Па­ра­докс ко­та Шре­дин­ге­ра

Кон­курс в Вер­хов­ный суд — раз­мыш­ле­ния по­сто­рон­не­го на­блю­да­те­ля

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Алек­сандр ВОДЯННИКОВ,

на­ци­о­наль­ный со­вет­ник по юри­ди­че­ским во­про­сам Ко­ор­ди­на­то­ра про­ек­тов ОБСЕ в Укра­ине

27 июня 2017 го­да Выс­шая ква­ли­фи­ка­ци­он­ная ко­мис­сия су­дей Укра­и­ны за­вер­ши­ла свою часть кон­курс­но­го от­бо­ра кан­ди­да­тов на долж­но­сти су­дей но­во­го Вер­хов­но­го су­да.

Ки­пы до­сье кан­ди­да­тов пе­ре­еха­ли со сто­лич­ной ули­цы Ме­ха­ни­за­то­ров, где рас­по­ло­же­на ВККС, на ули­цу Сту­ден­че­скую, где на­хо­дит­ся офис Выс­ше­го со­ве­та пра­во­су­дия, ко­то­рый дол­жен утвер­дить ито­ги кон­кур­са.

Со­ци­аль­ные ме­диа и об­ще­ствен­ность изу­ча­ют и об­суж­да­ют об­на­ро­до­ван­ные спис­ки. Пре­зи­дент вы­со­ко оце­нил ра­бо­ту ВККС и ре­зуль­та­ты кон­кур­са. Ак­тив­ная об­ще­ствен­ность и непра­ви­тель­ствен­ные ор­га­ни­за­ции вы­сту­пи­ли с кри­ти­кой и ост­ры­ми ком­мен­та­ри­я­ми. По­соль­ство США кри­ти­че­ски вы­ска­за­лось в «Твит­те­ре» от­но­си­тель­но ре­зуль­та­тов от­бо­ра су­дей в об­нов­лен­ный Вер­хов­ный суд. Вме­сте с тем Ре­жи Брийя, спе­ци­аль­ный пред­ста­ви­тель ген­се­ка Со­ве­та Ев­ро­пы в Укра­ине, в ин­тер­вью Укрин­фор­му осто­рож­но, но по­ло­жи­тель­но оце­нил от­кры­тость и пуб­лич­ность про­ве­де­ния кон­кур­са в Вер­хов­ный суд.

Исти­на, оче­вид­но, ле­жит где-то по­сре­дине. Кон­курс был бес­пре­це­дент­ным по от­кры­то­сти и при­вле­че­нию об­ще­ствен­но­сти. Но ни бес­пре­це­дент­ность, ни адек­ват­ность не озна­ча­ют без­упреч­ность. По­это­му есть бла­го­при­ят­ный мо­мент, что­бы взгля­нуть на про­изо­шед­шее и изу­чить урок пер­во­го от­кры­то­го кон­кур­са в са­мое вы­со­кое су­деб­ное учре­жде­ние стра­ны.

Оце­ни­вая по­ле­ми­ку, про­дол­жа­ю­щу­ю­ся во­круг кон­кур­са, его ре­зуль­та­тов и су­деб­ной ре­фор­мы в це­лом, неволь­но вспо­ми­на­ешь из­вест­ный па­ра­докс кван­то­вой ме­ха­ни­ки, пред­ло­жен­ный Эр­ви­ном Шре­дин­ге­ром, — о ко­те, ко­то­рый на­хо­дит­ся од­но­вре­мен­но в двух со­сто­я­ни­ях — жи­вом и мерт­вом. В усло­ви­ях пред­по­ла­га­е­мо­го экс­пе­ри­мен­та кот, по­ме­щен­ный в сталь­ную ка­ме­ру, мо­жет быть жи­вым и мерт­вым од­но­вре­мен­но, по­ка кто-то не от­кро­ет ка­ме­ры и не узна­ет, жив кот или нет. Об­суж­де­ние со­сто­я­ния су­деб­ной ре­фор­мы, флаг­ма­ном ко­то­рой дол­жен стать но­вый Вер­хов­ный суд, на­по­ми­на­ет спор об этом несчаст­ном ко­те из па­ра­док­са: ре­фор­ма про­ис­хо­дит или ре­фор­ма ими­ти­ру­ет­ся? Но от­крыть ка­ме­ру ни­кто не ре­ша­ет­ся.

Идея, за­ло­жен­ная в те­ку­щей су­деб­ной ре­фор­ме, по край­ней ме­ре как она сфор­ми­ро­ва­лась в го­ло­вах и до­ку­мен­тах ее идео­ло­гов, име­ет вид эле­гант­ный и ком­плекс­ный. В ам­би­ци­он­ном плане ре­форм на­ли­че­ству­ют три со­став­ля­ю­щие: за­ко­но­да­тель­ная, ин­сти­ту­ци­он­ная и че­ло­ве­че­ская. При пер­вой по­пыт­ке ос­но­ва­тель­ной ре­фор­мы 2015 го­да ста­ло оче­вид­но, что без вне­се­ния из­ме­не­ний в Кон­сти­ту­цию Укра­и­ны не обой­тись. 2015–2016 гг. про­шли под зна­ком кон­сти­ту­ци­он­ных кор­рек­ти­ро­вок. При­ня­тие из­ме­не­ний в Ос­нов­ной За­кон в ча­сти пра­во­су­дия 2 июня 2016 г. име­ло два важ­ных из­ме­ре­ния: внеш­не­по­ли­ти­че­ское (по­то­му что до­ка­за­ло дее­спо­соб­ность по­стре­во­лю­ци­он­но­го ре­жи­ма в го­су­дар­стве, но это уже дру­гая ис­то­рия) и внут­ри­по­ли­ти­че­ское. Кон­сти­ту­ци­он­ные из­ме­не­ния да­ли об­ще­ству га­ран­тию не сво­ра­чи­вать пре­об­ра­зо­ва­ния и ста­ли неким тор­же­ствен­ным обе­ща­ни­ем раз­ви­тия ре­фор­мы.

