Без вни­ма­ния об­ще­ства: неви­ди­мые ас­пек­ты по­ли­цей­ской ре­фор­мы

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Ев­ге­ний КРАПИВИН,

экс­перт груп­пы Ре­фор­ма ор­га­нов пра­во­по­ряд­ка Ре­а­ни­ма­ци­он­но­го па­ке­та ре­форм

Ча­сто мож­но услы­шать, что ре­фор­ма На­ци­о­наль­ной по­ли­ции уже за­вер­ше­на.

Тем бо­лее что этот ор­ган вла­сти офи­ци­аль­но су­ще­ству­ет с 7 но­яб­ря 2015 го­да, а сам про­цесс ре­фор­мы на­чал­ся сра­зу по­сле Ре­во­лю­ции до­сто­ин­ства с на­зна­че­ния ми­ни­стром внут­рен­них дел Ар­се­на Ава­ко­ва. Об­ще­ствен­ный за­прос на ре­фор­му был по­ня­тен. Оста­ет­ся он та­ко­вым и те­перь, как в кон­тек­сте без­на­ка­зан­но­сти пра­во­охра­ни­те­лей, так и в свя­зи с но­вы­ми воз­ник­ши­ми пе­ред по­ли­ци­ей вы­зо­ва­ми: на­па­де­ни­я­ми на об­ще­ствен­ных ак­ти­ви­стов, за­каз­ны­ми убий­ства­ми, ро­стом ор­га­ни­зо­ван­ной пре­ступ­но­сти и т.п.

Оцен­ка ре­фор­мы — за­да­ча слож­ная, и очень ча­сто — небла­го­дар­ное де­ло. Мож­но, ско­рее, го­во­рить об от­дель­ных при­ме­рах и на­прав­ле­ни­ях из­ме­не­ний. За все вре­мя ре­фор­мы при­ня­ты раз­лич­ные стра­те­ги­че­ские до­ку­мен­ты, од­на­ко не бы­ло сфор­ми­ро­ва­но еди­но­го ви­де­ния и на­прав­ле­ния, что поз­во­ли­ло бы се­го­дня под­ве­сти ито­ги, поль­зу­ясь ин­фор­ма­ци­ей о ре­а­ли­за­ции за­дач, по­став­лен­ных пе­ред по­ли­ци­ей. По­это­му сле­ду­ет оста­но­вить­ся на тех ве­щах, ко­то­рые не ча­сто об­суж­да­ют­ся в ме­диа. Их мож­но на­звать неви­ди­мы­ми ас­пек­та­ми ре­фор­мы.

Де­по­ли­ти­за­ция по­ли­ции

До­ве­рие к по­ли­ции свя­за­но с до­ве­ри­ем к вла­сти в це­лом. К со­жа­ле­нию, вли­я­ние по­ли­ти­ков на ра­бо­ту ор­га­нов вла­сти все­гда бы­ло вы­со­ким, что, сре­ди про­че­го, ста­вит под во­прос ра­бо­ту по­ли­ции то ли на мир­ных со­бра­ни­ях, то ли при рас­сле­до­ва­нии пре­ступ­ле­ний. Это озна­ча­ет, что чем мень­ше по­ли­ти­ка бу­дет вме­ши­вать­ся в ра­бо­ту по­ли­ции, тем боль­ше бу­дет к по­ли­ции до­ве­рия. К со­жа­ле­нию, до сих пор немно­гие зна­ют, что у ми­ни­стра внут­рен­них дел на се­го­дняш­ний день нет ни­ка­ких фор­маль­ных пол­но­мо­чий по управ­ле­нию по­ли­ци­ей. Ча­сто тре­бо­ва­ния жур­на­ли­стов или об­ще­ствен­ных ор­га­ни­за­ций рас­сле­до­вать кон­крет­ные уго­лов­ные про­из­вод­ства ад­ре­со­ва­ны имен­но ми­ни­стру. На са­мом де­ле они не име­ют под со­бой пра­во­во­го ос­но­ва­ния, ведь ра­бо­та ми­ни­стра — фор­ми­ро­ва­ние го­су­дар­ствен­ной по­ли­ти­ки в пра­во­охра­ни­тель­ной сфе­ре, а не рас­сле­до­ва­ние пре­ступ­ле­ний.

