Cк­виз-аут в Укра­ине: от им­пле­мен­та­ции ев­ро­ди­рек­тив к фар­су

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Сер­гей АНТОНОВ

Еще в мар­те про­шло­го го­да пар­ла­мент при­нял За­кон Укра­и­ны «О вне­се­нии из­ме­не­ний в не­ко­то­рые за­ко­но­да­тель­ные ак­ты Укра­и­ны от­но­си­тель­но по­вы­ше­ния уров­ня кор­по­ра­тив­но­го управ­ле­ния ак­ци­о­нер­ных об­ществ» (да­лее — За­кон).

Чи­нов­ни­ки от­чи­та­лись об оче­ред­ной им­пле­мен­та­ции Ев­ро­ди­рек­ти­вы о пред­ло­же­ни­ях по по­гло­ще­нию (2004/25/EC от 21 ап­ре­ля 2004 го­да, Directive 2004/25/EC on takeover bids, да­лее — Ев­ро­ди­рек­ти­ва). В июне 2017-го За­кон всту­пил в си­лу и на­чал ис­пол­нять­ся: ма­жо­ри­тар­ные ак­ци­о­не­ры ини­ци­и­ро­ва­ли и уже про­ве­ли де­сят­ки про­це­дур squeeze-out — при­ну­ди­тель­но­го вы­ку­па ак­ций у ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров. И опять все пошло не так: воз­ник­ли спо­ры, вза­им­ные обвинения, пуб­лич­ная кри­ти­ка. Глав­ный во­прос, ко­то­рый бу­до­ра­жит умы юри­стов, участ­ни­ков рын­ка и на­род­ных де­пу­та­тов (жаль, что по­след­них — уже по­сле вступ­ле­ния За­ко­на в си­лу): спра­вед­ли­ва ли це­на вы­ку­па? По­про­бу­ем разо­брать­ся, о чем соб­ствен­но го­во­рит Ев­ро­ди­рек­ти­ва, пра­виль­но ли ее им­пле­мен­ти­ро­ва­ли и как опре­де­лять спра­вед­ли­вую це­ну.

От­ме­тим ос­нов­ные по­ло­же­ния За­ко­на: кон­тро­ли­ру­ю­щий ак­ци­о­нер име­ет пра­во при­ну­ди­тель­но вы­ку­пить ак­ции у ми­но­ри­та­ри­ев че­рез 90 дней по­сле фор­ми­ро­ва­ния 95-про­цент­но­го по­ро­га кон­тро­ля (так на­зы­ва­е­мый до­ми­ни­ру­ю­щий кон­троль) над ак­ци­о­нер­ным об­ще­ством. При этом пред­ла­га­ют­ся сле­ду­ю­щие спо­со­бы опре­де­ле­ния сто­и­мо­сти ак­ций: по мак­си­маль­ной цене сде­лок с уча­сти­ем кон­тро­ли­ру­ю­ще­го ак­ци­о­не­ра за по­след­ние 12 ме­ся­цев до до­сти­же­ния до­ми­ни­ру­ю­ще­го па­ке­та ак­ций или по «ры­ноч­ной сто­и­мо­сти» пу­тем оцен­ки, ис­хо­дя из ба­лан­са эми­тен­та. Роль над­зор­но­го ор­га­на — На­ци­о­наль­ной ко­мис­сии по цен­ным бу­ма­гам и фон­до­во­му рын­ку — при этом сво­дит­ся к ре­ги­стра­ци­он­ным функ­ци­ям: по­лу­чить ин­фор­ма­цию от эми­тен­та и кон­тро­ли­ру­ю­ще­го ак­ци­о­не­ра о на­ча­ле и за­вер­ше­нии про­це­ду­ры.

