Гео­по­ли­ти­че­ская ре­вер­сия: «но­вые 80-е»

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Вла­ди­мир ГОРБУЛИН,

ди­рек­тор На­ци­о­наль­но­го ин­сти­ту­та стра­те­ги­че­ских ис­сле­до­ва­ний, ака­де­мик НАНУ В био­ло­гии есть ин­те­рес­ный тер­мин — «ре­вер­сия». Это му­та­ция, ко­гда ген воз­вра­ща­ет­ся к неко­е­му ис­ход­но­му со­сто­я­нию, ча­ще все­го — с пол­ным вос­ста­нов­ле­ни­ем преж­ней сво­ей струк­ту­ры.

Про­во­дить био­ло­ги­че­ские ана­ло­гии с гео­по­ли­ти­че­ской ре­аль­но­стью — при­ем весь­ма со­мни­тель­ный (осо­бен­но учи­ты­вая «поч­вен­ни­че­ские» кор­ни са­мой гео­по­ли­ти­ки), но в кон­тек­сте про­цес­сов, ко­то­рые мы сей­час на­блю­да­ем, — до­пу­сти­мый.

Преж­де все­го по­то­му, что се­год­ня мы ви­дим ин­те­рес­ный (и по­сво­е­му — опас­ный) при­мер та­кой ре­вер­сии — по­стро­е­ния «но­вых» 80-х го­дов ХХ сто­ле­тия в со­вре­мен­ных усло­ви­ях. Пе­ри­о­да, ха­рак­те­ри­зо­вав­ше­го­ся рез­ки­ми скач­ка­ми на­пря­жен­но­сти в хо­лод­ной войне, жест­ки­ми вза­им­ны­ми за­яв­ле­ни­я­ми, недру­же­ствен­ны­ми дей­стви­я­ми, и, как ре­зуль­тат, про­иг­ры­шем од­ной из сто­рон. Это пе­ри­од, ко­гда «Ча­сы суд­но­го дня» бы­ли близ­ки к по­ка­за­те­лю ядер­но­го апо­ка­лип­си­са, од­на­ко, в кон­це-кон­цов, это при­ве­ло к раз­ряд­ке. Как пра­виль­но го­во­рил Ге­рак­лит, «нель­зя два­жды вой­ти в од­ну ре­ку» — так и с гео­по­ли­ти­че­ски­ми ре­а­ли­я­ми: мы ни­ко­гда (ско­рее все­го — к сча­стью) не смо­жем най­ти две аб­со­лют­но иден­тич­ные си­ту­а­ции и дис­по­зи­ции. Но и от­ри­цать опре­де­лен­ные ана­ло­гии бы­ло бы оши­боч­но. Тем бо­лее что в но­вом про­ти­во­сто­я­нии при­ни­ма­ют уча­стие лю­ди, ко­то­рые не про­сто пом­нят, «как это бы­ло», но и са­ми бы­ли ак­тив­ны­ми участ­ни­ка­ми тех про­цес­сов.

2 ав­гу­ста 2017 го­да, ко­гда До­нальд Трамп под­пи­сал Акт о про­ти­во­дей­ствии про­тив­ни­кам Аме­ри­ки че­рез санк­ции (Countering America’s Adversaries Through Sanctions Act), он от­крыл, в опре­де­лен­ном смыс­ле, но­вую гла­ву в гло­баль­ном гео­по­ли­ти­че­ском па­сьян­се.

Этот акт име­ет сра­зу несколь­ко крайне важ­ных смыс­лов: во-пер­вых, пе­ре­фор­ма­ти­ру­ет кар­ти­ну гло­баль­но­го ми­ра, со­хра­няв­шу­ю­ся по­чти неиз­мен­ной око­ло 25 лет; а во­вто­рых — за­креп­ля­ет це­лый ряд тен­ден­ций, быв­ших до­то­ле лишь неки­ми неустой­чи­вы­ми трен­да­ми. Что не ме­нее важ­но — до­ку­мент вы­нуж­да­ет опре­де­лять­ся и осталь­ных участ­ни­ков меж­ду­на­род­ных про­цес­сов. По­зи­ция, ко­то­рая на­блю­да­лась с 2014 го­да (на са­мом де­ле — еще рань­ше) и поз­во­ля­ла мно­гим стра­нам мяг­ко ди­стан­ци­ро­вать­ся от недру­же­ствен­ных дей­ствий Рос­сии, ока­за­лась под угро­зой. Скла­ды­ва­ет­ся си­ту­а­ция, ко­гда аб­стракт­ный раз­го­вор о том, что «цен­но­сти для нас важ­нее де­нег», при­дет­ся под­твер­ждать дей­стви­я­ми. И пробле­ма по­ис­ка еже­год­но­го кон­сен­су­са о необ­хо­ди­мо­сти со­хра­не­ния санк­ций ока­жет­ся наи­мень­шей из про­блем ев­ро­пей­ских пра­ви­тельств.

«Кол­лек­тив­ный Рей­ган» про­тив «Оси зла»

Со­ве­ты долж­ны по­нять, что мы ни­ко­гда не бу­дем ста­вить под угро­зу на­ши прин­ци­пы и стан­дар­ты… прав­да со­сто­ит в том, что рав­но­ве­сие сил те­перь яв­ля­ет­ся очень опас­ным мо­шен­ни­че­ством, по­сколь­ку это — про­сто ил­лю­зия ми­ра. Дей­стви­тель­ность со­сто­ит в том, что мы долж­ны най­ти мир че­рез си­лу. Под­пи­сан­ный Трам­пом за­кон пуб­лич­но ма­ни­фе­сти­ру­ет важ­ную мак­ро­кон­струк­цию: у США есть офи­ци­аль­ные вра­ги. И это не од­но «сверх­го­су­дар­ство», а ряд неболь­ших, но ре­ги­о­наль­но ак­тив­ных стран. Фак­ти­че­ски речь идет о свое­об­раз­ной «Оси зла», на борь­бу с ко­то­рой те­перь и долж­ны быть на­прав­ле­ны уси­лия США. Иран, Россия и Се­вер­ная Ко­рея (ко­то­рой хоть и уде­ле­но ма­ло вни­ма­ния, но важ­но, что о ней вспом­ни­ли) —но­вый кол­лек­тив­ный про­тив­ник сво­бод­но­го ми­ра, де­струк­тив­ные дей­ствия ко­то­ро­го нуж­но сдер­жи­вать и тща­тель­но от­сле­жи­вать. Встра­и­ва­ние же Рос­сии в один ряд с ав­то­ри­тар­ны­ми Ира­ном и Се­вер­ной Ко­ре­ей да­ет чет­кое по­ни­ма­ние, ка­кой ее ви­дит се­год­ня аме­ри­кан­ский за­ко­но­да­тель: ав­то­ри­тар­ной стра­ной, где пра­ва че­ло­ве­ка — пу­стой звук, а ми­ли­та­ризм и ре­ван­шизм — од­ни из ос­нов го­су­дар­ствен­ной по­ли­ти­ки.