Но вы­пол­ня­ют­ся ли эти обе­ща­ния? За­ра­бо­та­ли ли со­ци­аль­ные лиф­ты внут­ри си­сте­мы, бы­ла ли за­пу­ще­на в си­сте­му «све­жая кровь» и до­стиг­ну­ты ли над­ле­жа­щие про­пор­ции ума и опы­та, о чем го­во­рил Ан­дрей Коз­лов еще до сво­е­го из­бра­ния в ВККС? А еще важ­нее, яв­ля­ет­ся ли та­кая «кровь» су­ще­ствен­но бо­лее ка­че­ствен­ной, и вос­при­мет ли об­ще­ство спи­сок кан­ди­да­тов в Вер­хов­ный суд, от че­го за­ви­сит и до­ве­рие к су­деб­ной вла­сти в стране в це­лом? Бу­дет ли спо­со­бен но­вый Вер­хов­ный суд, хо­тя бы из со­об­ра­же­ний са­мо­со­хра­не­ния, раз­вить се­бя как неза­ви­си­мое, ком­пе­тент­ное и ува­жа­е­мое са­мое вы­со­кое су­деб­ное учре­жде­ние в го­су­дар­стве, а не пре­вра­тить­ся в «стол за­ка­зов» в ман­ти­ях?

Име­на 120 кан­ди­да­тов объ­яв­ле­ны. Как поды­то­жил член Об­ще­ствен­но­го со­ве­та доб­ро­по­ря­доч­но­сти (ОСД) Ро­ман Куй­би­да, 94 из них (т. е. 78%) яв­ля­ют­ся су­дья­ми или су­дья­ми в от­став­ке: 6 су­дей дей­ству­ю­ще­го Вер­хов­но­го су­да Укра­и­ны, 49 су­дей выс­ших спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ных су­дов, 27 су­дей апел­ля­ци­он­ных су­дов и 12 су­дей мест­ных су­дов. 17 кан­ди­да­тов (14%) из­бра­ны из чис­ла уче­ных-юри­стов и толь­ко 9 кан­ди­да­тов (8%) — из ад­во­ка­тов.

30 кан­ди­да­тов (25%) по­лу­чи­ли нега­тив­ные вы­во­ды от Об­ще­ствен­но­го со­ве­та доб­ро­по­ря­доч­но­сти. Но, к со­жа­ле­нию, те­ря­ет­ся вни­ма­ние к дру­гим кан­ди­да­там, ко­то­рых обо­шел — со­зна­тель­но или бес­со­зна­тель­но — сво­им вни­ма­ни­ем ОСД, а там есть «до­стой­ни­ки», чьи аф­фи­ли­а­ции с опре­де­лен­ны­ми по­ли­ти­че­ски­ми си­ла­ми и груп­па­ми вли­я­ния яв­ля­ют­ся «сек­ре­том По­ли­ши­не­ля». По­это­му сле­ду­ет раз­ве­ять опре­де­лен­ные ил­лю­зии: не толь­ко иму­ще­ствен­ное со­сто­я­ние долж­но бы­ло стать при­зна­ком со­от­вет­ствия то­го или ино­го кан­ди­да­та. И здесь воз­ни­ка­ют во­про­сы и к ра­бо­те ОСД, и к ра­бо­те об­нов­лен­ной по­сле Ре­во­лю­ции До­сто­ин­ства ВККС.

Дей­стви­тель­но, кон­курс в Вер­хов­ный суд был бес­пре­це­дент­ным по от­кры­то­сти и про­зрач­но­сти. Но бес­пре­це­дент­ность не озна­ча­ет до­ста­точ­ность. На­при­мер, мо­ти­вов ре­ше­ний ВККС о недо­пус­ке к уча­стию в кон­кур­се кан­ди­да­там не со­об­ща­ли, а са­мих ре­ше­ний не об­на­ро­до­ва­ли. Ин­фор­ма­цию предо­став­ля­ли толь­ко по пись­мен­но­му за­про­су та­ко­го кан­ди­да­та. Не бы­ли об­на­ро­до­ва­ны и мо­ти­вы несо­гла­сия ВККС с нега­тив­ны­ми вы­во­да­ми ОСД. До сих пор непо­нят­ны мо­ти­вы уста­нов­ле­ния неоди­на­ко­вых про­ход­ных бал­лов для кан­ди­да­тов в раз­ные кас­са­ци­он­ные су­ды.

Во вре­мя кон­кур­са бы­ло несколь­ко мо­мен­тов, вы­звав­ших мно­го­чис­лен­ные об­ви­не­ния ВККС в ма­ни­пу­ля­ци­ях. Боль­шин­ство из этих мо­мен­тов во­все не ука­зы­ва­ют на ка­кие-то со­мни­тель­ные мо­мен­ты в кон­кур­се, а ско­рее, яв­ля­ют­ся про­бле­ма­ми фор­му­ли­ро­вок За­ко­на «О су­до­устрой­стве и ста­ту­се су­дей».