В 2015 го­ду МВД пе­ре­ста­ло быть «ми­ни­стер­ством ми­ли­ции», ведь За­кон о На­ци­о­наль­ной по­ли­ции преду­смат­ри­вал об­ра­зо­ва­ние по­ли­ции как от­дель­но­го от ми­ни­стер­ства ор­га­на ис­пол­ни­тель­ной вла­сти. Ми­нистр внут­рен­них дел при этом дол­жен от­ве­чать ис­клю­чи­тель­но за фор­ми­ро­ва­ние го­су­дар­ствен­ной по­ли­ти­ки в сфе­ре пра­во­охра­ни­тель­ной де­я­тель­но­сти, а гла­ва Нац­по­ли­ции — управ­лять са­мой по­ли­ци­ей. Это ев­ро­пей­ская мо­дель, ко­то­рая долж­на бы­ла бы мак­си­маль­но осла­бить вли­я­ние ми­ни­стра на опе­ра­тив­ное управ­ле­ние по­ли­ци­ей. Цель та­ко­го предо­хра­ни­те­ля — предот­вра­тить ис­поль­зо­ва­ние пра­во­охра­ни­те­лей в по­ли­ти­че­ских це­лях. Имен­но этот про­цесс на­зы­ва­ет­ся «де­по­ли­ти­за­ци­ей по­ли­ции», и де-юре он уже со­сто­ял­ся.

Од­на­ко на прак­ти­ке ны­неш­ний ми­нистр остав­ля­ет свое вли­я­ние и пы­та­ет­ся вме­ши­вать­ся в ра­бо­ту по­ли­ции. Для это­го оста­лись неко­то­рые юри­ди­че­ские ос­но­ва­ния: в За­коне есть по­ло­же­ние о том, что с ним долж­ны быть со­гла­со­ва­ны на­зна­че­ния всех ру­ко­во­ди­те­лей мест­ных от­де­ле­ний по­ли­ции и за­ме­сти­те­лей пред­се­да­те­ля На­ци­о­наль­ной по­ли­ции. Но это­го ми­ни­стру ма­ло, по­это­му до­ста­точ­но вспом­нить со­бы­тия 9 мая 2017 го­да в Дне­пре, ко­гда по­ли­ция про­игно­ри­ро­ва­ла из­би­е­ние ве­те­ра­нов, чем за­щи­ти­ла ин­те­ре­сы мест­ных по­ли­ти­че­ских сил, или роль по­ли­ции и Нац­г­вар­дии в ис­то­рии с за­дер­жа­ни­ем сы­на Ава­ко­ва по об­ви­не­нию в так на­зы­ва­е­мом де­ле «рюк­за­ков», ко­то­рое бы­ло недав­но за­кры­то. Пробле­ма в том, что за­яв­ле­ния о по­ли­ти­че­ской мо­ти­ви­ро­ван­но­сти дей­ствий НАБУ ис­хо­ди­ли имен­но из МВД и На­ци­о­наль­ной по­ли­ции и яв­но бы­ли про­дик­то­ва­ны во­лей ми­ни­стра, а не тре­бо­ва­ни­я­ми за­ко­на.

Та­ким об­ра­зом, объ­ем и про­гресс ре­форм все еще опре­де­ля­ет ми­нистр внут­рен­них дел. По­ни­мая это, мож­но объ­яс­нить мно­гие ве­щи, ко­то­рые не про­изо­шли, или, на­обо­рот, про­изо­шли крайне быст­ро. Об­ще­ству необ­хо­ди­мо тре­бо­вать окон­ча­тель­ной де­по­ли­ти­за­ции по­ли­ции, что бу­дет спо­соб­ство­вать за­вер­ше­нию ре­фор­мы.

По­ли­цей­ские ко­мис­сии и роль об­ще­ствен­но­сти

Граж­дан­ское об­ще­ство в по­след­нее вре­мя ак­тив­нее вли­я­ет на про­цес­сы в го­су­дар­стве, имен­но оно ча­сто слу­жит драй­ве­ром от­дель­ных ре­форм. По­ли­ция — не ис­клю­че­ние. Речь идет не об ана­ли­ти­че­ских цен­трах или экс­перт­ном со­об­ще­стве Ки­е­ве, а о лю­бом члене тер­ри­то­ри­аль­ной гро­ма­ды, ныне по­лу­чив­шем воз­мож­ность вли­ять на по­ли­цию в сво­ем ре­ги­оне.

