Старт боль­шой при­ва­ти­за­ции

От­да­ем «Цен­тр­энер­го» в хо­ро­шие ру­ки, но не без рис­ков

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Па­вел ФРОЛОВ,

кон­суль­тант ап­па­ра­та Вер­хов­ной Ра­ды

На днях Ка­би­нет министров утвер­дил усло­вия при­ва­ти­за­ции 78,2% ак­ций ПАО «Цен­тр­энер­го».

Пра­ви­тель­ствен­ное рас­по­ря­же­ние бы­ло при­ня­то «с до­ра­бот­кой», и окон­ча­тель­ная его ре­дак­ция еще не опуб­ли­ко­ва­на. Не позд­нее де­ся­ти дней по­сле вступ­ле­ния его в дей­ствие бу­дет об­на­ро­до­ва­но ин­фор­ма­ци­он­ное со­об­ще­ние, еще че­рез 30–60 дней со­сто­ит­ся аук­ци­он, и пер­вый по­сле Ре­во­лю­ции до­сто­ин­ства объ­ект боль­шой при­ва­ти­за­ции смо­жет на­ко­нец по­лу­чить но­во­го соб­ствен­ни­ка. Тео­ре­ти­че­ски сред­ства от при­ва­ти­за­ции этой ком­па­нии мо­гут по­сту­пить да­же в гос­бюд­жет-2018, но, бо­лее ве­ро­ят­но, все же пой­дут в каз­ну в сле­ду­ю­щем го­ду, ведь у но­во­го вла­дель­ца есть на опла­ту 30 дней со дня за­клю­че­ния до­го­во­ра куп­ли-про­да­жи.

«Цен­тр­энер­го» яв­ля­ет­ся вто­рым по мощности про­из­во­ди­те­лем теп­ло­вой энер­гии и по­след­ней го­су­дар­ствен­ной теп­ло­вой энер­го­ге­не­ри­ру­ю­щей ком­па­ни­ей с до­лей в энер­го­си­сте­ме Укра­и­ны 4–5%, а сре­ди всей теп­ло­ге­не­ра­ции — 14–20%. В ее со­став вхо­дят ре­монт­ное пред­при­я­тие «Рем­энер­го» и три теп­ло­вые элек­тро­стан­ции — Уг­ле­гор­ская (До­нец­кая обл.), Зми­ев­ская (Харь­ков­ская) и Три­поль­ская (Ки­ев­ская обл.). Сум­мар­ная про­ект­ная мощ­ность «Цен­тр­энер­го» со­став­ля­ет 7660 МВТ, из ко­то­рых 4660 МВТ обес­пе­чи­ва­ют 18 пы­ле­уголь­ных энер­го­бло­ков, и толь­ко чет­верть этих мощ­но­стей пе­ре­ве­де­на на сжи­га­ние уг­ля га­зо­вой груп­пы. Еще 3000 МВТ да­ют пять га­зо­ма­зут­ных энер­го­бло­ков, но из-за вы­со­кой сто­и­мо­сти топ­ли­ва их вклю­ча­ют в ра­бо­ту толь­ко по ис­клю­чи­тель­ной необ­хо­ди­мо­сти ОЭС Укра­и­ны для по­га­ше­ния пи­ко­вых на­гру­зок (как пра­ви­ло, во вре­мя хо­ло­дов).

Свы­ше 99% про­из­ве­ден­ной и ре­а­ли­зо­ван­ной про­дук­ции «Цен­тр­энер­го» со­став­ля­ет элек­тро­энер­гия. Все три ТЭС ком­па­нии обес­пе­чи­ва­ют отоп­ле­ние и го­ря­чее во­до­снаб­же­ние по­тре­би­те­лей го­ро­дов Свет­ло­дар­ска, Укра­ин­ки и пгт Сло­бо­жан­ско­го.

Ана­лиз обя­за­тельств бу­ду­ще­го соб­ствен­ни­ка «Цен­тр­энер­го»

Кон­курс­ные усло­вия про­да­жи «Цен­тр­энер­го» не со­дер­жат ни­ка­ких дис­кри­ми­на­ци­он­ных по­ло­же­ний для уста­нов­ле­ния за­ра­нее опре­де­лен­но­го по­бе­ди­те­ля, что име­ло ме­сто при преды­ду­щей при­ва­ти­за­ции энер­го­ак­ти­вов. Важ­но, что преду­смот­ре­ны от­чис­ле­ние ди­ви­ден­дов по ре­зуль­та­там ра­бо­ты 2018-го (ведь за про­шлый год ком­па­ния пе­ре­чис­ли­ла в бюд­жет ре­корд­ные 1,1 млрд грн), со­хра­не­ние име­ю­щих­ся мощ­но­стей каж­дой ТЭС, вы­пол­не­ние ме­ро­при­я­тий по воз­мож­но­сти ра­бо­ты в энер­го­си­сте­ме ЕС (ENTSO-E), учет за­клю­че­ния эко­ло­ги­че­ско­го ауди­та (текст ко­то­ро­го не об­на­ро­до­ван), вы­пол­не­ние тре­бо­ва­ний На­ци­о­наль­но­го пла­на со­кра­ще­ния вы­бро­сов от круп­ных сжи­га­тель­ных уста­но­вок.

Дру­гие обя­за­тель­ства но­сят об­щий ха­рак­тер и ка­са­ют­ся вы­пол­не­ния тре­бо­ва­ний дей­ству­ю­ще­го за­ко­но­да­тель­ства, ли­цен­зи­он­ных усло­вий, тех­ни­че­ских ре­гла­мен­тов, го­су­дар­ствен­ных стан­дар­тов, свое­вре­мен­но­сти уплаты налогов, сбо­ров, со­ци­аль­ных взно­сов и зар­плат, рас­че­тов с контр­аген­та­ми и т.п. Вме­сте с тем пе­ре­осна­ще­ние опре­де­лен­ных про­из­вод­ствен­ных уз­лов, мо­дер­ни­за­ция от­дель­ных уста­но­вок или внед­ре­ние кон­крет­ных про­грес­сив­ных тех­но­ло­гий не пред­по­ла­га­ет­ся. Нет так­же ре­аль­но­го со­дер­жа­тель­но­го на­пол­не­ния в обя­за­тель­стве бу­ду­ще­го по­ку­па­те­ля обес­пе­чить раз­ви­тие об­ще­ства с це­лью по­вы­ше­ния эко­но­ми­че­ских, со­ци­аль­ных, фи­нан­со­вых, тех­но­ло­ги­че­ских и эко­ло­ги­че­ских по­ка­за­те­лей де­я­тель­но­сти со­глас­но биз­нес-пла­ну, фор­маль­но по­дан­но­му са­мим по­ку­па­те­лем уже по­сле при­ва­ти­за­ции. Так же, как нет смыс­ла в раз­ра­бот­ке но­вым соб­ствен­ни­ком пла­на ме­ро­при­я­тий по охране окру­жа­ю­щей при­род­ной сре­ды, ведь этот план не бу­дет под­ле­жать со­гла­со­ва­нию с ка­ким-ли­бо го­су­дар­ствен­ным ор­га­ном.

