«Три ки­та» близ­ких от­но­ше­ний

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Оль­га СТЕПАШКО-ЛУГОВАЯ,

кли­ни­че­ский пси­хо­лог, пси­хо­те­ра­певт

Пер­вое, что нам всем необ­хо­ди­мо, — это ощу­ще­ние пси­хо­ло­ги­че­ской без­опас­но­сти.

Ес­ли жен­щи­на ру­га­ет­ся со сво­им му­жем, что тот не ищет ра­бо­ту с боль­шей зар­пла­той, не бес­по­ко­ит­ся об опла­те об­ра­зо­ва­ния де­тей или же с пре­зре­ни­ем от­зы­ва­ет­ся о каж­дой его со­труд­ни­це, — это не «стер­воз­ный ха­рак­тер»: так она под­ни­ма­ет во­про­сы сво­ей без­опас­но­сти, во­про­сы без­опас­но­го бу­ду­ще­го сво­е­го потом­ства, без­опас­но­сти сво­ей се­мьи.

Ко­гда муж­чи­на нерв­ни­ча­ет по по­во­ду то­го, что под­вал в до­ме сно­ва за­то­пи­ло, а ком­му­наль­ные служ­бы бес­силь­ны; ко­гда он недо­во­лен ча­сты­ми при­хо­да­ми по­друг же­ны; недо­люб­ли­ва­ет со­ве­ты те­щи; с по­до­зре­ни­ем от­но­сит­ся к неза­пла­ни­ро­ван­ным тра­там се­мей­но­го бюд­же­та, — это не зна­чит, что он «ду­рак» или «ко­зел»: так он под­ни­ма­ет во­про­сы без­опас­но­сти сво­ей па­ры, сво­е­го до­ма, сво­е­го потом­ства.

Ес­ли ре­бе­нок от­ка­зы­ва­ет­ся есть при­выч­ную еду, иг­рать в лю­би­мые иг­ры, про­ти­во­ре­чи­во ве­дет се­бя в обыч­ных си­ту­а­ци­ях, иг­но­ри­ру­ет при­об­ре­тен­ные на­вы­ки ги­ги­е­ны — это озна­ча­ет, что ма­лыш ост­ро ста­вит во­прос о сво­ей пси­хо­ло­ги­че­ской без­опас­но­сти. Зна­чит, его жизнь пе­ре­ста­ла быть для него без­опас­ной, по­нят­ной, кон­тро­ли­ру­е­мой.

Ко­гда под­ро­сток ве­дет се­бя то агрес­сив­но, то апа­тич­но, за­мы­ка­ет­ся в се­бе, иг­но­ри­ру­ет прось­бы и свои обя­зан­но­сти — так он за­яв­ля­ет, что утра­тил чув­ство кон­тро­ля над сво­ей жиз­нью и мир стал для него пси­хо­ло­ги­че­ски небез­опас­ным.

Сра­бо­та­ют ли та­кие ме­то­ды «бить тре­во­гу», адек­ват­ны ли, по­нят­ны ли они окру­жа­ю­щим, бу­дут ли вер­но рас­по­зна­ны и «про­чи­та­ны», это уже дру­гой во­прос. И очень важ­ный.

Ес­ли че­ло­век нелю­дим, пред­по­чи­та­ет оди­но­че­ство, из­бе­га­ет близ­ких или про­дол­жи­тель­ных от­но­ше­ний — у него на­ру­ше­но ба­зо­вое чув­ство его пси­хо­ло­ги­че­ской без­опас­но­сти. Про­изо­шло это из-за то­го, что ко­гда­то его тре­во­га, его ме­то­ды со­об­щать об этом бы­ли не рас­по­зна­ны, не про­чи­та­ны вер­но, он не по­лу­чил по­мощь и те­перь со­вер­шен­но уве­рен, что мир, жизнь, от­но­ше­ния — это все мо­жет та­ить для него угро­зу и по­те­ри.

И речь идет не толь­ко о фи­зи­че­ской, но и о пси­хо­ло­ги­че­ской без­опас­но­сти. О ду­шев­ном ком­фор­те. Об уве­рен­но­сти не толь­ко в том, что на фи­зи­че­ском (ма­те­ри­аль­ном) уровне ему ни­что не угро­жа­ет. Но и на пси­хо­ло­ги­че­ском (эмо­ци­о­наль­ном) уровне угро­зы нет.

