­ми из Ми­ни­стер­ства внут­рен­них дел за­зву­ча­ли за­яв­ле­ния об из­ме­не­нии стра­те­гии по­ли­ции во вре­мя мас­со­вых ме­ро­при­я­тий. Речь идет, в част­но­сти, о при­о­ри­те­те вве­де­ния так­ти­ки пе­ре­го­во­ров и от­хо­де от си­ло­вых ме­то­дов. Под­чер­ки­ва­ют это в те­че­ние по­след­них трех ме­ся­цев гла­ва Нац­по­ли­ции Сер­гей Кня­зев и пер­вый за­ме­сти­тель ми­ни­стра внут­рен­них дел Сер­гей Яро­вой, от­ве­ча­ю­щий в ве­дом­стве за об­ще­ствен­ную без­опас­ность. Из­ме­не­ние ри­то­ри­ки по­ли­цей­ско­го ру­ко­вод­ства вдох­нов­ля­ет, ведь необ­хо­ди­мость пе­ре­смот­реть ме­то­ды ра­бо­ты по­ли­ции на мир­ных со­бра­ни­ях на­зре­ва­ла дав­но. Од­на­ко со­от­вет­ству­ют ли упо­мя­ну­тые стра­те­гии ре­аль­ным прак­ти­кам ря­до­вых по­ли­цей­ских и по­че­му толь­ко те­перь об этом на­ча­ли го­во­рить в МВД?

Си­ла есть...

Уна­сле­до­вав еще от со­вет­ской ми­ли­ции на­ра­бо­тан­ные шаб­ло­ны в ра­бо­те с об­ще­ствен­но-по­ли­ти­че­ски­ми дви­же­ни­я­ми, укра­ин­ские пра­во­охра­ни­те­ли не спе­ши­ли ме­нять свою так­ти­ку на про­те­стах. К 2014-му клю­че­вой си­лой ми­ли­ции в сфе­ре об­ще­ствен­ной без­опас­но­сти был «Бер­кут». Он дей­ство­вал ме­то­да­ми ак­тив­но­го си­ло­во­го вме­ша­тель­ства, по­лу­чен­ны­ми в на­след­ство от позд­не­со­вет­ско­го ОМОНА. Труд­но на­звать «за­щи­той об­ще­ствен­но­го по­ряд­ка» непро­пор­ци­о­наль­ность дей­ствий его со­труд­ни­ков и при­ме­не­ние си­лы да­же там, где участ­ни­ки ак­ции бы­ли на­стро­е­ны мир­но. Гру­бы­ми дей­стви­я­ми «Бер­ку­та», в част­но­сти, за­кон­чил­ся ми­тинг про­тив про­из­во­ла ми­ли­ции — Вра­ди­ев­ский марш в 2013 го­ду. К со­жа­ле­нию, оче­вид­ная за­ви­си­мость: си­ло­вые ме­то­ды при­во­дят лишь к эс­ка­ла­ции кон­флик­та и уве­ли­че­нию чис­ла несо­глас­ных с дей­стви­я­ми вла­сти, — укра­ин­ских пра­во­охра­ни­те­лей ни­че­му не на­учи­ла.

В то же вре­мя за­пад­ные ис­сле­до­ва­те­ли вы­де­ля­ют несколь­ко ин­сти­ту­ци­о­наль­ных фак­то­ров, уси­ли­ва­ю­щих ве­ро­ят­ность при­ме­не­ния на­си­лия по­ли­ци­ей.

