Зло­клю­че­ния украинцев в Бе­ла­ру­си

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Де­нис ЛАВНИКЕВИЧ

Со­бы­тия на Во­сто­ке стра­ны при­ве­ли к то­му, что из Укра­и­ны в Бе­ла­русь на­чи­ная с 2014 го­да пе­ре­еха­ло бо­лее 160 ты­сяч че­ло­век, бе­жав­ших от вой­ны.

В Бе­ла­ру­си они по­лу­чи­ли мас­су пре­фе­рен­ций от го­су­дар­ства, но прак­ти­че­ски ни­кто не име­ет ста­ту­са бе­жен­ца, то есть льгот, уста­нов­лен­ных за­ко­ном. Бо­лее то­го, бе­ло­рус­ские вла­сти и не скры­ва­ют, что ис­поль­зу­ют укра­ин­ских ми­гран­тов для ре­ше­ния соб­ствен­ных де­мо­гра­фи­че­ских про­блем.

Го­сти с неопре­де­лен­ным ста­ту­сом

Пре­зи­дент Бе­ла­ру­си в пуб­лич­ных вы­ступ­ле­ни­ях очень лю­бит рас­ска­зы­вать, как мно­го украинцев ре­ши­ли ис­кать спа­се­ния от вой­ны в спо­кой­ной и ста­биль­ной се­вер­ной со­сед­ке. Впер­вые Лу­ка­шен­ко под­нял те­му укра­ин­ских беженцев еще 2 ап­ре­ля 2014-го. То­гда, по­се­щая «558 Ави­а­ци­он­ный ре­монт­ный за­вод» в Ба­ра­но­ви­чах, он за­явил: «Укра­ин­ский на­род про­сит­ся к нам. По­это­му на­до ду­мать. Ни­ку­да не де­нешь­ся, при­дет­ся ко­го-то из бра­тьев на­ших и се­стер за­би­рать. Бу­дем смот­реть. За­бе­рем, ес­ли при­дет­ся. Но луч­ше, что­бы там бы­ло ти­хо и спо­кой­но, что­бы эти доб­рые лю­ди жи­ли там спо­кой­но. И нам бы­ло бы луч­ше, и им хо­ро­шо».

То­гда же бе­ло­рус­ский пре­зи­дент пред­ло­жил вос­поль­зо­вать­ся кри­зис­ной си­ту­а­ци­ей в Укра­ине и пе­ре­ма­нить спе­ци­а­ли­стов обо­рон­ной про­мыш­лен­но­сти, что­бы в Бе­ла­ру­си они со­зда­ва­ли со­вре­мен­ные ви­ды ору­жия. «Давайте по­про­бу­ем с укра­ин­ца­ми до­го­во­рить­ся и вме­сте по­ра­бо­тать, что­бы не про­па­ли ин­тел­лек­ту­аль­ные, ин­же­нер­ные цен­тры, кон­струк­то­ры в Укра­ине. Мо­мент нор­маль­ный... Этот мо­мент на­до ис­поль­зо­вать не толь­ко для се­бя, но и для внеш­не­го рын­ка», — ска­зал он.

В са­мом де­ле, в кон­це сен­тяб­ря 2014 г. де­ле­га­ция ВПК Бе­ла­ру­си по­еха­ла по обо­рон­ным за­во­дам в Ки­е­ве, Ль­во­ве, Дне­про­пет­ров­ске, Чер­ни­го­ве.

Укра­ин­ским ра­бот­ни­кам этих пред­при­я­тий пред­ла­га­ли пе­ре­би­рать­ся в Бе­ла­русь пря­мо се­мья­ми, с детьми. Всем обе­ща­ли жи­лье и тру­до­устрой­ство.

Со­гла­си­лись немно­гие. Но за­то в Бе­ла­русь бук­валь­но хлы­ну­ли беженцы с Во­сто­ка Укра­и­ны. На­до от­дать долж­ное бе­ло­рус­ским вла­стям: от­ре­а­ги­ро­ва­ли они сра­зу же. Бе­ло­рус­ский пре­зи­дент от­дал рас­по­ря­же­ние: обес­пе­чи­вать всех укра­ин­ских ми­гран­тов жи­льем и ра­бо­той, а при необ­хо­ди­мо­сти — оформ­лять им до­ку­мен­ты вза­мен уте­рян­ных. То есть в Бе­ла­русь из Укра­и­ны в тот мо­мент впус­ка­ли да­же лю­дей без до­ку­мен­тов, про­сто за­яв­ляв­ших, что они «бе­гут от вой­ны».