Срав­не­ние усло­вий кон­кур­са «Цен­тр­энер­го» с усло­ви­я­ми при­ва­ти­за­ци­он­ных кон­кур­сов по­доб­ных энер­го­ге­не­ри­ру­ю­щих ком­па­ний сви­де­тель­ству­ет, что для при­ва­ти­зи­ро­ван­ных в 2011–2012 го­дах ком­па­ний-кон­ку­рен­тов пред­по­ла­га­лись на­мно­го бо­лее ве­со­мые ин­ве­сти­ци­он­ные, ин­но­ва­ци­он­ные и при­ро­до­охран­ные за­да­чи. Как след­ствие, до­го­во­ры куп­ли-про­да­жи «За­па­д­энер­го» и «Дне­пр­энер­го» со­дер­жа­ли кон­крет­ные ме­ры по ре­кон­струк­ции, тех­ни­че­ско­му пе­ре­осна­ще­нию и мо­дер­ни­за­ции обо­ру­до­ва­ния энер­го­бло­ков, обя­зы­ва­ли при­ве­сти эко­ло­ги­че­скую по­ли­ти­ку в со­от­вет­ствие с меж­ду­на­род­ным стан­дар­том ISO 14001:2004, уста­но­вить при­бо­ры ав­то­ма­ти­че­ско­го кон­тро­ля вы­бро­сов в воз­дух, мо­дер­ни­зи­ро­вать пы­ле­га­зо­очист­ное обо­ру­до­ва­ние со­глас­но До­го­во­ру об ос­но­ва­нии Энер­ге­ти­че­ско­го со­об­ще­ства и Ди­рек­ти­ве 2001/80/ЕС об огра­ни­че­нии вы­бро­сов.

«Цен­тр­энер­го» яв­ля­ет­ся од­ним из наи­боль­ших в стране за­гряз­ни­те­лей ат­мо­сфер­но­го воз­ду­ха с сум­мар­ным объ­е­мом вы­бро­сов свы­ше 272 тыс. тонн в год, а Уг­ле­гор­ская, Три­поль­ская и Зми­ев­ская ТЭС за­ня­ли со­от­вет­ствен­но 5-е, 12-е и 17-е ме­ста в пе­речне Топ-за­гряз­ни­те­лей по ко­ли­че­ству вред­ных вы­бро­сов в ат­мо­сфе­ру. Сле­до­ва­тель­но, эко­ло­ги­че­ские тре­бо­ва­ния к по­ку­па­те­лю долж­ны бы­ли быть са­мы­ми ве­со­мы­ми. Но они не со­дер­жат чет­ко­го пе­реч­ня при­ро­до­охран­ных ме­ро­при­я­тий с кон­крет­ны­ми сро­ка­ми их вы­пол­не­ния в раз­ре­зе каж­до­го энер­го­бло­ка или хо­тя бы ТЭС, что без­от­вет­ствен­но по от­но­ше­нию к здо­ро­вью жи­те­лей окру­жа­ю­щих рай­о­нов.

Нель­зя так­же срав­ни­вать усло­вия объ­яв­лен­но­го кон­кур­са по про­да­же «Цен­тр­энер­го» с усло­ви­я­ми при­ва­ти­за­ции «Кри­во­рож­ста­ли», яв­ля­ю­щи­ми­ся наи­луч­шим в ис­то­рии Укра­и­ны при­ме­ром мак­си­маль­ной за­щи­ты ин­те­ре­сов го­су­дар­ства, мест­ной гро­ма­ды и тру­до­во­го кол­лек­ти­ва. При при­ва­ти­за­ции «Кри­во­рож­ста­ли» ин­ве­сти­ци­он­ные обя­за­тель­ства бу­ду­ще­го по­ку­па­те­ля не огра­ни­чи­ва­лись пя­ти­лет­ним сро­ком с мо­мен­та при­ва­ти­за­ции (как в слу­чае с «Цен­тр­энер­го»), а глав­ное, де­таль­но рас­пи­сы­ва­ли дей­ствия бу­ду­ще­го вла­дель­ца по внед­ре­нию со­вре­мен­ных тех­но­ло­гий на каж­дом важ­ном про­из­вод­ствен­но-тех­но­ло­ги­че­ском уз­ле с уста­нов­ле­ни­ем тех­ни­че­ских па­ра­мет­ров ре­кон­струк­ции, сро­ков ре­а­ли­за­ции, сумм ин­ве­сти­ций и т.п. Это не от­толк­ну­ло ве­ду­щих иг­ро­ков от­рас­ли, а на­обо­рот, обес­пе­чи­ло жест­кую кон­ку­рен­цию по­ку­па­те­лей, что поз­во­ли­ло про­дать «Кри­во­рож­сталь» за бес­пре­це­дент­но вы­со­кую це­ну в 4,8 млрд долл., что в то вре­мя в 1,7 ра­за пре­вы­ша­ло все по­ступ­ле­ния от при­ва­ти­за­ции в 1992–2005 го­дах до про­да­жи это­го объ­ек­та.

Кро­ме то­го, в усло­ви­ях при­ва­ти­за­ции «Цен­тр­энер­го» от­сут­ству­ют ка­кие-ли­бо тре­бо­ва­ния по обя­за­тель­ной до­ле ис­поль­зо­ва­ния укра­ин­ско­го уг­ля на пы­ле­уголь­ных энер­го­бло­ках (а та­кое тре­бо­ва­ние име­ло ме­сто для «За­па­д­энер­го» и «Дне­пр­энер­го» — в объ­е­ме не ме­нее 70%). Ло­гич­ным вы­гля­де­ло бы так­же пе­ре­ве­де­ние уголь­ных мощ­но­стей ком­па­нии на ис­поль­зо­ва­ние уг­ля га­зо­вой груп­пы, до­бы­ва­е­мо­го на кон­тро­ли­ру­е­мой Укра­и­ной тер­ри­то­рии. Ведь без ре­а­ли­за­ции этих ме­ро­при­я­тий ком­па­ния вы­нуж­де­на бу­дет ис­поль­зо­вать до­ро­гой им­порт­ный ан­тра­ци­то­вый уголь.

Вме­сте с тем умень­ше­ние ква­ли­фи­ка­ци­он­ных тре­бо­ва­ний и ин­ве­сти­ци­он­ных обя­за­тельств бу­ду­ще­го по­бе­ди­те­ля фак­ти­че­ски рас­ши­ря­ет круг по­тен­ци­аль­ных участ­ни­ков кон­кур­са и мо­жет со­дей­ство­вать по­вше­нию кон­ку­рен­ции при про­ве­де­нии аук­ци­о­на по при­ва­ти­за­ции «Цен­тр­энер­го».

О стар­то­вой цене

Стар­то­вая це­на аук­ци­о­на по про­да­же 78,2% ак­ций «Цен­тр­энер­го» уста­нов­ле­на в 5,98 млрд грн (213 млн долл.). Это немно­го, ес­ли срав­нить ее с фак­ти­че­ски упла­чен­ны­ми ДТЭК без ка­кой-ли­бо кон­ку­рен­ции по­ку­па­те­лей 242 млн долл. (в эк­ви­ва­лен­те) за 45% «За­па­д­энер­го» или 148 млн долл. за 25% «Дне­пр­энер­го» в 2011–2012 го­дах. И это ма­ло, ес­ли учесть 1,1 млрд грн (18% стар­то­вой це­ны) ди­ви­ден­дов, вы­пла­чен­ных на го­су­дар­ствен­ную до­лю с при­бы­ли ком­па­нии за 2017 год. Но, во-пер­вых, это на­чаль­ная це­на, ко­то­рая (бу­дем на­де­ять­ся) вы­рас­тет в хо­де аук­ци­о­на, а во-вто­рых, не ме­нее ва­жен, чем мак­си­ми­за­ция фис­каль­но­го эф­фек­та от при­ва­ти­за­ции, при­ход на энер­ге­ти­че­ский ры­нок Укра­и­ны мощ­но­го меж­ду­на­род­но­го ин­ве­сто­ра, спо­соб­но­го по­вы­сить эф­фек­тив­ность и обес­пе­чить раз­ви­тие пред­при­я­тия. Сле­ду­ет учи­ты­вать, что ге­не­ри­ру­ю­щие мощности «Цен­тр­энер­го» по­стро­е­ны в 1960– 1970 го­дах, и хо­тя на­хо­дят­ся сей­час в над­ле­жа­щем со­сто­я­нии, объ­ек­тив­но уста­ре­ли и нуж­да­ют­ся в се­рьез­ной мо­дер­ни­за­ции, на ко­то­рую как у ком­па­нии, так и у го­су­дар­ства не хва­та­ет соб­ствен­ных средств.