В опре­де­лен­ной сте­пе­ни та­кое уси­лен­ное вни­ма­ние со сто­ро­ны США яв­ным об­ра­зом льстит Вла­ди­ми­ру Пу­ти­ну: он пре­крас­но по­ни­ма­ет, нас­коль­ко со­вре­мен­ная Россия с ее огра­ни­чен­ным су­ве­ре­ни­те­том (что по­ка­за­ла си­ту­а­ция с тур­би­на­ми «Siemens») недо­тя­ги­ва­ет до стан­дар­та «глав­но­го вра­га» для та­ко­го го­су­дар­ства, как США. Од­на­ко как вер­но под­ме­ти­ла Ли­лия Шев­цо­ва, ком­мен­ти­руя лич­ную встре­чу Пу­ти­на и Трам­па, «для Рос­сии раз­го­вор да­же с враж­деб­ной Аме­ри­кой яв­ля­ет­ся под­твер­жде­ни­ем ве­ли­ко­го­су­дар­ствен­но­сти и на­деж­дой на вос­ста­нов­ле­ние би­по­ляр­но­го ми­ра».

С дру­гой сто­ро­ны, тот факт, что вме­сто СССР как «Им­пе­рии зла» (по­ня­тие, вве­ден­ное в обо­рот Р. Рей­га­ном) ныне на по­вест­ке дня лишь «Иран, Се­вер­ная Ко­рея и при­мкнув­шая к ним Россия», все же не мо­жет не огор­чать рос­сий­ско­го ли­де­ра.

В уже от­ме­чен­ной ма­ни­фе­ста­ции рос­сий­ской угро­зы очень по­ка­за­тель­но се­год­ня вы­гля­дит тот по­ли­ти­че­ский ланд­шафт США, на фоне ко­то­ро­го все и про­ис­хо­дит. В то вре­мя как в 80-х го­дах имен­но Ро­нальд Рей­ган был тем, кто на­чал ре­ши­тель­но ме­нять по­ли­ти­ку США по от­но­ше­нию к СССР, внес су­мя­ти­цу в вы­стро­ен­ные еще в 70-е на де­ся­ти­ле­тия впе­ред пла­ны «по­зи­ци­он­ной вой­ны» с СССР — те­перь на се­бя эту роль при­ме­ря­ет Кон­гресс США (свое­об­раз­ный «кол­лек­тив­ный Рей­ган»). Дву­пар­тий­ный кон­сен­сус, скла­ды­ва­ю­щий­ся во­круг по­ли­ти­ки США по от­но­ше­нию к Рос­сии, уди­ви­те­лен по мно­гим при­чи­нам. Но что важ­но — по­доб­ное един­ство дей­ствий аме­ри­кан­ских за­ко­но­да­те­лей, вы­нуж­ден­ных по­сто­ян­но под­твер­ждать свой ста­тус на вы­бо­рах, го­во­рит о том, что они чет­ко по­ни­ма­ют, ка­кую по­ли­ти­ку их из­би­ра­тель под­дер­жит, а ка­кую — нет. То есть ес­ли в 80-е мож­но бы­ло го­во­рить о «Рей­гане про­тив Им­пе­рии Зла», то се­год­ня мы име­ем «Кол­лек­тив­но­го Рей­га­на про­тив Оси зла».

Ис­то­рия с при­ня­ти­ем за­ко­на о санк­ци­ях лю­бо­пыт­на еще од­ним об­сто­я­тель­ством. Сра­зу по­сле из­бра­ния на долж­ность пре­зи­ден­та США Д.трам­па у по­ли­то­ло­гов воз­ни­кал во­прос: что ока­жет­ся силь­нее — де­мо­кра­ти­че­ские ин­сти­ту­ты или во­ля од­но­го че­ло­ве­ка? По­хо­же, сей­час мы мо­жем дать вполне од­но­знач­ный от­вет на него: си­сте­ма, спро­ек­ти­ро­ван­ная по­ли­ти­че­ски­ми ар­хи­тек­то­ра­ми аме­ри­кан­ско­го го­су­дар­ства еще в кон­це XVIII в., ока­за­лась жиз­не­спо­соб­нее, чем ха­о­тич­ные ме­та­ния че­ло­ве­ка на выс­шей долж­но­сти. Бе­з­услов­но, это еще не ко­нец про­ти­во­сто­я­ния, но тен­ден­ция уже за­мет­на.

Кста­ти го­во­ря, еще од­ним ре­зуль­та­том свое­об­раз­но­го «стра­те­ги­че­ско­го дву­па­лат­но­го кон­сен­су­са» и след­стви­ем рез­ко­го про­ти­во­сто­я­ния меж­ду Трам­пом и аме­ри­кан­ски­ми ме­диа, ста­ло фор­ми­ро­ва­ние для Трам­па си­ту­а­ции, очень по­хо­жую на из­вест­ную «Улов­ку 22»: лю­бая по­пыт­ка на­ста­и­вать на сни­же­нии гра­ду­са про­ти­во­сто­я­ния с Рос­си­ей бу­дет трак­то­вать­ся как «сда­ча ин­те­ре­сов США Пу­ти­ну». Фак­ти­че­ски Трам­пу не остав­ля­ют пу­тей для от­ступ­ле­ния, жест­ко нор­ми­руя его де­я­тель­ность.

Хо­тя боль­шин­ство обо­зре­ва­те­лей осо­бо на­ста­и­ва­ли на том, что под­пи­са­ние Трам­пом за­ко­на бы­ло фор­мой «вы­кру­чи­ва­ния» ему рук Кон­грес­сом, все же си­ту­а­ция несколь­ко слож­нее. Во мно­гом под­пи­са­ние за­ко­на укла­ды­ва­ет­ся в фи­ло­со­фию са­мо­го Трам­па — на­вя­зы­ва­ния ми­ру аме­ри­кан­ских «пра­вил иг­ры». За­кон о санк­ци­ях — хо­ро­ший то­му при­мер. Кро­ме ар­ти­ку­ля­ции глав­но­го оп­по­нен­та, он со­здал дис­ком­форт и для ев­ро­пей­ских парт­не­ров, ко­то­рые те­перь вы­нуж­де­ны опре­де­лять­ся со сво­ей внеш­ней и внут­рен­ней по­ли­ти­кой.