Прой­дем­ся так­же крат­ко по со­дер­жа­нию Ев­ро­ди­рек­ти­вы: кон­тро­ли­ру­ю­щий ак­ци­о­нер име­ет пра­во при­ну­ди­тель­но вы­ку­пить ак­ции ком­па­нии, цен­ные бу­ма­ги ко­то­рой тор­гу­ют­ся на ре­гу­ли­ру­е­мых рын­ках (в укра­ин­ских ре­а­ли­ях — фон­до­вых бир­жах), у ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров по луч­шей цене на бир­же за по­след­ние не ме­нее чем 6 ме­ся­цев, но не бо­лее чем 12 ме­ся­цев. При этом над­зор­ные ор­га­ны на­де­ля­ют­ся ши­ро­ки­ми пра­ва­ми по ре­гу­ли­ро­ва­нию це­ны вы­ку­па (на­при­мер, ес­ли це­на бы­ла под­вер­же­на вли­я­нию ма­ни­пу­ли­ро­ва­ния, це­но­во­го сго­во­ра, ис­клю­чи­тель­ных со­бы­тий), а так­же по уста­нов­ле­нию кри­те­ри­ев, ко­то­рые при этом ис­поль­зу­ют­ся.

С пер­во­го взгля­да, вро­де бы по­хо­же. Од­на­ко это все­го лишь ис­поль­зо­ва­ние схо­жих тер­ми­нов при со­вер­шен­но раз­ном со­дер­жа­нии, то есть ба­наль­ная под­ме­на по­ня­тий, про­ве­ден­ная на удив­ле­ние си­стем­но.

Нач­нем с то­го, что все ди­рек­ти­вы и ре­гла­мен­ты ЕС, ре­гу­ли­ру­ю­щие пра­во­от­но­ше­ния на рын­ке ка­пи­та­ла (о про­спек­тах эмис­сии, про­зрач­но­сти ин­фор­ма­ции об эми­тен­тах, рын­ках фи­нан­со­вых ин­стру­мен­тов, зло­упо­треб­ле­ни­ях и т.п.), как и все европейские над­зор­ные ор­га­ны ре­гу­ли­ру­ют ис­клю­чи­тель­но пуб­лич­ные ком­па­нии. То есть ком­па­нии, же­ла­ю­щие при­влечь ка­пи­тал пу­тем пуб­лич­но­го пред­ло­же­ния сво­их ак­ций к раз­ме­ще­нию и бе­ру­щие обя­за­тель­ства по чест­но­му ин­фор­ми­ро­ва­нию ак­ци­о­не­ров, как су­ще­ству­ю­щих, так и по­тен­ци­аль­ных, о сво­их эко­но­ми­че­ских по­ка­за­те­лях. Про­чих эми­тен­тов они ни­как не ре­гу­ли­ру­ют, на­обо­рот, ре­гу­ля­то­ры фи­нан­со­вых рын­ков в Ев­ро­пе очень удив­ля­ют­ся са­мим во­про­сам о та­ком ре­гу­ли­ро­ва­нии!

Ак­ции пуб­лич­ных ком­па­ний тор­гу­ют­ся на фон­до­вых бир­жах (ре­гу­ли­ру­е­мых рын­ках) и име­ют объ­ек­тив­ную ры­ноч­ную сто­и­мость. Но до­пус­ка­ют­ся они к та­ким тор­гам на опре­де­лен­ных усло­ви­ях. Европейские под­хо­ды за­клю­ча­ют­ся в сле­ду­ю­щем: для по­лу­че­ния спра­вед­ли­вой бир­же­вой сто­и­мо­сти са­ми ком­па­нии долж­ны об­ла­дать до­ста­точ­ной ка­пи­та­ли­за­ци­ей, а до­ли их ак­ций в сво­бод­ном об­ра­ще­нии (так на­зы­ва­е­мый free float или public float) долж­но быть до­ста­точ­но для их лик­вид­но­го об­ра­ще­ния (ча­ще все­го, не ме­нее 25%). Это зна­чит, что та­кой ми­ни­мум ак­ций дол­жен при­над­ле­жать ин­ве­сто­рам, вла­де­ю­щим ме­нее 5% ак­ций и не обре­ме­нен­ным обя­за­тель­ства­ми или ины­ми об­сто­я­тель­ства­ми, ко­то­рые не поз­во­ля­ют им ре­а­ли­зо­вы­вать эти ак­ции (на­при­мер, со­труд­ни­ки эми­тен­та или его ин­сай­де­ры). Кро­ме то­го, ни­кто из ин­ве­сто­ров (стра­те­ги­че­ские ин­ве­сто­ры, топ-ме­не­дже­ры, го­су­дар­ство), вла­де­ю­щих бо­лее 5% ак­ций, не дол­жен иметь кон­троль­но­го па­ке­та ак­ций.