К ним от­но­сят, в част­но­сти, от­сут­ствие пер­со­наль­ной иден­ти­фи­ка­ции по­ли­цей­ско­го. Не­узна­ва­е­мый по­ли­цей­ский ско­рее при­ме­нит си­лу, чем иден­ти­фи­ци­ро­ван­ный. При­мер Май­да­на сви­де­тель­ству­ет, что ано­ним­ность при­во­дит к без­на­ка­зан­но­сти, по­сколь­ку по­том труд­но вы­яс­нить, кто при­ме­нял на­си­лие, а кто — нет. Кро­ме то­го, се­рьез­ной про­бле­мой яв­ля­ет­ся из­лиш­няя ми­ли­та­ри­за­ция по­ли­ции. Ор­га­ни­зо­ван­ные на во­ен­ный лад от­ря­ды по­ли­ции бо­лее склон­ны к агрес­сив­ным дей­стви­ям. Это свя­за­но преж­де все­го с иерар­хи­че­ской при­ро­дой фор­ми­ро­ва­ний и сле­пым под­чи­не­ни­ем при­ка­зам.

В со­от­вет­ствии с меж­ду­на­род­ны­ми стан­дар­та­ми де­я­тель­но­сти по­ли­ции во вре­мя ак­ций про­те­ста, при­ме­нять си­лу мож­но толь­ко в край­нем слу­чае, ко­гда дру­гие сред­ства не да­ли ре­зуль­та­та. По­ли­ция, ко­то­рая по­этап­но ухо­дит от ука­зан­ных недо­стат­ков и про­дви­га­ет­ся в сто­ро­ну так­ти­ки пе­ре­го­во­ров с про­те­сту­ю­щи­ми, со­блю­дая про­пор­ци­о­наль­ные сред­ства, — бу­дет бо­лее эф­фек­тив­ной в обес­пе­че­нии об­ще­ствен­но­го по­ряд­ка.

Уход от ста­рых шаб­ло­нов и си­ло­вых ме­то­дов

В 2014—2015 гг. о ка­ких-то из­ме­не­ни­ях го­во­рить бы­ло еще труд­но. О том, что стра­те­гия дей­ствий пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов и си­сте­ма обу­че­ния лич­но­го со­ста­ва МВД на тот мо­мент ни­ка­ких из­ме­не­ний не пре­тер­пе­ли, сви­де­тель­ству­ют со­бы­тия под Вер­хов­ной Ра­дой 31 ав­гу­ста 2015 г., ко­гда в ре­зуль­та­те про­ти­во­сто­я­ния по­гиб­ли че­ты­ре бой­ца Нац­г­вар­дии.

За­яв­ле­ния о необ­хо­ди­мо­сти ре­фор­ми­ро­ва­ния си­сте­мы без­опас­но­сти во вре­мя про­ве­де­ния мас­со­вых ме­ро­при­я­тий впер­вые за­зву­ча­ли толь­ко в этом го­ду. Их ка­та­ли­за­то­ром мож­но на­звать пе­чаль­но из­вест­ные со­бы­тия в го­ро­де Дне­пре 9 мая. Имен­но по­сле них, в июне—июле пер­вый за­ме­сти­тель ми­ни­стра внут­рен­них дел Сер­гей Яро­вой несколь­ко раз го­во­рил, что вре­мя, ко­гда укра­ин­ские пра­во­охра­ни­те­ли толь­ко си­лой «раз­ру­ли­ва­ли» си­ту­а­цию, за­кон­чи­лось, и те­перь по­ря­док во вре­мя мас­со­вых ме­ро­при­я­тий дол­жен обес­пе­чи­вать­ся без чрез­мер­но­го при­ме­не­ния си­лы. «Ухо­ди­те от ста­рых шаб­ло­нов и си­ло­вых ме­то­дов», — зву­чит во вре­мя за­се­да­ния по­ли­цей­ско­го ру­ко­вод­ства. В се­ре­дине июля на сай­те ве­дом­ства по­яв­ля­ет­ся но­вость под за­го­лов­ком «МВД из­ме­ни­ло так­ти­ку пра­во­охра­ни­те­лей на мас­со­вых ме­ро­при­я­ти­ях». Ос­нов­ной ак­цент: по­ли­цей­ские долж­ны «го­во­рить и объ­яс­нять [про­те­сту­ю­щим] необ­хо­ди­мость со­блю­де­ния по­ряд­ка, пре­ду­пре­ждать об от­вет­ствен­но­сти, о воз­мож­но­сти про­во­ка­ций». От­ме­чу, что ра­нее ис­поль­зо­ва­ние ста­рых прак­тик не ста­ви­лось ру­ко­вод­ством под со­мне­ние.