Та­кой неожи­дан­ный де­мон­стра­тив­ный от­каз Ва­шинг­то­на (от­каз ча­стич­ный — все же неко­то­рые из­ме­не­ния в за­кон вно­си­лись) счи­тать­ся с по­зи­ци­ей Брюс­се­ля и ев­ро­пей­ских сто­лиц, го­тов­ность ста­вить их пе­ред фак­том про­изо­шед­ших про­цес­сов, фор­ми­ро­вать (фак­ти­че­ски) по­вест­ку дня ЕС, бе­з­услов­но, злит ев­ро­пей­ских ли­де­ров, но де­лать с этим они, ско­рее все­го, ни­че­го не бу­дут — слиш­ком трав­ма­тич­ны бу­дут из­ме­не­ния во внеш­ней и внут­рен­ней по­ли­ти­ке. Скла­ды­ва­ет­ся си­ту­а­ция, ко­гда Брюс­се­лю про­ще при­нять но­вую ак­тив­ную роль США, чем пред­ла­гать свой под­ход. Хо­тя бы по­то­му, что сво­е­го под­хо­да (кро­ме аб­стракт­но­го «да­вай­те жить друж­но!») у Брюс­се­ля, а вме­сте с ним — у Бер­ли­на и Па­ри­жа, не на­блю­да­ет­ся. Да и не мо­жет его быть, по­сколь­ку ЕС (осо­бен­но по­сле Brexit’а) про­дол­жа­ет кон­цен­три­ро­вать­ся на са­мом се­бе, на по­пыт­ках по­нять, чем сей­час яв­ля­ет­ся Ев­ро­пей­ское со­об­ще­ство и как ему су­ще­ство­вать даль­ше. Сна­ча­ла Бри­та­ния, те­перь — агрес­сив­ный ев­рос­кеп­ти­цизм Поль­ши услож­ня­ют чет­кую ар­ти­ку­ля­цию сво­их це­лей, по­сколь­ку нет глав­но­го: ви­де­ния об­ще­го бу­ду­ще­го. Воз­мож­но, но­вые ли­де­ры (та­кие как Э.мак­рон), ес­ли они при­дут к вла­сти в ев­ро­пей­ских стра­нах, по­пы­та­ют­ся из­ме­нить по­доб­ное по­ло­же­ние дел, но по­ка что се­рьез­ных по­дви­жек не на­блю­да­ет­ся. Все идет к то­му, что вы­бо­ры в Гер­ма­нии за­кон­чат­ся про­гно­зи­ру­е­мо и А.мер­кель оста­нет­ся канц­ле­ром. А зна­чит — ра­ди­каль­ных из­ме­не­ний в по­ли­ти­ке не толь­ко Гер­ма­нии, но и ЕС не пред­ви­дит­ся.

Кста­ти го­во­ря, мож­но не со­мне­вать­ся, что рос­сий­ская про­па­ган­дист­ская ма­ши­на по­ста­ра­ет­ся мак­си­маль­но эф­фек­тив­но ис­поль­зо­вать про­ти­во­ре­чия меж­ду ЕС и США для ослаб­ле­ния ев­ро­ат­лан­ти­че­ской со­ли­дар­но­сти.

Впро­чем, не сто­ит воз­ла­гать боль­шие на­деж­ды и на ско­рые ре­зуль­та­ты от по­доб­ных из­ме­не­ний в по­ли­ти­ке США. Труд­но не от­ме­тить, что хо­тя мы го­во­рим о «но­вых 80-х», США по­ка что пы­та­ют­ся при­ме­нить ре­цеп­ты клас­си­че­ских 80-х — санк­ции и эко­но­ми­че­ское уду­ше­ние про­тив­ни­ка. Од­на­ко мир за эти 30—40 лет из­ме­нил­ся. Осо­бен­но — тех­но­ло­ги­че­ски. Что и по­чув­ство­ва­ли на се­бе США в пе­ри­од из­би­ра­тель­ной кам­па­нии в 2016 го­ду: ин­фор­ма­ци­он­ное про­ти­во­сто­я­ние при­об­ре­ло но­вые чер­ты, не впи­сы­ва­ю­щи­е­ся в ло­ги­ку клас­си­че­ско­го про­ти­во­дей­ствия. Стан­дарт­ные ре­цеп­ты не по­мо­га­ют от но­вых бо­лез­ней — тре­бу­ет­ся по­иск но­вых ре­ше­ний, а вот с этим как раз воз­ни­ка­ют опре­де­лен­ные слож­но­сти.

США, вновь при­ме­ря­ю­щие на се­бя роль не де­кла­ра­тив­но­го, а ре­аль­но­го ли­де­ра сво­бод­но­го ми­ра, уже сей­час ока­зы­ва­ют­ся пе­ред на­сто­я­щим мак­ро­вы­зо­вом: про­сто на­звать имя но­во­го «вра­га» и со­би­рать во­круг се­бя ко­а­ли­цию (на­при­мер, как Джордж Буш-мл. для вой­ны в Ира­ке) не по­лу­чит­ся. В то вре­мя как Россия си­стем­но и по­сле­до­ва­тель­но де­мон­ти­ру­ет ар­хи­тек­ту­ру меж­ду­на­род­ной без­опас­но­сти, мир нуж­да­ет­ся в но­вой ар­хи­тек­ту­ре. И ее от­сут­ствие — это не «вре­мен­ное неудоб­ство», а цель Рос­сии, по­сколь­ку в рам­ках ее ло­ги­ки, как го­во­рил пер­со­наж од­но­го по­пу­ляр­но­го те­ле­се­ри­а­ла, «ха­ос — это не про­вал. Ха­ос — это лест­ни­ца».

По всей ви­ди­мо­сти, имен­но от США ру­ко­во­ди­те­ли де­мо­кра­ти­че­ских стран и бу­дут ожи­дать пред­ло­же­ний по но­вой кон­цеп­ции ми­ро­по­ряд­ка и пра­вил вза­и­мо­дей­ствия стран. В т.ч. — от­но­си­тель­но то­го, как ре­а­ги­ро­вать на на­ру­ше­ния меж­ду­на­род­но­го пра­ва. Мы ви­дим свое­об­раз­ный мо­мент ис­ти­ны: все пал­ли­а­тив­ные сур­ро­га­ты вро­де «меж­ду­на­род­но­го тер­ро­риз­ма» стре­ми­тель­но ухо­дят в про­шлое и не в си­лах бо­лее при­кры­вать со­бой ре­аль­ную про­бле­му — ре­ван­шист­скую Рос­сию.