По­че­му ев­ро­пей­цы уста­но­ви­ли та­кие тре­бо­ва­ния? Де­ло в том, что на­ли­чие или воз­ник­но­ве­ние ак­ци­о­не­ра, об­ла­да­ю­ще­го воз­мож­но­стью са­мо­сто­я­тель­но ра­ди­каль­но ме­нять по­ли­ти­ку эми­тен­та (на­при­мер, вы­ве­сти ак­ти­вы в ком­па­нию с дру­ги­ми соб­ствен­ни­ка­ми, про­ве­сти до­пол­ни­тель­ную эмис­сию, ре­ор­га­ни­зо­вать ком­па­нию и т.д.), мо­жет рез­ко из­ме­нить, как пра­ви­ло, сни­зить, сто­и­мость ак­ций, что де­ла­ет их непри­вле­ка­тель­ны­ми для обыч­но­го ин­ве­сто­ра. Ло­гич­ным след­стви­ем при­об­ре­те­ния кон­троль­но­го па­ке­та эми­тен­та яв­ля­ет­ся невоз­мож­ность опре­де­ле­ния це­ны ак­ций на ос­но­ва­нии бир­же­вых по­ка­за­те­лей.

Бе­з­услов­но, как в мо­мент воз­ник­но­ве­ния в пуб­лич­ной ком­па­нии кон­тро­ли­ру­ю­ще­го ак­ци­о­не­ра (та­кой мо­мент в Ев­ро­ди­рек­ти­ве име­ну­ет­ся по­гло­ще­ни­ем), так и по­сле в про­цес­се даль­ней­шей скуп­ки ак­ций с це­лью бо­лее пол­но­го кон­тро­ля над эми­тен­том пра­ва ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров мо­гут быть на­ру­ше­ны. А это чре­ва­то под­ры­вом до­ве­рия к рын­ку и ры­ноч­ным ин­сти­ту­там в прин­ци­пе.

По­это­му европейские фи­нан­со­вые ре­гу­ля­то­ры, прин­ци­пи­аль­ной ин­сти­ту­ци­о­наль­ной за­да­чей ко­то­рых как раз и яв­ля­ет­ся за­щи­та ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров, ини­ци­и­ру­ют за­креп­ля­е­мые за­ко­ном ме­ха­низ­мы, обес­пе­чи­ва­ю­щие пра­ва та­ких ин­ве­сто­ров. Ин­стру­мен­та­рий до­ста­точ­но ши­рок: по­вы­шен­ный кво­рум (75%) при при­ня­тии стра­те­ги­че­ских ре­ше­ний, ку­му­ля­тив­ное го­ло­со­ва­ние при вы­бо­ре ор­га­нов управ­ле­ния, га­ран­ти­ро­ван­ное пра­во на до­ступ к фи­нан­со­вым до­ку­мен­там об­ще­ства и др.

Для нас пред­став­ля­ют ин­те­рес про­це­ду­ры обя­за­тель­но­го (sell-out) и при­ну­ди­тель­но­го вы­ку­па ак­ций у ак­ци­о­не­ров (squeeze-out). Sell-out — это обя­зан­ность эми­тен­та или ма­жо­ри­тар­но­го ак­ци­о­не­ра вы­ку­пить ак­ции у ми­но­ри­тар­но­го ак­ци­о­не­ра в слу­чае про­ве­де­ния до­пол­ни­тель­ной эмис­сии, ре­ор­га­ни­за­ции или до­сти­же­ния раз­лич­ных по­ро­го­вых зна­че­ний кон­тро­ля над об­ще­ством (50%, 75%). Squeeze-out — пра­во эми­тен­та или ма­жо­ри­тар­но­го ак­ци­о­не­ра при­ну­ди­тель­но вы­ку­пить у ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров их ак­ции в слу­чае до­сти­же­ния по­ро­го­во­го зна­че­ния кон­тро­ля (85%, 90%, 95%).