По­хо­же, укра­ин­ская по­ли­ция на­чи­на­ет пе­ре­осмыс­ли­вать ме­то­ды ра­бо­ты с про­те­сту­ю­щи­ми. В свое вре­мя та­кую эво­лю­цию про­шли по­ли­ции стран За­пад­ной Ев­ро­пы и Се­вер­ной Аме­ри­ки. Они еще в 1980—1990-х по­ня­ли, что ак­тив­ное си­ло­вое вме­ша­тель­ство за­кан­чи­ва­ет­ся боль­ши­ми по­те­ря­ми как сре­ди про­те­сту­ю­щих, так и сре­ди лич­но­го со­ста­ва. На­ча­лось внед­ре­ние так­ти­ки пе­ре­го­во­ров и ми­ни­ми­за­ции си­лы, ос­нов­ной прин­цип ко­то­рой за­клю­ча­ет­ся в том, что­бы из­бе­гать фи­зи­че­ско­го при­нуж­де­ния на­столь­ко, на­сколь­ко это воз­мож­но. По­ли­ция ищет воз­мож­но­сти для пе­ре­го­во­ров, по­яв­ля­ет­ся по­ни­ма­ние, что дей­ствия по­ли­цей­ских непо­сред­ствен­но вли­я­ют на рост про­те­стов. Со­от­вет­ствен­но, стра­те­гия, на­прав­лен­ная на ослаб­ле­ние на­пря­же­ния, ве­ро­ят­но, поз­во­лит из­бе­жать на­си­лия с обе­их сто­рон.

Еще один ха­рак­тер­ный ме­тод та­кой так­ти­ки — ак­тив­ный сбор ин­фор­ма­ции. По­ли­ция вы­стра­и­ва­ет свою стра­те­гию в со­от­вет­ствии с ти­пом про­те­ста, ана­ли­зи­ру­ет, ка­кие си­лы бу­дут участ­во­вать в ме­ро­при­я­тии и вы­сту­пят по дру­гую сто­ро­ну бар­ри­кад кон­тр­со­бра­ния. «Мы из­ме­ни­ли так­ти­ку под­го­тов­ки, се­рьез­но за­ни­ма­ем­ся мо­ни­то­рин­гом си­ту­а­ции, ана­ли­зом и пла­ни­ро­ва­ни­ем каж­до­го ме­ро­при­я­тия. Со­би­ра­ем ин­фор­ма­цию из всех воз­мож­ных ис­точ­ни­ков... Толь­ко то­гда, ко­гда мы зна­ем об участ­ни­ках и це­ли ак­ции, опре­де­ля­ем чис­лен­ность и со­став по­ли­цей­ско­го кон­тин­ген­та», — ци­та­та г-на Яро­во­го о ре­фор­ми­ро­ва­нии си­сте­мы без­опас­но­сти на мас­со­вых ме­ро­при­я­ти­ях.

Как на­чать диа­лог по­ли­ции и про­те­сту­ю­щих?

