Наш Ко­стя, ка­жет­ся, влю­бил­ся...

Не за­ре­кай­ся! Имен­но это­му на­учи­ла ме­ня ба­буш­ка по ма­те­рин­ской ли­нии. На­сколь­ко она бы­ла пра­ва, я узнал со­всем недав­но. А вы­шло все так…

Zhenskiye Istorii - - ШАГИ К СЧАСТЬЮ - Алек­сандр, 30 лет

Как-то моя бла­го­вер­ная на­мы­ли­лась в го­сти к луч­шей по­дру­ге. По­дру­га бы­ла толь­ко ее, так ска­зать, пер­со­наль­ная. Де­ло в том, что я Ра­и­су тер­петь не мог с мо­мен­та зна­ком­ства. Про­сто до от­вра­ще­ния, до тош­но­ты. За­то Свет­ка ее по­чти бо­го­тво­ри­ла. Обыч­но все сво­ди­лось к диа­ло­гу: — Как ты не по­ни­ма­ешь? Ра­еч­ка же все зна­ет, все уме­ет… — Все зна­ет? Про всех? Ну-ну…. — Ой, веч­но ты но­ро­вишь ска­зать га­дость про хо­ро­ше­го че­ло­ве­ка! — Да не га­дость я го­во­рю. Про­сто тер­петь не мо­гу сплет­ни­ков! В са­мом де­ле, бы­ла у Ра­и­сы от­вра­ти­тель­ная чер­та. Она жи­ла по прин­ци­пу «что не знаю, то вы­ду­маю!» и тре­ща­ла о сво­их вы­дум­ках на каж­дом ша­гу. При этом я ни ра­зу не слы­шал от нее доб­ро­го сло­ва по­чти ни о ком. У каж­до­го на­хо­ди­лось хоть что-то, что де­ла­ло невоз­мож­ным его су­ще­ство­ва­ние на пла­не­те Зем­ля. Каж­дый был в чем­то за­ме­шан, мог ока­зать­ся кем угод­но, был ес­ли не об­ви­ня­е­мым, то по­до­зре­ва­е­мым. Од­ним сло­вом, ужас, ле­тя­щий на кры­льях но­чи, был по срав­не­нию с Ра­и­сой ан­ге­лом или аму­ром. Итак, со­би­ра­ет­ся моя Свет­ла­на к Ра­еч­ке, дол­го вы­би­ра­ет, что на­деть, со­ве­ту­ет­ся, что ку­пить к чаю и т. д. Я мол­чу, де­лая вид, буд­то ме­ня это со­вер­шен­но не ка­са­ет­ся. На­ко­нец Свет­ка вы­да­ет свое ко­рон­ное: — Ну все, я по­шла. Бу­ду позд­но... — Иди, иди... Сплет­ни­чай... — Зна­ешь, вот да­вай по­спо­рим, что все му­жи­ки сплет­ни­ки. Еще по­хле­ще нас бу­дут! — фыр­ка­ет она. — Вот ес­ли за год ни од­но­го при­ме­ра не най­ду — счи­тай, ты вы­иг­рал. — Я с то­бой иг­рать не бу­ду. Про­сто ес­ли пой­ма­ешь ме­ня на сплетне… — То ты съешь свои та­поч­ки! — не до­слу­шав до кон­ца, на этой оп­ти­ми­сти­че­ской но­те же­на хлоп­ну­ла две­рью. Даль­ней­шие со­бы­тия по­ка­ти­лись как снеж­ный ком с го­ры. В по­не­дель­ник утром на ра­бо­те ме­ня с за­го­вор­щиц­ким ви­дом по­звал в ку­рил­ку со­труд­ник Паш­ка Чи­жов. Во­об­ще-то все зва­ли его Чи­жи­ком — от ста­же­ров до стар­пе­ров — за ве­се­лый нрав, незло­би­вую ма­не­ру всех вы­шу­чи­вать, да и про­сто так. Ро­сту в парне бы­ло ак­ку­рат метр пять­де­сят с конь­ка­ми и шап­кой, гла­за бе­га­ли, точ­но ша­ри­ки рту­ти, да и сам Паш­ка был неуло­вим, как ни­ко­му не нуж-

