Раз­би­тая на­деж­да

Мне уда­лось вы­яс­нить, кто год на­зад по­хи­тил и убил со­сед­скую де­воч­ку-под­рост­ка

Zhenskiye Istorii - - Содержание: - Ма­рия, 69 лет

Ли­леч­ку я зна­ла с са­мо­го ее рож­де­ния. По­ка она ма­лень­кая бы­ла, Ка­тя ча­сто при­бе­га­ла ко мне за кон­суль­та­ци­ей — рас­спра­ши­ва­ла, как ку­пать, чем при­карм­ли­вать. Оно и по­нят­но: род­ные ба­буш­ки да­ле­ко, а со­сед­ка ря­дом. Ко­гда Ли­ля под­рос­ла, ста­ла ча­сто ко мне в го­сти за­гля­ды­вать. Очень ей нра­ви­лось у ме­ня бы­вать — ча­са­ми мог­ла ста­рин­ные без­де­луш­ки рас­смат­ри­вать. Сколь­ко я их дев­чуш­ке пе­ре­да­ри­ла, уже и не вспом­ню... Ли­лю родители пра­виль­но вос­пи­ты­ва­ли, так что са­ма она ни­ко­гда по­дар­ков не клян­чи­ла, но ес­ли их по­лу­ча­ла, то ра­до­сти не скры­ва­ла. Да­же ли­чи­ко све­ти­лось... Хорошая де­воч­ка бы­ла. И учи­лась хо­ро­шо. Гос­по­ди, как страш­но го­во­рить о ней в про­шед­шем вре­ме­ни! Как неспра­вед­ли­во жизнь устро­е­на — я в свои шесть­де­сят де­вять еще небо коп­чу, а Ли­леч­ка… Бы­ло око­ло семи ве­че­ра, ко­гда в дверь по­зво­ни­ли. На по­ро­ге — Ка­тю­ша. Ли­цо встре­во­жен­ное, го­лос дро­жит: — Ма­рия Ни­ко­ла­ев­на, Ли­ля не у вас? — Нет. А что слу­чи­лось-то? — Да вот при­шли с ра­бо­ты, а ее нет… — Мо­жет, ре­ши­ла по­гу­лять и с по­друж­ка­ми за­иг­ра­лась, — пред­по­ло­жи­ла я — Ты ее од­но­класс­ниц об­зво­ни­ла? Но Ка­тя не от­ве­ти­ла — умча­лась. Я ви­де­ла в ок­но, как они с му­жем бе­га­ли по дво­ру и кри­ча­ли: «Ли­ля! Ли­леч­ка!» Хо­те­ла то­же спу­стить­ся на ули­цу, но вдруг ста­ло пло­хо с серд­цем. Да так,

что при­шлось вы­зы­вать «ско­рую». — Пе­ре­вол­но­ва­лись, на­вер­ное? — спро­си­ла док­тор­ша. — Да, — при­зна­лась я, — из-за со­сед­ской де­воч­ки. За­гу­ля­ла где-то... — А сколь­ко ей лет? — Три­на­дцать. — Слож­ный воз­раст… — вра­чи­ха по­ка­ча­ла го­ло­вой, — у ме­ня доч­ка та­кая же. Не пе­ре­жи­вай­те, на­гу­ля­ет­ся и при­дет. На­вер­ное, врач «ско­рой» уко­ло­ла мне не толь­ко сер­деч­ное, но и сно­твор­ное, по­то­му что я вско­ре по­сле ее ухо­да усну­ла. Да так креп­ко, что просну­лась толь­ко утром. И пер­вая мысль — как там Ли­леч­ка? На­ки­ну­ла на пле­чи шаль и вы­шла на лест­нич­ную пло­щад­ку. По­сто­я­ла немно­го пе­ред со­сед­ской две­рью, но по­зво­нить так и не ре­ши­лась. Спу­сти­лась во двор. А там пу­сто — да­же рас­спро­сить неко­го. Села на ска­мей­ку и ста­ла ждать, авось кто-то из мест­ных ку­му­шек вый­дет. Два ча­са про­си­де­ла, но так ни­ко­го и не до­жда­лась. Под­няв­шись к нам на этаж, пе­ре­си­ли­ла все же се­бя, по­зво­ни­ла в квар­ти­ру Ло­ба­но­вых. Но ни­кто не от­крыл, и это ме­ня успо­ко­и­ло. «Ли­леч­ка, на­вер­ное, в шко­ле, а Ка­тя с Ле­ней на ра­бо­те, — ре­ши­ла я. — Вряд ли они ушли бы из до­му, ес­ли бы…» — до­ду­мы­вать фра­зу до кон­ца по­бо­я­лась, ведь каж­до­му из­вест­но, что мыс­ли ма­те­ри­аль­ны. В пять ча­сов в дверь по­зво­ни­ли. Ме­ня как толк­ну­ло что-то: «Ли­леч­ка!» От­кры­ваю, а на по­ро­ге па­рень, су­ет мне под нос рас­кры­тую «ко­роч­ку»: — Стар­ший лей­те­нант Лит­ви­нов, уго­лов­ный ро­зыск. У ме­ня но­ги под­ко­си­лись. — Вы, на­вер­ное, по по­во­ду Ли­леч­ки? — Да, мне ска­за­ли, что вы дру­жи­ли... Де­воч­ка ведь ча­сто к вам за­хо­ди­ла? Вот