Са­мый яр­кий при­мер — ре­бе­нок из бо­га­той се­мьи, ко­то­ро­го во­зит во­ди­тель и к ко­то­ро­му при­став­лен пер­со­наль­ный охран­ник. Та­кой ре­бе­нок вполне мо­жет чувствовать се­бя крайне уяз­ви­мым пси­хо­ло­ги­че­ски, со­вер­шен­но ни­че­го не кон­тро­ли­ру­ю­щим, от­кры­тым ро­ди­тель­ско­му пси­хо­ло­ги­че­ско­му втор­же­нию.

Ощу­ще­ния «опас­но­сти нет» или опыт то­го, что «ду­шев­ный по­кой лег­ко вос­ста­но­вить» — ро­дом из ран­не­го дет­ства. Но это не озна­ча­ет, что ес­ли в дет­стве эта по­треб­ность бы­ла на­деж­но удо­вле­тво­ре­на, то она уже не про­явит се­бя ост­ро. Ощу­ще­ние без­опас­но­сти необ­хо­ди­мо нам все­гда. По­треб­ность эта ни­ко­гда не ис­чез­нет и не «рас­со­сет­ся». Эта по­треб­ность от­сут­ству­ет при се­рьез­ных лич­ност­ных нарушениях. Но у здо­ро­во­го че­ло­ве­ка стрем­ле­ние к чув­ству за­щи­щен­но­сти оста­ет­ся ак­ту­аль­ным все­гда. И этим, кста­ти, лег­че все­го ма­ни­пу­ли­ро­вать.

Имен­но этой ба­зо­вой по­треб­но­стью ма­ни­пу­ли­ру­ют ро­ди­те­ли во фра­зе: «Все, я ушла, а ты тут оста­вай­ся, раз не слу­ша­ешь­ся». Имен­но этот ба­зо­вый страх по­те­ри по­коя и кон­тро­ля за­став­ля­ет нас при­ни­мать боль­шин­ство жиз­нен­но важ­ных ре­ше­ний. Но раз­ве воз­мож­но при­нять вер­ное и взве­шен­ное ре­ше­ние под гне­том стрес­са? Ско­рее, это и бу­дет ре­ше­ние «из­бе­га­ния», неже­ли ре­ше­ние дви­же­ния к че­му-то кон­струк­тив­но­му, твор­че­ско­му, жиз­не­утвер­жда­ю­ще­му в на­шей жиз­ни.

Та­ко­ва исто­рия очень мно­гих на­спех за­клю­чен­ных брач­ных со­ю­зов. Ко­гда лю­ди схо­дят­ся из-за стра­ха остать­ся оди­но­ки­ми, из-за опа­се­ний «а го­ды идут».

Ча­сто муж­чи­на де­ла­ет пред­ло­же­ние о ре­ги­стра­ции от­но­ше­ний имен­но в тот мо­мент, ко­гда на­чи­на­ет чувствовать охла­жде­ние к парт­нер­ше. Жен­щи­на ра­да и не ве­да­ет об ис­тин­ной при­чине. И жен­щи­на ча­сто при­ни­ма­ет ре­ше­ние за­ве­сти ре­бен­ка имен­но в тот мо­мент, ко­гда на­чи­на­ет чувствовать охла­жде­ние к муж­чине. А он, мо­жет быть, и рад, но не до­га­ды­ва­ет­ся об ис­тин­ной при­чине.

По­рой в кон­флик­тах, дет­ских ка­при­зах, нев­ро­зах, се­мей­ных неуря­ди­цах и пре­тен­зи­ях мы долж­ны рас­по­знать имен­но это по­сла­ние: «мне страш­но», «я недо­во­лен/недо­воль­на ре­аль­но­стью», «я по­те­рял кон­троль», «дай мне чув­ство, что все хо­ро­шо, и что­бы я в это по­ве­рил(а)».

Ча­сто нам сле­ду­ет имен­но так объ­яс­нить се­бе и близ­ким на­ши ис­те­ри­ки, за­вы­шен­ные тре­бо­ва­ния, упрям­ство, лень или про­кра­сти­на­цию. Что это все из-за то­го, что рез­ко или уж очень на­дол­го на­ми уте­ря­но чув­ство «я в без­опас­но­сти, и я справ­люсь с воз­ни­ка­ю­щей жиз­нен­ной тре­во­гой».

Все­гда ли ре­аль­ность мож­но «вер­нуть под кон­троль», «ис­пра­вить» или «на­ла­дить»?