Мо­жет по­ка­зать­ся, что squeezeout про­во­дит­ся ис­клю­чи­тель­но в ин­те­ре­сах ма­жо­ри­тар­но­го ак­ци­о­не­ра. Но нет, за­кон и го­су­дар­ство дей­ству­ют имен­но в ин­те­ре­сах ми­но­ри­тар­но­го ак­ци­о­не­ра, га­ран­ти­руя спра­вед­ли­вую це­ну та­ко­го вы­ку­па. Ме­ха­низ­мы дей­ствен­ные и ра­бо­чие. Фи­нан­со­вый ре­гу­ля­тор при этом бди­тель­но сле­дит за кон­цен­тра­ци­ей ак­ций и не стес­ня­ет­ся, поль­зу­ясь сво­ей ры­ноч­ной вла­стью, всту­пать в пе­ре­го­во­ры с ини­ци­а­то­ра­ми кон­цен­тра­ции для вы­яс­не­ния их на­ме­ре­ний и опре­де­ле­ния прин­ци­пи­аль­но­го во­про­са — це­ны вы­ку­па ак­ций у ми­но­ри­та­ри­ев. Ба­зо­вым ори­ен­ти­ром цен при этом, ко­неч­но же, яв­ля­ет­ся бир­же­вая (ры­ноч­ная) сто­и­мость ак­ций, ко­то­рая сло­жи­лась до кон­цен­тра­ции.

Так это про­ис­хо­дит в Ев­ро­пе. А что же в Укра­ине?

Сра­зу воз­ни­ка­ют за­ко­но­мер­ные во­про­сы: а есть ли у нас пуб­лич­ные ком­па­нии? И яв­ля­ют­ся ли оте­че­ствен­ные ак­ци­о­нер­ные (пуб­лич­ные и част­ные) об­ще­ства та­ко­вы­ми в ев­ро­пей­ском по­ни­ма­нии?

В Укра­ине ни­ко­гда и не бы­ло пуб­лич­ных ком­па­ний, за ис­клю­че­ни­ем еди­ниц. Воз­ник­шие при при­ва­ти­за­ции пуб­лич­ные (от­кры­тые) ак­ци­о­нер­ные об­ще­ства вы­пус­ка­ли соб­ствен­ные ак­ции не с це­лью при­вле­че­ния ка­пи­та­ла, а с це­лью раз­го­су­дар­ствле­ния. Пер­вое вре­мя, ко­гда от­сут­ство­ва­ли кон­тро­ли­ру­ю­щие ак­ци­о­не­ры, та­кие об­ще­ства фор­маль­но со­от­вет­ство­ва­ли тре­бо­ва­ни­ям для тор­гов­ли на бир­же, но вот уже бо­лее де­ся­ти лет каж­дый бо­лее-ме­нее круп­ный эми­тент име­ет сво­е­го кон­тро­ли­ру­ю­ще­го ак­ци­о­не­ра. А но­вых пуб­лич­ных ком­па­ний по­ка не пред­ви­дит­ся. Да и вряд ли кто-ни­будь все­рьез ду­ма­ет, что За­кон при­ни­ма­ли для та­ких «бу­ду­щих укра­ин­ских пуб­лич­ных ком­па­ний».