Так, до­воль­но неожи­дан­но ВККС уста­но­ви­ла неоди­на­ко­вые про­ход­ные бал­лы по ре­зуль­та­там от­бо­роч­но­го эк­за­ме­на (те­сти­ро­ва­ния) для раз­ных кас­са­ци­он­ных су­дов: по 60 для граж­дан­ско­го, ад­ми­ни­стра­тив­но­го и хо­зяй­ствен­но­го и 54 — для уго­лов­но­го. А так­же раз­ные ми­ни­маль­но до­пу­сти­мые бал­лы за вы­пол­не­ние прак­ти­че­ско­го за­да­ния: по 65 — для уго­лов­но­го и граж­дан­ско­го, 67 — для ад­ми­ни­стра­тив­но­го, 70 — для хо­зяй­ствен­но­го кас­са­ци­он­ных су­дов. Ст. 85 За­ко­на «О су­до­устрой­стве и ста­ту­се су­дей» не со­дер­жит ука­за­ния на ми­ни­маль­но до­пу­сти­мый балл по ре­зуль­та­там эк­за­ме­на. В от­ли­чие от ст. 78, ко­то­рая ука­зы­ва­ет, что та­кой балл не мо­жет быть мень­ше 75% от мак­си­маль­но воз­мож­но­го бал­ла со­от­вет­ству­ю­ще­го ква­ли­фи­ка­ци­он­но­го эк­за­ме­на. Име­ла ли пра­во ВККС уста­но­вить та­кой балл сво­им ре­ше­ни­ем — во­прос дис­кус­си­он­ный, хо­тя Выс­ший ад­ми­ни­стра­тив­ный суд утвер­ди­тель­но от­ве­тил на этот во­прос. Но, опре­де­ляя ми­ни­маль­ный балл для ква­ли­фи­ка­ци­он­но­го эк­за­ме­на в рам­ках об­щей про­це­ду­ры от­бо­ра на долж­ность судьи, за­ко­но­да­тель вряд ли имел в ви­ду, что для кон­кур­са в Вер­хов­ный суд та­кой балл мо­жет быть уста­нов­лен ВККС на низ­шем уровне. Да­же (или тем бо­лее) учи­ты­вая со­дер­жа­ние и слож­ность та­ко­го эк­за­ме­на с уче­том прин­ци­пов ин­стан­ци­он­но­сти и спе­ци­а­ли­за­ции.

Ре­ше­ни­ем от 29 мар­та 2017 г. ВККС вер­ну­ла в кон­курс 44 кан­ди­да­та, не на­брав­ших до­ста­точ­но бал­лов за прак­ти­че­ское за­да­ние, но про­шед­ших по сум­ме бал­лов по те­сти­ро­ва­нию и прак­ти­че­ско­му за­да­нию. Это бы­ло сде­ла­но на сле­ду­ю­щий день по­сле объ­яв­ле­ния ре­зуль­та­тов прак­ти­че­ско­го за­да­ния и вы­зва­ло шквал кри­ти­ки. Но ес­ли разо­брать­ся, ст. 85 За­ко­на «О су­до­устрой­стве и ста­ту­се су­дей» дей­стви­тель­но объ­еди­ня­ет сда­чу ано­ним­но­го пись­мен­но­го те­сти­ро­ва­ния и вы­пол­не­ние прак­ти­че­ско­го за­да­ния в один этап ква­ли­фи­ка­ци­он­но­го оце­ни­ва­ния, по ре­зуль­та­там ко­то­ро­го ВККС при­ни­ма­ет ре­ше­ние о до­пус­ке ко вто­ро­му эта­пу ква­ли­фи­ка­ци­он­но­го оце­ни­ва­ния.

По­след­ний, са­мый важ­ный, по мо­е­му мне­нию, урок кон­кур­са — вы­во­ды Об­ще­ствен­но­го со­ве­та доб­ро­по­ря­доч­но­сти и их ре­аль­ная роль в про­цес­се кон­курс­но­го от­бо­ра в Вер­хов­ный суд.

По­след­ние ме­ся­цы кон­кур­са, ко­гда ОСД на­ча­ла вы­да­вать нега­тив­ные вы­во­ды, обо­зна­чи­лись раз­вер­ты­ва­ни­ем в ме­диа, сре­ди экс­перт­но­го со­об­ще­ства и в ди­пло­ма­ти­че­ских кру­гах це­лой кам­па­нии, на­прав­лен­ной на дис­кре­ди­та­цию как са­мо­го ин­сти­ту­та ОСД, так и его чле­нов. Их об­ви­ня­ли в том, что ОСД оце­ни­ва­ет су­деб­ные ре­ше­ния, вы­не­сен­ные кан­ди­да­та­ми из чис­ла су­дей, ко­то­рые не бы­ли пе­ре­смот­ре­ны или от­ме­не­ны выс­ши­ми су­деб­ны­ми ин­стан­ци­я­ми; не за­слу­ши­ва­ет кан­ди­да­тов, не про­сит объ­яс­не­ний от­но­си­тель­но ин­фор­ма­ции и фак­тов, ко­то­рые ему ста­ли из­вест­ны; поль­зу­ет­ся со­мни­тель­ны­ми ис­точ­ни­ка­ми ин­фор­ма­ции; не име­ет чет­ких кри­те­ри­ев для оце­ни­ва­ния доб­ро­по­ря­доч­но­сти кан­ди­да­тов и дей­ству­ет на­угад; пре­не­бре­га­ет фак­том кон­флик­та ин­те­ре­сов от­дель­ных чле­нов ОСД во вре­мя при­ня­тия вы­во­дов от­но­си­тель­но кан­ди­да­тов и т. п.