ный Джо из из­вест­но­го анек­до­та. — Ка­жет­ся, наш Ко­стя влю­бил­ся, — сообщил мне в ку­рил­ке Чи­жик. Здесь необ­хо­ди­мо ма­лень­кое от­ступ­ле­ние. На­ше­го ше­фа все зна­ли в ка­че­стве при­мер­но­го се­мья­ни­на. Так­же зна­ли, что шаш­ней на ра­бо­те луч­ше не за­во­дить — се­бе до­ро­же вый­дет. И вот шеф, по уве­ре­нию Паш­ки, влю­бил­ся. Ну на­до же та­кое при­ду­мать! — Шеф? Брось ты! — от­мах­нул­ся я. — Ври, да знай ме­ру. — Ну на кой ляд мне врать? Вче­ра в кон­це ра­бо­ты Ко­стя ко­му-то зво­нил, узна­вал о здо­ро­вье ка­кой-то Али­сы. — Ма­ло ли Алис в Ки­е­ве? — я да­же рас­сме­ял­ся. Но Паш­ка был се­рье­зен. — Хо­чешь — при­хо­ди в пред­бан­ник (так у нас на­зы­ва­ют ди­рек­тор­скую при­ем­ную), и сам все услы­шишь. «Мы ле­ни­вы и нелю­бо­пыт­ны, нам нет дела до чужой жиз­ни», — я как за­вод­ной по­вто­рял эту фра­зу, из­ме­ряя ша­га­ми офис­ный ко­ри­дор и об­ду­мы­вая ин­фор­ма­цию от Чи­жи­ка. Из за­дум­чи­во­сти ме­ня вы­вел го­лос ше­фа. Обыч­но рез­кий и гро­мо­по­доб­ный, сей­час наш Ко­стя не кри­чал, а вор­ко­вал в труб­ку: — Ну что мне сде­лать? Устал я от ее воплей, а вы­ки­нуть — рука не под­ни­ма­ет­ся. За­па­ла, по­ни­ма­ешь, в ду­шу… Да ма­лень­кая она еще… Мо­ло­дая со­всем. Она ведь хо­ро­шая, доб­рая, ак­ку­рат­ная… Нет-нет, обыч­но все нор­маль­но, но вот ко­гда на нее на­хо­дит — хоть свя­тых вы­но­си! Ну хо­ро­шо, я те­бе пе­ре­зво­ню... Обал­дев, я пе­ре­ва­ри­вал услы­шан­ное. Наш Ко­стя — точ­нее, Кон­стан­тин Ива­но­вич — влю­бил­ся в соп­ляч­ку? Да уж, се­ди­на в бо­ро­ду, бес… в дру­гое ме­сто. Му­жи­ку хо­ро­шо за пол­тин­ник, млад­шая доч­ка у нас ра­бо­та­ет, стар­ший уже сво­их сы­но­вей по го­рам тас­ка­ет — и тут та­кая сен­са­ци­он­ная но­вость. Так и кры­шу со­рвать мож­но! — Слы­шал? — Паш­ка тор­же­ство­вал так, что кос­нись — за­ис­крит. — Влю­бил­ся, я те­бе точ­но го­во­рю! Знать бы, кто она… Имя-то ред­кое — Али­са. — Да уж... Из За­зер­ка­лья? — Нет, — съяз­вил Чи­жик, — из кни­жек Булы­че­ва. Или из Бу­ра­ти­но. Как те­бе шеф в ро­ли ко­та Ба­зи­лио? Ве­че­ром до­ма я невзна­чай об­ро­нил фра­зу на­счет влюб­чи­во­сти неко­то­рых ста­ре­ю­щих муж­чин. Свет­ка мол­ча по­ло­жи­ла вил­ку. — До­ро­гой, ты это к че­му? Ох, как я не люб­лю та­кие ее взгля­ды… Ну про­сто очень не люб­лю.