Важ­ная но­ва­ция, ко­то­рую на­ча­ла внед­рять по­ли­ция в ра­бо­те с про­те­сту­ю­щи­ми, — «ан­ти­кон­фликт­ные груп­пы». Это так на­зы­ва­е­мая по­ли­ция диа­ло­га, на ко­то­рую воз­ла­га­ют­ся за­да­чи: со­дей­ство­вать про­ве­де­нию мас­со­вых ме­ро­при­я­тий, за­щи­щать пра­во граж­дан на сво­бо­ду мир­ных со­бра­ний, под­дер­жи­вать по­сто­ян­ный диа­лог с участ­ни­ка­ми, предот­вра­щать воз­мож­ную кон­фрон­та­цию и спо­соб­ство­вать де­эс­ка­ла­ции. Груп­па по­ли­цей­ских долж­на уре­гу­ли­ро­вать кон­флик­ты неси­ло­вы­ми ме­то­да­ми и «все эмо­ции брать на се­бя», — как опи­сал это Сер­гей Яро­вой. Вот толь­ко по­ка что обу­чен­ных ра­бот­ни­ков — все­го 120 на де­ся­ток круп­ней­ших го­ро­дов Укра­и­ны, в Ки­е­ве — их толь­ко 10. К при­ме­ру, на Мар­ше ра­вен­ства ны­неш­не­го го­да «по­ли­ция диа­ло­га» рас­тво­ри­лись сре­ди мно­го­чис­лен­ной ак­ции. По дан­ным груп­пы об­ще­ствен­но­го на­блю­де­ния «Озон», на ак­ци­ях под Вер­хов­ной Ра­дой о сня­тии де­пу­тат­ской непри­кос­но­вен­но­сти участ­ни­ки ан­ти­кон­фликт­ной груп­пы не бы­ли за­ме­че­ны во­об­ще.

Эф­фек­тив­ность уре­гу­ли­ро­ва­ния кон­флик­тов пу­тем пе­ре­го­во­ров до­ка­зы­ва­ет один из по­след­них про­те­стов в под­держ­ку Са­а­ка­шви­ли под Ад­ми­ни­стра­ци­ей пре­зи­ден­та: про­те­сту­ю­щие по­пы­та­лись про­рвать кор­дон по­ли­цей­ских и нац­г­вар­дей­цев на ули­це Бан­ко­вой. Кон­фрон­та­цию уда­лось оста­но­вить ко­гда пра­во­охра­ни­те­ли по­шли на ком­про­мисс и про­пу­сти­ли ини­ци­а­тив­ную груп­пу для пе­ре­го­во­ров. Од­на­ко эту так­ти­ку при­ме­ни­ли обыч­ные по­ли­цей­ские, по­че­му-то «по­ли­цию диа­ло­га» к ми­тин­гу не при­вле­ка­ли.

Что­бы ини­ци­а­ти­ва не оста­лась фа­сад­ной, ее нуж­но раз­ви­вать как ко­ли­че­ствен­но, так и ка­че­ствен­но, де­лая став­ку в даль­ней­шем имен­но на так­ти­ку пе­ре­го­во­ров — уре­гу­ли­ро­ва­ние кон­флик­та диа­ло­гом, а не ду­бин­ка­ми.

По­ли­цей­ский кор­пус до сих пор оста­ет­ся ано­ним­ным

Ано­ним­ность пра­во­охра­ни­те­лей — про­бле­ма, ко­то­рую так и не уда­лось ре­шить по­сле Ре­во­лю­ции До­сто­ин­ства, несмот­ря на со­от­вет­ству­ю­щие тре­бо­ва­ния но­во­го За­ко­на «О На­ци­о­наль­ной по­ли­ции». До сих пор нема­ло пра­во­охра­ни­те­лей не име­ют ин­ди­ви­ду­аль­ных опо­зна­ва­тель­ных зна­ков (же­то­нов, на­ши­вок и т. п.), по­это­му их нель­зя иден­ти­фи­ци­ро­вать в слу­чае на­ру­ше­ний с их сто­ро­ны. В хо­де всех без ис­клю­че­ния по­след­них мас­со­вых ак­ций неко­то­рые пра­во­охра­ни­те­ли при­креп­ля­ли же­то­ны к по­я­сам или пря­та­ли их за бро­не­жи­ле­та­ми.