ОСД — дей­стви­тель­но уни­каль­ный ин­сти­тут, ана­ло­гов ко­то­ро­му в ми­ре нет. ОСД — это го­лос об­ще­ствен­но­сти в про­цес­се от­бо­ра су­дей. Его ос­нов­ны­ми функ­ци­я­ми яв­ля­ют­ся сбор, про­вер­ка и ана­лиз ин­фор­ма­ции от­но­си­тель­но су­дей и кан­ди­да­тов на долж­ность судьи на пред­мет то­го, вос­при­мет ли об­ще­ство кон­крет­но­го кан­ди­да­та, в слу­чае его на­зна­че­ния, как до­стой­но­го Вер­хов­но­го су­да су­дью. То есть ме­ри­лом ра­бо­ты ОСД яв­ля­ет­ся обес­пе­че­ние до­ве­рия об­ще­ства как к кон­кур­су, так и к его ре­зуль­та­там и, со­от­вет­ствен­но, к но­во­му Вер­хов­но­му су­ду. Вме­сте с тем не сле­ду­ет за­бы­вать, что ОСД — со­ве­ща­тель­ный ор­ган при ВККС. Окон­ча­тель­ное ре­ше­ние от­но­си­тель­но фор­ми­ро­ва­ния рей­тин­га и спис­ка кан­ди­да­тов — за ВККС, ко­то­рая име­ет пра­во не со­гла­сить­ся с ОСД. Из это­го вы­те­ка­ет еще один урок: мо­ти­ви­ро­ван­ные ре­ше­ния ВККС о пре­одо­ле­нии нега­тив­но­го вы­во­да ОСД долж­ны об­на­ро­до­вать­ся. Об­ще­ство име­ет пра­во знать, по­че­му ВККС не со­гла­си­лась, а ОСД — изу­чать ошиб­ки и на­ра­ба­ты­вать прак­ти­ку.

ОСД про­де­лал ти­та­ни­че­скую ра­бо­ту, изу­чив всех кан­ди­да­тов, про­шед­ших пер­вый этап кон­кур­са, а это 382 че­ло­ве­ка. И хо­тя да­ле­ко не все нега­тив­ные вы­во­ды ОСД бы­ли под­дер­жа­ны ВККС, нель­зя утвер­ждать, что, да­же в слу­чае пре­одо­ле­ния нега­тив­но­го вы­во­да ОСД, ВККС не при­ни­ма­ла во вни­ма­ние по­зи­цию со­ве­та при вы­став­ле­нии рей­тин­га кан­ди­да­та. Ведь ес­ли вы­вод ОСД не яв­ля­ет­ся в це­лом до­ста­точ­но обос­но­ван­ным и убе­ди­тель­ным, ВККС впра­ве его от­кло­нить, отоб­ра­зив де­та­ли вы­во­да при вы­став­ле­нии рей­тин­га кан­ди­да­та. И этот под­ход так­же был при­ме­нен ВККС.

Дей­стви­тель­но, ни­кто не мо­жет оце­ни­вать кон­крет­ные су­деб­ные ре­ше­ния, кро­ме су­дов вы­ше­сто­я­щих ин­стан­ций. Но ко­гда речь идет о кан­ди­да­те на долж­ность судьи Вер­хов­но­го су­да из чис­ла су­дей, не на­до за­бы­вать, что ре­зуль­та­том ра­бо­ты судьи яв­ля­ет­ся его или ее ре­ше­ния. Ле­ги­тим­ность (я не го­во­рю о за­кон­но­сти — этим за­ни­ма­ют­ся дей­стви­тель­но выс­шие су­ды) та­кой ра­бо­ты за­ви­сит от вос­при­я­тия об­ще­ством ее ре­зуль­та­тов. С та­кой точ­ки зре­ния ОСД дей­стви­тель­но не впра­ве оце­ни­вать от­дель­ное су­деб­ное ре­ше­ние, но су­деб­ную де­я­тель­ность кан­ди­да­та в це­лом, вклю­чая вос­при­я­тие и оцен­ку со сто­ро­ны об­ще­ства, — дол­жен. Ведь, как го­во­рил апо­стол Па­вел, «бук­ва уби­ва­ет, а дух ожив­ля­ет», и ес­ли су­дья сле­по сле­ду­ет бук­ве за­ко­на, за­бы­вая о его ду­хе, то бу­дет ли он спо­со­бен вер­шить пра­во­су­дие в са­мой вы­со­кой су­деб­ной ин­стан­ции стра­ны?

Не все нега­тив­ные вы­во­ды ОСД мож­но вос­при­ни­мать как оцен­ку су­дей­ской де­я­тель­но­сти кан­ди­да­та с точ­ки зре­ния ле­ги­тим­но­сти и су­дей­ской эти­ки. Неко­то­рые дей­стви­тель­но ба­зи­ру­ют­ся на недо­пу­сти­мой оцен­ке от­дель­но­го ре­ше­ния (ре­ше­ний). И ес­ли ВККС, пре­одо­ле­вая ве­то ОСД, ру­ко­вод­ство­ва­лась этим со­об­ра­же­ни­ем, к ко­мис­сии не мо­жет быть пре­тен­зий. Это тот урок, ко­то­рый дол­жен усво­ить ОСД. Но, по мо­е­му мне­нию, от­ри­цать воз­мож­ность оце­ни­вать де­я­тель­ность кан­ди­да­та на долж­но­сти судьи озна­ча­ет ис­кус­ствен­но огра­ни­чить ОСД в его и так огра­ни­чен­ных воз­мож­но­стях.