Де­ло в том, что по­ли­цей­ская ре­фор­ма при­внес­ла но­вые фор­мы об­ще­ствен­но­го кон­тро­ля над де­я­тель­но­стью по­ли­ции. Сре­ди них — раз­но­го ро­да ко­мис­сии: ат­те­ста­ци­он­ные (со­зда­ва­лись в 2015–2016 го­дах); дис­ци­пли­нар­ные (За­кон о Дис­ци­пли­нар­ном уста­ве На­ци­о­наль­ной по­ли­ции всту­пил в си­лу 7 ок­тяб­ря ны­неш­не­го го­да, в этих ко­мис­си­ях мо­жет при­ни­мать уча­стие об­ще­ствен­ность) и по­ли­цей­ские ко­мис­сии, за­ни­ма­ю­щи­е­ся кад­ро­вы­ми во­про­са­ми. По­след­ние мо­гут быть при­ме­ром успе­хов ре­фор­мы по­ли­ции, ведь хо­тя они по­чти неиз­вест­ны, но ра­бо­та­ют ак­тив­но, и тер­ри­то­ри­аль­ные гро­ма­ды и впрямь име­ют воз­мож­ность вли­ять на кад­ро­вую по­ли­ти­ку по­ли­ции на ме­стах.

К их ком­пе­тен­ции от­но­сит­ся на­бор на служ­бу лиц млад­ше­го со­ста­ва и про­дви­же­ние по служ­бе по­ли­цей­ских (по ре­ше­нию ру­ко­вод­ства). В ко­мис­сию вхо­дят пять чле­нов, из ко­то­рых двух на­зна­ча­ет об­ласт­ной со­вет из пред­ста­ви­те­лей об­ще­ствен­но­сти; од­но­го — ми­нистр внут­рен­них дел (неред­ко это жур­на­лист или об­ще­ствен­ный де­я­тель); двух — по­ли­цей­ские. Это озна­ча­ет, что су­ще­ству­ют «об­ще­ствен­ные» ко­мис­сии, то есть ко­мис­сии, в ко­то­рых пре­иму­ще­ствен­но при­ни­ма­ет уча­стие об­ще­ствен­ность. На­при­мер, по­ли­цей­ская ко­мис­сия при ГУНП во Ль­вов­ской об­ла­сти, в ко­то­рой пред­се­да­тель ко­мис­сии — жур­на­лист.

Се­го­дня фак­ти­че­ски ра­бо­та­ют 84 по­ли­цей­ские ко­мис­сии. По три ко­мис­сии на ре­ги­он — глав­но­го управ­ле­ния Нац­по­ли­ции, пат­руль­ной по­ли­ции и по­ли­ции охра­ны. В це­лом, ес­ли го­во­рить об уча­стии об­ще­ствен­но­сти в ко­мис­си­ях, мож­но утвер­ждать что 40% чле­нов ко­мис­сий со­став­ля­ет об­ще­ствен­ность, то есть 169 из 420 че­ло­век. Часть тех, кто дол­жен был пред­став­лять об­ще­ствен­ность, яв­ля­ют­ся по­ли­ти­ка­ми или чи­нов­ни­ка­ми. Кто-то про­сто не от­ве­ча­ет та­ким кри­те­ри­ям за­ко­на, как на­ли­чие без­упреч­ной ре­пу­та­ции, вы­со­ких про­фес­си­о­наль­ных ка­честв, об­ще­ствен­но­го ав­то­ри­те­та. То есть это — лю­ди, не пред­став­ля­ю­щие ре­аль­ных об­ще­ствен­ных ор­га­ни­за­ций. Од­на­ко го­во­рить о под­кон­троль­но­сти ко­мис­сий са­мой по­ли­ции бы­ло бы пре­уве­ли­че­ни­ем.