Три го­да спу­стя, в ап­ре­ле 2017-го, Алек­сандр Лу­ка­шен­ко в по­сла­нии пар­ла­мен­ту и на­ро­ду под­вел итог: «Укра­и­на не про­сто наш со­сед. Это брат­ская нам стра­на, брат­ский на­род. Мы при­ня­ли у се­бя бо­лее 160 тыс. укра­ин­ских граж­дан». (По оцен­кам по­гра­нич­ни­ков, к 2017-му по­ток пе­ре­се­лен­цев из Укра­и­ны в Бе­ла­русь пре­кра­тил­ся.) В свою оче­редь, де­пар­та­мент по граж­дан­ству и ми­гра­ции МВД Бе­ла­ру­си пред­ста­вил ста­ти­сти­ку: за три го­да во­ору­жен­но­го кон­флик­та на Во­сто­ке Укра­и­ны за по­лу­че­ни­ем ста­ту­са бе­жен­ца об­ра­ти­лись 2450 граж­дан этой стра­ны; до­пол­ни­тель­ную за­щи­ту по­лу­чи­ли 1933 из них. Но это циф­ра очень да­ле­ка от об­ще­го чис­ла украинцев, пе­ре­ехав­ших в «си­не­окую». Что же про­ис­хо­дит с боль­шин­ством?

В се­ре­дине 2014 г. в Бе­ла­ру­си для хлы­нув­ших в нее укра­ин­ских граж­дан бы­ли со­зда­ны спе­ци­аль­ные пунк­ты вре­мен­но­го размещения. Там им по­мо­га­ли офор­мить до­ку­мен­ты, подыс­ки­ва­ли жи­лье и ра­бо­ту, ре­ша­ли во­про­сы с об­ра­зо­ва­ни­ем для де­тей и вра­чеб­ным об­слу­жи­ва­ни­ем. При­чем без боль­шой бю­ро­кра­ти­че­ской во­ло­ки­ты. С од­ной сто­ро­ны, бе­ло­ру­сы дей­стви­тель­но ис­кренне ста­ра­лись по­мочь ока­зав­шим­ся в бе­де со­се­дям. С дру­гой — бе­ло­рус­ские вла­сти и не скры­ва­ли, что по­ток укра­ин­ских беженцев — хо­ро­шая воз­мож­ность ре­шить мно­гие де­мо­гра­фи­че­ские про­бле­мы соб­ствен­ной стра­ны. Имен­но по­это­му пе­ре­се­лен­цев из Укра­и­ны от­прав­ля­ли жить и ра­бо­тать в де­прес­сив­ные рай­о­ны — в бе­ло­рус­скую глу­бин­ку, где дав­но не хва­та­ет вра­чей (и дру­гих мед­ра­бот­ни­ков), учи­те­лей, а так­же про­сто ра­бо­чих рук в мест­ных кол­хо­зах и сов­хо­зах. За­то есть мно­го пу­сту­ю­ще­го жи­лья. По боль­шей ча­сти укра­ин­ские пе­ре­се­лен­цы осе­да­ли на Та­кие объ­яв­ле­ния мож­но уви­деть на ули­цах Мин­ска

юге Мин­ской об­ла­сти, в Го­мель­ской и Брест­ской об­ла­стях. Хо­тя до­ста­точ­но боль­шая груп­па от­пра­ви­лась и на се­вер — в Ви­тебск.

Бе­ло­рус­ские вла­сти дей­стви­тель­но очень по­мог­ли укра­ин­цам, бе­жав­шим от вой­ны, но со­зда­ли при этом ко­лос­саль­ную про­бле­му: во­ле­вое ре­ше­ние Лу­ка­шен­ко «при­ни­ма­ем всех!» не бы­ло под­креп­ле­но нор­ма­тив­но­пра­во­вы­ми ак­та­ми, толь­ко уст­ны­ми рас­по­ря­же­ни­я­ми. Как ре­зуль­тат се­го­дня у укра­ин­ских пе­ре­се­лен­цев в Бе­ла­ру­си весь­ма неопре­де­лен­ное пра­во­вое по­ло­же­ние. При этом Ми­ни­стер­ство внут­рен­них дел во­все не го­рит же­ла­ни­ем ле­га­ли­зо­вать украинцев че­рез при­сво­е­ние им ста­ту­са беженцев.