Я на­де­я­лась, что это при­шла Ли­леч­ка, од­на­ко уви­де­ла на по­ро­ге мо­ло­до­го пар­ня. Он по­ка­зал мне удо­сто­ве­ре­ние

я и хо­тел бы рас­спро­сить, что у нее за характер был, ка­кие на­клон­но­сти... — Я же про­сто со­сед­ка, — го­во­рю, — ее родители лучше все рас­ска­жут. — Мать Ли­ли еще утром в боль­ни­цу за­бра­ли, а с от­цом я про­бо­вал по­бе­се­до­вать, но он невме­ня­ем, плачет... Рас­ска­за­ла я ми­ли­ци­о­не­ру все, что зна­ла о Ли­лии. Па­рень вни­ма­тель­но слу­шал, чер­кал что-то в сво­ем блок­но­те и из­ред­ка за­да­вал мне во­про­сы: — А с кем она во дво­ре дру­жи­ла? А лю­би­ла ли по­лу­чать по­дар­ки? — Очень лю­би­ла, — при­зна­лась я, — лю­бой ме­ло­чи ра­до­ва­лась. Не по­ду­май­те, что родители ее в чер­ном те­ле дер­жа­ли, — все необ­хо­ди­мое по­ку­па­ли. Но она обо­жа­ла «ненуж­ные» по­да­роч­ки — без­де­луш­ки вся­кие. — А вы ей что-ни­будь да­ри­ли? — Да. От­крыт­ки, елоч­ные иг­руш­ки из па­пье-ма­ше, ста­ту­эт­ки. А на прошлой неделе по­да­ри­ла брош­ку свою ста­рую. Ко­пе­еч­ную, мед­ную, со стек­ляш­ка­ми. Там еще за­мо­чек был сло­ман... — Спа­си­бо вам, — ска­зал па­рень. — Ес­ли вспом­ни­те что-то еще — по­зво­ни­те, — он про­тя­нул мне кар­точ­ку. — Вы най­де­те Ли­леч­ку? — спро­си­ла я. — Сде­ла­ем все воз­мож­ное… — Ду­ма­е­те, она жи­ва? Лей­те­нант не стал ме­ня успо­ка­и­вать, лишь по­жал пле­ча­ми и по­спе­шил уй­ти, а я сно­ва, в ко­то­рый раз за по­след­ние сут­ки, по­лез­ла в ап­теч­ку за ле­кар­ством. Про­шла неде­ля, вто­рая, тре­тья… Ли­леч­ка так и не на­шлась. Ка­тю­ша ле­жа­ла в пси­хи­ат­ри­че­ской кли­ни­ке, Лео­ни­да я ино­гда встре­ча­ла во дво­ре или в подъ­ез­де. С по­чер­нев­шим от го­ря ли­цом он то­роп­ли­во про­бе­гал ми­мо, слов­но бо­ял­ся, что нач­ну му­чить рас­спро­са­ми. По­чти каж­дый день с экра­на те­ле­ви­зо­ра в про­грам­ме «Служ­ба ро­зыс­ка де­тей» смот­ре­ло на ме­ня Ли­ли­но ли­чи­ко, и го­лос дик­то­ра за кад­ром по­яс­нял: «Ушла из до­ма и не вер­ну­лась… Бы­ла оде­та… Все, кто ви­дел де­воч­ку, зво­ни­те…» С каж­дым днем та­я­ла на­деж­да, что Ли­ля жи­ва. Из-за тон­кой пе­ре­го­род­ки, раз­де­ля­ю­щей мою квар­ти­ру и квар­ти­ру Ло­ба­но­вых, ча­сто слы­шал­ся плач. Зна­е­те, это очень страш­но — ко­гда плачет мо­ло­дой силь­ный муж­чи­на. Я бес­силь­на бы­ла помочь Лео­ни­ду, по­это­му вся­че­ски пря­та­лась от его безыс­ход­но­го го­ря — оде­ва­лась и вы­хо­ди­ла во двор. Са­ди­лась на ска­ме­еч­ку и ста­ра­лась от­влечь­ся. Од­на­ж­ды ко мне под­сел со­сед с пя­то­го эта­жа. Этот муж­чи­на пе­ре­ехал в наш дом все­го два го­да на­зад и жил один. Он был стран­ным — очень нелю­ди­мым, угрю­мым. Соб­ствен­но, я да­же име­ни его не зна­ла, по­это­му бы­ла удив­ле­на тем, что он сел ря­дом со мной и пер­вым за­вел раз­го­вор. — Убий­цу не най­дут, — ска­зал убеж­ден­но, ко­вы­ряя зем­лю нос­ком бо­тин­ка. — Ка­ко­го убий­цу? — вздрог­ну­ла я. — Этой про­пав­шей де­воч­ки. Не знаю, как ее зва­ли… — от­ве­тил муж­чи­на. — Ее зо­вут Ли­ля. И еще ни­че­го не из­вест­но! По край­ней ме­ре родители до сих пор ве­рят, что их доч­ка жи­ва.