Бла­жен­ный Ав­гу­стин ска­зал: «Я не мо­гу дать опре­де­ле­ние Бо­га, но точ­но знаю, что та­кое без­бо­жие». Эту идею, по мо­е­му мне­нию, сле­ду­ет иметь в ви­ду, раз­мыш­ляя о том, ру­ко­вод­ство­вал­ся ли ОСД чет­ки­ми кри­те­ри­я­ми про­фес­си­о­наль­ной эти­ки и доб­ро­по­ря­доч­но­сти. Неко­то­рые под­хо­ды в вы­во­дах ОСД дей­стви­тель­но гре­шат весь­ма по­верх­ност­ны­ми обоб­ще­ни­я­ми и ос­но­вы­ва­ют­ся на со­мни­тель­ных ис­точ­ни­ках ин­фор­ма­ции. По­это­му осо­бый ак­цент в Вы­во­де о Ре­гла­мен­те ОСД, ко­то­рый под­го­то­вил экс­перт Со­ве­та Ев­ро­пы, — на необ­хо­ди­мо­сти иметь чет­кие и за­ра­нее уста­нов­лен­ные кри­те­рии и стан­дар­ты оце­ни­ва­ния су­дей, в ко­то­ром при­ни­ма­ет уча­стие ОСД. Та­кие стан­дар­ты нуж­ны и для са­мо­го ОСД — как ин­стру­мент за­щи­ты от по­ли­ти­че­ских вли­я­ний, предот­вра­ще­ния рис­ка фа­во­ри­тиз­ма, предубеж­ден­но­сти и за­ви­си­мо­сти. Этот чрез­вы­чай­но важ­ный урок так­же дол­жен быть усво­ен. И здесь на са­мом де­ле труд­но опре­де­лить кри­те­рии доб­ро­по­ря­доч­но­сти, но опре­де­лить «без­бо­жие» — воз­мож­но.

ОСД яв­ля­ет­ся неотъ­ем­ле­мой ча­стью но­во­го кон­кур­са в но­вый Вер­хов­ный суд. Де­ле­ги­ти­ма­ция ОСД бу­дет иметь фа­таль­ные по­след­ствия для кон­кур­са в це­лом. Да­же «ток­си­че­ский» имидж ВККС, ко­то­рый фор­ми­ру­ет­ся и раз­го­ня­ет­ся в со­ци­аль­ных ме­диа и неко­то­рых СМИ, яв­ля­ет­ся ме­нее вред­ным для кон­кур­са в Вер­хов­ный суд и са­мо­го но­во­го су­деб­но­го ин­сти­ту­та, чем раз­ру­ше­ние об­ще­ствен­но­го до­ве­рия к ОСД.

Опас­ность де­ле­ги­ти­ма­ции ОСД идет не толь­ко из­нут­ри. На­ши ев­ро­пей­ские кол­ле­ги до­воль­но скеп­ти­че­ски от­но­сят­ся к ОСД как ин­сти­ту­ту, счи­тая, что этот ор­ган не со­от­вет­ству­ет ев­ро­пей­ским стан­дар­там. В част­но­сти, на этой неде­ле Бю­ро по во­про­сам де­мо­кра­ти­че­ских ин­сти­ту­тов и прав че­ло­ве­ка ОБСЕ (БДИПЧ) при­сла­ло Выс­ше­му ад­ми­ни­стра­тив­но­му су­ду и ВККС свой вы­вод от­но­си­тель­но За­ко­на Укра­и­ны «О су­до­устрой­стве и ста­ту­се су­дей». В нем на­стой­чи­во ре­ко­мен­ду­ет­ся пе­ре­смот­реть по­ло­же­ние о со­зда­нии ОСД и взве­сить це­ле­со­об­раз­ность ис­поль­зо­ва­ния иных спо­со­бов при­вле­че­ния пред­ста­ви­те­лей граж­дан­ско­го об­ще­ства к про­цес­су оце­ни­ва­ния су­дей или же су­ще­ствен­ным об­ра­зом ре­фор­ми­ро­вать Об­ще­ствен­ный со­вет. Ведь пол­но­мо­чия ОСД вы­хо­дят за пре­де­лы пол­но­мо­чий су­гу­бо со­ве­ща­тель­но­го ор­га­на и поз­во­ля­ют ему су­ще­ствен­но вли­ять на ре­зуль­та­ты оце­ни­ва­ния фак­ти­че­ски на­ло­же­ни­ем ве­то на по­ло­жи­тель­ную оцен­ку опре­де­лен­но­го судьи со сто­ро­ны ВККС, а это озна­ча­ет, что про­це­ду­ра оце­ни­ва­ния уже не пол­но­стью при­над­ле­жит к ком­пе­тен­ции ор­га­на су­дей­ско­го са­мо­управ­ле­ния.

Да, на­ши ев­ро­пей­ские кол­ле­ги пра­вы. Ес­ли бы речь шла о су­деб­ной ре­фор­ме вне укра­ин­ско­го кон­тек­ста, ес­ли бы не бы­ло Ре­во­лю­ции До­сто­ин­ства, а до это­го ска­ты­ва­ния Укра­и­ны в про­пасть ма­фи­оз­но­го ав­то­ри­та­риз­ма, об­ра­зо­ва­ние ОСД в том ви­де, в ко­то­ром он вве­ден За­ко­ном «О су­до­устрой­стве и ста­ту­се су­дей», яв­ным об­ра­зом шло бы во­пре­ки ев­ро­пей­ским стан­дар­там. Но есть укра­ин­ский кон­текст, бы­ла Ре­во­лю­ция До­сто­ин­ства, ко­то­рая це­ной жизнь Не­бес­ной сот­ни, спас­ла стра­ну от про­па­сти, есть кри­ти­че­ский уро­вень недо­ве­рия об­ще­ства к су­деб­ной вла­сти, есть па­мять о ро­ли су­дов в ре­прес­си­ях про­тив ак­ти­ви­стов Май­да­на.

