Дочь Ан­ны Ки­ев­ской вер­ну­лась к де­ду

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Иван РЯБЧИЙ

В сто­ли­це за­вер­шил­ся Anne de Kyiv Fest2018, куль­ми­на­ци­ей ко­то­ро­го стал арт­про­ект об Эдигне, до­че­ри Ан­ны Ки­ев­ской и внуч­ке Яро­сла­ва Муд­ро­го.

Этот фе­сти­валь уже чет­вер­тый год ра­ду­ет ки­ев­лян и го­стей го­ро­да ху­до­же­ствен­ны­ми при­чу­да­ми, неожи­дан­ны­ми на­ход­ка­ми и увле­ка­тель­ны­ми зре­ли­ща­ми. За­клад­ка Скве­ра Фран­ко­фо­нии на Ль­вов­ской пло­ща­ди, уста­нов­ка там па­мят­ни­ка ма­лень­кой Анне Ки­ев­ской, вы­сад­ка роз сор­та «Anne de Kyiv» на пло­ща­ди и пе­ред по­соль­ством Фран­ции в Укра­ине, ре­ин­кар­на­ция опе­ры «Яро­слав Муд­рый», из­да­ние тру­да фран­цуз­ско­го ис­то­ри­ка Фи­лип­па Де­лор­ма об Анне Яро­славне, вы­став­ки, по­свя­щен­ные Фри­де Ка­ло и Ека­те­рине Дес­ниц­кой, куль­то­вый про­ект Ека­те­ри­ны Ко­сья­нен­ко «Граф­фи­ти для Ан­ны» — за этот год бы­ло нема­ло при­ят­ных неожи­дан­но­стей.

Сам фе­сти­валь ро­дил­ся че­ты­ре го­да на­зад как идея груп­пы ин­тел­лек­ту­а­ло­вэн­ту­зи­а­стов и за ко­рот­кое вре­мя стал одим из важ­ных еже­год­ных лет­них куль­тур­ных со­бы­тий.

Фе­сти­валь ожи­да­е­мо пре­вра­тил­ся в ген­дер­ную пло­щад­ку борь­бы за ве­ду­щие жен­ские фи­гу­ры в куль­ту­ре и ис­то­рии, вполне ло­гич­но свя­зан­ные с Укра­и­ной и без­осно­ва­тель­но при­сво­ен­ные се­бе на­шим се­вер­ным со­се­дом.

Так, еще до­воль­но све­жа про­шло­год­няя ис­то­рия, ко­гда пре­зи­ден­ты Фран­ции и Рос­сии об­ме­ня­лись в Па­ри­же мне­ни­я­ми о про­ис­хож­де­нии Ан­ны Яро­слав­ны. И по­зи­ция Эм­ма­ну­э­ля Ма­кро­на бы­ла чет­кой и твер­дой: Ан­на-то — Ки­ев­ская! А Ки­ев, как из­вест­но, — сто­ли­ца имен­но Укра­и­ны.

Впро­чем, сло­вам пре­зи­ден­та Фран­ции пред­ше­ство­ва­ла слож­ная ра­бо­та ко­ман­ды фе­сти­ва­ля, глав­ным парт­не­ром ко­то­ро­го с пер­вых дней его су­ще­ство­ва­ния бы­ло По­соль­ство Фран­ции в Укра­ине. По­это­му про­укра­ин­ский спич пре­зи­ден­та стал вен­цом уси­лий укра­ин­ско­го фе­сти­ва­ля.

В этом го­ду фе­сти­валь от­крыл­ся 21 июня улич­ным пред­став­ле­ни­ем «Эдиг­на. Дочь Ан­ны Ки­ев­ской и Ген­ри­ха I. На­ча­ло слав­но­го слу­же­ния». Это ак­ция за воз­вра­ще­ние неиз­вест­но­го боль­шин­ству укра­ин­цев име­ни в на­ше куль­тур­но-ис­то­ри­че­ское про­стран­ство.

Об Эдигне узна­ли из кни­ги со­вре­мен­но­го фран­цуз­ско­го ис­то­ри­ка Фи­лип­па Де­лор­ма «Ан­на Ки­ев­ская, ко­ро­ле­ва Фран­ции, су­пру­га Ген­ри­ха I». Кро­ме сы­но­вей Фи­лип­па (став­ше­го ко­ро­лем Фран­ции) и Гу­го (ока­зав­ше­го­ся в чис­ле од­но­го из пред­во­ди­те­лей Пер­во­го кре­сто­во­го по­хо­да), Ан­на име­ла еще и дочь Эдиг­ну (один из ва­ри­ан­тов по­пу­ляр­но­го в то вре­мя в За­пад­ной Ев­ро­пе име­ни Эм­ма).