Ча­сто мы где-то на за­двор­ках со­зна­ния пре­крас­но от­да­ем се­бе от­чет, что вер­нуть­ся к преж­не­му со­сто­я­нию услов­но­го бла­го­по­лу­чия или по­коя уже невоз­мож­но, что над си­ту­а­ци­ей при­дет­ся дол­го и се­рьез­но ра­бо­тать. Без­бо­лез­нен­ных ре­ше­ний во­про­са, увы, не су­ще­ству­ет, при­дет­ся что-то ме­нять, от че­го-то от­ка­зы­вать­ся, стал­ки­вать­ся с неиз­вест­но­стью, до­став­лять не са­мые при­ят­ные пе­ре­жи­ва­ния се­бе или близ­ким и, глав­ное, — нести за это от­вет­ствен­ность.

Вот из-за та­ко­го длин­но­го спис­ка мы и пред­по­чи­та­ем ча­сто оста­вать­ся в дис­трес­се и ни­че­го не ме­нять, де­лая вид, что «все и так бо­лее-ме­нее хо­ро­шо», по­ка не пред­ста­вит­ся воз­мож­ность ко­му-то по­пла­кать­ся в жи­лет­ку, — и то­гда про­ры­ва­ет пло­ти­ну стра­ха, гне­ва, тре­вог. И по­лу­ча­ет­ся — нам толь­ко ка­за­лось, что мы что-то кон­тро­ли­ро­ва­ли в сво­ей жиз­ни, но уже дав­но и на­деж­но утра­ти­ли чув­ство кон­тро­ля и соб­ствен­ной без­опас­но­сти.

Но де­ти, од­но­знач­но, долж­ны рас­ти уве­рен­ны­ми в том, что силь­ные взрос­лые все пре­одо­ле­ют, со все­ми за­да­ча­ми спра­вят­ся и всех спа­сут. Дет­ство — это имен­но то вре­мя, ко­гда ил­лю­зии «я кон­тро­ли­рую свою жизнь», «я на­хо­жусь в пол­ной без­опас­но­сти», «мне ни­что не угро­жа­ет» — крайне необ­хо­ди­мы ре­бен­ку. Что­бы по-на­сто­я­ще­му по­взрос­леть, окреп­нуть, стать спо­соб­ным про­ти­во­сто­ять жиз­нен­ным невзго­дам, не пря­ча го­ло­ву в пе­сок, не по­рож­дая сур­ро­га­ты ре­ше­ния про­блем, а ре­шать их, пре­об­ра­жая свою жизнь.

Вто­рое, что нам всем необ­хо­ди­мо — это чув­ство еди­не­ния, со­при­част­но­сти, со­уча­стия.

Ино­гда до­ста­точ­но про­го­во­рить фра­зу: «Да, я слы­шу те­бя, ты го­во­ришь, что…»

Ино­гда нам до­ста­точ­но кив­ка или улыб­ки, что­бы ощу­тить: че­ло­век с на­ми, он «за нас», он ря­дом.

Для ре­бен­ка та­кое со­уча­стие долж­но быть бо­лее яр­ким, лег­че рас­по­зна­ва­е­мым. Ко­гда ма­ма, на­при­мер, гро­зит паль­чи­ком вы­сту­пу сто­ла или ру­га­ет пса, ко­то­рый на­пу­гал. Ма­лы­шу (под­рост­ку, да­же взрос­ло­му) ино­гда непро­сто вновь по­ве­рить, что он боль­ше не оди­нок, что его ис­кренне под­дер­жи­ва­ют, и его есте­ствен­ные про­яв­ле­ния не гро­зят ему на­ка­за­ни­ем или от­вер­же­ни­ем.

Удо­вле­тво­ре­ние по­треб­но­сти в при­ня­тии — го­раз­до бо­лее слож­ное де­ло, неже­ли удо­вле­тво­ре­ние по­треб­но­сти в без­опас­но­сти. Оно тре­бу­ет со­на­строй­ки, ис­крен­не­го тепла и сим­па­тии, а ино­гда и уме­ния, зна­ния то­го, ка­кие имен­но сло­ва ска­зать и что имен­но сде­лать.

И бы­ва­ет та­кое «со­че­та­ние лю­дей» по ти­па­жу, вос­пи­та­нию, ми­ро­воз­зре­нию, ко­гда вза­и­мо­по­ни­ма­ние яв­ля­ет­ся пря­мо-та­ки неподъ­ем­ной за­да­чей. То­гда это на­зы­ва­ет­ся «они го­во­рят на раз­ных язы­ках».