В чем про­бле­ма ре­фор­мы? Во­пер­вых, су­деб­ная ре­фор­ма, при­ня­тая да­же несколь­ки­ми ча­са­ми рань­ше кон­сти­ту­ци­он­ной, ста­ла ре­зуль­та­том по­ли­ти­че­ских ком­про­мис­сов и до­го­во­рен­но­стей, ком­про­мис­сом меж­ду ре­во­лю­ци­он­ным и эво­лю­ци­он­ным пу­тя­ми ре­фор­мы, меж­ду ле­ги­тим­но­стью и ре­во­лю­ци­он­ной це­ле­со­об­раз­но­стью.

Что по­лу­чи­ли на вы­хо­де? На вы­хо­де мы по­лу­чи­ли клас­си­че­ский ре­жим пра­во­су­дия пе­ре­ход­но­го пе­ри­о­да (transitional justice), но об­ла­чен­ный в оде­я­ние пер­ма­нент­но­сти. Со­глас­но об­ще­при­ня­то­му в меж­ду­на­род­ном дис­кур­се по­ни­ма­нию, пра­во­су­дие пе­ре­ход­но­го пе­ри­о­да вклю­ча­ет ме­ры су­деб­но­го и вне­су­деб­но­го ха­рак­те­ра, на­прав­лен­ные на пре­одо­ле­ние по­след­ствий ав­то­ри­тар­ных и то­та­ли­тар­ных ре­жи­мов. Эти ме­ры вво­дят­ся во вре­мя пе­ре­хо­да от по­ли­ти­ки на­си­лия и ре­прес­сий к об­ще­ствен­ной ста­биль­но­сти на на­ча­лах де­мо­кра­тии и вер­хо­вен­ства пра­ва.

В эту ло­вуш­ку пер­ма­нент­но­сти пра­во­су­дия пе­ре­ход­но­го пе­ри­о­да по­па­да­ют и на­ши ев­ро­пей­ские кол­ле­ги, ко­то­рые по­чти еди­но­душ­ны в сво­их ре­ко­мен­да­ци­ях от­но­си­тель­но пе­ре­смот­ра ро­ли ОСД и да­же его лик­ви­да­ции как не со­от­вет­ству­ю­ще­го ев­ро­пей­ским стан­дар­там. Но ев­ро­пей­ские стан­дар­ты пра­во­су­дия не яв­ля­ет­ся ве­щью в се­бе, они слу­жат бо­лее гло­баль­ной це­ли — обес­пе­че­нию ре­а­ли­за­ции цен­но­стей де­мо­кра­ти­че­ско­го об­ще­ства, по­стро­ен­но­го на на­ча­лах вер­хо­вен­ства пра­ва, ува­же­ния прав че­ло­ве­ка, над­ле­жа­ще­го управ­ле­ния. Та­кие стан­дар­ты, по­стро­ен­ные на ев­ро­пей­ской пра­во­вой тра­ди­ции, до­сти­га­ю­щей глу­би­ны двух ты­ся­че­ле­тий, во­пло­ще­ны в на­ци­о­наль­ных кон­сти­ту­ци­ях, кон­сти­ту­ци­он­ной юрис­пру­ден­ции ев­ро­пей­ских го­су­дарств и ди­стил­ли­ро­ва­ны в мно­го­чис­лен­ных меж­ду­на­род­но-пра­во­вых и по­ли­ти­че­ских до­ку­мен­тах, в част­но­сти в обя­за­тель­ствах, взя­тых в рам­ках ОБСЕ, до­ку­мен­тах Со­ве­та Ев­ро­пы, прак­ти­ке Ев­ро­пей­ско­го су­да по пра­вам че­ло­ве­ка, Ве­не­ци­ан­ской ко­мис­сии.

Со­блю­де­ние этих стан­дар­тов долж­но быть стра­те­ги­че­ской це­лью су­деб­ной ре­фор­мы. Но оце­ни­вать су­деб­ную ре­фор­му, на­ча­тую в ре­жи­ме пра­во­су­дия пе­ре­ход­но­го пе­ри­о­да, в со­от­вет­ствии с чет­ки­ми и жест­ки­ми рам­кам та­ких стан­дар­тов бы­ло бы боль­шой ошиб­кой.

Воз­вра­ща­ясь к ре­зуль­та­там ра­бо­ты ВККС, уже сей­час мож­но от­ве­тить на во­прос, что про­изо­шло. Про­изо­шло об­нов­ле­ние выс­шей су­деб­ной ин­стан­ции за счет су­дей низ­ших су­дов. Та­кое в ис­то­рии про­ис­хо­ди­ло — вспом­ним про­ти­во­ре­чи­вые су­деб­ные ре­фор­мы Фра­ньо Тудж­ма­на в Хо­рва­тии в на­ча­ле 1990-х. Хо­ро­шо это или пло­хо в на­шем слу­чае, по­ка­жет вре­мя.

За­кон «О су­до­устрой­стве и ста­ту­се су­дей» 2016 го­да про­ни­зан яв­ной предубеж­ден­но­стью в поль­зу дей­ству­ю­щих су­дей. Да­же во вре­мя по­да­чи до­ку­мен­тов су­дьям бы­ло на­мно­го лег­че, чем дру­гим ка­те­го­ри­ям кан­ди­да­тов, ко­то­рые долж­ны бы­ли до­ка­зы­вать до­ку­мен­та­ми каж­дый год сво­е­го ста­жа, хо­дить по ар­хи­вам, су­дам, вы­ис­ки­вая со­от­вет­ству­ю­щие под­твер­жде­ния, что не слу­жи­ло ни­ка­кой ра­зум­ной це­ли, ес­ли це­лью ре­фор­мы яв­ля­ет­ся ка­че­ствен­ное об­нов­ле­ние су­дей­ско­го кор­пу­са за счет про­фес­си­о­наль­ных и доб­ро­по­ря­доч­ных кад­ров.