Фун­да­мен­таль­ная ос­но­ва фон­до­во­го рын­ка: за­ин­те­ре­со­ван­ность эми­тен­та в ин­ве­сти­ци­ях и за­ин­те­ре­со­ван­ность ин­ве­сто­ра в эми­тен­тах, в цен­ные бу­ма­ги ко­то­рых мож­но ин­ве­сти­ро­вать, — у нас на­ру­ше­на. В Укра­ине прак­ти­че­ски невоз­мож­но най­ти эми­тен­та ак­ций, ко­то­рый хо­тел бы или хо­тя бы на­де­ял­ся при­влечь ка­пи­тал имен­но в Укра­ине. С дру­гой сто­ро­ны, в Укра­ине не сфор­ми­ро­ван круг ин­сти­ту­ци­о­наль­ных ин­ве­сто­ров, спо­соб­ных ин­ве­сти­ро­вать в ак­ци­о­нер­ный ка­пи­тал. Бир­жа яв­ля­ет­ся за­лож­ни­ком та­кой си­ту­а­ции и не мо­жет вы­пол­нить свою ба­зо­вую функ­цию — сфор­ми­ро­вать спра­вед­ли­вые це­ны (во вся­ком слу­чае, в от­но­ше­нии ак­ций). По­сколь­ку нет боль­шо­го чис­ла же­ла­ю­щих на ней что-то ку­пить, да и же­ла­ю­щих про­дать то­же нет.

Ка­кой же эко­но­ми­че­ской без­гра­мот­но­стью, ин­сти­ту­ци­о­наль­ной из­вра­щен­но­стью, пра­во­вым ни­ги­лиз­мом и нездо­ро­вой ци­нич­но­стью необ­хо­ди­мо об­ла­дать, что­бы пред­ло­жить оце­ни­вать бир­же­вую сто­и­мость ак­ций в си­ту­а­ции, ко­гда их льви­ная до­ля вот уже де­ся­ток лет как при­над­ле­жит кон­тро­ли­ру­ю­щим ак­ци­о­не­рам, ко­гда объ­ек­тив­ной бир­же­вой сто­и­мо­сти нет и быть не мо­жет? В ка­че­стве ка­зу­са сто­ит от­ме­тить, что пе­ре­ход­ные по­ло­же­ния За­ко­на пред­ла­га­ют от­счи­ты­вать 90 дней да­же не с мо­мен­та до­сти­же­ния по­ро­го­во­го зна­че­ния вла­де­ния (хо­тя в по­дав­ля­ю­щем боль­шин­стве слу­ча­ев оно бы­ло фак­ти­че­ски до­стиг­ну­то мно­го лет на­зад), а с мо­мен­та вступ­ле­ния в си­лу За­ко­на.

Ес­ли кто-то упо­ва­ет на «ры­ноч­ную сто­и­мость» ак­ций, по­лу­ча­е­мую на ос­но­ва­нии оцен­ки по­ка­за­те­лей ба­лан­са эми­тен­та, то и тут нас ждет разо­ча­ро­ва­ние. Су­ди­те са­ми, ес­ли неза­ви­си­мо ра­бо­та­ю­щее пред­при­я­тие, яв­ля­ю­ще­е­ся са­мо по се­бе биз­не­сом, ста­но­вит­ся ча­стью бо­лее круп­ной кор­по­ра­ции (ча­стью ее биз­не­са), у ко­то­рой, бе­з­услов­но, иные цен­тры при­бы­ли, то на­сколь­ко объ­ек­тив­ны­ми ста­но­вят­ся ба­лан­со­вые по­ка­за­те­ли та­ко­го пред­при­я­тия? Это об­сто­я­тель­ство учи­ты­ва­ет и Ев­ро­ди­рек­ти­ва в ста­тье 5, ко­то­рая да­же не упо­ми­на­ет о та­ком спо­со­бе оцен­ки.

* * *

В сло­жив­шей­ся си­ту­а­ции во­прос клас­си­ка по-преж­не­му ак­туа­лен: что де­лать? Мо­жет быть, Укра­ине не ну­жен ме­ха­низм squeeze-out? И не­уже­ли во­об­ще нель­зя опре­де­лить спра­вед­ли­вую сто­и­мость ак­ций, ес­ли ры­ноч­ные ме­ха­низ­мы недо­ступ­ны?