Со­глас­но ле­ген­де, на­бож­ная Эдиг­на сбе­жа­ла из двор­ца и от­пра­ви­лась в Свя­тую зем­лю, од­на­ко на пол­пу­ти, услы­шав од­но­вре­мен­но цер­ков­ный ко­ло­кол и пе­ние пе­ту­ха, ре­ши­ла, что это Бо­жий знак, и оста­но­ви­лась.

Так она оста­лась в ма­лень­ком ба­вар­ском го­род­ке Пух (в то вре­мя Бавария бы­ла мощ­ной от­дель­ной мо­нар­хи­ей, управ­ля­е­мой ди­на­сти­ей Вель­фов). И ес­ли для фран­цуз­ско­го ис­то­ри­ка Эдиг­на — легенда, то для жи­те­лей Пу­ха — ис­то­ри­че­ская фи­гу­ра, ко­то­рая по­чти пол­ве­ка жи­ла в дуп­ле ста­рой ли­пы и ис­це­ля­ла лю­дей.

Ныне в неболь­шом ба­вар­ском го­род­ке все вра­ща­ет­ся во­круг бла­жен­ной Эдиг­ны: ста­рин­ная цер­ковь ее име­ни, еже­год­но про­хо­дит по­свя­щен­ный ей фе­сти­валь, де­ву­шек на­зы­ва­ют Эдиг­на­ми...

Ис­то­рия до­че­ри Ан­ны Ки­ев­ской вдох­но­ви­ла ку­ра­то­ра Anne de Kyiv Fest Фе­до­ра Ба­лан­ди­на и пи­са­те­ля Алек­санд­ра Ир­ван­ца на со­зда­ние дра­ма­ти­че­ской по­э­мы «Эдиг­на. Дочь Ан­ны Ки­ев­ской и Ген­ри­ха I. На­ча­ло слав­но­го слу­же­ния».

А да­лее ма­ги­ей бле­стя­щих ху­дож­ни­ков Ан­дрея Ер­мо­лен­ко, Оле­га Гри­щен­ко и Алек­сея Бе­ре­зю­ка по­э­зия пре­вра­ти­лась в жи­вую жи­во­пись, ко­то­рая дви­жет­ся и ды­шит в такт му­зы­ке ком­по­зи­то­ра-вир­туо­за Ива­на Не­бес­но­го.

Все муж­ские об­ра­зы (за су­пру­га ко­ро­ле­вы, ее сы­на и от­ца в арт-про­ек­те го­во­рят из­вест­ные укра­ин­ские ак­те­ры — Евгений Ни­щук, Остап Ступ­ка, Фе­дор Стри­гун) ав­то­ры спек­так­ля оста­ви­ли «за кад­ром». А на сце­ни­че­ской пло­щад­ке непо­сред­ствен­но за­дей­ство­ва­ны две жен­ские фи­гу­ры: Ан­на Ки­ев­ская — Ир­ма Ви­тов­ская и Эдиг­на — Ана­ста­сия Блаж­чук.

По­чти год про­дол­жа­лись ре­пе­ти­ции это­го про­ек­та, ре­жис­сер Фе­дор Ба­лан­дин ис­кал для него точ­ный фор­мат.

Спек­такль осо­знан­но со­зда­ва­ли как улич­ный. Чрез­вы­чай­но важ­ную роль в про­ек­те иг­ра­ет свет, по­это­му луч­ше все­го он дол­жен вы­гля­деть но­чью. И ко­гда от Де­пар­та­мен­та куль­тур­ной ди­пло­ма­тии Ми­ни­стер­ства ино­стран­ных дел Укра­и­ны по­сту­пи­ло пред­ло­же­ние о со­труд­ни­че­стве в ор­га­ни­за­ции тра­ди­ци­он­но­го ве­чер­не­го МИД Open Air, сра­зу ста­ло по­нят­но, что нуж­ный фор­мат най­ден. Вы­бор на «Эдиг­ну» пал не слу­чай­но. В этом го­ду Open Air по­свя­щен имен­но ген­де­ру и про­во­дил­ся сов­мест­но с ор­га­ни­за­ци­ей «Жен­щи­ны ООН».