Две­ри, хо­тя и со скри­пом, бы­ли от­кры­ты толь­ко для су­деб­ных ад­во­ка­тов и на­уч­ных ра­бот­ни­ков ву­зов (толь­ко в де­каб­ре 2016 г. бы­ли вне­се­ны из­ме­не­ния от­но­си­тель­но на­уч­ных ра­бот­ни­ков из на­уч­ных учре­жде­ний, но по­езд уже ушел). В чем здесь про­бле­ма? Про­бле­ма в ка­че­стве как на­у­ки в Укра­ине, так и ад­во­кат­ской про­фес­сии. Клас­си­че­ская кор­руп­ция в су­дах (в от­ли­чие от по­ли­ти­че­ской) невоз­мож­на без ад­во­ка­та. Это со­об­ра­же­ние ни­ко­им об­ра­зом не ка­са­ет­ся всех ад­во­ка­тов, ко­то­рые по­шли на кон­курс. Это кон­ста­та­ция фе­но­ме­на, а не ха­рак­те­ри­сти­ка.

В на­ча­ле кон­кур­са мно­гие удив­ля­лись, по­че­му в судьи по­да­лось так ма­ло на­сто­я­щих спе­ци­а­ли­стов из част­ной сфе­ры, у ко­то­рых есть ав­то­ри­тет и про­фес­си­о­на­лизм. И от­вет не толь­ко в том, что не ве­ри­ли. Мно­гие не мог­ли. Юрист в част­ной сфе­ре в те­че­ние по­след­них пят­на­дца­ти лет все­гда дол­жен был вы­би­рать — при­ни­мать пра­ви­ла иг­ры су­деб­ной си­сте­мы или от­ка­зать­ся от су­деб­ной прак­ти­ки, со­сре­до­то­чив­шись на юри­ди­че­ском кон­сал­тин­ге и услу­гах, огра­ни­чив та­кие кон­так­ты до необ­хо­ди­мо­го ми­ни­му­ма. По­это­му нема­ло про­фес­си­о­наль­ных юри­стов вы­бра­ли этот путь ра­ди со­хра­не­ния сво­ей ре­пу­та­ции, и им за­кон за­крыл до­ступ в Вер­хов­ный суд.

Ло­ги­ка за­ко­но­да­те­ля, ка­жет­ся, за­клю­ча­лась в том, что су­дья­ми долж­ны быть лю­ди, у ко­то­рых есть су­деб­ный опыт, и в иде­а­ле это пра­виль­но, но не в укра­ин­ских ре­а­ли­ях. К со­жа­ле­нию. Чем мень­ше фор­маль­ных кри­те­ри­ев и чем слож­нее кон­курс, тем боль­ше ком­пе­тент­ных, этич­ных и доб­ро­по­ря­доч­ных лю­дей в него по­па­ли бы. По­это­му по­ло­же­ния за­ко­на в этой ча­сти яв­ля­ют­ся до­воль­но со­мни­тель­ны­ми, а ре­зуль­та­ты кон­кур­са от­но­си­тель­но ко­ли­че­ства лю­дей вне си­сте­мы — по­ка­за­тель­ны­ми.

Что даль­ше? «На­ми дви­жет недо­ве­рие. Укра­ин­цы не ве­рят вла­сти, не ве­рят со­граж­да­нам, а глав­ное — не ве­рят в се­бя», — эти­ми сло­ва­ми Свя­то­слав Ва­кар­чук вы­нес вер­дикт на­ше­му об­ще­ству. Фа­тум недо­ве­рия тя­го­те­ет над на­шим об­ще­ством. Кон­курс в Вер­хов­ный суд, к со­жа­ле­нию, не стал ис­клю­че­ни­ем.

Но за по­след­ние де­вять ме­ся­цев су­деб­ная си­сте­ма ис­пы­та­ла дей­стви­тель­но го­ло­во­кру­жи­тель­ные пре­об­ра­зо­ва­ния. Они не вы­ли­лись в ка­кие-то за­ко­но­да­тель­ные ак­ты, в об­ра­зо­ва­ние ка­ких­то ин­сти­ту­тов. Про­изо­шел тек­то­ни­че­ский сдвиг в со­зна­нии су­дей­ско­го кор­пу­са. Судьи по­ня­ли, что на­хо­дят­ся под бди­тель­ным оком об­ще­ствен­но­сти, ко­то­рая по­лу­чи­ла важ­ный ин­стру­мент вли­я­ния на за­кры­тую су­дей­скую кор­по­ра­цию. Воз­ник­ло некое по­боч­ное по­след­ствие, ко­то­рое бу­дет по­буж­дать су­дей быть осмот­ри­тель­ны­ми в сво­их по­ступ­ках и по­ве­де­нии и в су­деб­ном за­ле, и за его пре­де­ла­ми. И на­де­юсь, на­чал­ся дол­го­ждан­ный про­цесс са­мо­очи­ще­ния су­дей­ско­го кор­пу­са.

Но это еще не ко­нец ис­то­рии. И де­ло не толь­ко в том, что оце­ни­вать кан­ди­да­тов и про­ве­рять ре­зуль­та­ты кон­кур­са бу­дет са­мый вы­со­кий ор­ган су­дей­ско­го управ­ле­ния — Выс­ший со­вет пра­во­су­дия, у ко­то­ро­го есть пра­во ве­то от­но­си­тель­но лю­бо­го кан­ди­да­та. Да­же на­зна­че­ние но­во­го со­ста­ва Вер­хов­но­го су­да еще не бу­дет озна­чать необ­ра­ти­мо­сти ре­фор­мы. Вер­хов­ная Ра­да Укра­и­ны по­ка что не смог­ла при­нять но­вые про­цес­су­аль­ные ко­дек­сы — а это од­но из двух усло­вий за­пус­ка но­во­го Вер­хов­но­го су­да (пер­вое — на­зна­че­ние по мень­шей ме­ре 65 су­дей; вто­рое — при­ня­тие про­цес­су­аль­но­го за­ко­но­да­тель­ства, ко­то­рое ре­гу­ли­ру­ет по­ря­док рас­смот­ре­ния дел Вер­хов­ным су­дом).