Этот муж­чи­на пе­ре­ехал в наш дом два го­да на­зад и жил один. Он во­об­ще был очень стран­ным, нелю­ди­мым...

— А ес­ли бы вы бы­ли на ме­сте ма­те­ри, то хо­те­ли бы узнать правду? Или пред­по­чли оста­вать­ся в неве­де­нии? — Ти­пун вам на язык. Не дай Бог ко­му­ни­будь ока­зать­ся на Ка­ти­ном ме­сте. — И все-та­ки? От­веть­те! — На­вер­ное, все-та­ки пред­по­чла бы на­де­ять­ся, — го­рест­но вздох­ну­ла я. — А я — знать правду, — воз­ра­зил муж­чи­на. — Так го­раз­до лучше и про­ще. — У вас есть де­ти? — Нет, я жи­ву один. «По­это­му мно­го­го про­сто не по­ни­ма­ет, — по­ду­ма­ла я, — тем бо­лее что еще так мо­лод», — а вслух по­ин­те­ре­со­ва­лась: — Сколь­ко вам лет? — Вось­мо­го мая ис­пол­ни­лось трид­цать. А что? Я сно­ва вздрог­ну­ла: имен­но в тот день Ли­леч­ка исчезла. — По-мо­е­му, имен­но в этот день про­па­ла де­воч­ка? — озву­чил мои мыс­ли со­сед. — Я ви­дел, как родители ис­ка­ли ее во дво­ре, слы­шал, как по­том пла­ка­ла ее мать. Они как раз по­до мной жи­вут. — У вас — про­сти­те, не знаю ва­ше­го име­ни… — на­ча­ла я. — Кон­стан­тин. — У вас, Ко­стя, на­вер­ное, то­гда был ис­пор­чен празд­ник? Не­лег­ко ве­се­лить­ся с дру­зья­ми, ко­гда за стеной пла­чут. — У ме­ня нет дру­зей. Я все­гда от­ме­чаю свой день рож­де­ния в оди­ноч­ку. — Так вас и не по­здра­вил ни­кто? — по­жа­ле­ла со­се­да. — Ведь та­кая да­та... — Я сам се­бя по­здра­вил и сам сде­лал се­бе по­да­рок. Из­ви­ни­те, мне пора, — с эти­ми сло­ва­ми па­рень под­нял­ся и то­роп­ли­во по­шел в подъ­езд.

