Юлия Лит­ви­нец: «Про­ект «Эне­ида» — это эро­тизм и ге­ро­и­ка»

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Ека­те­ри­на КОНСТАНТИНОВА

В На­ци­о­наль­ном ху­до­же­ствен­ном му­зее Укра­и­ны за­кон­чил­ся «Про­ект «Эне­ида». Ге­не­раль­ный ди­рек­тор му­зея Юлия Лит­ви­нец рас­ска­за­ла ZN.UA, чем зна­чи­мо это со­бы­тие, а так­же по­де­ли­лась пла­на­ми о пред­сто­я­щей ре­став­ра­ции зна­ме­ни­то­го зда­ния на ули­це Гру­шев­ско­го.

«Про­ект «Эне­ида» по­свя­щен 175-ле­тию пер­вой пол­ной пуб­ли­ка­ции зна­ме­ни­той по­э­мы Ива­на Кот­ля­рев­ско­го. Эта идея на­ча­ла ре­а­ли­зо­вы­вать­ся еще в рам­ках фо­кус-те­мы «Книж­но­го Ар­се­на­ла-2017». А уже в День Неза­ви­си­мо­сти, 24 ав­гу­ста, На­ци­о­наль­ный ху­до­же­ствен­ный му­зей Укра­и­ны пред­ста­вил впе­чат­ля­ю­щую экс­по­зи­цию, ко­то­рая объ­еди­ни­ла уни­каль­ные ар­те­фак­ты, ис­то­ри­че­ски и ге­не­ти­че­ски свя­зан­ные с ше­дев­ром Кот­ля­рев­ско­го.

На­пом­ним, «Эне­ида» — пер­вый па­мят­ник но­вой укра­ин­ской ху­до­же­ствен­ной ли­те­ра­ту­ры. Она бы­ла на­пи­са­на раз­го­вор­ным укра­ин­ским язы­ком. И сим­во­ли­зи­ро­ва­ла ста­нов­ле­ние но­во­го укра­ин­ско­го ху­до­же­ствен­но­го сло­ва. Пер­вое из­да­ние да­ти­ру­ет­ся 1842 го­дом.

В за­лах На­ци­о­наль­но­го му­зея в те­че­ние двух ме­ся­цев по­се­ти­те­ли име­ли воз­мож­ность оце­нить пре­крас­ные ил­лю­стра­ции к по­э­ме раз­ных ху­дож­ни­ков. Пред­став­ле­ны те­ат­раль­ные афи­ши, ав­то­гра­фы раз­ных вре­мен. Ку­ра­то­ры про­ек­та: Па­вел Гу­ди­мов, Ди­а­на Клоч­ко, По­ли­на Ли­ми­на, Да­нил Ни­ки­тин. Про­ект ре­а­ли­зо­ван в со­дру­же­стве с «Я Га­ле­ре­ей».

— Ви­зу­а­ли­за­ция «Эне­иды» — де­ло ин­те­рес­ное и слож­ное, — го­во­рит ген­ди­рек­тор На­ци­о­наль­но­го ху­до­же­ствен­но­го му­зея Юлия Лит­ви­нец. — Тем бо­лее что ос­нов­ная функ­ция про­ек­та — имен­но об­ра­зо­ва­тель­ная. Как вы по­ни­ма­е­те, у мно­гих лю­дей от­но­ше­ние к по­э­ме в ос­нов­ном тра­фа­рет­ное и праг­ма­тич­ное: де­скать, это же вет­ке кур­си­ру­ет по­езд, по­свя­щен­ный «Эне­иде». — Ес­ли со­ста­вить услов­ный рей­тинг наи­бо­лее цен­ных и наи­бо­лее экс­клю­зив­ных ар­те­фак­тов, по­пав­ших к вам в му­зей в рам­ках «Эне­иды», то что это? — Древ­ней­шее про­из­ве­де­ние — ан­тич­ная ам­фо­ра из Му­зея Ха­нен­ко, ей бо­лее 2500 лет. Это гре­че­ская ке­ра­ми­че­ская ва­за с рос­пи­сью на те­му Трои. Как из­вест­но, «Эне­ида» — преж­де все­го гре­че­ский миф.

Еще од­но ста­рин­ное про­из­ве­де­ние — ико­на «Страш­ный суд» (из сбор­ни­ка на­ше­го му­зея). при­хо­ди­ли да­же це­лые кол­лек­ти­вы пред­при­я­тий. — Как про­стран­ство ва­ше­го му­зея ре­а­ги­ру­ет на та­кие мас­штаб­ные меж­дис­ци­пли­нар­ные про­ек­ты? Пла­ни­ру­е­те про­дол­жать и раз­ви­вать это на­прав­ле­ние? — На­ци­о­наль­ный му­зей — на са­мом де­ле слож­ное про­стран­ство. Фон­до­хра­ни­ли­ще, ад­ми­ни­стра­тив­ные по­ме­ще­ния, ре­став­ра­ци­он­ные ма­стер­ские, лек­то­рий... И, преж­де все­го, вы­ста­воч­ные за­лы. Они не та­кие уж и боль­шие. А «Эне­ида» — про­ект-экс­пе­ри­мент, по­пыт­ка по­нять, как наш му­зей мо­жет вы­хо­дить из сво­их тра­ди­ци­он­ных форм функ­ци­о­ни­ро­ва­ния.

