Ок­тябрь: «По­кро­вуш­ка, по­крой мою го­ло­вуш­ку, хоть тря­пи­цей, что­бы не остать­ся де­ви­цей»

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Ва­лен­тин ТКАЧ

По­да­ри­те се­бя, свои мыс­ли, свое вре­мя ро­ди­те­лям, де­тям, лю­би­мым и дру­зьям — и вам от­кро­ет­ся веч­ность. Веч­ность — непре­одо­ли­ма. А кри­зис — пре­хо­дящ.

Позд­но ве­че­ром же­на при­шла из ре­сто­ра­на. У них на ра­бо­те от­ме­ча­ли празд­ник: муж­чи­ны по­здрав­ля­ли жен­щин и де­ву­шек с По­кро­вом, а они муж­чин — с Днем за­щит­ни­ка Укра­и­ны. По­ка же­на что-то ве­се­ло рас­ска­зы­ва­ла о сво­их при­я­тель­ни­цах и ру­ко­во­ди­те­лях, я со­сре­до­то­чил­ся на по­дар­ке, ко­то­рый она при­нес­ла. Это бы­ли ду­хи. Их же­на сра­зу взя­лась про­бо­вать. Точ­нее, мое вни­ма­ние при­влек ма­лень­кий кра­си­вый фу­тляр­чик, в ко­то­ром они бы­ли. Он был ла­ки­ро­ван­ный, бле­стя­щий, в ви­де су­моч­ки на двух шну­роч­ках, сви­тых в ка­на­ти­ки. Я по­ду­мал: ес­ли бы в мое вре­мя уха­жи­ва­ний у ме­ня бы­ла та­кая ко­ро­боч­ка, я мог бы свою судь­бу со­еди­нить с со­всем дру­ги­ми де­вуш­ка­ми. И неваж­но, что не бы­ло бы че­го-то при­лич­но­го ту­да по­ло­жить. У та­ких ве­щей — свое кол­дов­ство.

Ко­гда я на­смот­рел­ся на су­моч­ку со всех сто­рон, у ме­ня воз­ник­ло есте­ствен­ное же­ла­ние узнать, сколь­ко же она сто­ит и хва­ти­ло ли бы мне в то вре­мя де­нег ее ку­пить. На дне на на­клей­ке был ука­зан про­из­во­ди­тель, штрих-код, еще что-то, но це­ны не бы­ло. А по­ка я до­чи­ты­вал по­след­нее пре­ду­пре­жде­ние, по­чув­ство­вал, что с по­след­ним сло­вом ко мне при­хо­дит осо­зна­ние огром­но­го от­кры­тия. На на­клей­ке ко­роб­ки бы­ло на­пи­са­но: «Срок год­но­сти не огра­ни­чен». Вот оно, то веч­ное, что ис­ка­ли фи­ло­со­фы всех эпох, вот оно, то нетлен­ное, что по­беж­да­ет вре­мя, — По­да­рок!

Кста­ти, ко­гда они пе­ре­хо­дят в про­стран­ство доб­ра и люб­ви, то ста­но­вят­ся бес­смерт­ны­ми!

Эта ма­лень­кая ко­ро­боч­ка, ко­то­рую я дер­жал в ру­ках, унес­ла мои вос­по­ми­на­ния в да­ле­кое про­шлое мо­е­го дет­ства — и это был опре­де­лен­но осо­бый бо­нус по­дар­ка.

Каж­дую осень у нас во дво­ре по­яв­лял­ся ша­лаш. Его стро­ил с на­ми дя­дя Бо­ря.

Ша­лаш — это увле­че­ние всей де­тво­ры, об­щая ра­бо­та и ве­чер­ние стра­шил­ки в нем пе­ред воз­вра­ще­ни­ем до­мой.

Те­перь я по­ни­маю, что так дя­дя Бо­ря да­ро­вал нам муд­рость празд­ни­ка Сук­кот. Но по­ни­ма­ние ее при­шло к нам по­том, с го­да­ми жиз­ни.

«У ца­ря Шло­мо бы­ло все, о чем мог меч­тать че­ло­век. И все­му это­му — бес­чис­лен­ным бо­гат­ствам, аб­со­лют­ной вла­сти, ве­ли­кой муд­ро­сти — он на­звал це­ну: чес­ноч­ная ше­лу­ха, том­ле­нье ду­ха, со­ло­ма на вет­ру».

Я вспо­ми­наю, как мы ле­жа­ли в ша­ла­ше и смот­ре­ли

«Са­мая боль­шая бе­да в том, что вы пы­та­е­тесь сво­е­му бу­ду­ще­му сло­жить це­ну. Це­ну мо­жет иметь толь­ко сде­лан­ная ра­бо­та, а бу­ду­щая жизнь — бес­цен­на, по­сколь­ку она у Бо­га». на свет, про­би­вав­ший­ся сквозь ще­ли меж­ду пру­тья­ми и вет­ка­ми. Как рас­смат­ри­ва­ли та­нец пы­ли­нок в лу­чах солн­ца.

Те­перь я знаю, как чи­тать по­сла­ния тех дней: «Над го­ло­вой не кры­ша, а небо».

Это все ок­тябрь, его кол­дов­ство: ша­ла­ши, По­кро­ва, пер­вый снег...

Depositphotos

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.