Про­шел год. Ли­леч­ку так и не е на­шли — ни жи­вую, ни мерт­вую. Ка­тя я долго ле­жа­ла в боль­ни­це, а ко­гда ее е вы­пи­са­ли, Ло­ба­но­вы про­да­ли жи­лье е в на­шем до­ме и ку­да-то уеха­ли. Я до- га­ды­ва­юсь, по­че­му они так по­сту­пи­ли и — все здесь на­по­ми­на­ло о до­че­ри. В их х квар­ти­ру все­ли­лась по­жи­лая без­дет­ная я па­ра, и жиль­цы до­ма, за­ня­тые на­сущ- ны­ми про­бле­ма­ми, уже по­чти не вспо- ми­на­ли о про­пав­шей де­воч­ке. Толь­ко я все это вре­мя мо­ли­лась, что­бы она ока- за­лась жи­ва... Я все­гда от­ме­чаю День По­бе­ды с остав­ши­ми­ся в жи­вых по­дру­га­ми. Толь­ко один раз про­пу­сти­ла — в тот год, ко­гда про­па­ла Ли­ля. А на сле­ду­ю­щий все же ре­ши­ла от­ме­тить. На­ка­нуне праздника по­шла в ма­га­зин, что­бы ку­пить бу­тыл­ку ви­на и что-ни­будь к сто­лу. И воз­ле кас­сы столк­ну­лась с со­се­дом — тем са­мым Кон­стан­ти­ном с пя­то­го эта­жа. Он со мной не по­здо­ро­вал­ся: то ли не узнал, то ли сде­лал вид. Я на­пра­ши­вать­ся на

Воз­ле кас­сы я столк­ну­лась с со­се­дом – тем са­мым Ко­стей с пя­то­го эта­жа. Но он со мной не по­здо­ро­вал­ся