«Эти ли­ца не под­па­да­ют под кри­те­рии для ста­ту­са бе­жен­ца, по­то­му что они не пре­сле­ду­ют­ся на тер­ри­то­рии Укра­и­ны за по­ли­ти­че­ские взгля­ды, на­ци­о­наль­ную при­над­леж­ность и так да­лее», — за­явил еще в июне 2015 г. гла­ва де­пар­та­мен­та по граж­дан­ству и ми­гра­ции МВД Бе­ла­ру­си Алек­сей Бе­гун. Но, по его сло­вам, граж­дане Укра­и­ны по­лу­ча­ют сро­ком на год до­пол­ни­тель­ную за­щи­ту от вы­сыл­ки из стра­ны. А за­кры­вать гра­ни­цу Бе­ла­русь не ста­нет: «Нель­зя го­во­рить, что мы опре­де­ля­ем ка­кую-то им­ми­гра­ци­он­ную

кво­ту. Бе­ла­русь в рам­ках вы­пол­не­ния меж­ду­на­род­ных обя­за­тельств бу­дет при­ни­мать их все­гда».

Важ­но по­ни­мать, что боль­шин­ство укра­ин­ских граж­дан в 2014–2015 гг. еха­ло в Бе­ла­русь прак­ти­че­ски на­о­бум, по­ня­тия не имея о том, что мож­но/нуж­но по­пы­тать­ся по­лу­чить ста­тус бе­жен­ца. В ре­зуль­та­те прак­ти­че­ски все они те­перь име­ют невнят­ный ста­тус тру­до­вых ми­гран­тов, не по­лу­чая по­ло­жен­ных по за­ко­ну бе­жен­цам льгот и пре­фе­рен­ций. И это толь­ко те, кто хоть как-то пы­тал­ся на­ту­ра­ли­зо­вать­ся офи­ци­аль­но. Но мно­гие еха­ли, во­об­ще не рас­счи­ты­вая на ка­кое-то вза­и­мо­дей­ствие с го­су­дар­ством. Еха­ли к дру­зьям и род­ствен­ни­кам, по­том, ми­ни­маль­но обу­стро­ив­шись, неофи­ци­аль­но сни­ма­ли жи­лье и тру­до­устра­и­ва­лись. Имен­но из-за та­ких «те­не­вых ми­гран­тов» циф­ра в 160 тыс. укра­ин­ских пе­ре­се­лен­цев у неко­то­рых экс­пер­тов вы­зы­ва­ет со­мне­ния.

Жи­тей­ские ис­то­рии

В на­ча­ле ав­гу­ста 2017 г. к пра­во­во­му ин­спек­то­ру бе­ло­рус­ско­го неза­ви­си­мо­го проф­со­ю­за РЭП Лео­ни­ду Су­да­лен­ко об­ра­ти­лись ше­сте­ро че­ло­век: три се­мьи пе­ре­се­лен­цев из зо­ны во­ен­ных дей­ствий в Укра­ине. Им

по­тре­бо­ва­лась кон­суль­та­ция о том, как по­сту­пить в си­ту­а­ции, ко­гда бе­ло­рус­ский на­ни­ма­тель ста­вит усло­вие: ли­бо со­кра­ще­ние ра­бо­че­го дня до 0,25 став­ки, ли­бо рас­тор­же­ние кон­трак­та и уволь­не­ние.