И чем доль­ше эта неопре­де­лен­ность мо­мен­та бу­дет со­хра­нять­ся, чем доль­ше За­пад бу­дет в со­сто­я­нии по­те­ри ори­ен­ти­ра — тем бо­лее опас­ной бу­дет ста­но­вить­ся меж­ду­на­род­ная си­ту­а­ция. По­сколь­ку все боль­шее ко­ли­че­ство го­су­дарств нач­нут осо­зна­вать тот «ва­ку­ум без­опас­но­сти», ко­то­рый ныне си­ту­а­тив­но скла­ды­ва­ет­ся. А без­опас­ность не тер­пит пу­сто­ты и бу­дет за­пол­нять­ся. При­чем в си­ту­а­ции, ко­гда «все мож­но» и нет еди­ной ар­хи­тек­ту­ры, на по­вест­ке дня мо­гут воз­ник­нуть са­мые неожи­дан­ные те­мы. На­при­мер — ядер­ная. Не сто­ит ду­мать, что стра­ны, вхо­дя­щие, на­при­мер, в Боль­шую два­дцат­ку, су­гу­бо фор­маль­но ре­а­ги­ру­ют на укра­ин­скую си­ту­а­цию: на на­шем при­ме­ре слож­но не сде­лать вполне кон­крет­ные вы­во­ды, ес­ли пом­нить, что мы доб­ро­воль­но от­ка­за­лись от ядер­но­го ору­жия в поль­зу обе­ща­ния со­хра­нить на­шу тер­ри­то­ри­аль­ную це­лост­ность. Все пре­крас­но ви­дят, к че­му эти обе­ща­ния при­ве­ли. И Укра­и­на (как при­мер) ста­нет еще од­ним ар­гу­мен­том стран, об­ви­ня­ю­щих «ядер­ный клуб» в том, что они по­хо­жи на лю­дей, ко­то­рые хоть са­ми и ку­рят, од­на­ко за­пре­ща­ют то же са­мое де­лать осталь­ным. Так что ес­ли но­вая ар­хи­тек­ту­ра не бу­дет вы­стро­е­на, су­ще­ству­ет вполне кон­крет­ный риск ро­ста ко­ли­че­ства чле­нов «ядер­но­го клу­ба».

Ес­ли же ре­зю­ми­ро­вать в це­лом: с чем же се­год­ня США вхо­дят в мир «но­вых 80-х»? Без Ро­наль­да Рей­га­на, но с «кол­лек­тив­ным Рей­га­ном», без «рей­га­но­ми­ки», но с до­ста­точ­но по­пу­лист­ской эко­но­ми­че­ской про­грам­мой, с блед­ным по­до­би­ем (прав­да, агрес­сив­ным) ста­ро­го вра­га, с по­ли­ти­че­ски раз­об­щен­ным аме­ри­кан­ским об­ще­ством, в ми­ре, где ни­ка­кой би­по­ляр­но­сти уже дав­но нет, но очень мно­гие ждут, что США вновь возь­мут на се­бя гло­баль­ное по­ли­ти­че­ское ли­дер­ство.

Россия под санк­ци­я­ми: рас­те­рян­ность и злость

«Збо­ку я ски­дав­ся на тан­кі­ста, чий танк дав­но згорів, але ба­жан­ня во­ю­ва­ти ли­ши­лось.» Го­то­ва ли Россия ко вхо­ду в эти «но­вые 80-е»? Сим­во­ли­че­ская «ма­ши­на вре­ме­ни» (в ви­де раз­ру­ше­ния те­ку­ще­го ми­ро­по­ряд­ка), ко­то­рую крем­лев­ское ру­ко­вод­ство со­би­ра­лось ис­поль­зо­вать, что­бы по­пасть в услов­ные 70-е (пе­ри­од Со­ве­ща­ния по без­опас­но­сти и со­труд­ни­че­ству в Ев­ро­пе), да­ла сбой и, по­хо­же, пе­ре­нес­ла их в крайне неком­форт­ные 80-е (к пе­ри­о­ду аф­ган­ской кам­па­нии, на­рас­та­нию кри­зис­ных яв­ле­ний в эко­но­ми­ке, обес­кров­ли­ва­ю­щей гон­ке во­ору­же­ний и жест­ко­му дав­ле­нию со сто­ро­ны за­пад­но­го ми­ра). Пробле­ма в том, что ны­неш­няя Россия яв­но не че­та Со­вет­ско­му Со­ю­зу ни по од­но­му по­ка­за­те­лю — ни по со­сто­я­нию эко­но­ми­ки, ни по сте­пе­ни са­мо­до­ста­точ­но­сти (в т.ч. — в во­ен­ном смыс­ле), ни по вли­я­нию на меж­ду­на­род­ной арене. Из по­зи­ти­вов для ны­неш­ней Рос­сии, ко­то­рых не бы­ло у СССР в те го­ды, — все еще слу­ша­ю­щее про­па­ган­дист­ское ТВ рос­сий­ское на­се­ле­ние, боль­шая сво­бо­да в плане эко­но­ми­че­ских ма­ни­пу­ля­ций, вы­со­кий по­рог невос­при­я­тия рос­сий­ской ги­брид­ной агрес­сии со сто­ро­ны Европы. Од­на­ко эти по­зи­ти­вы крайне из­мен­чи­вы и силь­но бу­дут за­ви­сеть от эко­но­ми­че­ско­го со­сто­я­ния стра­ны.

Не­смот­ря на бра­ва­ду рос­сий­ско­го ру­ко­вод­ства, но­вые аме­ри­кан­ские санк­ции для Рос­сии весь­ма се­рьез­ны и бу­дут ве­сти к по­сте­пен­но­му си­стем­но­му кол­лап­су те­ку­щей рос­сий­ской эко­но­ми­че­ской мо­де­ли. Преж­де все­го по­то­му, что на­не­сен удар по рос­сий­ско­му энер­ге­ти­че­ско­му сек­то­ру: за­прет на уча­стие аме­ри­кан­ских ком­па­ний и фи­зи­че­ских лиц в круп­ных неф­те­га­зо­вых про­ек­тах с уча­сти­ем рос­сий­ско­го биз­не­са, огра­ни­че­ние пя­тью мил­ли­о­на­ми дол­ла­ров на ин­ве­сти­ции в рос­сий­ские тру­бо­про­во­ды и удар по рос­сий­ским про­ек­там по до­бы­че неф­ти на глу­бо­ко­вод­ном шель­фе, слан­це­вой неф­ти, неф­ти в во­дах Арк­ти­ки. Бу­дут ли эф­фек­тив­ны та­кие дей­ствия? Топ-10 круп­ней­ших рос­сий­ских на­ло­го­пла­тель­щи­ков вы­гля­дит сле­ду­ю­щим об­ра­зом: Рос­нефть, Газ­пром, Лу­койл, Сур­гут­неф­те­газ, Сбер­банк Рос­сии, Тат­нефть, РЖД, Ро­са­том, Баш­нефть, Слав­нефть. Из них лишь две ком­па­нии — Сбер­банк Рос­сии и РЖД — не име­ют пря­мо­го от­но­ше­ния к неф­ти и га­зу. Впро­чем, весь­ма услов­но.

Сю­да же мож­но от­не­сти даль­ней­шее огра­ни­че­ние Рос­сии в ча­сти по­лу­че­ния «длин­ных кре­ди­тов», без ко­то­рых невоз­мож­но раз­ви­тие круп­но­го биз­не­са. Бе­з­услов­но, сю­да же по­па­да­ют огра­ни­че­ния на стро­и­тель­ство «Се­вер­но­го по­то­ка-2», ко­то­рый для Рос­сии, опять же, не столь­ко эко­но­ми­че­ский, сколь­ко по­ли­ти­че­ский про­ект.