Му­зей про­ек­ти­ро­вал­ся 118 лет на­зад. Ко­неч­но, то­гда ни­кто не ду­мал ни о «ка­фе», ни о про­чих ло­ка­ци­ях.

Кста­ти, в свя­зи с этим про­ек­том и со­сто­я­лось те­сти­ро­ва­ние ка­фе: в на­шем му­зее это поп-ап-ка­фе «Эней».

За два ме­ся­ца оно из­ме­ни­ло пред­став­ле­ние об «иде­аль­ной» фор­ме му­зея. Ви­дим, как ра­бо­та­ет это про­стран­ство, на­сколь­ко ком­форт­но по­се­ти­те­лям.

По­это­му бла­го­да­ря та­ким про­ек­там и пе­ре­фор­ма­ти­ру­ем про­стран­ство.

Ко­неч­но, это не при­но­сит ка­ких-то ко­лос­саль­ных средств, но на­до за­бо­тить­ся о ком­фор­те по­се­ти­те­лей.

В це­лом, «Эне­ида» в са­мом де­ле сдви­ну­ла опре­де­лен­ные «рам­ки», при­су­щие на­ше­му учре­жде­нию. Здесь был рок-кон­церт, бы­ла бри­тан­ская ба­роч­ная опе­ра «Ди­до­на и Эней» Ген­ри Пер­сел­ла от OPEN OPERA UKRAINE. Ока­за­лось, у нас — за­ме­ча­тель­ная аку­сти­ка. Это под­твер­ди­ли опер­ные пев­цы. — В чем, на ваш взгляд, фе­но­мен укра­ин­ской «Эне­иды» — как ли­те­ра­тур­но­го про­из­ве­де­ния, как ми­фа? Как це­ло­го ху­до­же­ствен­но­го на­прав­ле­ния? —Ду­маю, этот фе­но­мен преж­де все­го в юмо­ри­сти­че­ской и бур­леск­ной со­став­ля­ю­щей. Укра­ин­ский на­род лю­бит шу­тить над со­бой, над дру­ги­ми. И в про­из­ве­де­нии Кот­ля­рев­ско­го это ре­а­ли­зо­ва­но до­ста­точ­но от­кры­то, са­мо­кри­тич­но, эмо­ци­о­наль­но, та­лант­ли­во.

В бур­лес­ке есть опре­де­лен­ные раз­об­ла­чи­тель­ные мо­мен­ты. Но это и опре­де­лен­ная от­кры­тость, при­су­щая на­ше­му об­ще­ству, имен­но укра­ин­цам. —Хо­те­лось бы уточ­нить во­прос, свя­зан­ный с хра­не­ни­ем и ме­сто­на­хож­де­ни­ем пер­во­го, вто­ро­го и тре­тье­го из­да­ний «Эне­иды» (1798, 1808, 1809). Есть ли се­год­ня в Укра­ине ка­кие-то ва­ри­ан­ты этих пер­вых из­да­ний? — Вы име­е­те в ви­ду са­мые пер­вые из­да­ния? Те, что бы­ли на­пе­ча­та­ны неле­галь­но? Мы их не на­шли. Но не мо­гу утвер­ждать, что их во­об­ще нет в Укра­ине.

А раз­лич­ные ста­рые из­да­ния ис­ка­ли всю­ду. В Му­зее кни­ги и кни­го­пе­ча­та­ния, на­при­мер. У них бра­ли из­да­ние. И в на­шей соб­ствен­ной биб­лио­те­ке.

Ку­ра­то­ры раз­би­ра­ли са­мо про­из­ве­де­ние в ас­пек­те эро­ти­ки, в ас­пек­те ге­ро­и­ки. Так­же рас­кры­ва­ли ви­зу­аль­ную куль­ту­ру про­из­ве­де­ния.

Как ока­за­лось, «Эне­ида» на­столь­ко мно­го­слой­на, что мож­но сей­час за­крыть про­ект, а че­рез год его сно­ва от­крыть — и он бу­дет аб­со­лют­но дру­гим. Это бес­ко­неч­ное по­ле для ис­сле­до­ва­ний.