Ту же ис­то­рию проф­со­юз­ный ак­ти­вист из Го­ме­ля Ан­дрей Стри­жак опи­сал ку­да бо­лее жест­ко: «Се­го­дня в офис проф­со­ю­за при­хо­ди­ли ше­сте­ро украинцев-пе­ре­се­лен­цев из Дон­бас­са. Рас­ска­за­ли чуд­ную ис­то­рию о том, как пе­ре­еха­ли к нам в на­ча­ле вой­ны в 2014-м, по­ве­рив сло­вам Лу­ка­шен­ко о том, что их тут ждут с рас­про­стер­ты­ми объ­я­ти­я­ми. Устро­и­лись на ра­бо­ту на сви­но­фер­му, по­ра­бо­та­ли, и тут на­ни­ма­тель ре­жет всех сви­ней и пе­ре­во­дит со­труд­ни­ков на 0,25 став­ки. В ре­аль­ном ис­чис­ле­нии это вы­гля­дит так. Зар­пла­та у них те­перь бу­дет 100 руб­лей, а за дет­ский сад за од­но­го ре­бен­ка нуж­но упла­тить 70 руб­лей, и ес­ли лю­ди уво­лят­ся, то в де­ся­ти­днев­ный срок долж­ны бу­дут по­ки­нуть Бе­ла­русь. К то­му же жи­лья им не предо­ста­ви­ли, сни­ма­ют в склад­чи­ну квар­ти­ру. А еще од­на из пе­ре­се­ле­нок три­жды схо­ди­ла на при­ем к пе­ди­ат­ру с ре­бен­ком, ко­то­рый за­бо­лел вет­рян­кой, и от­да­ла за это 60 руб­лей. Вот так фак­ти­че­ски вы­гля­дит наш «рай» для беженцев из Укра­и­ны. Умей­те от­ли­чать ре­кла­му от ре­аль­ной жиз­ни».

Есть, ко­неч­но, и вполне счаст­ли­вые ис­то­рии. Ма­рия Ма­ни­щан­ская пе­ре­бра­лась в Минск в 2014-м из Ан­тра­ци­та по­сле то­го, как дом, где они жи­ли с му­жем, был раз­ру­шен арт­об­стре­лом. (Де­тей от­пра­ви­ли к род­ствен­ни­кам еще до на­ча­ла бо­е­вых дей­ствий.) В бе­ло­рус­ской сто­ли­це се­мью Ма­ни­щан­ских при­нял спе­ци­аль­ный пункт Крас­но­го кре­ста, по­мог день­га­ми и про­дук­та­ми. За­тем под­клю­чи­лись со­ци­аль­ные служ­бы — от­пра­ви­ли де­тей в шко­лу, ор­га­ни­зо­ва­ли им бес­плат­ное пи­та­ние, по­ста­ви­ли на учет в по­ли­кли­ни­ку.

По­том встал во­прос тру­до­устрой­ства. Му­жа Ма­рии, элек­три­ка по спе­ци­аль­но­сти, быст­ро тру­до­устро­и­ли мон­таж­ни­ком лиф­тов. Са­ма Ма­рия не ста­ла тру­до­устра­и­вать­ся офи­ци­аль­но: она до­воль­но быст­ро по­лу­чи­ла ме­сто про­дав­щи­цы на мин­ском Ко­ма­ров­ском рын­ке, где за­ра­ба­ты­ва­ет вдвое боль­ше му­жа. Она тор­гу­ет укра­ин­ским са­лом — это по­вод для мно­же­ства се­мей­ных шу­ток.

Но не у всех так по­лу­ча­ет­ся. При­вык­шие к эко­но­ми­че­ской са­мо­сто­я­тель­но­сти укра­ин­цы те­ря­ют­ся, ко­гда стал­ки­ва­ют­ся с то­таль­ным го­су­дар­ствен­ным кон­тро­лем. Ро­ман На­у­мен­ко с се­мьей пе­ре­брал­ся в Бе­ла­русь в кон­це 2014-го. А в кон­це 2016 г. все они по­е­ха­ли об­рат­но. Я встре­тил­ся с Ро­ма­ном не­за­дол­го до отъ­ез­да и вы­слу­шал его ис­то­рию.