Кста­ти го­во­ря, и укра­ин­ские санк­ции (по ча­сти раз­ры­ва со­труд­ни­че­ства в сфе­ре ВПК) столь же тя­же­ло да­ют­ся Рос­сии. По дан­ным SIPRI, Рос­сии до сих пор так и не уда­лось на­ла­дить у се­бя про­из­вод­ство как ми­ни­мум 185 уни­каль­ных де­та­лей и ком­по­нен­тов, про­из­во­ди­мых укра­ин­ски­ми пред­при­я­ти­я­ми. Как го­во­рит экс­перт Швед­ско­го обо­рон­но­го ис­сле­до­ва­тель­ско­го агент­ства (FOI) То­мас Малм­лоф, «по са­мым осто­рож­ным оцен­кам, по­чти 30% ком­по­нен­тов, по­став­ля­е­мых укра­ин­ским ВПК, яв­ля­ют­ся уни­каль­ны­ми, и по­ка Россия не смог­ла най­ти им за­ме­ну». Аб­стракт­ные 30% на са­мом де­ле яв­ля­ют­ся вполне кон­крет­ным 51 про­цен­том всех рос­сий­ских меж­кон­ти­нен­таль­ных бал­ли­сти­че­ских ра­кет, несу­щих 82 про­цен­та всех ядер­ных бо­е­го­ло­вок, на­хо­дя­щих­ся на во­ору­же­нии ВС РФ. «Юж­маш», харь­ков­ский «Харт­рон», «Космот­ранс», ки­ев­ские «Ар­се­нал» и «Ар­тем», за­по­рож­ский «Мо­тор Сич» — это си­сте­мы по­ис­ка и на­ве­де­ния рос­сий­ских ра­кет клас­са «воз­дух—воз­дух», ком­плек­сы на­ве­де­ния для бом­бо­ме­та­ния МИГ и Су, по­чти вся гид­рав­ли­ка рос­сий­ских ВВС, дви­га­те­ли для всех рос­сий­ских бо­е­вых вер­то­ле­тов и мно­гое дру­гое. Од­на­ко эти огра­ни­че­ния кос­ну­лись не толь­ко во­ен­ной сфе­ры — скан­дал с тур­би­на­ми«simens» по­ка­зал, что ре­аль­ный уро­вень тех­но­ло­ги­че­ско­го раз­ви­тия Россия та­ков, что да­же тур­би­ны, ко­то­рые про­из­во­дят и неко­то­рые за­во­ды на тер­ри­то­рии Рос­сии, при­хо­дит­ся вво­зить из-за ру­бе­жа по се­рым схе­мам.

Соб­ствен­но, уже сей­час Рос­сии по­ра вспо­ми­нать опыт об­хо­да эко­но­ми­че­ских санк­ций пе­ри­о­да хо­лод­ной вой­ны. Прав­да, ны­неш­няя си­ту­а­ция силь­но от­ли­ча­ет­ся от то­го, что бы­ло 40—50 лет на­зад: сте­пень тех­ни­че­ской кон­тро­ли­ру­е­мо­сти и про­зрач­но­сти про­цес­сов, ин­фор­ма­ти­за­ция по­чти всех про­цес­сов пе­ре­ме­ще­ния се­год­ня де­ла­ет ре­а­ли­за­цию по­доб­ных «про­ве­рен­ных» схем крайне слож­ной. По­пыт­ки ре­шить про­бле­му бу­дут неиз­беж­но тол­кать Рос­сию в объ­я­тия Ки­тая и Ин­дии — как воз­мож­ных ис­точ­ни­ков за­ме­ны тра­ди­ци­он­ных по­став­щи­ков. И ес­ли Ин­дия все еще не чув­ству­ет се­бя дей­стви­тель­но ак­тив­ным ре­ги­о­наль­ным иг­ро­ком, то сдел­ки с Ки­та­ем по­чти все­гда за­кан­чи­ва­ют­ся для Рос­сии с от­ри­ца­тель­ным зна­ком. Тем бо­лее что Ки­тай, как в свое вре­мя и со­вет­ское ру­ко­вод­ство, хо­ро­шо осво­ил так­ти­ку «эко­но­ми­че­ские сдел­ки в об­мен на по­ли­ти­че­ские уступ­ки».

Лю­бо­пы­тен и дру­гой во­прос: ста­ло ли для Рос­сии неожи­дан­но­стью под­пи­са­ние Трам­пом за­ко­на о санк­ци­ях? Ско­рее нет, чем да. Да­же ес­ли аб­стра­ги­ро­вать­ся от ис­те­рич­ной ре­ак­ции рос­сий­ской прес­сы сра­зу по­сле под­пи­са­ния за­ко­на, офи­ци­аль­ные ре­ак­ции Крем­ля вы­гля­де­ли крайне неубе­ди­тель­но (осо­бен­но от­ча­ян­но зву­ча­щие за­яв­ле­ния Д. Мед­ве­де­ва о том, что «Трамп про­де­мон­стри­ро­вал свою сла­бость»). Меж­ду тем под­пи­са­ние бы­ло неожи­дан­ным не са­мим фак­том, а тем, что за­кре­пи­ло но­вую для Рос­сии ре­аль­ность — жест­кое про­ти­во­сто­я­ние. Кремль и рань­ше по­ни­мал (о чем го­во­ри­ли и В.пу­тин, и Д.мед­ве­дев), что санк­ции на­ло­же­ны дей­стви­тель­но на­дол­го («на де­ся­ти­ле­тия», как ска­зал рос­сий­ский пре­мьер-ми­нистр), но за­креп­ле­ние это­го фак­та ста­ло все же лег­ким шо­ком.

Ан­дрей Пи­онт­ков­ский пред­ла­га­ет оха­рак­те­ри­зо­вать со­сто­я­ние рос­сий­ских элит от вве­де­ния санк­ций как «рас­те­рян­ность». Впро­чем, рас­те­рян­ность да­ле­ко не все­гда озна­ча­ет «сту­пор» или «мед­ли­тель­ность» — за­ча­стую ре­ак­ция, на­обо­рот, очень ре­ак­тив­на и ха­о­тич­на. По­сколь­ку ча­сто в ос­но­ве рас­те­рян­но­сти ле­жит злость — от неожи­дан­но­сти, от ощу­ще­ния, что «так быть не долж­но» и, как след­ствие, же­ла­ние как мож­но быст­рее на­не­сти контр­удар.