По­ли­цей­ские ко­мис­сии со­зда­ны, они ра­бо­та­ют, но аб­со­лют­но неза­мет­ны для об­ще­ства. При­чи­на за­клю­ча­ет­ся в том, что они не име­ют дел с кан­ди­да­та­ми, при­част­ны­ми к кор­руп­ци­он­ным скан­да­лам, че­го нель­зя ска­зать о су­дей­ских кон­ку­рах, к ко­то­рым ин­те­рес об­ще­ства вы­со­кий. За­кон о Нац­по­ли­ции преду­смат­ри­ва­ет, что функ­ции по­ли­цей­ских ко­мис­сий — от­бор (кон­курс) на служ­бу в по­ли­ции, а так­же про­дви­же­ние (по­вы­ше­ние) по служ­бе. Но пробле­ма в том, что кон­курс обя­за­тель­но про­во­дит­ся толь­ко в от­но­ше­нии лиц, впер­вые при­ни­ма­е­мых на служ­бу с на­зна­че­ни­ем на долж­но­сти млад­ше­го со­ста­ва (сле­до­ва­те­ли, участ­ко­вые, пат­руль­ные, — кон­кур­сы на долж­но­сти ко­то­рых мы уже ви­де­ли). А кон­курс в хо­де по­вы­ше­ния про­во­дить необя­за­тель­но (толь­ко по же­ла­нию ру­ко­во­ди­те­ля), чем ча­сто и поль­зу­ют­ся струк­ту­ры по­ли­ции. По­дроб­нее о про­бле­мах ра­бо­ты ко­мис­сий речь идет в ис­сле­до­ва­нии «По­ли­цей­ские ко­мис­сии в Укра­ине: от­чет по ре­зуль­та­там ис­сле­до­ва­ния» (2018).

По­ка­за­те­ли рас­кры­тия и си­сте­ма оцен­ки ра­бо­ты по­ли­ции

В усло­ви­ях по­сто­ян­ных тре­бо­ва­ний от об­ще­ства нас­чет рас­сле­до­ва­ния ре­зо­нанс­ных пре­ступ­ле­ний ка­че­ство ра­пор­то­ва­ния ока­зы­ва­ет боль­шое вли­я­ние на успе­хи ре­фор­мы и до­ве­рие к ор­га­нам пра­во­по­ряд­ка и про­ку­ра­ту­ры.

Тра­ди­ци­он­но ор­га­ны пра­во­по­ряд­ка от­чи­ты­ва­ют­ся, пуб­ли­куя «су­хие» циф­ры об уго­лов­ных про­из­вод­ствах, ко­то­рые они рас­сле­ду­ют. Сре­ди них — ко­ли­че­ство рас­кры­тых пре­ступ­ле­ний, со­об­ще­ний о по­до­зре­ни­ях, на­прав­лен­ных дел в суд и т.п. До­воль­но ред­ко в ре­зо­нанс­ных пре­ступ­ле­ни­ях так­же по­да­ют­ся ин­фо­гра­фи­ки и ор­га­ни­зо­вы­ва­ют­ся бри­фин­ги. Но это­го яв­но ма­ло, что­бы у обыч­но­го че­ло­ве­ка сло­жи­лось чет­кое пред­став­ле­ние о ка­че­стве рас­сле­до­ва­ния ре­зо­нанс­ных пре­ступ­ле­ний, а тем бо­лее — о тен­ден­ци­ях в ра­бо­те ор­га­нов пра­во­по­ряд­ка. На прак­ти­ке неча­сто встре­тишь и юри­ста, уме­ю­ще­го чи­тать уго­лов­ную ста­ти­сти­ку и пра­виль­но ин­тер­пре­ти­ро­вать тен­ден­ции: чем они обу­слов­ле­ны и ка­кие вре­мен­ные гра­ни­цы охва­ты­ва­ет это вли­я­ние.