...Ма­лень­кая хруп­кая прин­цес­са, сра­жа­ю­ща­я­ся на ме­чах с огром­ным Ры­ца­рем — во­пло­ще­ни­ем муж­ской гор­ды­ни и вы­со­ко­ме­рия; ве­ли­че­ствен­ная Ко­ро­ле­ва, каж­дым дви­же­ни­ем, взгля­дом, сло­вом оли­це­тво­ря­ю­щая власть и си­лу; род­ные и лег­ко узна­ва­е­мые го­ло­са, «ожив­ля­ю­щие» фи­гу­ры Ген­ри­ха I, Гу­го и Яро­сла­ва Муд­ро­го; пес­ни в ис­пол­не­нии Та­ра­са Ком­па­ни­чен­ко, — та­кой за­пом­ни­лась го­стям им­пре­за. Ди­на­мич­ное пред­став­ле­ние вы­ве­ло на по­верх­ность сра­зу несколь­ко кон­флик­тов: от­но­ше­ния бра­та и се­ст­ры, до­че­ри и от­ца, до­че­ри и ма­те­ри. По­след­ний — са­мый лю­бо­пыт­ный.

Ко­ро­ле­ва-мать (Ир­ма Ви­тов­ская) — мно­го­опыт­ная во вла­сти и жиз­ни жен­щи­на, ко­то­рая на­сквозь ви­дит свою дочь и по­ни­ма­ет, что та ни­как не го­дит­ся на роль прин­цес­сы: не про­сто не хо­чет под­чи­нять­ся, но и не уме­ет ве­сти себя «по-жен­ски». По­это­му сказ­ка­ми-рас­ска­за­ми о да­ле­кой Ки­ев­ской Ру­си власт­ная Ан­на убеж­да­ет Эдиг­ну в необ­хо­ди­мо­сти бег­ства, хо­тя пря­мо вро­де бы ни­че­го об этом не го­во­рит. Экс­пли­цит­но она го­то­вит дочь к судь­бо­нос­но­му по­ступ­ку: еще во вре­мя пер­во­го вы­хо­да Ко­ро­ле­ва вы­но­сит сум­ку, ко­то­рую поз­же от­даст Эдигне и с ко­то­рой та от­пра­вит­ся ку­да гла­за гля­дят.

Прин­цес­са Эдиг­на (Ана­ста­сия Блаж­чук) вы­гля­дит од­но­вре­мен­но хруп­кой и несо­кру­ши­мой. Это упря­мое ди­тя, ко­то­рое, несмот­ря ни на что, дви­жет­ся впе­ред. Этот пер­со­наж чем-то на­по­ми­на­ет ге­роя ро­ма­на поль­ской пи­са­тель­ни­цы Оль­ги То­кар­чук «Дом днев­ной, дом ноч­ной», ко­то­ро­му уда­ет­ся чу­дом (в бук­валь­ном смыс­ле — си­лой во­ли из­ме­нив пол) убе­дить мо­на­хинь и мо­на­хов в сво­ей право­те и сво­ей ве­ре. Ак­три­са вы­кла­ды­ва­ет­ся на пол­ную, — и в ка­кой-то мо­мент воз­ни­ка­ет впе­чат­ле­ние, что ей не хва­тит сил на даль­ней­шую иг­ру. Но, как Фе­никс, она под­ни­ма­ет­ся (ох уж это крас­но­ре­чи­вое бес­силь­ное ле­жа­ние!) — и сно­ва в бой!

Спек­такль — це­лост­ный, пе­ре­хо­ды меж­ду сце­на­ми со­зда­ют впе­чат­ле­ние мо­но­лит­но­сти, еди­но­го по­то­ка. По­яв­ле­ния Ви­тов­ской-ко­ро­ле­вы слу­жат «ме­же­вы­ми стол­ба­ми» сце­ни­че­ско­го дей­ства.

Ан­на от­ли­ча­ет­ся от до­че­ри: она вся в сло­вах, взгля­дах, ее дви­же­ния ску­пы, нето­роп­ли­вы. Это на­сто­я­щая Ко­ро­ле­ва, ко­то­рая раз­да­вит лю­бо­го на сво­ем пу­ти.

Кста­ти, на пре­мье­ру при­шли пред­ста­ви­те­ли ба­вар­ско­го го­род­ка Пух, где жи­ла Эдиг­на и где до сих пор рас­тет ее ли­па.

Уже есть до­го­во­рен­ность о по­ка­зе спек­так­ля во вре­мя еже­год­но­го фе­сти­ва­ля, по­свя­щен­но­го бла­жен­ной. По­сколь­ку в рам­ках по­бра­тим­ства Ки­е­ва и Ту­лу­зы осе­нью это­го го­да в сто­ли­це Ок­си­та­нии бу­дет уста­нов­ле­на ав­тор­ская ре­пли­ка па­мят­ни­ка ма­лень­кой Анне, то, оче­вид­но, пред­став­ле­ние со­сто­ит­ся и во Фран­ции.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.