Хо­тя объ­ек­тив­но се­го­дняш­ней Рос­сии сим­мет­рич­но про­ти­во­по­ста­вить что-ли­бо США нече­го. По­это­му мак­си­мум, на ко­то­рый ока­зал­ся спо­со­бен Кремль, — за­прет на поль­зо­ва­ние США дач на тер­ри­то­рии Рос­сии и со­кра­ще­ние пер­со­на­ла аме­ри­кан­ско­го по­соль­ства. Од­на­ко Россия бу­дет ис­кать дру­гие фор­мы от­ве­та. Преж­де все­го — в сфе­ре ки­бе­р­атак, на­ра­щи­ва­ния про­па­ган­ды, про­во­ци­ро­ва­ния по­ли­ти­че­ских и во­ен­ных кри­зи­сов. В т.ч. — в Укра­ине, что так­же укла­ды­ва­ет­ся в кон­цеп­цию «но­вых 80-х»: то­гда Кремль то­же пы­тал­ся от­ве­чать За­па­ду на дру­гих фрон­тах. Обыч­но — не очень успеш­но.

Прав­да, ре­сур­сов на по­доб­ное оста­ет­ся не так уж мно­го, но куда боль­ше, чем ка­жет­ся наи­бо­лее оп­ти­ми­сти­че­ски на­стро­ен­ным про­тив­ни­кам Рос­сии. Па­ра­док­саль­но, но глав­ным вра­гом Рос­сии в та­кой ас­си­мет­рич­ной эс­ка­ла­ции ста­но­вит­ся она са­ма. Точ­нее, сам прин­цип ее су­ще­ство­ва­ния, ко­гда кор­руп­ция воз­ве­де­на в ранг го­су­дар­ствен­ной по­ли­ти­ки, а парт­не­ры по про­во­ка­ци­ям вы­би­ра­ют­ся крайне неудач­но. Про­вал Ма­рин Ле Пен во Фран­ции — пре­крас­ный то­му при­мер. Ев­ро­пей­цам мо­жет и не нра­вить­ся то, что де­ла­ют сей­час Трамп и США (не нра­вит­ся глу­бо­ко эмо­ци­о­наль­но, по­сколь­ку сужа­ет для них про­стран­ство для укло­не­ния от ре­аль­ных дей­ствий), но ра­ци­о­наль­но они по­ни­ма­ют, что это пра­виль­ный путь.

Мож­но пред­по­ло­жить, что рас­те­рян­ность Крем­ля от санк­ций — еще и след­ствие об­ще­го шо­ка от про­ис­хо­дя­ще­го во­круг До­наль­да Трам­па и ре­зуль­та­тов той ли­нии, ко­то­рой при­дер­жи­ва­лась рос­сий­ская власть во вре­мя по­след­них пре­зи­дент­ских вы­бо­ров в США (кста­ти, на­вер­ня­ка сей­час у Вла­ди­ми­ра Пу­ти­на в дан­ном кон­тек­сте есть стой­кое ощу­ще­ние де­жа­вю с со­бы­ти­я­ми 2004 го­да, ко­гда «хо­те­ли как луч­ше, а по­лу­чи­лось как все­гда»).

Вла­ди­мир Пу­тин и его бли­жай­шее окру­же­ние на­столь­ко дол­го на­хо­дят­ся у вла­сти, что про­сто за­бы­ли о том, что си­сте­ма мо­жет ока­зать­ся силь­нее ли­де­ра. Что лич­ное обе­ща­ние Трам­па (или чле­нов его ко­ман­ды) озна­ча­ет толь­ко то, что он/они по­про­бу­ет ре­а­ли­зо­вать то, о чем до­го­во­ри­лись, но со­всем не озна­ча­ет «ре­шен­ное де­ло». И что от­сут­ствие про­грес­са — да­ле­ко не все­гда ви­на то­го, с кем ты до­го­ва­ри­вал­ся. Россия раз за ра­зом де­ла­ет од­ну и ту же ошиб­ку (хо­тя в неко­то­рых ев­ро­пей­ских стра­нах она все же ве­дет се­бя ум­нее): ста­вит на «ли­де­ра», а не на си­стем­ные про­цес­сы. Рос­сий­ское ру­ко­вод­ство все еще пре­бы­ва­ет в пле­ну идеи, что все за­ви­сит от лич­ных до­го­во­рен­но­стей двух лю­дей, а не от боль­ших про­цес­сов. Ну и, кро­ме то­го, рос­сий­ская раз­вед­ка яв­но не в пол­ной ме­ре учла пси­хо­ло­ги­че­ский порт­рет са­мо­го Трам­па (ли­бо сде­ла­ла невер­ные вы­во­ды) — его им­пуль­сив­ность, ам­би­ци­оз­ность и агрес­сив­ность, ха­рак­тер­ные для биз­не­са, точ­но так же спро­еци­ро­ва­лись на про­дви­же­ние аме­ри­кан­ских ин­те­ре­сов. Ино­гда — очень неод­но­знач­ным об­ра­зом, но тем не ме­нее. Меж­ду про­чим, еще од­на по­тен­ци­аль­но опас­ная для Рос­сии си­ту­а­ция: агрес­сив­ность и на­по­ри­стость Трам­па ни­ку­да не ис­чез­нут, и он все рав­но бу­дет ве­сти се­бя в та­ком клю­че на всех пло­щад­ках. Од­на­ко Кон­гресс США мо­жет взять (соб­ствен­но, уже взял) на се­бя обя­зан­ность вы­стро­ить ту рам­ку и те це­ли, на ко­то­рые эта энер­гия долж­на быть на­прав­ле­на. Ес­ли аме­ри­кан­ско­му ис­теб­лиш­мен­ту удаст­ся до­бить­ся это­го си­нер­ге­ти­че­ско­го эф­фек­та меж­ду за­ко­но­да­тель­ной вла­стью и на­по­ри­сто­стью но­во­го пре­зи­ден­та, Рос­сию мо­гут ждать дей­стви­тель­но слож­ные вре­ме­на. И не в от­да­лен­ной пер­спек­ти­ве, а бук­валь­но в те­че­ние бли­жай­ших лет.

Укра­и­на в ми­ре «но­вых 80-х»: боль­ше ра­ци­о­наль­но­сти, мень­ше ил­лю­зий

Я по­тре­бую, что­бы солн­це за­шло. Но спер­ва до­ждусь бла­го­при­ят­ных усло­вий, ибо в этом и со­сто­ит муд­рость пра­ви­те­ля. То но­вое со­сто­я­ние меж­ду­на­род­ных от­но­ше­ний, ко­то­рые мы сей­час на­блю­да­ем, у мно­гих со­зда­ет лож­ную эй­фо­рию, что укра­ин­ские проблемы бу­дут быст­ро и лег­ко ре­ше­ны внеш­ни­ми «стар­ши­ми то­ва­ри­ща­ми», на­ко­нец-то уви­дев­ши­ми суть ве­щей. Что вот уж те­перь-то они «возь­мут­ся за Рос­сию». Но в дан­ной си­ту­а­ции са­мое глав­ное — как мож­но ре­же впа­дать в при­ят­ные, но бес­со­дер­жа­тель­ные ил­лю­зии, и боль­ше быть ра­ци­о­наль­ны­ми. При всей про­сто­те та­ко­го за­да­ния ре­а­ли­зо­вать его на прак­ти­ке ока­зы­ва­ет­ся крайне слож­но.