О рис­ках

По­ме­шать успеш­ной при­ва­ти­за­ции мо­гут несколь­ко фак­то­ров, сре­ди ко­то­рых:

— рас­по­ло­же­ние са­мой круп­ной ТЭС ком­па­нии — Уг­ле­гор­ской в зоне во­ору­жен­но­го кон­флик­та на Во­сто­ке Укра­и­ны (в 20 км от ли­нии столк­но­ве­ния в го­ро­де Свет­ло­дарск), что объ­ек­тив­но сни­жа­ет при­вле­ка­тель­ность ком­па­нии для за­пад­но­го ка­пи­та­ла;

— ра­бо­та по­чти ¾ пы­ле­уголь­ных мощ­но­стей ком­па­нии на уг­ле ан­тра­ци­то­вой и пост­ной групп, по­став­ки ко­то­ро­го осу­ществ­ля­лись с ок­ку­пи­ро­ван­ных тер­ри­то­рий Дон­бас­са, но с фев­ра­ля 2017-го ста­ли невоз­мож­ны­ми вслед­ствие пре­кра­ще­ния то­ва­ро­обо­ро­та с «ДНР»/«ЛНР». За­ме­на уголь­ной про­дук­ции оте­че­ствен­но­го про­ис­хож­де­ния им­порт­ной (в ос­нов­ном про­ис­хож­де­ни­ем из США), це­на ко­то­рой на треть вы­ше, сни­зи­ла кон­ку­рен­то­спо­соб­ность ком­па­нии;

— до­ми­ни­ро­ва­ние на рын­ке теп­ло­вой ге­не­ра­ции стра­ны ком­па­нии ДТЭК («За­па­д­энер­го», «Дне­пр­энер­го», «Во­сто­к­энер­го») с до­лей око­ло 70%, что при­во­дит к необ­хо­ди­мо­сти вы­нуж­ден­ной кор­рек­ти­ров­ки це­но­вых пред­ло­же­ний на за­яв­лен­ные ра­бо­чие мощности дру­ги­ми про­из­во­ди­те­ля­ми элек­тро­энер­гии;

— гря­ду­щая глу­бо­кая пе­ре­строй­ка энер­го­рын­ка Укра­и­ны и им­пле­мен­та­ция по­ло­же­ний но­во­го За­ко­на «О рын­ке элек­три­че­ской энер­гии» (ко­то­рый преду­смат­ри­ва­ет струк­тур­ные из­ме­не­ния в элек­тро­энер­ге­ти­ке, внед­ре­ние кон­ку­рент­ных ры­ноч­ных ме­ха­низ­мов, сво­бод­ный вы­бор контр­аген­тов, в том чис­ле пра­во по­тре­би­те­ля вы­би­рать по­став­щи­ка элек­тро­энер­гии), неопре­де­лен­ность и непро­гно­зи­ру­е­мость дей­ствий укра­ин­ской вла­сти при прак­ти­че­ской транс­фор­ма­ции мо­де­ли ра­бо­ты энер­го­рын­ка;

— про­дол­жи­тель­ные су­деб­ные спо­ры (с 2004-го по 2018 год) в рам­ках де­ла о банк­рот­стве ком­па­нии;

— рост ми­ро­вой кон­ку­рен­ции за ин­ве­сто­ров вслед­ствие под­го­тов­ки при­ва­ти­за­ци­он­ных про­грамм Ки­та­ем, Ин­ди­ей и дру­ги­ми стра­на­ми.

Но боль­ше все­го от­тал­ки­ва­ет ино­стран­ных ин­ве­сто­ров от­сут­ствие в Укра­ине эф­фек­тив­ной су­деб­ной и пра­во­охра­ни­тель­ной си­стем, а так­же де­кла­ра­тив­ность на­ме­ре­ний власт­ной вер­хуш­ки пре­одо­леть кор­руп­цию.

Об ин­ве­сти­ци­он­ных со­вет­ни­ках

Под­го­тов­ка «Цен­тр­энер­го» к при­ва­ти­за­ции поль­ским пред­ста­ви­тель­ством ком­па­нии Ernst&young обой­дет­ся в 3 млн долл. го­су­дар­ствен­ных средств. За эти день­ги со­вет­ник дол­жен про­ве­сти аудит и неза­ви­си­мую оцен­ку, пред­ло­жить план ре­струк­ту­ри­за­ции дол­гов, об­нов­ле­ния мар­ке­тин­го­вой по­ли­ти­ки и фи­нан­со­вой мо­де­ли, по­вы­сить ин­ве­сти­ци­он­ную при­вле­ка­тель­ность и, на­ко­нец, най­ти по­тен­ци­аль­ных ин­ве­сто­ров. Ка­че­ство ра­бо­ты со­вет­ни­ка ока­жет се­рьез­ное вли­я­ние на ре­зуль­тат, сле­до­ва­тель­но, це­ле­со­об­раз­но бы­ло при­вя­зать его воз­на­граж­де­ние к цене про­да­жи и успеш­но­му за­вер­ше­нию при­ва­ти­за­ции.

Хо­ро­шо, что со­вет­ни­ком по при­ва­ти­за­ции «Цен­тр­энер­го» яв­ля­ет­ся пред­ста­ви­тель «боль­шой чет­вер­ки» ауди­то­ров, к от­бо­ру ко­то­ро­го пре­тен­зий нет, ведь про­ве­де­ние кон­кур­сов по опре­де­ле­нию со­вет­ни­ков для по­сле­ду­ю­щих объ­ек­тов боль­шой при­ва­ти­за­ции за­вер­ши­лось боль­шим скан­да­лом. Так, один из участ­ни­ков кон­кур­са — укра­ин­ское пред­ста­ви­тель­ство из­вест­ной в ми­ре Grant Thornton International — по­сле по­ра­же­ния об­ви­нил кон­курс­ную ко­мис­сию в на­ру­ше­нии за­ко­но­да­тель­ства при от­бо­ре со­вет­ни­ков для под­го­тов­ки к при­ва­ти­за­ции ЧАО «Ин­дар», ПАО «Объ­еди­нен­ная гор­но-хи­ми­че­ская ком­па­ния», ПАО «Одес­ский при­пор­то­вый за­вод», ГП «За­вод «Элек­тро­тя­ж­маш», ГП «Уголь­ная ком­па­ния «Крас­но­ли­ман­ская» и тре­бу­ет в су­деб­ном по­ряд­ке при­знать ре­зуль­та­ты кон­кур­са недей­стви­тель­ны­ми. Ис­ки про­тив Фон­да го­си­му­ще­ства по­дал и дру­гой про­иг­рав­ший участ­ник кон­кур­сов — ООО «Мар­шал­лер и парт­не­ры». Опре­де­ле­ни­ем су­да от 8 ок­тяб­ря за­пре­ще­но про­во­дить ка­кие-ли­бо дей­ствия по при­ня­тию ре­ше­ний пра­ви­тель­ства об опре­де­ле­нии со­вет­ни­ков по при­ва­ти­за­ции всех этих 5 пред­при­я­тий.

