«На­род­ные ар­тист­ки на до­ро­ге не ва­ля­ют­ся»,

ALEF - - ВЗГЛЯД -

Жизнь сбу­дет­ся, сто­ит толь­ко рас­хо­теть.

Фа­и­на Ра­нев­ская

Так на­зы­вал­ся спек­такль Те­ат­ра им. Мос­со­ве­та по сце­на­рию аме­ри­кан­ской пи­са­тель­ни­цы Ви­ньи Дель­мар. Он шел на сцене про­слав­лен­но­го те­ат­ра по­чти три­на­дцать лет. Дей­ствие про­ис­хо­ди­ло в Ка­ли­фор­нии, но мог­ло про­ис­хо­дить в лю­бой точ­ке зем­но­го ша­ра. Сю­жет пье­сы был прост как два­жды два, но по­тря­сал зри­те­ля как Ниа­гар­ский во­до­пад — каж­дый на­де­ял­ся, что с ним это ни­ко­гда не слу­чит­ся. Хо­тя это мо­жет слу­чить­ся с каж­дым.

Ста­ри­ки Лю­си и Барк­лай Ку­пе­ры долж­ны от­дать дом бан­ку, по­то­му что не в со­сто­я­нии пла­тить за него. Де­ти пла­тить за ро­ди­те­лей не хо­тят. От­ца за­би­ра­ет дочь, но для ма­те­ри у нее не на­хо­дит­ся ме­ста «ни под лест­ни­цей, ни в чу­лане». Ее от­прав­ля­ют в при­ют для пре­ста­ре­лых. Но она про­сит не рас­ска­зы­вать об этом му­жу, с ко­то­рым про­жи­ла пять­де­сят лет. Фи­нал — про­ща­ние на вок­за­ле, объ­я­тия Лю­си, сле­зы Барк­лая, и го­лос за сце­ной: «А даль­ше — ти­ши­на…»

Спек­такль шел до тех пор, по­ка ис­пол­ни­тель­ни­це глав­ной ро­ли Фа­ине Ра­нев­ской хва­та­ло сил иг­рать эту роль, то есть до осе­ни 1982 го­да. 24 ок­тяб­ря она вы­шла на сце­ну в по­след­ний раз. Ей бы­ло 86 лет. Ее не ме­нее про­слав­лен­но­му парт­не­ру Ро­сти­сла­ву Плят­ту — 74. Они не при­ме­ри­ва­ли на се­бя судь­бы сво­их ге­ро­ев, в этом смыс­ле у них все бы­ло в по­ряд­ке. Но в пред­ла­га­е­мых об­сто­я­тель­ствах два ве­ли­ких ак­те­ра иг­ра­ли так, как буд­то они иг­ра­ют са­мих се­бя. С ге­ро­я­ми сбли­жа­ли ста­рость и… «ти­ши­на».

Подыс­кать парт­нер­шу ис­пол­ни­те­лю глав­ной ро­ли Ро­сти­сла­ву Плят­ту бы­ло невоз­мож­но. Да и не нуж­но. И глав­ный ре­жис­сер Па­вел Хом­ский это пре­крас­но по­ни­мал. Из­вест­ная фор­му­ла «неза­ме­ни­мых нет» в этом слу­чае не ра­бо­та­ла. Спек­такль со­шел со сце­ны и пре­вра­тил­ся в спек­такль-ле­ген­ду.

Фа­и­на Ра­нев­ская ушла в «ти­ши­ну» в 1984 го­ду. Ро­сти­слав Плятт — в 1989. И ста­ли ле­ген­дой, как и спек­такль, в ко­то­ром они иг­ра­ли.

Яб­ло­ко от яб­ло­ни

…в слу­чае с Ра­нев­ской опро­верг­ло эту рас­хо­жую ис­ти­ну. И упа­ло в та­кие да­ли, за­ка­ти­лось в та­кие вы­си, о ко­то­рых ро­ди­те­ли — вла­де­лец та­ган­рог­ской фаб­ри­ки кра­сок, несколь­ких до­мов и т.д., и т.п. Гирш Фельд­ман и его же­на Мил­ка — да­же пред­ста­вить се­бе не мог­ли в са­мых ро­зо­вых снах. Их лю­би­мая Фа­неч­ка, как и де­ти дру­гих за­жи­точ­ных та­ган­рог­ских ев­ре­ев, обу­ча­лась в мест­ной гим­на­зии му­зы­ке, пе­нию, ли­те­ра­ту­ре, ко­неч­но же ино­стран­ным язы­кам и про­чим пре­муд­ро­стям, и что из все­го это­го вы­шло? В от­ро­че­стве увлек­лась те­ат­ром, в юно­сти по­ки­ну­ла от­чий дом и устре­ми­лась в боль­шой го­род, где опас­но­сти под­сте­ре­га­ли де­ви­цу на каж­дом ша­гу. И ни на уго­во­ры от­ца, ни на сле­зы ма­те­ри не под­да­лась. Ха­рак­тер! Ну а там пошло и по­еха­ло. По­зна­ко­ми­лась с по­эта­ми Цве­та­е­вой, Ман­дель­шта­мом и Ма­я­ков­ским. Поз­же с Ах­ма­то­вой, друж­ба с ко­то­рой про­дол­жа­лась всю жизнь. И влю­би­лась в са­мо­го Ка­ча­ло­ва. Но не сло­жи­лось.