К со­жа­ле­нию, да­же три го­да вой­ны, ты­ся­чи жертв так и не смог­ли убить в нас «ма­ги­че­ское мыш­ле­ние». На­деж­ды на вол­шеб­ное из­бав­ле­ние («аме­ри­кан­ским ору­жи­ем» ли, «ско­рым ли рас­па­дом Рос­сии», «вступ­ле­ни­ем ли Укра­и­ны в НАТО») ока­зы­ва­ют­ся силь­нее лю­бых столк­но­ве­ний с ре­аль­но­стью. Ре­аль­но­стью, со­сто­я­щей из про­стых, но непри­ят­ных ве­щей: на­ли­чия на­ци­о­наль­ных ин­те­ре­сов дру­гих стран, ра­ци­о­наль­но­сти в их от­ста­и­ва­нии (ко­то­рая ча­ще все­го гра­ни­чит с ци­низ­мом) и слож­но­сти в про­ве­де­нии адек­ват­ной са­мо­оцен­ки. Мы ис­кренне оби­жа­ем­ся, ко­гда на­ши со­юз­ни­ки де­ла­ют нечто иду­щее враз­рез с на­ши­ми же­ла­ни­я­ми (но со­от­вет­ству­ет ин­те­ре­сам со­юз­ни­ков). Мы взры­ва­ем­ся гне­вом, ко­гда та или иная стра­на «идет на ком­про­мисс» с Рос­си­ей (от­ста­и­вая эко­но­ми­че­ские ин­те­ре­сы сво­их граж­дан и сво­е­го биз­не­са). Мы все еще в боль­шин­стве сво­ем вос­при­ни­ма­ем меж­ду­на­род­ную по­ли­ти­ку сквозь ри­то­ри­ку, а не ин­те­ре­сы.

Яр­ким при­ме­ром яв­ля­ют­ся на­ши при­зы­вы о по­мо­щи к за­пад­ным парт­не­рам, по­ка от­чет­ли­во ви­дя­щим лишь на­шу нега­тив­ную по­вест­ку (оста­но­вить Рос­сию). С этой по­вест­кой они в це­лом со­глас­ны, но не ви­дят по­зи­тив­ную — че­го же мы хо­тим и что нам для это­го нуж­но? Слож­но не за­ме­тить: там, где мы чет­ко по­ни­ма­ем, че­го хо­тим, мы име­ем очень хо­ро­шие ре­зуль­та­ты. На­при­мер — си­стем­ная ра­бо­та по непри­зна­нию ан­нек­сии Кры­ма. Или недо­пу­ще­ния ле­га­ли­за­ции «ДНР» и «ЛНР» на меж­ду­на­род­ном уровне (хо­тя Россия вкла­ды­ва­ет зна­чи­тель­ные ре­сур­сы в этот про­цесс). Но ка­кой по­мо­щи мы хо­тим в ре­ше­нии дан­ной проблемы?

Те ха­о­тич­ные дви­же­ния, ко­то­рые на­блю­да­ют­ся сре­ди ли­де­ров бо­е­ви­ков «ДНР» и «ЛНР», поз­во­ля­ют пред­по­ло­жить, что глав­ные ор­га­ни­за­то­ры и идео­ло­ги по­стро­е­ния этих об­ра­зо­ва­ний (в ли­це В.сур­ко­ва) бро­си­ли этих граж­дан на во­лю раз­ве­ды­ва­тель­но-контр­раз­ве­ды­ва­тель­но­го со­об­ще­ства РФ. От­ча­ян­ная по­пыт­ка За­хар­чен­ко вновь «по­го­во­рить о Ма­ло­рос­сии» бы­ла на­столь­ко бес­со­дер­жа­тель­ной, что вы­зва­ла жест­кую ре­ак­цию да­же в Москве. Что, впро­чем, не озна­ча­ет, что и эта са­мо­де­я­тель­ность в пер­спек­ти­ве не бу­дет ис­поль­зо­ва­на Крем­лем про­тив Укра­и­ны — хо­тя сей­час те­му «за­кон­сер­ви­ро­ва­ли», од­на­ко в слу­чае необ­хо­ди­мо­сти ее все­гда сно­ва мо­гут пу­стить в ход. Тем бо­лее что за эти­ми аб­стракт­ны­ми раз­го­во­ра­ми о «пе­ре­за­пус­ке про­ек­та укра­ин­ско­го го­су­дар­ства» уга­ды­ва­ет­ся ре­ин­кар­на­ция од­ной из ста­рых стра­те­гий Крем­ля: на­вя­зы­ва­ние и укра­ин­ско­му, и меж­ду­на­род­но­му об­ще­ству идеи о «борь­бе двух го­су­дарств», пре­тен­ду­ю­щих на од­ну и ту же тер­ри­то­рию. С раз­ны­ми кар­ти­на­ми бу­ду­ще­го. И ни­че­го, что За­хар­чен­ко в прин­ци­пе неспо­со­бен сфор­му­ли­ро­вать нечто бо­лее слож­ное, чем при­каз об экс­про­при­а­ции иму­ще­ства мест­ных биз­не­сме­нов, а его ис­то­ри­че­ские по­зна­ния (осо­бен­но о «конц­ла­ге­рях в Рейкья­ви­ке») уже дав­но эпа­ти­ру­ют об­ще­ство. За­хар­чен­ко ну­жен не для то­го, что бы ду­мать, а для озву­чи­ва­ния то­го, что ему ска­жут. А по­ли­ти­че­ский ку­ра­тор рос­сий­ской агрес­сии про­тив Укра­и­ны В.сур­ков вполне в со­сто­я­нии ду­мать на несколь­ко ша­гов на­пе­ред. Да­же ес­ли пред­по­ло­жить, что он по­ка от­пу­стил ли­де­ров «ДНР/ЛНР» в сво­бод­ное пла­ва­ние.

Смо­жет ли «пе­ре­за­пу­стить» аме­ри­кан­скую по­ли­ти­ку на укра­ин­ском на­прав­ле­нии К.вол­кер? Он про­из­во­дит силь­ное впе­чат­ле­ние. То, что у него есть аб­со­лют­но чет­кое и ре­а­ли­стич­ное по­ни­ма­ние про­ис­хо­дя­ще­го в Укра­ине, — оче­вид­но. То, что он зна­ет, ка­кие ша­ги долж­ны быть пред­при­ня­ты для ре­ше­ния си­ту­а­ции, — то­же. Од­на­ко ны­неш­няя по­ли­ти­че­ская ре­аль­ность в США боль­ше на­по­ми­на­ет пе­соч­ни­цу гре­че­ской бо­ги­ни Эри­ды, чем нетра­ди­ци­он­ную мо­дель с по­ли­ти­кой «од­но­го го­ло­са». В т.ч. — в во­про­сах внеш­ней по­ли­ти­ки.