Суть об­ви­не­ний со­сто­ит в про­ве­де­нии за­се­да­ний кон­курс­ной ко­мис­сии в за­кры­том ре­жи­ме, а так­же в со­зна­тель­ном за­ни­же­нии вы­став­лен­ных оце­нок: по од­ним и тем же кри­те­ри­ям раз­ные ком­па­нии-пре­тен­ден­ты, вхо­дя­щие в сеть Grant Thornton, по­лу­чи­ли раз­ные бал­лы, хо­тя пред­ме­том оцен­ки в раз­ных за­яв­ках бы­ли оди­на­ко­вые ве­щи.

Об­ви­не­ние ста­ло крайне чув­стви­тель­ным для пра­ви­тель­ства, ведь чле­на­ми кон­курс­ной ко­мис­сии яв­ля­ют­ся и.о. пред­се­да­те­ля Фон­да го­си­му­ще­ства, его за­ме­сти­тель, а так­же за­ме­сти­те­ли министров эко­но­ми­ки и фи­нан­сов. Не­уди­ви­тель­но, что Фонд го­си­му­ще­ства по­дал иск про­тив ООО «Грант Торн­тон» о за­щи­те де­ло­вой ре­пу­та­ции с тре­бо­ва­ни­ем опро­верг­нуть недо­сто­вер­ную ин­фор­ма­цию и взыс­кать с от­вет­чи­ка 10 млн грн мо­раль­но­го ущер­ба. Дей­стви­тель­но, та­кой пуб­лич­ный кон­фликт мо­жет иметь зна­чи­тель­ные нега­тив­ные по­след­ствия для стра­ны, ведь он ухуд­ша­ет ин­ве­сти­ци­он­ный кли­мат, ре­пу­та­цию ор­га­ни­за­то­ров при­ва­ти­за­ции и ко­неч­ные ре­зуль­та­ты про­да­жи.

Но ес­ли разо­брать­ся, то опре­де­ле­ние со­вет­ни­ков про­хо­дит в Укра­ине без пол­но­го со­блю­де­ния тре­бо­ва­ний ста­тьи 19 За­ко­на Укра­и­ны «О при­ва­ти­за­ции го­су­дар­ствен­но­го и ком­му­наль­но­го иму­ще­ства», ко­то­рая уста­нав­ли­ва­ет: про­во­дить кон­курс­ный от­бор со­вет­ни­ков с со­блю­де­ни­ем прин­ци­пов кон­ку­рент­но­сти, рав­но­пра­вия, об­ще­до­ступ­но­сти, глас­но­сти и про­зрач­но­сти, неза­ви­си­мо­сти чле­нов кон­курс­ной ко­мис­сии.

Утвер­жден­ный пра­ви­тель­ством по­ря­док при­вле­че­ния со­вет­ни­ков име­ет нечет­кие фор­му­ли­ров­ки и остав­ля­ет по­ле для двой­ной трак­тов­ки от­дель­ных его по­ло­же­ний, а имен­но: что ра­бо­та кон­курс­ной ко­мис­сии и вы­бор по­бе­ди­те­ля долж­ны про­хо­дить в при­сут­ствии участ­ни­ков кон­кур­са. Фонд го­си­му­ще­ства счи­та­ет, что вы­пол­не­ние это­го тре­бо­ва­ния огра­ни­чи­ва­ет­ся от­кры­ти­ем кон­вер­тов с пред­ло­же­ни­ем каж­до­го участ­ни­ка в при­сут­ствии толь­ко од­но­го это­го участ­ни­ка, и ка­те­го­ри­че­ски от­ри­ца­ет необ­хо­ди­мость до­пус­кать всех же­ла­ю­щих участ­ни­ков к ос­нов­ной ра­бо­те ко­мис­сии по ана­ли­зу и оце­ни­ва­нию пре­тен­ден­тов по каж­до­му из 17 ква­ли­фи­ка­ци­он­ных кри­те­ри­ев, под­сче­ту ре­зуль­та­тов и вы­бо­ру по­бе­ди­те­ля.

От­сут­ствие в за­ко­но­да­тель­стве о при­ва­ти­за­ции за­пре­та от­но­сить хо­тя бы от­дель­ные важ­ней­шие по­ка­за­те­ли кон­курс­ных пред­ло­же­ний пре­тен­ден­тов к кон­фи­ден­ци­аль­ной ин­фор­ма­ции пол­но­стью ли­ша­ет об­ще­ствен­ность воз­мож­но­сти про­кон­тро­ли­ро­вать объ­ек­тив­ность чле­нов кон­курс­ной ко­мис­сии и пра­во­мер­ность их дей­ствий.

По­это­му есте­ствен­но воз­ни­ка­ют ри­то­ри­че­ские во­про­сы: в чем же то­гда за­клю­ча­ет­ся «глас­ность и про­зрач­ность» от­бо­ра со­вет­ни­ков, ес­ли да­же по­сле за­вер­ше­ния кон­кур­сов на­ло­го­пла­тель­щи­ки ли­ше­ны до­сту­па к ин­фор­ма­ции о пред­ло­жен­ных раз­ме­рах воз­на­граж­де­ния пре­тен­ден­тов и победителей кон­кур­са (ко­то­рые бу­дут вы­пла­че­ны из го­су­дар­ствен­но­го бюд­же­та), о стра­те­гии и сро­ках под­го­тов­ки объ­ек­та к при­ва­ти­за­ции, ожи­да­е­мых ре­зуль­та­тах и дру­гих су­ще­ствен­ных усло­ви­ях при­вле­че­ния этих со­вет­ни­ков? Есть ли смысл в кол­ле­ги­аль­но­сти опре­де­ле­ния по­бе­ди­те­ля кон­кур­са, ес­ли три из пя­ти чле­нов ко­мис­сии пред­став­ля­ют один ор­ган — Фонд го­си­му­ще­ства, гла­вой ко­мис­сии яв­ля­ет­ся ру­ко­во­ди­тель Фон­да, а дру­ги­ми «неза­ви­си­мы­ми» чле­на­ми яв­ля­ют­ся его под­чи­нен­ные? Или все же та­кой под­ход толь­ко раз­мы­ва­ет от­вет­ствен­ность за при­ня­тие стра­те­ги­че­ски важ­но­го ре­ше­ния?.. При этом по та­кой про­це­ду­ре уже ото­бра­ны ин­ве­сти­ци­он­ные со­вет­ни­ки для 11 из 23 объ­ек­тов боль­шой при­ва­ти­за­ции.

Для по­вы­ше­ния об­ще­ствен­но­го до­ве­рия, устра­не­ния даль­ней­ших кон­флик­тов и улуч­ше­ния бу­ду­щих ре­зуль­та­тов при­ва­ти­за­ции по­ря­док при­вле­че­ния со­вет­ни­ков в про­цес­се при­ва­ти­за­ции дол­жен быть сроч­но усо­вер­шен­ство­ван.

* * *

Пе­ре­чис­лен­ные вы­ше про­бле­мы хо­тя и ока­зы­ва­ют вли­я­ние на ин­ве­сти­ци­он­ный кли­мат в це­лом, но не долж­ны су­ще­ствен­ным об­ра­зом ска­зать­ся на про­ве­де­нии удач­ной при­ва­ти­за­ции «Цен­тр­энер­го». У ком­па­нии при­ем­ле­мое фи­нан­со­вое по­ло­же­ние, га­ран­ти­ро­ван­ный ры­нок сбы­та и в це­лом хо­ро­шие пер­спек­ти­вы стать успеш­ным при­ва­ти­за­ци­он­ным кей­сом для всей стра­ны, крайне нуж­да­ю­щей­ся в ино­стран­ных ин­ве­сти­ци­ях. Уже два го­да в Укра­ине идет об­суж­де­ние то­го, как мож­но ис­поль­зо­вать в ин­те­ре­сах на­ци­о­наль­ной эко­но­ми­ки крип­то­ва­лю­ты и дру­гие ин­стру­мен­ты, ос­но­ван­ные на тех­но­ло­гии блок­чейн. По­ка в фо­ку­се вни­ма­ния са­ми крип­то­ва­лю­ты и воз­мож­ность на них за­ра­бо­тать, по­лу­чить на­ло­ги. Од­на­ко у дру­гих блок­чейн­тех­но­ло­гий по­тен­ци­ал ку­да бо­лее мно­го­обе­ща­ю­щий.