По­ли­цей­ские оправ­ды­ва­ют­ся: мол, не но­сят опо­зна­ва­тель­ных зна­ков, так как их сры­ва­ют про­те­сту­ю­щие. Дей­стви­тель­но, за по­те­рю же­то­на преду­смот­ре­на дис­ци­пли­нар­ная от­вет­ствен­ность. Оче­вид­но, ру­ко­вод­ство по­ли­ции долж­но уде­лить во­про­су иден­ти­фи­ка­ции долж­ное вни­ма­ние: ло­ги­ка ря­до­во­го слу­жа­ще­го долж­на сра­ба­ты­вать на то, что санк­ции бу­дут на­ла­гать­ся, ес­ли он не при­кре­пит же­тон, а не ко­гда он, во­пре­ки тре­бо­ва­ни­ям за­ко­на, спря­чет его в кар­ман.

Од­на­ко на­ли­чие на­груд­ных зна­ков с ин­ди­ви­ду­аль­ным но­ме­ром еще не озна­ча­ет узна­ва­е­мость ра­бот­ни­ка по­ли­ции, ведь тех­ни­че­ская сто­ро­на же­то­нов остав­ля­ет же­лать луч­ше­го: но­ме­ра чи­та­ют­ся пло­хо, а на фо­то прак­ти­че­ски нераз­бор­чи­вы. Меж­ду тем иден­ти­фи­ка­ция — это не толь­ко же­то­ны: ес­ли по­ли­цей­ско­го невоз­мож­но иден­ти­фи­ци­ро­вать по внеш­ним при­зна­кам, он обя­зан предъ­явить че­ло­ве­ку до­ку­мент, удо­сто­ве­ря­ю­щий его пол­но­мо­чия. Это невоз­мож­но сде­лать без по­вы­ше­ния куль­ту­ры об­ще­ния по­ли­ции с граж­да­на­ми. Без над­ле­жа­щей под­от­чет­но­сти бла­гие на­ме­ре­ния ре­фор­ми­ро­вать си­сте­му без­опас­но­сти на мир­ных со­бра­ни­ях мо­гут сой­ти на нет, ведь по­рой до­ста­точ­но ма­лей­шей ис­кры, что­бы вспых­нул кон­фликт.

Марш ра­вен­ства. Как по­ли­ция ме­ня­ла стра­те­гию

Марш ра­вен­ства — ак­ция, име­ю­щая как сво­их сто­рон­ни­ков, так и ярых про­тив­ни­ков. Это де­ла­ет ме­ро­при­я­тие до­стой­ным осо­бо­го вни­ма­ния и под­го­тов­ки, ведь ор­га­ны пра­во­по­ряд­ка обя­за­ны дать воз­мож­ность вы­ска­зать свою по­зи­цию обо­им ла­ге­рям. До сих пор пра­во­охра­ни­те­ли не справ­ля­лись с по­став­лен­ной за­да­чей. В 2012-м из со­об­ра­же­ний без­опас­но­сти ше­ствие от­ме­ни­ли, а в 2014-м ми­ли­ция не смог­ла ор­га­ни­зо­вать охра­ну ме­ро­при­я­тия. На­па­де­ни­я­ми и се­рьез­ны­ми трав­ми­ро­ва­ни­я­ми са­мих со­труд­ни­ков МВД со­про­вож­дал­ся Марш в 2013 и 2015 гг.

Пер­вые при­зна­ки из­ме­не­ния так­ти­ки по­яви­лись в 2016-м, ко­гда На­ци­о­наль­ную по­ли­цию воз­глав­ля­ла Ха­тия Де­ко­на­ид­зе, в том чис­ле и из-за при­сталь­но­го вни­ма­ния к этой про­бле­ме со сто­ро­ны меж­ду­на­род­но­го со­об­ще­ства. И хо­тя ру­ко­во­ди­тель ве­дом­ства в этом го­ду сме­нил­ся, опре­де­лен­ную пре­ем­ствен­ность и под­держ­ку вы­бран­но­го кур­са про­де­мон­стри­ро­вал Ан­дрей Кри­щен­ко, на­чаль­ник управ­ле­ния по­ли­ции в Ки­е­ве, уже во вто­рой раз ко­ор­ди­ни­ро­вав­ший по­ли­цию на мир­ных со­бра­ни­ях в сто­ли­це.