То, что ска­зал Паш­ка, про­сто не укла­ды­ва­лось в го­ло­ве. На­до же та­кое при­ду­мать. Шеф не мог влю­бить­ся в соп­ляч­ку!

Са­мое смеш­ное, что по­пыт­ки оправ­дать­ся вы­зо­вут об­рат­ный эф­фект — ведь из­вест­но, что труд­нее все­го оправ­ды­вать­ся, ко­гда ни в чем не ви­но­ват. Это по­чти так же труд­но, как от­ве­чать на за­ве­до­мую глу­пость. В об­щем, раз­го­вор за­мял­ся, но в тот ве­чер я несколь­ко раз ло­вил на се­бе стран­ные взгля­ды же­ны. На­зав­тра шеф опять из ку­рил­ки об­щал­ся по те­ле­фо­ну по по­во­ду все той же Али­сы. Ви­ди­мо, ей нездо­ро­ви­лось — и он у ко­го-то ин­те­ре­со­вал­ся, что она ела и как ей спа­лось. Кста­ти, его но­вую сек­ре­тар­шу как раз зва­ли Али­сой. Рыжая, вред­ная и, су­дя по все­му, бе­ше­но тем­пе­ра­мент­ная ба­рыш­ня. Да и го­ло­сом соз­да­тель не оби­дел, ее за­ли­ви­стый смех был слы­шен с дру­го­го кон­ца ко­ри­до­ра. Но се­год­ня Али­сы на ра­бо­те по­че­му-то не на­блю­да­лось. Вы­вод был оче­ви­ден: Али­са дей­стви­тель­но ста­ла фа­во­рит­кой ше­фа. По­хо­же, ни­кто в офи­се не до­га­ды­вал­ся, что про­ис­хо­дит меж­ду ним и сек­ре­тар­шей. Чи­жик от­крыл бы­ло гла­за од­но­му из со­труд­ни­ков, но тот, вник­нув и при­ки­нув хрен к но­су, вы­дал что­то вро­де: «Ему мож­но, он же шеф!» Я не то что­бы спе­ци­аль­но за этим сле­дил, но неволь­но на­блю­дал, ибо все про­ис­хо­ди­ло у ме­ня на гла­зах. Как-то Али­са вы­шла от ше­фа в сле­зах. Паш­ка сде­лал вы­вод: «Пору­га­лись!» Я мол­чал, со­гла­ша­ясь, что он прав. Вско­ре шеф ука­тил в ко­ман­ди­ров­ку, и сек­ре­тар­ша оста­лась в при­ем­ной од­на. И вот тут я услы­шал то, что за­ста­ви­ло ме­ня по­крас­неть и ужас­нуть­ся. Али­са, как все­гда, гром­ко что-то быст­ро го­во­ри­ла в труб­ку. По­том вы­слу­ша­ла от­вет и бро­си­ла: «Али­са ее зо­вут. Рус­ская го­лу­бая. Что? Хо­ро­шо, мы ско­ро к вам подъ­едем». — Кто это тут го­лу­бой? — не удер­жав­шись, ве­се­ло по­ин­те­ре­со­вал­ся я. Но на этот раз ба­рыш­ня бы­ла не на­стро­е­на на шут­ки. — По­ни­ма­ешь, я по­да­ри­ла ше­фу ко­тен­ка, для доч­ки. Про­шло два го­да. Кошка ко­та хо­чет, орет по но­чам. Кон­стан­тин Ива­но­вич и не зна­ет, что де­лать. А я тут че­ло­век не слу­чай­ный, вот и во­жусь с ни­ми… Я мыс­лен­но обо­звал се­бя иди­о­том. Жене эту ис­то­рию, ко­неч­но, не рас­ска­зал. Та­поч­ки — не са­мое вкус­ное блю­до из тех, что готовит моя Свет­ка... А Чи­жи­ку на­до дать по шее.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.