Крип­то­ва­лю­ты: са­мое по­нят­ное из непо­нят­но­го

14 сен­тяб­ря в Вер­хов­ной Ра­де был за­ре­ги­стри­ро­ван за­ко­но­про­ект №9083 о вве­де­нии на­ло­га на опе­ра­ции с крип­то­ва­лю­та­ми. За­ко­но­про­ект вво­дит в обра­ще­ние та­кие по­ня­тия, как вир­ту­аль­ные ак­ти­вы, то­кен, то­ке­нак­тив, крип­то­ва­лю­та, эми­тент вир­ту­аль­но­го ак­ти­ва, май­нинг, опе­ра­ции с вир­ту­аль­ны­ми ак­ти­ва­ми, при­быль от опе­ра­ций с вир­ту­аль­ны­ми ак­ти­ва­ми.

По пред­ло­же­нию раз­ра­бот­чи­ков за­ко­но­про­ек­та, при­быль (до­хо­ды) фи­зи­че­ских лиц от опе­ра­ций с вир­ту­аль­ны­ми ак­ти­ва­ми долж­на об­ла­гать­ся по став­ке 5%. При­быль пред­при­я­тий от опе­ра­ций с вир­ту­аль­ны­ми ак­ти­ва­ми долж­на об­ла­гать­ся на­ло­гом по ба­зо­вой став­ке — 18%. Од­на­ко в те­че­ние пе­ри­о­да ста­нов­ле­ния пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния рын­ка вир­ту­аль­ных ак­ти­вов ав­то­ры за­ко­но­про­ек­та счи­та­ют необ­хо­ди­мым вре­мен­но, до 31 де­каб­ря 2024 го­да, уста­но­вить став­ку на­ло­га на при­быль пред­при­я­тий для та­ко­го ви­да при­бы­ли так­же на уровне 5%. Ис­клю­че­ни­ем долж­на стать при­быль от опе­ра­ций с то­ке­нак­ти­ва­ми, ко­то­рые удо­сто­ве­ря­ют пра­ва на то­ва­ры: к при­бы­ли от опе­ра­ций с ни­ми долж­на при­ме­нять­ся дру­гая став­ка на­ло­га, чем к при­бы­ли от опе­ра­ций с вир­ту­аль­ны­ми ак­ти­ва­ми.

Пред­ло­жен­ный за­кон дол­жен вы­ве­сти из те­не­во­го рын­ка боль­шой объ­ем опе­ра­ций, а так­же обес­пе­чить по­пол­не­ние бюд­же­та за счет при­вле­че­ния к на­ло­го­об­ло­же­нию кар­ди­наль­но но­во­го ви­да до­хо­дов фи­зи­че­ских и юри­ди­че­ских лиц — до­хо­дов от опе­ра­ций с вир­ту­аль­ны­ми ак­ти­ва­ми.

На­пом­ню, что со­глас­но кон­цеп­ции ре­гу­ли­ро­ва­ния опе­ра­ций с крип­то­ва­лю­та­ми ре­гу­ля­то­ром это­го рын­ка в Укра­ине долж­на стать Нац­ко­мис­сия по цен­ным бу­ма­гам и фон­до­во­му рын­ку Укра­и­ны (НКЦБФР). При этом Гос­фин­мо­ни­то­рин­гу от­во­дит­ся кон­троль за крип­то­бир­жа­ми, а Ми­ни­стер­ству фи­нан­сов и Го­су­дар­ствен­ной фис­каль­ной служ­бе — за упла­той налогов с до­хо­дов от опе­ра­ций с крип­то­ва­лю­та­ми.

Ав­то­ры за­ко­но­про­ек­та №9083 пред­ла­га­ют при­быль от крип­то­ва­лют­ных опе­ра­ций счи­тать ана­ло­гич­но при­бы­ли от про­да­жи лю­бых дру­гих то­ва­ров и услуг. То есть как по­ло­жи­тель­ную раз­ни­цу меж­ду до­хо­дом, по­лу­чен­ным от про­да­жи крип­то­ак­ти­вов, и под­твер­жден­ной сум­мой рас­хо­да на при­об­ре­те­ние или до­бы­чу (май­нинг) со­от­вет­ству­ю­ще­го ак­ти­ва. При этом от­вет­ствен­ность за пра­виль­ность рас­че­та при­бы­ли и упла­ту на­ло­га от опе­ра­ций с крип­то­ак­ти­ва­ми ле­жит на крип­то­трей­де­рах, то есть «учет и кон­троль» пе­ре­кла­ды­ва­ют­ся на крип­то­бир­жи. Кро­ме то­го, фи­зи­че­ские ли­ца долж­ны упла­чи­вать во­ен­ный сбор по став­ке 1,5% при кон­вер­та­ции крип­то­ва­лю­ты в фи­ат­ные (не обес­пе­чен­ные зо­ло­том и дру­ги­ми дра­го­цен­ны­ми ме­тал­ла­ми) сред­ства или опла­те крип­то­ва­лю­той то­ва­ров и услуг. При всем этом на­ло­го­об­ло­же­ние не бу­дет ка­сать­ся опе­ра­ций по об­ме­ну од­них крип­то­ва­лют на дру­гие, а это са­мая рас­про­стра­нен­ная крип­то­ва­лют­ная опе­ра­ция.

По­ка крип­то­ва­лю­та счи­та­ет­ся обыч­ным обо­рот­ным то­ва­ром и об­ла­га­ет­ся по став­ке НДФЛ 19,5%. Точ­нее, в боль­шин­стве слу­ча­ев ни­как не об­ла­га­ет­ся, посколь­ку вы­явить крип­то­ва­лют­ные опе­ра­ции, пол­но­стью про­во­ди­мые в вир­ту­аль­ном про­стран­стве, го­су­дар­ствен­ным кон­тро­ле­рам крайне слож­но.

По рас­че­там ав­то­ров за­ко­но­про­ек­та, ле­га­ли­за­ция крип­то­ак­ти­вов и их на­ло­го­об­ло­же­ние при­не­сут по­ступ­ле­ний в бюд­жет не ме­нее 1,27 млрд грн в год. Эта цифра рас­счи­та­на, ис­хо­дя из дан­ных о рын­ке вир­ту­аль­ных ва­лют, ко­то­рый в Укра­ине оце­ни­ва­ет­ся се­год­ня в 98,7 млрд грн, или 3,5 млрд долл.

Се­год­ня в Укра­ине, не­смот­ря на ряд вне­сен­ных в ВР за­ко­но­про­ек­тов, от­сут­ству­ет пра­во­вое по­ле и еще не при­нят ни один за­кон, ле­га­ли­зу­ю­щий крип­то­ва­лют­ную ин­ду­стрию. Од­на­ко и пря­мых за­пре­тов нет, так что укра­ин­ские стар­та­пы на­хо­дят воз­мож­ность ра­бо­тать в со­от­вет­ствии с дей­ству­ю­щим за­ко­но­да­тель­ством стра­ны.