В на­шей экс­по­зи­ции 233 еди­ни­цы хра­не­ния. Вот, на­при­мер, нас за­ин­те­ре­со­вал экс­по­нат из Ли­те­ра­тур­но-ме­мо­ри­аль­но­го му­зея Кот­ля­рев­ско­го в Пол­та­ве. Ху­дож­ни­ка зо­вут В.пре­сыч — и боль­ше о нем ни­че­го не из­вест­но! Но у него за­ме­ча­тель­ные ил­лю­стра­ции к по­э­ме «Эне­ида» 1951 г.

К «Эне­иде» об­ра­ща­лись та­кие вы­да­ю­щи­е­ся ху­дож­ни­ки, как Ва­си­лий Кри­чев­ский, Ана­то­лий Ба­зи­ле­вич, Ми­ха­ил Де­ре­гус, Иван Па­дал­ко, Иван Ижа­ке­вич, Геор­гий Нар­бут. — На­счет ближайших арт­про­ек­тов На­ци­о­наль­но­го му­зея — че­го ждать в но­яб­ре, де­каб­ре? В но­яб­ре от­кры­ва­ет­ся вы­став­ка Алек­сандра Ак­си­ни­на. Этот ху­дож­ник-гра­фик жил и ра­бо­тал во Ль­во­ве. Его на­зы­ва­ют «львов­ским Дю­ре­ром« — за со­вер­шен­ное вла­де­ние тех­ни­кой офор­та.

Его про­из­ве­де­ния бы­ли в экс­по­зи­ции «Ль­вов. Со­юз­ни­ки», пред­став­ляв­шей львов­ское ис­кус­ство 70—80-х и на­ча­ла 90-х го­дов. Но как от­дель­ный про­ект — не вы­став­ля­лись. И это так­же вы­зов. Вы­став­ка Ак­си­ни­на бу­дет про­хо­дить в трех вы­ста­воч­ных за­лах. Ра­бо­ты это­го ху­дож­ни­ка неболь­шие, од­на­ко со­дер­жат це­лый кос­мос. И мы так­же долж­ны от­крыть для по­се­ти­те­лей это про­стран­ство.

Даль­ше — про­ект харь­ков­ской шко­лы — «Го­род ХА» (Харь­ков­ский аван­гард).

А уже в сле­ду­ю­щем го­ду бу­дем ре­ста­ври­ро­вать фа­сад му­зея… — Го­во­рят, ле­том му­зей на три ме­ся­ца мо­жет при­оста­но­вить ра­бо­ту имен­но из-за ре­став­ра­ции. Ес­ли мож­но, по­дроб­нее о пред­по­ла­га­е­мом бюд­же­те та­кой ре­став­ра­ции и о рис­ках, свя­зан­ных с тем, что со­ору­же­ние — исто­ри­че­ское. — Еще про­дол­жа­ют­ся экс­пер­ти­зы про­ек­та. По­это­му сей­час не мо­гу го­во­рить об окон­ча­тель­ном бюд­же­те. Ори­ен­ти­ру­ем­ся при­мер­но на 30 млн грн.

И есть под­твер­жде­ние от Мин­куль­та, что сред­ства долж­ны быть.

Что преду­смат­ри­ва­ет ре­став­ра­ция? Пла­ни­ру­ем за­кре­пить со­ору­же­ние. Для это­го на сте­нах бу­дет сде­ла­на стяж­ка.

Так­же бу­дет пол­но­стью за­ме­не­на кры­ша — она дав­но про­те­ка­ет. Мы уже уста­ли бе­гать с вед­ра­ми и за­ли­вать си­ли­ко­ном ды­ры.

Бу­дет от­ре­ста­ври­ро­ва­но скульп­тур­ное об­рам­ле­ние фа­са­да. От­ре­ста­ври­ро­ва­но по­кры­тие стен, так на­зы­ва­е­мая «шу­ба».

Ко­гда до­стра­и­ва­ли часть по­ме­ще­ния в 1969 г., внеш­ние сте­ны му­зея об­ло­жи­ли се­рым бе­то­ном, из­ме­нив ре­льеф по­верх­но­сти. За на­ши­ми «по­ло­вец­ки­ми ба­ба­ми» на фа­са­де есть ори­ги­наль­ный ре­льеф стен, ко­то­рый и по­пы­та­ем­ся воз­ро­дить.

И, как по­ка­за­ли ис­сле­до­ва­ния, цвет зда­ния из­на­чаль­но был не се­рый, а тер­ра­ко­то­вый. Свет­ло-се­ры­ми долж­ны бы­ли быть толь­ко ко­лон­ны, львы и скульп­тур­ное об­рам­ле­ние му­зея. А ос­нов­ное те­ло му­зея — тер­ра­ко­то­во­го цве­та. По­про­бу­ем вер­нуть этот цвет.

Му­зей дол­жен быть по­хож на древ­не­гре­че­ский храм.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.