А по­том бы­ла ак­тер­ская бир­жа, пер­вый вы­ход на сце­ну в Кер­чи. Пер­вые неуда­чи и разо­ча­ро­ва­ния и пер­вый успех в мос­ков­ском «Те­ат­ре ак­те­ра». Вот то­гда и по­чув­ство­ва­ла се­бя на­сто­я­щей ак­три­сой.

По­сле Ок­тяб­ря 1917-го объ­е­ха­ла всю Рос­сию — от Малаховки до Ста­лин­гра­да. По­ка не осе­ла в Москве, в ко­то­рой сме­ни­ла око­ло де­ся­ти те­ат­ров — иг­ра­ла, по­ка не об­ре­ла се­бя в Те­ат­ре им. Мос­со­ве­та, из ко­то­ро­го од­на­ж­ды ушла в Те­атр им. А.С. Пуш­ки­на, но за­тем вер­ну­лась на став­шую род­ной сце­ну.

В 1934 го­ду де­бю­ти­ро­ва­ла в ки­но в филь­ме Ми­ха­и­ла Ром­ма «Пыш­ка». Сыг­ра­ла так, что при­гла­ше­ния ста­ли сы­пать­ся со всех сто­рон. Но взя­ла тайм-аут и толь­ко в 1939 го­ду вер­ну­лась в ки­но — од­но­вре­мен­но сня­лась в трех кар­ти­нах: «Че­ло­век в фу­тля­ре», «Ошиб­ка ин­же­не­ра Ко­чи­на» и «Под­ки­дыш».

По­сле «Под­ки­ды­ша» ста­ла зна­ме­ни­той на весь Со­вет­ский Со­юз — кто толь­ко не по­вто­рял: «Му­ля, не нер­ви­руй ме­ня!»

Она сни­ма­лась в ос­нов­ном в эпи­зо­ди­че­ских ро­лях, но мно­гие зри­те­ли хо­ди­ли на кар­ти­ны, в ко­то­рых она иг­ра­ла, за­ча­стую ра­ди нее од­ной. Как, впро­чем, и в те­атр. Ко­гда в «Мос­со­ве­те» по­ста­ви­ли за­уряд­ную пье­су за­уряд­но­го со­вет­ско­го дра­ма­тур­га Билль-Бе­ло­цер­ков­ско­го «Шторм», на спек­такль хо­ди­ли ра­ди Мань­ки-спе­ку­лянт­ки, в кро­шеч­ной ро­ли ко­то­рой бли­ста­ла Ра­нев­ская (она са­ма с раз­ре­ше­ния ав­то­ра со­чи­ни­ла текст). Это был спек­такль в спек­так­ле. По­сле то­го как она по­ки­да­ла сце­ну, зри­те­ли по­ки­да­ли те­атр. Завадский эпи­зод снял*, но со­хра­ни­лась (к счастью) те­ле­ви­зи­он­ная за­пись это­го фраг­мен­та.

За свою дол­гую твор­че­скую жизнь (чуть ли не 70 лет!) она пе­ре­иг­ра­ла бо­лее сот­ни ро­лей. Ей бы­ло под­власт­но все — ко­ми­че­ское и тра­ги­че­ское, смеш­ное и пе­чаль­ное, тро­га­тель­ное и от­тал­ки­ва­ю­щее.

И в фи­на­ле сыг­ра­ла в спек­так­ле «Даль­ше — ти­ши­на».

«Даль­ше — ти­ши­на»

В 1980-х в Москве бы­ло все­го три те­ат­ра, в ко­то­рые ни на один спек­такль нель­зя бы­ло до­стать би­лет: Те­атр на Та­ган­ке, «Со­вре­мен­ник» и Те­атр Са­ти­ры. На всех спек­так­лях был ан­шлаг, будь это «Мать» по Горь­ко­му на Та­ган­ке, «Боль­ше­ви­ки» по Зо­ри­ну в «Со­вре­мен­ни­ке» или да­же за­уряд­ный «Чу­дак» по пье­се Н. Хик­ме­та в Са­ти-

Фа­и­на Ра­нев­ская и Ро­сти­слав Плятт в

спек­так­ле «Даль­ше — ти­ши­на»

Newspapers in Russian

Newspapers from USA

© PressReader. All rights reserved.