Есть уже несколь­ко стар­та­пов, каж­дый из ко­то­рых по­зи­ци­о­ни­ру­ет се­бя как пер­вый в Укра­ине офи­ци­аль­но ра­бо­та­ю­щий сер­вис для фи­зи­че­ских лиц. При­ем и вы­да­ча пла­те­жей небан­ков­ски­ми фи­нан­со­вы­ми учре­жде­ни­я­ми воз­мож­ны толь­ко в на­ци­о­наль­ной ва­лю­те, по­это­му об­мен­ные сер­ви­сы пред­ла­га­ют кли­ен­там тор­го­вые опе­ра­ции с bitcoin за грив­ни. По су­ти, са­ми та­кие сер­ви­сы не про­да­ют крип­то­ак­ти­вы, а яв­ля­ют­ся по­сред­ни­ком меж­ду сто­ро­на­ми об­ме­на, по­мо­га­ют най­ти па­ру для опе­ра­ций об­ме­на и вы­сту­па­ют га­ран­том ис­пол­не­ния усло­вий сдел­ки.

ICO и то­ке­ни­за­ция: от про­сто­го — к слож­но­му

Ес­ли крип­то­ва­лю­ты — это про­сто «день­ги XXI ве­ка», пусть прин­ци­пи­аль­но но­вые, но все же день­ги, то дру­гие ин­стру­мен­ты, со­зда­ва­е­мые бла­го­да­ря тех­но­ло­гии блок­чейн, мо­гут стать на­сто­я­щи­ми ди­ко­вин­ка­ми для эко­но­ми­ки Укра­и­ны. На­при­мер, по­сле при­ня­тия за­ко­но­про­ек­та №9083 со­зда­ние ре­гу­ли­ру­е­мо­го про­стран­ства даст воз­мож­ность ис­поль­зо­вать ICO (пер­вич­ное пред­ло­же­ние то­ке­нов) для при­вле­че­ния ре­сур­сов на раз­ви­тие ин­но­ва­ци­он­ных тех­но­ло­гий. Кро­ме то­го, вве­де­ние в пра­во­вой обо­рот са­мо­го по­ня­тия то­кен-ак­ти­ва со­здаст в Укра­ине пра­во­вое про­стран­ство для то­ке­ни­за­ции — пе­ре­во­да прав на ак­тив в циф­ро­вой то­кен на блок­чейне. Пе­ре­ме­ще­ние фи­зи­че­ских ак­ти­вов в блок­чейн поз­во­ля­ет ис­поль­зо­вать воз­мож­но­сти этой тех­но­ло­гии, со­хра­нив при этом ха­рак­те­ри­сти­ки ак­ти­ва.

Наш мир по­лон раз­лич­ных ак­ти­вов: ак­ции, недви­жи­мое иму­ще­ство, зо­ло­то, уг­ле­род­ные кре­ди­ты, нефть. Мно­гие из них слож­но пе­ре­вез­ти фи­зи­че­ски, по­это­му по­ку­па­те­ли и про­дав­цы пред­по­чи­та­ют тор­го­вать до­ку­мен­та­ми, пред­став­ля­ю­щи­ми дан­ные ак­ти­вы. Од­на­ко это до­воль­но труд­ный и слож­ный для от­сле­жи­ва­ния про­цесс. В ка­че­стве од­но­го из воз­мож­ных ре­ше­ний пред­ла­га­ет­ся пе­рей­ти на циф­ро­вую си­сте­му, ана­ло­гич­ную крип­то­ва­лю­там, но при­вя­зан­ную к ак­ти­ву.

Что­бы бы­ло по­нят­нее, что та­кое то­ке­ни­за­ция и как она при­ме­ня­ет­ся в биз­не­се, мож­но при­ве­сти недав­ний по­ка­за­тель­ный при­мер. Зда­ние на Ман­х­эт­тене сто­и­мо­стью 30 млн долл. то­ке­ни­зи­ро­ва­ли, дав мел­ким ин­ве­сто­рам воз­мож­ность вло­жить сред­ства в недо­ступ­ные ра­нее ак­ти­вы. Ком­па­нии Propellеr и Fluidity и из­вест­ный ри­эл­тор Рай­ан Сер­хан кон­вер­ти­ро­ва­ли пра­ва на недви­жи­мость в то­ке­ны, со­от­вет­ству­ю­щие до­лям вла­де­ния зда­ни­ем на Ман­х­эт­тене из 12 квар­тир пло­ща­дью 1700 квад­рат­ных мет­ров каж­дая. То­ке­ны на блок­чейне да­ют пра­во вла­де­ния ча­стью ак­ти­ва, поз­во­ляя вклад­чи­кам ин­ве­сти­ро­вать в люк­со­вые до­ма, на­чи­ная с ма­лень­ких сумм, что бы­ло ра­нее прак­ти­че­ски невоз­мож­но.

Бро­кер сдел­ки ри­эл­тор Рай­ан Сер­хан за­явил в ин­тер­вью Forbes: «Ры­нок недви­жи­мо­сти Нью-йор­ка все­гда был то­по­вым, но мо­жет по­тре­бо­вать­ся нема­лое вре­мя для про­да­жи но­во­го зда­ния за пра­виль­ную це­ну. С то­ке­ни­за­ци­ей на блок­чейне мы мо­жем из­ба­вить­ся от на­вя­зы­ва­е­мых тра­ди­ци­он­ны­ми бан­ка­ми усло­вий, что бу­дет по­лез­но про­ек­ту и всем за­ин­те­ре­со­ван­ным ли­цам. То­ке­ни­за­ция от­кры­ва­ет путь для но­во­го эта­па в раз­ви­тии рын­ка недви­жи­мо­сти».

Участ­во­вав­шие в сдел­ке ком­па­нии объ­яви­ли о на­ме­ре­нии про­дол­жить со­труд­ни­че­ство, в рам­ках ко­то­ро­го за­ре­ги­стри­ро­ван­ный в FINRA бро­кер Propellеr за­дей­ству­ет свой нема­лый опыт в про­да­же недви­жи­мо­сти, в том чис­ле то­ке­ни­зи­ро­ван­ной, а Fluidity обес­пе­чит тех­ни­че­скую сто­ро­ну то­ке­ни­за­ции ак­ти­вов. Со­ос­но­ва­тель Fluidity и крип­то­бир­жи Airswap про­ком­мен­ти­ро­вал парт­нер­ское со­гла­ше­ние сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «Вы­ход на ры­нок со столь зна­чи­мой сдел­кой поз­во­лил нам за­явить, что эта тех­но­ло­гия уже ре­аль­на».

Эра то­ке­ни­за­ции раз­лич­но­го ро­да ак­ти­вов дей­стви­тель­но уже на­сту­пи­ла: по­доб­ные ком­па­нии то­ке­ни­зи­ру­ют меж­ду­на­род­ный ры­нок дол­го­вых обя­за­тельств; так­же со­зда­ют­ся про­ек­ты, ко­то­рые поз­во­ля­ют при­об­ре­тать то­ке­ны, да­ю­щие пра­во на вла­де­ние до­лей про­из­ве­де­ний ис­кус­ства.

К при­ме­ру, в сен­тяб­ре участ­ни­ки ар­та­ук­ци­о­на Maecenas вы­ку­пи­ли 31,5% от пол­ной сто­и­мо­сти все­мир­но из­вест­ной кар­ти­ны Эн­ди Уор­хо­ла, обес­пе­чив се­бе до­ле­вое вла­де­ние про­из­ве­де­ни­ем ис­кус­ства.

На рын­ке недви­жи­мо­сти блок­чейн-тех­но­ло­гии при­ме­ня­ют­ся не толь­ко для то­ке­ни­за­ции и про­да­жи до­лей. К при­ме­ру, блок­чейн при­ме­ня­ет­ся для фик­са­ции вре­мен­ных ме­ток при за­клю­че­нии сде­лок с недви­жи­мо­стью, а так­же для ис­ко­ре­не­ния мо­шен­ни­че­ства на плат­фор­мах по арен­де недви­жи­мо­сти.