Ме­ха­низм ну­жен, по­сколь­ку по­гло­ще­ние ком­па­ний, как пра­ви­ло, при­во­дит к по­зи­тив­но­му об­ще­эко­но­ми­че­ско­му (а зна­чит, об­ще­ствен­но­му) эф­фек­ту, — ком­па­нии ре­струк­ту­ри­зи­ру­ют­ся и спо­соб­ны при­влечь до­пол­ни­тель­ные ин­ве­сти­ции. Бу­дем на­де­ять­ся, в эко­но­ми­ку Укра­и­ны, а не на сче­та оф­шор­ных бе­не­фи­ци­а­ров.

Вот толь­ко под­хо­ды к оцен­ке ак­ций долж­ны быть со­вер­шен­но ины­ми — адек­ват­ны­ми фак­ти­че­ско­му по­ло­же­нию дел. Оце­ни­вать нуж­но биз­нес, а не ба­лан­со­вые по­ка­за­те­ли дав­но под­кон­троль­но­го эми­тен­та. В Укра­ине уже ни­ко­го не ис­пу­га­ешь сло­во­со­че­та­ни­ем due diligence — про­це­ду­рой со­став­ле­ния объ­ек­тив­но­го пред­став­ле­ния об объ­ек­те биз­не­са, вклю­ча­ю­щей в се­бя оцен­ку ин­ве­сти­ци­он­ных рис­ков, неза­ви­си­мую оцен­ку объ­ек­та ин­ве­сти­ро­ва­ния, все­сто­рон­нее ис­сле­до­ва­ние де­я­тель­но­сти ком­па­нии, ком­плекс­ную про­вер­ку ее фи­нан­со­во­го со­сто­я­ния и по­ло­же­ния на рын­ке, до­ход­ность (при­быль­ность), ко­то­рую спо­со­бен та­кой биз­нес ге­не­ри­ро­вать на ос­но­ве фи­нан­со­во­го (фун­да­мен­таль­но­го) ана­ли­за, и проч. Ини­ци­а­то­ры squeese-out, на наш взгляд, мо­гут поз­во­лить се­бе та­кие рас­хо­ды.

Но ин­те­рес­но не толь­ко пе­ре­чис­лен­ное в За­коне, но и то, что в него не по­па­ло. За по­след­ние го­ды нет ни од­но­го за­ко­но­про­ек­та в сфе­ре фон­до­во­го рын­ка, ко­то­рый бы не пы­тал­ся рас­ши­рить пра­ва и пол­но­мо­чия ре­гу­ля­то­ра вширь, вглубь, за пре­де­лы но­осфе­ры и здра­во­го смыс­ла.

Уни­каль­ность си­ту­а­ции с ква­зи­им­пле­мен­та­ци­ей про­це­ду­ры squeezeout со­сто­ит в том, что это чуть ли не един­ствен­ный слу­чай, ко­гда НКЦБФР не де­ле­ги­ро­ва­ла се­бе но­вые пра­ва. И это не­смот­ря на пря­мые ука­за­ния Ев­ро­ди­рек­ти­вы по ре­гу­ли­ро­ва­нию це­ны вы­ку­па над­зор­ным ор­га­ном.

За­то ре­гу­ля­тор все боль­ше услож­ня­ет кон­троль и ре­гу­ли­ро­ва­ние непуб­лич­ных ком­па­ний. Вот уди­вят­ся его европейские кол­ле­ги, ко­гда узна­ют, что в Укра­ине да­же для част­ных ак­ци­о­нер­ных об­ществ су­ще­ству­ет squeeze-out. Оче­ред­ной кре­а­тив и же­ла­ние опять ид­ти даль­ше за­ко­но­да­тель­ной мыс­ли Ев­ро­со­ю­за. Это не шут­ка, а те­зис гла­вы НКЦБФР — «мы хо­тим здесь пой­ти да­же даль­ше, чем за­ко­но­да­тель­ная мысль Ев­ро­со­ю­за», озву­чен­ный «Ин­тер­фак­су» в ок­тяб­ре 2015-го. По­ка по­лу­ча­ет­ся. Бра­во!