Са­ма уго­лов­ная ста­ти­сти­ка дав­но не яв­ля­ет­ся объ­ек­тив­ным и до­сто­вер­ным ис­точ­ни­ком ин­фор­ма­ции. Несмот­ря на то, что с 2012 го­да в Укра­ине функ­ци­о­ни­ру­ет Еди­ный го­су­дар­ствен­ный ре­естр до­су­деб­ных рас­сле­до­ва­ний, прак­ти­ка ута­и­ва­ния пре­ступ­ле­ний от уче­та ни­ку­да не де­лась. Ос­нов­ная при­чи­на — ни по­ли­ция, ни про­ку­ра­ту­ра не от­ка­за­лись от так на­зы­ва­е­мой «па­лоч­ной» си­сте­мы оцен­ки эф­фек­тив­но­сти сво­ей ра­бо­ты. Речь идет об оце­ни­ва­нии след­ствен­но-опе­ра­тив­ных под­раз­де­ле­ний по ди­на­ми­ке рас­кры­тия, что яв­ля­ет­ся ос­но­вой сфор­ми­ро­вав­шей­ся еще в со­вет­ские вре­ме­на си­сте­мы. Пря­мым след­стви­ем этой си­сте­мы, кро­ме об­ще­го ис­ка­жен­но­го зна­ния о пре­ступ­но­сти, яв­ля­ет­ся ряд на­ру­ше­ний со сто­ро­ны пра­во­охра­ни­те­лей, необ­хо­ди­мых для до­сти­же­ния нуж­ных по­ка­за­те­лей: от пси­хо­ло­ги­че­ско­го на­си­лия и дав­ле­ния на за­яви­те­лей, что­бы они не по­да­ва­ли за­яв­ле­ние о со­вер­ше­нии пре­ступ­ле­ния, — до пы­ток. Дру­гое след­ствие — в ре­зо­нанс­ных про­из­вод­ствах тре­бу­ет­ся как мож­но ско­рее най­ти по­до­зре­ва­е­мых, а ими по­рой ока­зы­ва­ют­ся непри­част­ные к пре­ступ­ле­нию лю­ди. Об этой си­сте­ме сти­му­лов и по­ка­за­те­лей по­дроб­нее го­во­ри­лось в ста­тье «Со­вет­ские по­ка­за­те­ли или уро­вень до­ве­рия на­се­ле­ния?» (ZN.UA, №4, 2018).

Оце­ни­вая уго­лов­ную ста­ти­сти­ку как ин­стру­мент, сле­ду­ет ска­зать, что ни­кто не пред­ла­га­ет от­ка­зать­ся от нее. Пред­ла­га­ет­ся толь­ко от­ка­зать­ся ис­поль­зо­вать ее как сквоз­ной ис­точ­ник для оцен­ки эф­фек­тив­но­сти ра­бо­ты ор­га­нов пра­во­по­ряд­ка, ко­то­рый вли­я­ет на ка­рье­ры и за­ра­бот­ные пла­ты ре­аль­ных лю­дей — или по­ли­цей­ских, или же про­ку­ро­ров. К по­зи­ти­ву от­но­сит­ся то, что се­го­дня уго­лов­ная ста­ти­сти­ка в Укра­ине со­дер­жит не толь­ко ин­фор­ма­цию о ко­ли­че­стве со­вер­шен­ных пре­ступ­ле­ний и ре­зуль­та­тах их рас­сле­до­ва­ния, но и опре­де­лен­ную кри­ми­но­ло­ги­че­скую ин­фор­ма­цию о пре­ступ­ни­ках. Та­кую де­та­ли­за­цию пер­вич­ных дан­ных, ко­то­рые со­би­ра­ют пра­во­охра­ни­те­ли, за­пад­ные уче­ные от­ме­ча­ют как по­ло­жи­тель­ную прак­ти­ку, ко­то­рой нет в их стра­нах. На­ко­нец, фор­ми­ро­ва­ние уго­лов­ной по­ли­ти­ки и про­гноз пре­ступ­но­сти — од­на из за­дач, сто­я­щих пе­ред ор­га­на­ми пра­во­по­ряд­ка. Для это­го ну­жен ин­стру­мент, ко­то­рый мог бы да­вать объ­ек­тив­ные дан­ные, ес­ли бы не ис­ка­жал­ся в «по­гоне за по­ка­за­те­ля­ми».