Па­рал­лель­но с то­ке­ни­за­ци­ей для раз­ви­тия ин­ве­сти­ро­ва­ния в эко­но­ми­ку стра­ны так­же мож­но при­ме­нять ICO (Initial coin offering) — фор­му при­вле­че­ния ин­ве­сти­ций че­рез вы­пуск то­ке­нов как циф­ро­вых ана­ло­гов бу­маж­ных ак­ций. (Хо­тя пра­виль­нее ска­зать все же, что то­ке­ны — это даль­ние род­ствен­ни­ки бу­маж­ных ак­ций, вы­пус­ка­е­мых в хо­де IPO.)

Се­год­ня ин­фор­ма­ци­он­ный шум во­круг Ico-про­ек­тов уже сти­ха­ет, осо­бен­но по срав­не­нию с 2017 го­дом, ко­гда для оче­ред­но­го It-стар­та­па не со­став­ля­ло боль­шо­го тру­да бук­валь­но за несколь­ко дней со­брать сот­ню мил­ли­о­нов дол­ла­ров под свой про­ект, су­ще­ству­ю­щий толь­ко на бу­ма­ге. Та­кие про­ек­ты на ран­нем эта­пе раз­ви­тия ICO ни­как не ре­гу­ли­ро­ва­лись, что во мно­гом слу­жи­ло при­чи­ной их стре­ми­тель­но­го ро­ста и по­пу­ляр­но­сти. А по­том — мас­со­во­го банк­рот­ства, ко­гда ока­зы­ва­лось, что за эти­ми про­ек­та­ми не сто­ят ре­аль­ные ак­ти­вы и биз­нес-про­ек­ты.

Сей­час во всем ми­ре ICO при­влек­ли вни­ма­ние ре­гу­ли­ру­ю­щих ор­га­нов, ко­то­рые пы­та­ют­ся чет­ко сфор­му­ли­ро­вать свою по­зи­цию в этом от­но­ше­нии. В част­но­сти, Ко­мис­сия по цен­ным бу­ма­гам и бир­жам США по­ла­га­ет, что часть Ico-то­ке­нов яв­ля­ют­ся цен­ны­ми бу­ма­га­ми. Эта по­зи­ция вы­зва­ла мно­го спо­ров, но боль­шин­ство спе­ци­а­ли­стов со­гла­ша­ют­ся с тем, что в ней есть ра­ци­о­наль­ное зер­но. Ско­ро во мно­гих стра­нах ми­ра ICO ста­нет ре­гу­ли­ру­е­мым: со сво­и­ми тор­го­вы­ми пло­щад­ка­ми, пра­ви­ла­ми, за­ко­на­ми, а нере­гу­ли­ру­е­мые в том ви­де, в ко­то­ром мы их зна­ли еще недав­но, про­сто уй­дут в про­шлое.

ICO ис­чез­нут как вид? Не со­всем. Те­перь на пе­ред­ний план вы­хо­дят STO (Security Token Offering — пред­ло­же­ние то­ке­ни­зи­ро­ван­ных цен­ных бу­маг) как но­вый, ре­гу­ли­ру­е­мый вид ICO. Сей­час их ис­поль­зу­ют еще до­ста­точ­но ма­ло, но они об­ла­да­ют боль­шим по­тен­ци­а­лом. На­при­мер, ка­пи­тал, кре­ди­ты, недви­жи­мость, лю­бые ви­ды цен­ных бу­маг — все это мо­жет быть то­ке­ни­зи­ро­ва­но.

Та­кая мо­дель об­ла­да­ет боль­шим по­тен­ци­а­лом при­вле­че­ния круп­ных ин­ве­сти­ций, при этом STO яв­ля­ют­ся ме­нее рис­ко­ван­ны­ми с точ­ки зре­ния ин­ве­сто­ров, так как они в боль­шей ме­ре со­от­вет­ству­ют тре­бо­ва­ни­ям ре­гу­ля­то­ра, а так­же бо­лее при­выч­ны для пред­ста­ви­те­лей «ста­рой шко­лы» (име­ет­ся в ви­ду — для кон­сер­ва­тив­ных или тра­ди­ци­он­ных сфер биз­не­са). Для стар­та­пов, ко­то­рые ча­сто ищут воз­мож­ность вы­хо­да на гло­баль­ный ры­нок, это то­же плюс по вполне оче­вид­ным при­чи­нам.

Но кро­ме плю­сов, в STO есть и ню­ан­сы. Ес­ли для успе­ха ICO ино­гда бы­ло до­ста­точ­но са­мой идеи, непло­хой ко­ман­ды и бюд­же­та на мар­ке­тинг, то в си­ту­а­ции с STO со­зда­ние про­ек­та силь­но до­ро­жа­ет за счет юри­ди­че­ской ча­сти. Юри­ди­че­ская струк­ту­ра STO со все­ми необ­хо­ди­мы­ми раз­ре­ши­тель­ны­ми до­ку­мен­та­ми в ко­неч­ном ито­ге обой­дет­ся око­ло 1 млн долл., че­го ра­нее хва­ти­ло бы для про­ве­де­ния вполне успеш­но­го ря­до­во­го ICO. По­это­му стар­та­пам, ко­то­рые на­це­ли­ва­ют­ся на про­ве­де­ние STO, ко­неч­но, бу­дет слож­нее.

Как ра­бо­та­ет STO в ре­аль­ном ми­ре? Яр­кий при­мер — ком­па­ния Palladium. Она долж­на стать пер­вой ре­гу­ли­ру­е­мой и уни­фи­ци­ро­ван­ной плат­фор­мой для фи­ат­ных де­нег, бан­ков и крип­то­ва­лют­ных бирж. Плат­фор­ма поз­во­лит кли­ен­там по­ку­пать крип­то­ва­лю­ты, опла­чи­вать сче­та и об­ме­ни­вать мо­не­ты в од­ном ме­сте. А кра­уд­фандин­го­вая ком­па­ния Indiegogo бу­дет про­дви­гать но­вый то­кен на недви­жи­мость. Ак­кре­ди­то­ван­ные ин­ве­сто­ры смо­гут по­ку­пать ак­ции оте­ля St. Regis Aspen в ви­де циф­ро­вых то­ке­нов.

Соз­да­ва­е­мый циф­ро­вой то­кен Aspen Coin за­ре­ги­стри­ро­ван в Ко­мис­сии по цен­ным бу­ма­гам и бир­жам США и бу­дет до­сту­пен для по­куп­ки за дол­ла­ры, а так­же за ос­нов­ные крип­то­ва­лю­ты: bitcoin и ethereum.

Бри­тан­ский при­мер и мир в це­лом

Сто­ит по­смот­реть на то, как ви­дят вы­го­ды и рис­ки раз­ви­тия ин­стру­мен­тов на ба­зе блок­чей­на в Великобритании. Это под­ход сто­ли­цы фи­нан­со­во­го ми­ра, так что Укра­ине сто­и­ло бы при­смот­реть­ся к то­му, как вос­при­ни­ма­ют си­ту­а­цию ан­гли­чане.

Фи­нан­со­вый ко­ми­тет пар­ла­мен­та Великобритании опуб­ли­ко­вал фи­наль­ный до­клад о крип­то­гра­фи­че­ских ак­ти­вах, в ко­то­ром рас­смот­рел раз­лич­ные ас­пек­ты крип­то­ва­лют­но­го рын­ка и опи­сал воз­мож­ные пу­ти ре­гу­ли­ро­ва­ния блок­чейн-ин­ду­стрии. В до­ку­мен­те го­во­рит­ся, что ICO в на­сто­я­щее вре­мя не участ­ву­ют в сфе­ре ре­гу­ли­ру­е­мых фи­нан­со­вых от­но­ше­ний (FCA), и ин­ве­сто­ры ни­как не за­щи­ще­ны от мо­шен­ни­че­ства ор­га­ни­за­то­ров пер­вич­ных раз­ме­ще­ний мо­нет, так как в стране от­сут­ству­ют фор­маль­ные ме­ха­низ­мы ком­пен­са­ции и воз­ме­ще­ния ущер­ба по­стра­дав­шим по­тре­би­те­лям.