По­чти те же проблемы свя­зан­ны с во­про­сом предо­став­ле­ния Укра­ине ле­таль­ных обо­ро­ни­тель­ных во­ору­же­ний. И ес­ли Б.оба­ма за­ни­мал яв­ную по­зи­цию «обе­щать по­ду­мать, но ни в ко­ем слу­чае не да­вать», то сей­час (о чем го­во­рит и С.пай­фер), ко­гда Трамп все еще в по­ис­ке ре­ше­ний (в т.ч. — по укра­ин­ской си­ту­а­ции), ко­ри­дор воз­мож­но­стей для предо­став­ле­ния та­кой по­мо­щи су­ще­ствен­но рас­ши­рил­ся. Но да­же ес­ли та­кая по­мощь бу­дет ока­за­на (что дей­стви­тель­но бы­ло бы важ­но для нас в во­ен­ном плане), ос­нов­ной ре­зуль­тат был бы ско­рее по­ли­ти­че­ским. Для Укра­и­ны ока­за­ние во­ен­ной по­мо­щи со сто­ро­ны США — преж­де все­го сим­вол то­го, что США ак­тив­но во­вле­ка­ют­ся в укра­ин­ские де­ла, сим­вол на­пол­не­ния Хар­тии о стра­те­ги­че­ском парт­нер­стве и знак ев­ро­пей­ским стра­нам, что по­ра уже пе­ре­хо­дить к ак­тив­ным дей­стви­ям.

Но нель­зя не от­ме­тить, что тема «ле­таль­ных во­ору­же­ний» в Укра­ине все боль­ше на­по­ми­на­ет ма­ги­че­ское за­кли­на­ние, рас­смат­ри­ва­е­мое мно­ги­ми как некая па­на­цея от всех укра­ин­ских про­блем. В то вре­мя как льви­ная до­ля этих про­блем ле­жит в со­вер­шен­но иной плос­ко­сти — эф­фек­тив­ном управ­ле­нии сек­то­ром на­ци­о­наль­ной без­опас­но­сти, борь­бе с кор­руп­ци­ей, эф­фек­тив­ных ре­фор­мах и эко­но­ми­че­ском ро­сте.

Рас­счи­ты­вая на по­мощь США, хо­ро­шо бы пом­нить и о еще од­ном важ­ном ас­пек­те (ко­то­рый не учла Россия в сво­их от­но­ше­ни­ях с но­вой ад­ми­ни­стра­ци­ей Трам­па, но важ­но учесть нам): бе­з­услов­но, на дан­ный мо­мент на­ци­о­наль­ные ин­те­ре­сы Укра­и­ны и внеш­не­по­ли­ти­че­ские ин­те­ре­сы США сов­па­да­ют. Од­на­ко это не озна­ча­ет, что они бу­дут та­ко­вы­ми по­сто­ян­но, или что ре­ше­ния, ко­то­рые бу­дут хо­ро­ши для внеш­ней по­ли­ти­ки США, ока­жут­ся оди­на­ко­во хо­ро­ши и для на­ци­о­наль­ных ин­те­ре­сов на­шей стра­ны. В июне 2015 го­да по­сол Из­ра­и­ля в ООН Рон Про­сор на­пом­нил, к че­му при­во­дит по­пыт­ка сле­до­вать внеш­ним со­ве­там: «Мы, из­ра­иль­тяне, ча­сто слы­ша­ли — в том чис­ле и в этом пре­стиж­ном со­бра­нии [в Со­ве­те Без­опас­но­сти ООН. — В.Г.] — что… ес­ли бы толь­ко Из­ра­иль усту­пил… ес­ли бы толь­ко Из­ра­иль по­слу­шал­ся меж­ду­на­род­но­го со­об­ще­ства, гра­ни­ца меж­ду Из­ра­и­лем и па­ле­стин­ца­ми бы­ла бы та­кой же мир­ной, как гра­ни­ца меж­ду Гол­лан­ди­ей и Бель­ги­ей. Так мы и по­сту­пи­ли. Спу­стя 10 лет по­сле на­ше­го ухо­да из Га­зы по­ки­ну­тая на­ми тер­ри­то­рия пре­вра­ти­лась в ан­клав тер­ро­риз­ма… Га­за долж­на бы­ла стать мо­де­лью ста­биль­но­го, са­мо­управ­ля­е­мо­го, функ­ци­о­ни­ру­ю­ще­го па­ле­стин­ско­го об­ще­ства. Вме­сто это­го она ста­ла мо­де­лью без­за­ко­ния, на­си­лия и де­ста­би­ли­за­ции. Га­за долж­на бы­ла стать пи­лот­ным про­ек­том па­ле­стин­ско­го са­мо­управ­ле­ния в Иу­дее и Са­ма­рии. Увы, «пи­ло­ты» уни­что­жи­ли этот про­ект».

Дан­ный спич, преж­де все­го, о том, что с по­след­стви­я­ми все­гда при­хо­дить­ся жить стране, ко­то­рой со­ве­то­ва­ли: со­вет­чи­ки бу­дут да­ле­ко, и в слу­чае неуда­чи лишь сму­щен­но раз­ве­дут ру­ка­ми. Речь, бе­з­услов­но, не о том, что нуж­но иг­но­ри­ро­вать со­ве­ты на­ших парт­не­ров, од­на­ко от­но­сит­ся к ним сле­ду­ет со здо­ро­вым скеп­си­сом и ра­ци­о­наль­но­стью.

Да и все ли в аме­ри­кан­ском по­ли­ти­че­ском ис­теб­лиш­мен­те — дру­зья Укра­и­ны? Си­ту­а­ция с се­ве­ро­ко­рей­ски­ми ра­кет­ны­ми дви­га­те­ля­ми тре­бу­ет рас­сле­до­ва­ния. В Укра­ине — что­бы на За­па­де еще раз ста­ло стыд­но по­сле «Коль­чуг» и ра­кет Х-55, в США — что­бы по­нять, по­че­му ста­тья в «Нью-йорк Таймс» по­яви­лась пе­ред по­езд­кой ру­ко­во­ди­те­ля Пен­та­го­на в Укра­и­ну.

Но­вый мир не бу­дет преж­ним. Не удаст­ся все вер­нуть «как бы­ло». Но и но­вая ре­аль­ность меж­ду­на­род­ных от­но­ше­ний не мо­жет по­явить­ся без­бо­лез­нен­но — лишь в ре­зуль­та­те слож­ной и неудоб­ной дис­кус­сии с парт­не­ра­ми.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.