Об­щее со­сто­я­ние пре­ступ­но­сти

Ча­сто го­во­рят о про­блем­ном со­сто­я­нии пре­ступ­но­сти, что яв­ля­ет­ся ин­ди­ка­то­ром неэф­фек­тив­ной ра­бо­ты по­ли­ции. В це­лом во­прос ди­на­ми­ки и струк­ту­ры пре­ступ­но­сти крайне сло­жен, ведь от­ве­ты на во­про­сы на­по­до­бие «пре­ступ­ность рас­тет?» или «пре­ступ­ность па­да­ет?» — од­но­сто­рон­ни и не от­ра­жа­ют об­щей си­ту­а­ции в стране. Да­же поль­зу­ясь ука­зан­ным под­хо­дом, мож­но ска­зать, что с 2014-го по 2016 год пре­ступ­ность воз­рас­та­ла, а за­тем про­изо­шел ее спад. Это мож­но уви­деть в за­яв­ле­ни­ях ру­ко­вод­ства МВД и На­ци­о­наль­ной по­ли­ции о неуклон­ном умень­ше­нии за­ре­ги­стри­ро­ван­ных пре­ступ­ле­ний и уве­ли­че­нии ко­ли­че­ства дел, на­прав­лен­ных в суд. Но объ­ек­тив­ных при­чин для зна­чи­тель­но­го спа­да про­сто нет, ведь ос­нов­ные фак­то­ры, вли­я­ю­щие на рост пре­ступ­но­сти, — вой­на на во­сто­ке Укра­и­ны, со­ци­аль­но-эко­но­ми­че­ские про­бле­мы, неза­кон­ное об­ра­ще­ние ору­жия с непод­кон­троль­ных тер­ри­то­рий и во­ен­ных скла­дов в це­лом, — ни­ку­да не ис­чез­ли из на­шей жиз­ни.

Го­во­ря о спа­де пре­ступ­но­сти или ста­би­ли­за­ции си­ту­а­ции, пра­виль­нее ска­зать, что по­сте­пен­но ме­ня­ет­ся са­ма струк­ту­ра пре­ступ­но­сти — она ста­но­вит­ся бо­лее на­силь­ствен­ной, а на­силь­ствен­ные пре­ступ­ле­ния ча­сто со­вер­ша­ют­ся с при­ме­не­ни­ем ору­жия, изъ­ято­го из граж­дан­ско­го обо­ро­та. По­это­му мы в са­мом де­ле мо­жем на­блю­дать умень­ше­ние ко­ли­че­ства учтен­ных пре­ступ­ле­ний, но долж­ны смот­реть на струк­ту­ру пре­ступ­но­сти, ко­то­рая ста­но­вит­ся бо­лее бру­таль­ной. При этом сле­ду­ет ска­зать, что умень­ше­ние ко­ли­че­ства за­ре­ги­стри­ро­ван­ных пре­ступ­ле­ний не в по­след­нюю оче­редь свя­за­но с воз­вра­ще­ни­ем прак­ти­ки ута­и­ва­ния пре­ступ­ле­ний от уче­та, что­бы умень­шить ко­ли­че­ство «нерас­кры­тых» пре­ступ­ле­ний и отра­пор­то­вать об успеш­ных ре­фор­мах во­об­ще.

Аль­тер­на­тив­ная си­сте­ма оцен­ки ра­бо­ты по­ли­цей­ских

Дан­ные о пре­ступ­но­сти се­го­дня не мо­гут быть ос­но­ва­ни­ем для оцен­ки ра­бо­ты ор­га­нов пра­во­по­ряд­ка. Ими мо­гут быть кри­ми­но­ло­ги­че­ские опро­сы (англо-аме­ри­кан­ские «criminal survey»), в пре­де­лах ко­то­рых с по­мо­щью со­цио­ло­ги­че­ских ин­стру­мен­тов мож­но по­лу­чить: аль­тер­на­тив­ные офи­ци­аль­ной ста­ти­сти­ке дан­ные о пре­ступ­но­сти; оцен­ку уров­ня до­ве­рия на­се­ле­ния к по­ли­ции на ос­но­ве кон­крет­ных кри­те­ри­ев неза­ви­си­мы­ми со­цио­ло­ги­че­ски­ми ор­га­ни­за­ци­я­ми; ис­поль­зо­ва­ние стан­дар­тов (про­то­ко­лов) ра­бо­ты каж­до­го про­фес­си­о­наль­но­го участ­ни­ка уго­лов­но­го про­из­вод­ства, пре­жде все­го сле­до­ва­те­ля и про­ку­ро­ра. Та­кие стан­дар­ты долж­ны со­дер­жать ми­ни­маль­ный пе­ре­чень про­цес­су­аль­ных дей­ствий, ко­то­рые нуж­но пред­при­нять при рас­сле­до­ва­нии ти­пич­но­го пре­ступ­ле­ния, и по их ре­зуль­та­там ру­ко­во­ди­тель смо­жет оце­ни­вать сво­е­го под­чи­нен­но­го. Речь идет об уровне до­ве­рия граж­дан как ос­нов­ном кри­те­рии оцен­ки эф­фек­тив­но­сти ра­бо­ты по­ли­ции. Та­кое по­ло­же­ние за­креп­ле­но в ча­сти 3 ста­тьи 11 За­ко­на о На­ци­о­наль­ной по­ли­ции, од­на­ко до сих пор оста­ет­ся де­кла­ра­тив­ным, по­сколь­ку ни од­но­го ис­сле­до­ва­ния про­ве­де­но не бы­ло. Но сто­ит по­сто­ян­но дер­жать в фо­ку­се необ­хо­ди­мость ре­а­ли­за­ции это­го ме­ха­низ­ма.