По за­яв­ле­нию вла­стей Великобритании, ре­гу­ли­ру­ю­щие ор­га­ны долж­ны се­рьез­но оце­ни­вать рис­ки, свя­зан­ные с крип­то­ак­ти­ва­ми, и кри­ти­че­ски оце­ни­вать по­тен­ци­ал ин­ду­стрии. Ес­ли пред­по­чте­ние от­да­ет­ся раз­ви­тию, ре­гу­ли­ро­ва­ние мо­жет при­ве­сти к по­ло­жи­тель­ным ре­зуль­та­там для рын­ка циф­ро­вых ак­ти­вов, вклю­чая пе­ре­ход к бо­лее зре­лой биз­нес-мо­де­ли и уве­ли­че­нию лик­вид­но­сти дан­ной от­рас­ли. Ав­то­ры до­кла­да от­ме­ча­ют, что ес­ли Бри­та­ния раз­ра­бо­та­ет при­ем­ле­мую нор­ма­тив­ную сре­ду для крип­то­гра­фи­че­ских ак­ти­вов сей­час, то го­су­дар­ство мо­жет стать гло­баль­ным цен­тром крип­то­от­рас­ли.

Фи­нан­со­вый ко­ми­тет не обо­шел вни­ма­ни­ем и про­бле­му во­ла­тиль­но­сти крип­то­ва­лют, от­ме­тив сле­ду­ю­щее: не­смот­ря на то, что ряд ин­ве­сто­ров смог­ли за­ра­бо­тать со­лид­ные ка­пи­та­лы в пе­ри­о­ды ро­ста, все осталь­ные име­ют боль­шие шан­сы про­иг­рать по­круп­но­му в слу­чае об­ва­ла рын­ка.

Как под­хо­дят к про­цес­су ре­гу­ля­ции крип­то­рын­ка в ми­ре в це­лом? Есть стра­ны, ко­то­рые со­зда­ют так на­зы­ва­е­мые пе­соч­ни­цы, то есть мак­си­маль­но упро­ща­ют ра­бо­ту ком­па­ний дан­но­го сек­то­ра, про­да­вая ли­цен­зии, ре­ги­стри­руя но­вые ком­па­нии, от­кры­вая сче­та и со­зда­вая ра­бо­чие ме­ста в сво­ей стране.

При­ме­ры та­ких стран — Маль­та, Гибрал­тар, Эсто­ния. Как что-то сред­нее мож­но оха­рак­те­ри­зо­вать кан­тон Цуг в Швей­ца­рии, Син­га­пур и, по по­след­ним дан­ным, штат Ка­ли­фор­ния (США), ко­то­рые, не­смот­ря на жест­кую ре­гу­ля­тор­ную ба­зу по фи­нан­со­во­му сек­то­ру, бо­лее от­кры­ты к но­вым тех­но­ло­ги­ям.

В укра­ин­ском за­ко­но­да­тель­стве кон­кре­ти­ки по­ка ма­ло. Со­здан це­лый ряд ра­бо­чих групп, но не­по­нят­но, с ка­кой це­лью, — то ли для фор­ми­ро­ва­ния «нуж­но­го» ин­фор­ма­ци­он­но­го по­ля для опре­де­лен­ных по­ли­ти­че­ских пар­тий в пред­две­рии вы­бо­ров, то ли для лоб­би­ро­ва­ния ин­те­ре­сов тех чи­нов­ни­ков и по­ли­ти­ков, ко­то­рые уже вла­де­ют и ак­тив­но ин­ве­сти­ру­ют в циф­ро­вые ак­ти­вы.

Но ес­ли учесть укра­ин­скую мен­таль­ность и «осо­бен­но­сти на­ци­о­наль­но­го биз­не­са» (тра­ди­ци­он­ное стрем­ле­ние ди­стан­ци­ро­вать­ся от го­су­дар­ства), на­вер­ное, са­мое луч­шее, что мо­жет сде­лать пра­ви­тель­ство и пар­ла­мент Укра­и­ны для раз­ви­тия блок­чейн-тех­но­ло­гий в стране, — про­сто дать юри­ди­че­ские опре­де­ле­ния всем тем сущ­но­стям, ко­то­рые по­ро­ди­ла тех­но­ло­гия блок­чейн. То есть крип­то­ва­лю­там, то­ке­нам, рас­пре­де­лен­но­му ре­ест­ру, ICO, май­нин­гу, ма­стер­но­дам и т.д. Что, соб­ствен­но, и пред­ла­га­ет за­ко­но­про­ект №9083.

А да­лее го­су­дар­ству луч­ше са­мо­устра­нить­ся. Как это про­изо­шло в It-сек­то­ре, ко­то­рый на се­го­дняш­ний день осо­бо не ре­гу­ли­ру­ет­ся в Укра­ине, для него нет ка­ких-то осо­бен­но­стей ве­де­ния биз­не­са и спе­ци­аль­но­го за­ко­но­да­тель­ства (как в Бе­ла­ру­си, на­при­мер). При этом за по­след­ний год It­сек­тор по­ка­зал бо­лее чем 20-про­цент­ный рост толь­ко офи­ци­аль­но. От­сю­да вы­вод: луч­шая по­мощь го­су­дар­ства — это от­сут­ствие ре­гу­ля­ции, кро­ме как об­ще­уго­лов­ной.

Ес­ли раз­ви­тие блок­чейн-ин­ду­стрии в Укра­ине пой­дет имен­но по это­му пу­ти, то и ICO, ви­до­из­ме­нив­шись, смо­жет стать чем-то по­ис­ти­не ве­со­мым. Се­год­ня в этой сфе­ре в Укра­ине есть го­то­вые про­дук­ты со сво­и­ми ко­ман­да­ми, мар­ке­тин­го­вы­ми пла­на­ми и сфор­ми­ро­ван­ны­ми эта­па­ми раз­ви­тия, ко­то­рые не за­пус­ка­ют про­да­жу то­ке­нов толь­ко по­то­му, что ждут ре­ше­ния ре­гу­ля­то­ра. Это им нуж­но, что­бы сфор­ми­ро­вать пра­виль­ную юри­ди­че­скую часть сво­их про­ек­тов.

Уже упо­ми­нав­ше­е­ся вы­ше STO как но­вый, при этом до­ста­точ­но по­нят­ный ин­стру­мент уже в этом го­ду нач­нет свою ин­тер­вен­цию на укра­ин­ском рын­ке ка­пи­та­ла. Ес­ли пер­вые про­ек­ты по­ка­жут хо­ро­ший объ­ем со­бран­ных средств, то в даль­ней­шем мож­но ожи­дать по­вы­шен­но­го ин­те­ре­са со сто­ро­ны ин­ве­сто­ров (в первую оче­редь, из-за воз­мож­но­стей ле­галь­но­го ин­ве­сти­ро­ва­ния и ин­фор­ма­ци­он­но­го шу­ма).

След­стви­ем за­ко­но­мер­но ста­нет со­зда­ние спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ных бирж для STO, что, в свою оче­редь, хо­ро­шо ска­жет­ся на рын­ке. Ну и в це­лом част­ные ин­ве­сти­ции в сек­тор фи­нан­со­вых тех­но­ло­гий («фин­тех») бу­дут рас­ти еще несколь­ко лет как во всем ми­ре, так и в Укра­ине.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.