В 2016—2017 гг. Марш ра­вен­ства про­хо­дил в цен­тре Ки­е­ва. Стра­те­гия, от­ра­бо­тан­ная в про­шлом го­ду, в этом го­ду поз­во­ли­ла пра­во­охра­ни­те­лям дей­ство­вать бо­лее сла­жен­но и ско­ор­ди­ни­ро­ван­но, а сле­до­ва­тель­но — спра­вить­ся с воз­ло­жен­ны­ми на них обя­зан­но­стя­ми по охране об­ще­ствен­но­го по­ряд­ка на этом ме­ро­при­я­тии. Жертв или трав­ми­ро­ван­ных во вре­мя про­ве­де­ния са­мо­го Мар­ша не бы­ло ни со сто­ро­ны де­мон­стран­тов, ни со сто­ро­ны тех, кто вы­шел вы­ра­зить свое него­до­ва­ние. По­ли­цей­ские то­же не по­стра­да­ли: ру­ко­вод­ство от­чи­та­лось о «мел­ких ца­ра­пи­нах» у двух со­труд­ни­ков.

При­ме­нен­ную по­ли­ци­ей так­ти­ку мож­но опре­де­лить как Free Speech Zone (тер­ри­то­рия сво­бо­ды сло­ва), ко­гда пра­во­охра­ни­те­ли со­зда­ют без­опас­ное про­стран­ство для вы­ра­же­ния на­стро­е­ний от­дель­ной груп­пы лю­дей. Впо­след­ствии эту стра­те­гию ис­поль­зо­ва­ли во вре­мя празд­но­ва­ния Кре­ще­ния Ру­си на Вла­ди­мир­ской гор­ке. Ули­цы, по ко­то­рым дви­га­лись ко­лон­ны де­мон­стран­тов, бы­ли пе­ре­кры­ты На­ци­о­наль­ной по­ли­ци­ей и Нац­г­вар­ди­ей. Уста­нав­ли­ва­лись филь­тра­ци­он­ные кор­до­ны с ме­тал­ло­рам­ка­ми, дей­ство­ва­ли про­пуск­ные пунк­ты.

Та­кие ме­ры охра­ны об­ще­ствен­но­го по­ряд­ка бы­ли за­ра­нее со­гла­со­ва­ны с ор­га­ни­за­то­ра­ми. Соб­ствен­но, по­ли­ция, кон­так­ти­ру­ю­щая с про­те­сту­ю­щи­ми, еще до на­ча­ла ме­ро­при­я­тия по­лу­ча­ет боль­шое пре­иму­ще­ство. Пред­ва­ри­тель­ный диа­лог ор­га­ни­за­то­ров и по­ли­ции со­зда­ет опре­де­лен­ные ме­ры предо­сто­рож­но­сти: ко­гда вы сов­мест­но с по­ли­цей­ски­ми до­го­ва­ри­ва­е­тесь о дви­же­нии ко­лон­ны, раз­ме­ще­нии туа­ле­тов, ме­стах на­хож­де­ния пи­тье­вой во­ды, ме­ди­цин­ских пунк­тов, — это сни­жа­ет ве­ро­ят­ность при­ме­не­ния на­си­лия с обе­их сто­рон, а сле­до­ва­тель­но, по­вы­ша­ет шан­сы на то, что все прой­дет спо­кой­но. Для ру­ко­вод­ства по­ли­ции это воз­мож­ность про­ду­мать до де­та­лей свою так­ти­ку, что­бы га­ран­ти­ро­вать без­опас­ность как про­те­сту­ю­щим и сво­е­му пер­со­на­лу, так и воз­мож­ным участ­ни­кам контр­про­те­стов.