«На­ше се­ло бы­ло не­да­ле­ко от Пав­ло­гра­да. В 2014 г. мы ис­пу­га­лись, что фронт при­дет к нам, — то­гда та­кая угро­за нам ка­за­лась очень ре­аль­ной. За­ко­ло­ти­ли дом, пе­ре­еха­ли в Бе­ла­русь, там ро­ди­те­ли мо­ей же­ны оста­ви­ли ей неболь­шой дом под Бра­сла­вом, — рас­ска­зы­вал Ро­ман На­у­мен­ко. — В мест­ном сель­со­ве­те сра­зу по­со­ве­то­ва­ли офи­ци­аль­но за­ре­ги­стри­ро­вать­ся в мест­ном пас­порт­ном сто­ле. За­ре­ги­стри­ро­ва­лись без про­блем, и нам дали на­прав­ле­ние на тру­до­устрой­ство. Но в мест­ном сов­хо­зе зар­пла­ты ока­за­лись 150–200 руб­лей, это­го не хва­та­ло, да­же что­бы дом со­дер­жать».

То­гда На­у­мен­ко ре­ши­ли де­лать так, как де­ла­ли у се­бя на ро­дине: ку­пи­ли де­ся­ток по­ро­сят, рас­счи­ты­вая от­кор­мить и про­дать ка­бан­чи­ков. Од­на­ко столк­ну­лись с це­лой ку­чей го­су­дар­ствен­ных огра­ни­че­ний. Нель­зя со­дер­жать сви­ней в ра­ди­у­се по­лу­то­ра ки­ло­мет­ров от го­су­дар­ствен­ной фер­мы (по­след­ствия эпи­де­мии АЧС несколь­ко лет на­зад), вы­ра­щи­ва­ние ка­бан­чи­ков нуж­но со­гла­со­вать с ру­ко­вод­ством сов­хо­за, и толь­ко там мож­но по­ку­пать ком­би­корм. Кро­ме то­го, нуж­но за­ре­ги­стри­ро­вать­ся в мест­ном ис­пол­ко­ме как фер­мер или ин­ди­ви­ду­аль­ный пред­при­ни­ма­тель, от­крыть рас­чет­ный счет в бан­ке, зарегистрировать по­ро­сят в ве­те­ри­нар­ной ин­спек­ции…

«В Укра­ине те­бя ни­кто не бу­дет до­ни­мать про­вер­ка­ми и раз­ре­ше­ни­я­ми. На сво­ем участ­ке ты в сво­ем пра­ве: вы­ра­щи­вай, что хо­чешь, от­карм­ли­вай, ко­го хо­чешь. Толь­ко по­тре­бу­ет­ся по­ка­зать мя­со пе­ред про­да­жей са­ни­тар­но­му ин­спек­то­ру. А в Бе­ла­ру­си на каж­дый чих на­до по­лу­чить справ­ку и за­пла­тить за раз­ре­ше­ние. Ес­ли во­об­ще раз­ре­шат», — груст­но под­вел итог Ро­ман.

Кон­ку­рен­ты с юга

Ка­ким бы жест­ким ни был в Бе­ла­ру­си го­су­дар­ствен­ный кон­троль, ша­баш­ни­ков (неофи­ци­аль­ных ра­бо­чих бри­гад) в ней предо­ста­точ­но. И с ни­ми с 2014 г. на­ча­ли жест­ко кон­ку­ри­ро­вать вы­ход­цы из Укра­и­ны. В ос­нов­ном в та­ких сег­мен­тах, как за­го­род­ное стро­и­тель­ство, ре­монт квар­тир и кот­те­джей, ле­со­за­го­тов­ки, сбор­ка ме­бе­ли. Укра­ин­ские бри­га­ды, бук­валь­но вторг­ши­е­ся на неофи­ци­аль­ный ры­нок тру­да, от­кро­вен­но дем­пин­го­ва­ли, вы­тес­няя бе­ло­рус­ских ша­баш­ни­ков.

Те в от­вет на­ча­ли сни­жать це­ны и «сту­чать» на кон­ку­рен­тов в Ко­ми­тет го­су­дар­ствен­но­го кон­тро­ля. Но украинцев это осо­бо не пу­га­ло. В ре­зуль­та­те, по оцен­кам мест­ных экс­пер­тов, имен­но бла­го­да­ря укра­ин­цам це­ны на услу­ги по ре­мон­ту квар­тир в круп­ных бе­ло­рус­ских го­ро­дах как упа­ли в два ра­за в 2015 г., так с тех пор и не под­ни­ма­ют­ся.