Ре­фор­ма уго­лов­но­го бло­ка по­ли­ции

Ре­фор­ми­ро­ва­ние уго­лов­ной ста­ти­сти­ки — лишь со­став­ля­ю­щая из­ме­не­ний в уго­лов­ном бло­ке по­ли­ции. Здесь на­до го­во­рить и о внед­ре­нии ин­сти­ту­та де­тек­ти­вов (объ­еди­не­ние функ­ций след­ствен­но­го и опе­ра­тив­но­го ра­бот­ни­ка), и о ре­фор­ми­ро­ва­нии ин­сти­ту­та за­щи­ты сви­де­те­лей в уго­лов­ном про­цес­се (за­ко­но­про­ект № 8457), и о ре­а­ли­за­ции по­ло­же­ний УПК Укра­и­ны 2012 го­да в от­но­ше­нии уго­лов­ных про­ступ­ков. В УПК преду­смот­ре­на воз­мож­ность рас­сле­до­вать по раз­ной про­це­ду­ре пре­ступ­ле­ния неболь­шой тя­же­сти и тяж­кие пре­ступ­ле­ния, что долж­но раз­гру­зить след­ствие от по­все­днев­ной ру­тин­ной «бу­маж­ной» ра­бо­ты. На се­го­дняш­ний день за­ко­но­про­ект о про­ступ­ках ждет при­ня­тия во вто­ром чте­нии в пар­ла­мен­те. Хо­тя этот за­ко­но­про­ект (№ 7279-д) не мо­жет быть при­нят в его ны­неш­нем ви­де, на что ука­за­ли экс­пер­ты Со­ве­та Ев­ро­пы в сво­ем за­клю­че­нии.

Об из­ме­не­ни­ях и пре­об­ра­зо­ва­ни­ях в На­ци­о­наль­ной по­ли­ции Укра­и­ны ска­за­но мно­го, но нуж­но пом­нить, что ре­фор­ми­ро­ва­ние — по­сто­ян­ный про­цесс. И хо­тя опре­де­лен­ные эта­пы ре­фор­мы уже про­шли, од­на­ко из­ме­не­ние управ­лен­че­ской прак­ти­ки в са­мой по­ли­ции толь­ко долж­но на­чать­ся. При­ни­мая во вни­ма­ние си­ту­а­цию в стране, ныне нуж­но боль­ше со­сре­до­то­чить­ся на предот­вра­ще­нии тех рис­ков эс­ка­ла­ции на­си­лия, ко­то­рые мо­гут по­явить­ся уже в сле­ду­ю­щем го­ду в свя­зи с про­ве­де­ни­ем вы­бо­ров. Ведь ис­то­рии и про­гно­зы в от­но­ше­нии «на­ци­о­наль­ных дру­жин», «ми­ли­та­ри­зо­ван­ных ба­та­льо­нов», «про­тестных на­стро­е­ний», «де­ста­би­ли­за­ции си­ту­а­ции го­су­дар­ством-агрес­со­ром» не воз­ни­ка­ют на ров­ном ме­сте. К ним долж­ны быть го­то­вы ор­га­ны пра­во­по­ряд­ка, пре­жде все­го — На­ци­о­наль­ная по­ли­ция Укра­и­ны.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.