Так­ти­ка пра­во­охра­ни­те­лей во вре­мя Мар­ша ра­вен­ства — сви­де­тель­ство то­го, что укра­ин­ская по­ли­ция мо­жет дей­ство­вать не по шаб­ло­нам, уна­сле­до­ван­ным от со­вет­ской ми­ли­ции, а со­зда­вать свои прак­ти­ки в со­от­вет­ствии с тре­бо­ва­ни­я­ми вре­ме­ни.

За­кре­пит ли по­ли­ция ре­зуль­тат?

Меж­ду тем ка­че­ствен­ная ра­бо­та стра­жей по­ряд­ка на од­ном ме­ро­при­я­тии не озна­ча­ет, что На­ци­о­наль­ная по­ли­ция Укра­и­ны все­гда обес­пе­чи­ва­ет пра­во на мир­ные со­бра­ния на со­от­вет­ству­ю­щем уровне. Опыт по­ка­зы­ва­ет: по­ли­цей­ские дей­ству­ют долж­ным об­ра­зом, толь­ко ко­гда есть со­от­вет­ству­ю­щие ука­за­ния и ко­ор­ди­на­ция со сто­ро­ны ру­ко­вод­ства, а без них — ис­поль­зу­ют ста­рые неэф­фек­тив­ные ме­то­ды.

Ед­ва ли не са­мым слож­ным за­да­ни­ем для пра­во­охра­ни­те­лей при обес­пе­че­нии об­ще­ствен­но­го по­ряд­ка оста­ет­ся про­пор­ци­о­наль­ность при­ме­не­ния по­ли­цей­ских мер. Это ка­са­ет­ся и тех слу­ча­ев, ко­гда мир­ное со­бра­ние пе­ре­ста­ет быть мир­ным, а его участ­ни­ки на­чи­на­ют при­бе­гать к нескры­ва­е­мо­му на­си­лию.

К со­жа­ле­нию, ча­ще все­го по­ли­ция ли­бо дей­ству­ет слиш­ком ак­тив­но, вме­ши­ва­ясь и при­ме­няя си­лу, ли­бо вы­би­ра­ет так­ти­ку невме­ша­тель­ства. Имен­но невме­ша­тель­ство — тренд по­след­них трех лет, при­во­дя­щий к ро­сту на­си­лия в усло­ви­ях без­дей­ствия по­ли­ции. По­след­ним по­ка­за­тель­ным при­ме­ром этой так­ти­ки бы­ли уже упо­ми­нав­ши­е­ся со­бы­тия 9 мая в Дне­пре, ко­гда по­ли­ция умыш­лен­но про­игно­ри­ро­ва­ла на­си­лие груп­пы мо­лод­чи­ков в от­но­ше­нии участ­ни­ков со­бра­ния.

На­пря­же­ние бу­дет оста­вать­ся до тех пор, по­ка по­ли­ция не ста­нет эф­фек­тив­ным и бес­при­страст­ным ар­бит­ром меж­ду об­ще­ствен­но-по­ли­ти­че­ски­ми дви­же­ни­я­ми Укра­и­ны, при­бе­га­ю­щи­ми к про­те­стам, де­мон­стра­ци­ям и пи­ке­там. На по­ли­цию воз­ло­же­на мис­сия дей­ство­вать непред­взя­то и со­раз­мер­но в каж­дом из этих слу­ча­ев.

Дей­стви­тель­но ли из­ме­не­ние ри­то­ри­ки чи­нов­ни­ков бу­дет озна­чать ко­рен­ную пе­ре­строй­ку по­ли­цей­ских прак­тик, по­ка­жет вре­мя. Но по­ка не со­зда­на на­деж­ная си­сте­ма предот­вра­ще­ния кон­флик­тов, нет ос­но­ва­ний уве­рен­но го­во­рить, что слу­чаи гру­бых дей­ствий по­ли­ции во вре­мя про­те­стов не по­вто­рят­ся.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.