об­ще­ние не при­вык­ла, при­ки­ну­лась, что не за­ме­ти­ла его. И толь­ко ко­гда он вы­шел из ма­га­зи­на, вспом­ни­ла: да ведь се­год­ня же у пар­ня день рож­де­ния! И Ко­сти­ны сло­ва о том, что у него дру­зей нет и ни­кто его ни­ко­гда не по­здрав­ля­ет, то­же вспом­ни­ла. Вер­ну­лась в тор­го­вый зал, до­ку­пи­ла все, что нуж­но для пи­ро­га. А еще — от­крыт­ку кра­си­вую. До­ма ис­пек­ла шар­лот­ку, от­крыт­ку под­пи­са­ла и по­шла к со­се­ду — по­здрав­лять. Кон­стан­тин от­крыл не сра­зу, и на ли­це его бы­ло на­пи­са­но не столь­ко удив­ле­ние, сколь­ко рас­те­рян­ность. — С днем рож­де­ния, Ко­стя! — улыб­ну­лась я и про­тя­ну­ла ему пи­рог. Мне сна­ча­ла по­ка­за­лось, что он сей­час пе­ред мо­им но­сом дверь за­хлоп­нет, но нет. По­сто­ро­нил­ся: «Про­хо­ди­те…» Я и про­шла. Хо­зя­ин блю­до с шар­лот­кой на стол по­ста­вил, ме­ня на стул уса­дил, сам на­про­тив сел. Си­дим — мол­чим. «Некста­ти при­шла, — ду­маю. — Не рад он мне. Нуж­но ухо­дить…» Толь­ко со­бра­лась про­щать­ся, как па­рень го­во­рит: — Спа­си­бо, что за­шли по­здра­вить. По­до­жди­те немно­го, сей­час чай при­го­тов­лю, — и ушел на кух­ню, а я от нече­го де­лать ста­ла осмат­ри­вать­ся. В ком­на­те — чи­сто, но убо­го, слов­но в ка­зар­ме. Кро­вать, за­сте­лен­ная про­стым оде­я­лом, стол и два сту­ла — вот и вся об­ста­нов­ка. Сте­ны го­лые — ни фо­то­гра­фии, ни кар­ти­ны, ни ка­лен­да­ря. Книг то­же не вид­но. Толь­ко на под­окон­ни­ке ка­кая-то кар­тон­ная ко­роб­ка сто­ит — из-под обу­ви, что ли... Ни­ко­гда не бы­ла осо­бо лю­бо­пыт­ной, да и чу­жих ве­щей не тро­га­ла, а тут ме­ня слов­но кто под ру­ку толк­нул! Вста­ла, по­до­шла к ок­ну (вро­де как хо­те­ла на ули­цу вы­гля­нуть) и неза­мет­но крыш­ку ко­роб­ки при­от­кры­ла. На се­кун­ду бук­валь­но, но и это­го ока­за­лось до­ста­точ­но, что­бы чуть в об­мо­рок не упасть... На ват­ных ногах вер­ну­лась к сто­лу, толь­ко успе­ла сесть, как па­рень с дву­мя чаш­ка­ми в ком­на­ту во­шел: — Что-то вы по­блед­не­ли. — Душ­но тут, серд­це при­хва­ти­ло... — от­ве­чаю, а ру­ки под стол пря­чу, что­бы со­сед не уви­дел, как они дро­жат. — Вы из­ви­ни­те, но я лучше до­мой пой­ду, ка­пель вы­пью и при­ля­гу... Шла к две­ри, как при­го­во­рен­ный на пла­ху, — все жда­ла, что он ме­ня сей­час сза­ди по го­ло­ве стук­нет. Про­нес­ло... Са­дясь в лифт, да­же отыс­ка­ла в се­бе си­лы вы­му­чить улыб­ку. Спу­стив­шись к се­бе, за­кры­лась на все зам­ки, вы­пи­ла ле­кар­ство, а по­том ста­ла су­до­рож­но рыть­ся в сто­ле — ис­ка­ла кар­точ­ку, ко­то­рую мне в про­шлом го­ду лей­те­нант дал. На­шла, сла­ва Бо­гу... Кон­стан­ти­на за­дер­жа­ли в тот же день — я ви­де­ла из ок­на, как его в на­руч­ни­ках к ми­ли­цей­ской ма­шине ве­дут. А Лит­ви­нов (он уже не лей­те­нан­том, а ка­пи­та­ном был) на сле­ду­ю­щий день спе­ци­аль­но за­ехал ко мне — по­бла­го­да­рить за по­мощь в по­им­ке Ли­леч­ки­но­го убий­цы. — Ес­ли бы вы к нему в го­сти не на­про­си­лись и не до­га­да­лись в ко­роб­ку за­гля­нуть, неиз­вест­но, сколь­ко еще этот ма­ньяк на сво­бо­де хо­дил бы, — ска­зал он на про­ща­ние. — Я хо­те­ла узнать… Кро­ме по­да­рен­ной мной брош­ки, в ко­роб­ке ле­жа­ло еще несколь­ко пред­ме­тов: пу­го­ви­ца, за­кол­ка, се­реж­ка… Это… — Да. Он у каж­дой жерт­вы брал что­ни­будь на па­мять. Ваш быв­ший со­сед — очень хитрый и осто­рож­ный пре­ступ­ник, сле­ды все­гда за­ме­тал очень тща­тель­но. Так что еще раз боль­шое вам спа­си­бо. — Вы ска­за­ли, быв­ший со­сед? — Ну да. Ведь этот нелюдь уже при­знал­ся в ше­сти убий­ствах, так что ему све­тит по­жиз­нен­ное за­клю­че­ние.

Вы­хо­ди­ла из квар­ти­ры я на ват­ных ногах. Бо­я­лась, что этот мер­за­вец сей­час по го­ло­ве стук­нет. Про­нес­ло...

— Ска­жи­те, а вы со­об­щи­те ро­ди­те­лям Ли­леч­ки о том, что убий­ца их доч­ки пой­ман? — спро­си­ла я, ко­гда ка­пи­тан уже был в две­рях. Он обер­нул­ся, вздох­нул и ска­зал, не гля­дя на ме­ня: — Обя­зан! Но будь моя во­ля… Ведь все­гда лег­че жить, ко­гда оста­ет­ся хоть чуть-чуть на­деж­ды!

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.