45-лет­ний Ни­ко­лай Чер­ный — отец-оди­ноч­ка, вос­пи­ты­ва­ет 13-лет­нюю дочь. В бе­ло­рус­ский Мо­зырь в 2015-м пе­ре­ехал пря­ми­ком из До­нец­ка. «Там нам жиз­ни не бы­ло бы все рав­но. Лад­но еще я, но у до­че­ри про­сто не бы­ло бы бу­ду­ще­го», — рас­ска­зы­вал он мне.

Бу­дучи про­фес­си­о­наль­ным стро­и­те­лем (ка­мен­щи­ком, бе­тон­щи­ком), Ни­ко­лай сра­зу устро­ил­ся на ра­бо­ту в мо­зыр­ский гор­ре­мав­то­дор. Но быст­ро по­нял, что ес­ли сни­мать квар­ти­ру, то про­жить на зар­пла­ту в 400 руб­лей вме­сте с до­че­рью нере­аль­но, ведь в Бе­ла­ру­си це­ны на­мно­го вы­ше укра­ин­ских. Про­ра­бо­тав в го­су­дар­ствен­ной кон­то­ре мень­ше го­да, Чер­ный оста­вил ра­бо­ту под пред­ло­гом рев­ма­тиз­ма и всту­пил в бри­га­ду та­ких же, как он, укра­ин­ских ша­баш­ни­ков.

«Все ле­то-осень 2016-го ез­ди­ли по строй­кам, в ос­нов­ном по Мин­ской об­ла­сти — там лю­ди бо­га­че и ра­бо­ты боль­ше. Иде­а­лен в этом плане Со­ли­горск, го­род шах­те­ров с очень вы­со­ки­ми зар­пла­та­ми. Там лю­ди мно­го стро­ят­ся. Еще в об­ласт­ных цен­трах ра­бо­ту неслож­но най­ти — в Го­ме­ле, Бре­сте… Но в Мин­ске и том же Со­ли­гор­ске кон­ку­рен­ция слиш­ком вы­со­ка, за­шка­ли­ва­ет, — го­во­рит Ни­ко­лай. — Хо­тя бы­ва­ет, что по ме­ся­цу-два ни­ка­кой ра­бо­ты нет, но по­том па­ру за­ка­зов все оку­па­ют. Так хоть жить мож­но. Ме­нять я по­ка ни­че­го не бу­ду».

На­ко­нец, ре­зо­нанс в Бе­ла­ру­си име­ла ис­то­рия жен­щи­ны­вра­ча, в 2014 г. пе­ре­ехав­шей из Лу­ган­ска в Го­мель. Да­лее ее от­пра­ви­ли в до­ста­точ­но бо­га­тую бе­ло­рус­скую де­рев­ню — за­ве­до­вать мест­ным фельд­шер­ско­аку­шер­ским пунк­том (ФАП), дали в поль­зо­ва­ние хо­ро­ший де­ре­вен­ский дом. Но не сло­жи­лось… Вско­ре от мест­ных жи­те­лей ста­ли по­сту­пать воз­му­щен­ные от­зы­вы. Как ока­за­лось, но­вая за­ве­ду­ю­щая ФАПОМ тре­бо­ва­ла мел­кую мзду за вы­да­чу вся­кой справ­ки, за на­прав­ле­ния к го­род­ским вра­чам, за про­це­ду­ры и т.д. Но то, что счи­та­лось в по­ряд­ке ве­щей на Во­сто­ке Укра­и­ны, бы­ло со­вер­шен­но недо­пу­сти­мо в Бе­ла­ру­си. Как ре­зуль­тат, все­го три неде­ли спу­стя укра­ин­ку уво­ли­ли, за­тем ли­ши­ли за­щи­ты от вы­сыл­ки и от­пра­ви­ли на ро­ди­ну.

Се­го­дня все уже бо­лее-ме­нее успо­ко­и­лось. По­то­ка укра­ин­ских граж­дан, бе­гу­щих от вой­ны, дав­но нет. Из 160 тыс. укра­ин­ских пе­ре­се­лен­цев, по неофи­ци­аль­ным оцен­кам, око­ло 15 тыс. вер­ну­лись на Ро­ди­ну. Немно­гие по­е­ха­ли даль­ше — в Поль­шу, Рос­сию, дру­гие стра­ны. Осталь­ные на­шли се­бе ме­сто в Бе­ла­ру­си.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.