Тра­ге­дия, ко­гда ро­ди­те­ли не мо­гут (не спо­соб­ны) прий­ти к «чув­ству еди­не­ния» со сво­им ре­бен­ком. Та­ким ро­ди­те­лям нуж­на пси­хо­ло­ги­че­ская по­мощь.

Тра­ге­дия, ко­гда су­пру­ги утра­ти­ли чув­ство сво­ей общ­но­сти. Непри­ят­но, ко­гда кто-то в па­ре «пе­ре­рас­та­ет» сво­е­го парт­не­ра и боль­ше не на­хо­дит то­чек со­при­кос­но­ве­ния. И это не по­то­му, что кто-то «пло­хой» или «пре­да­тель», а по­то­му, что воз­ник­шее чув­ство неудо­вле­тво­рен­но­сти уже не поз­во­ля­ет ощу­щать се­бя ря­дом с дру­гим «пси­хо­ло­ги­че­ски хо­ро­шо».

Тре­тье, что нам всем нуж­но, — это ощу­ще­ние сво­ей зна­чи­мо­сти.

Что мы неза­ме­ни­мы, важ­ны и вос­тре­бо­ва­ны. Что на­ши уме­ния, осо­бен­но­сти и про­яв­ле­ния — ве­со­мы, за­мет­ны и ува­же­ны. Ува­же­ние к на­шей аутен­тич­но­сти — это то, что еще на­зы­ва­ют «баль­за­мом на ду­шу».

Имен­но об этом пла­чет и тос­ку­ет жен­щи­на, ко­гда тре­бу­ет ее по­нять. Ей нуж­но от близ­ких улав­ли­ва­ние от­тен­ков ее уни­каль­ных пе­ре­жи­ва­ний. Ей нуж­но от­ра­зить­ся, как в зер­ка­ле, в улыб­ке и взгля­де близ­ко­го че­ло­ве­ка.

Имен­но это воз­му­ща­ет муж­чи­ну, ко­гда он про­сит его не от­вле­кать от из­бран­но­го им пла­на дей­ствий. Он про­сит ува­же­ния к его жиз­ни, воз­мож­но, к его ре­ше­ни­ям, к его иде­ям, иде­а­лам и по­ры­вам.

Имен­но из-за это­го бун­ту­ют под­рост­ки. Имен­но так ста­ра­ют­ся про­явить се­бя де­ти. Имен­но из этой по­треб­но­сти на­чи­на­ет­ся лю­бое твор­че­ство и лю­бое до­сти­же­ние. И эта по­треб­ность еще бо­лее слож­на в удо­вле­тво­ре­нии, неже­ли пер­вые две.

Итак. Без­опас­ность. Бли­зость. Зна­чи­мость.

Нам всем хо­чет­ся чувствовать се­бя хо­ро­шо. То есть — вна­ча­ле за­щи­щен­ны­ми, за­тем — при­ня­ты­ми и ве­со­мы­ми.

Но, по­жа­луй, са­мое глав­ное — все эти по­треб­но­сти — ди­на­мич­ны и от­ча­сти ил­лю­зор­ны. Их невоз­мож­но за­по­лу­чить один раз и навсегда, они как пи­ща, ко­то­рая необ­хо­ди­ма каж­дый день.

Имен­но по­это­му, де­ло не толь­ко в «дет­ских трав­мах», но и в на­ших на­вы­ках ак­ту­аль­ной жиз­ни, в на­шей лич­ной от­вет­ствен­но­сти за свое «здесь и сей­час», че­рез ка­кую приз­му мы смот­рим на мир, что мы ви­дим, на чем фо­ку­си­ру­ем свое вни­ма­ние.

Мы мо­жем на­чать за­бо­тить­ся о сво­ей пси­хо­ло­ги­че­ской без­опас­но­сти, о ка­че­стве свя­зи с близ­ки­ми, о са­мо­ре­а­ли­зо­ван­но­сти в лю­бой мо­мент жиз­ни. У взрос­лых есть воз­мож­ность вы­би­рать. Толь­ко взрос­лый спо­со­бен най­ти и оста­вить для се­бя глав­ное — то, что его уте­шит, вдох­но­вит, по­да­рит смысл и при­даст сил. У де­тей нет та­кой воз­мож­но­сти. Де­ти го­раз­до бо­лее уяз­ви­мы, и удо­вле­тво­рен­ность их ба­зо­вых по­треб­но­стей пол­но­стью за­ви­сит от их окру­же­ния. По­это­му с ни­ми ря­дом долж­ны быть уже по­за­бо­тив­ши­е­ся о се­бе взрос­лые.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.