Впро­чем, и это еще не все. Це­ле­вая уста­нов­ка За­ко­на о squeeze-out на так на­зы­ва­е­мую ры­ноч­ную сто­и­мость ак­ций фак­ти­че­ски спро­во­ци­ро­ва­ла неко­то­рых ак­ци­о­не­ров на «уста­нов­ле­ние» этой са­мой «ры­ноч­ной сто­и­мо­сти» на бир­жах. НКЦБФР тут же воз­бу­ди­ла по этим слу­ча­ям де­ла о ма­ни­пу­ли­ро­ва­нии (на­ме­рен­ное вли­я­ние на це­ну ин­стру­мен­та, объ­ек­тив­но сло­жив­шу­ю­ся на бир­же).

Ну яс­но, ко­неч­но, в свя­зи со squeeze-out это «ма­ни­пу­ли­ро­ва­ние». Но не­уже­ли рань­ше все бы­ло чин­но­бла­го­род­но?

Во­все нет. На про­тя­же­нии де­ся­ти­ле­тий хан­же­ски фор­ми­ро­ва­лась «ры­ноч­ная сто­и­мость» ак­ций на фон­до­вых бир­жах (спра­вед­ли­во­сти ра­ди сле­ду­ет за­ме­тить, что по­стра­дав­шие ин­вест­ком­па­нии ак­тив­но в этом участ­во­ва­ли), а бир­жи на ос­но­ва­нии это­го еще и фор­ми­ро­ва­ли «на­ци­о­наль­ные ин­дек­сы ак­ций». Уди­ви­тель­но, но НКЦБФР вполне ло­яль­но и да­же по­зи­тив­но на это смот­ре­ла. Да и смот­рит. И не воз­ра­жа­ет, да­же ес­ли ин­декс ак­ций про­дол­жа­ет рас­счи­ты­вать­ся не по двум-трем сдел­кам в день по ин­декс­ной бу­ма­ге, а во­об­ще в от­сут­ствие тор­гов це­лы­ми дня­ми. При этом бир­жа, рас­счи­ты­ва­ю­щая ин­декс, ко­то­рый бьет ми­ро­вые ре­кор­ды, гор­до име­ну­ет се­бя «цен­тром лик­вид­но­сти укра­ин­ских ак­ций».

Поль­зу­ясь здра­вой ло­ги­кой, фак­ти­че­ски лю­бые сдел­ки на бир­же с ак­ци­я­ми с та­ким ми­зер­ным free float мож­но рас­смат­ри­вать как ма­ни­пу­ли­ро­ва­ние, по­сколь­ку лик­вид­ность для фор­ми­ро­ва­ния объ­ек­тив­ных цен от­сут­ству­ет, а бир­же­вые це­ны прак­ти­че­ски не вли­я­ют на ре­аль­ную сто­и­мость биз­не­са (до­ми­ни­ру­ю­ще­го па­ке­та ак­ций). Ни­ко­го не об­ма­нут неожи­дан­ные «всплес­ки лик­вид­но­сти» в ре­зуль­та­те тор­гов несколь­ких бро­ке­ров на бир­же с по­нят­ной це­лью. Воз­мож­но, ре­гу­ля­то­ру сто­ит пе­ре­смот­реть свои под­хо­ды. А вла­сти — при­знать, что За­кон гру­бо ис­ка­зил эко­но­ми­че­скую сущ­ность про­це­ду­ры squeeze-out и при­ме­ня­ет­ся не для за­щи­ты прав ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров, а фак­ти­че­ски на­обо­рот. И им­пле­мен­та­ция Ев­ро­ди­рек­ти­вы пу­тем при­ня­тия та­ко­го За­ко­на — это про­фа­на­ция обя­за­тельств Укра­и­ны по Со­гла­ше­нию об ас­со­ци­а­ции с Ев­ро­со­ю­зом. И еще. Нуж­но чест­но при­знать, что в Укра­ине рын­ка ак­ций в его тра­ди­ци­он­ном по­ни­ма­нии не бы­ло и нет. Ко­мис­сия долж­на пре­кра­тить за­ни­мать­ся по­ня­тий­ны­ми ма­ни­пу­ля­ци­я­ми и ини­ци­и­ро­вать раз­ра­бот­ку за­ко­нов и под­хо­дов, адек­ват­ных ре­а­ли­ям.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.