При этом, ес­ли ко­дек­сы не бу­дут при­ня­ты, воз­ник­нет ка­та­стро­фи­че­ская си­ту­а­ция: со­глас­но п. 8 Пе­ре­ход­ных по­ло­же­ний за­ко­на Вер­хов­ный суд на­чи­на­ет ра­бо­ту при усло­вии на­зна­че­ния по мень­шей ме­ре 65 су­дей Вер­хов­но­го су­да по ре­зуль­та­там кон­кур­са, а Вер­хов­ный суд Укра­и­ны, Выс­ший спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ный суд Укра­и­ны по рас­смот­ре­нию граж­дан­ских и уго­лов­ных дел, Выс­ший хо­зяй­ствен­ный суд Укра­и­ны, Выс­ший ад­ми­ни­стра­тив­ный суд Укра­и­ны дей­ству­ют до на­ча­ла ра­бо­ты Вер­хов­но­го су­да и вступ­ле­ния в си­лу со­от­вет­ству­ю­ще­го про­цес­су­аль­но­го за­ко­но­да­тель­ства. То есть мо­жет воз­ник­нуть си­ту­а­ция, ко­гда в Укра­ине бу­дут дей­ство­вать не че­ты­ре выс­ших су­да (ВСУ, ВССУ, ВХСУ, ВАСУ), а пять, при­чем два из них бу­дут вер­хов­ны­ми су­да­ми. Несмот­ря на это, пер­спек­ти­вы при­ня­тия про­цес­су­аль­ной ре­фор­мы в пар­ла­мен­те до­воль­но ту­ман­ные.

14 июня 2017 г. Кон­сти­ту­ци­он­ный суд Укра­и­ны от­крыл про­из­вод­ство по кон­сти­ту­ци­он­но­му пред­став­ле­нию Вер­хов­но­го су­да Укра­и­ны от­но­си­тель­но со­от­вет­ствия Кон­сти­ту­ции Укра­и­ны (кон­сти­ту­ци­он­но­сти) от­дель­ных по­ло­же­ний За­ко­на Укра­и­ны «О су­до­устрой­стве и ста­ту­се су­дей». Хо­тя от­кры­тие про­из­вод­ства, с точ­ки зре­ния об­ще­ствен­но­сти, несет угро­зу сво­ра­чи­ва­ния су­деб­ной ре­фор­мы и ре­ван­ша ре­ак­ци­он­ных сил в су­дей­ском кор­пу­се, по мо­е­му мне­нию, кон­сти­ту­ци­он­ное про­из­вод­ство и ре­ше­ние КСУ да­ет шанс за­пу­стить ре­фор­му, сде­лать до­сти­же­ния об­ще­ствен­но­сти необ­ра­ти­мы­ми. Ре­ше­ние Кон­сти­ту­ци­он­но­го су­да бу­дет ока­зы­вать су­ще­ствен­ное вли­я­ние и в даль­ней­шем, ес­ли мы не хо­тим, что­бы эта ре­фор­ма бы­ла свер­ну­та.

Ес­ли мож­но пе­ре­фор­ма­ти­ро­вать Вер­хов­ный суд, ко­то­рый яв­ля­ет­ся ор­га­ном, уста­нов­лен­ным Кон­сти­ту­ци­ей, при­няв за­кон без вне­се­ния из­ме­не­ний в Кон­сти­ту­цию, то это да­ет воз­мож­ность лю­бо­му сле­ду­ю­ще­му пар­ла­мен­ту сде­лать то же в лю­бое вре­мя. По­это­му зна­че­ние это­го бу­ду­ще­го ре­ше­ния мо­жет со­сто­ять в обес­пе­че­нии кон­сти­ту­ци­он­но­го им­му­ни­те­та Вер­хов­но­го су­да от ка­кой-ли­бо си­ту­а­тив­ной кон­фи­гу­ра­ции в пар­ла­мен­те в даль­ней­шем, а так­же мо­жет снять те по­ли­ти­че­ские фак­то­ры, тор­мо­зя­щие про­цес­су­аль­ную ре­фор­му, без ко­то­рых за­пу­стить но­вый Вер­хов­ный суд невоз­мож­но.

Опре­де­лен­ные ос­но­ва­ния для та­ко­го вы­во­да есть, ведь су­дьей-до­клад­чи­ком в этом де­ле опре­де­лен су­дья С.шев­чук из чис­ла «па­ла­ди­нов Май­да­на» — су­дей, ко­то­рые бы­ли из­бра­ны в КСУ в мар­те 2014 г. на волне Ре­во­лю­ции До­сто­ин­ства и оста­ют­ся, по оцен­ке судьи КСУ в от­став­ке Вя­че­сла­ва Джу­ня, дей­стви­тель­но неза­ви­си­мы­ми су­дья­ми, в от­ли­чие от осталь­ных «ман­ти­е­нос­цев». Здесь, ко­неч­но, воз­ни­ка­ет во­прос си­стем­но­го кри­зи­са, в ко­то­ром ока­зал­ся Кон­сти­ту­ци­он­ный суд Укра­и­ны: оба про­цес­са — и су­деб­ная ре­фор­ма, и ре­фор­ма Кон­сти­ту­ци­он­но­го су­да — ока­за­лись си­ту­а­тив­но свя­зан­ны­ми. Но это уже дру­гая ис­то­рия.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.