Ave Майя!

2 мая ис­пол­нил­ся год, как с на­ми нет ве­ли­кой ба­ле­ри­ны

ALEF - - ЛЕГЕНДЫ XX ВЕКА - Дмит­рий МЕЛЬМАН, Рос­сия

Когда речь за­хо­ди­ла о ней, все эпи­те­ты ка­за­лись ни­чтож­ны­ми. И без то­го по­нят­но, что уни­каль­ная, что ве­ли­кая, что ле­ген­да. Смерть в этом смыс­ле ни­че­го не из­ме­ни­ла. Пли­сец­кая не из тех, ко­го оце­нят « по­сле » , ею вос­хи­ща­лись все­гда. По­че­му же то­гда Майя Ми­хай­лов­на так ча­сто по­вто­ря­ла: « Всю жизнь бо­рюсь » ? И что оста­лось за кад­ром этой бли­ста­тель­ной судь­бы?

« Я тан­це­ва­ла для ти­ра­на »

А борь­ба на­ча­лась с са­мо­го на­ча­ла. В 1938 го­ду Майя фак­ти­че­ски ста­ла си­ро­той: от­ца ис­клю­чи­ли из пар­тии и рас­стре­ля­ли; мать с груд­ным мла­ден­цем на ру­ках со­сла­ли в Ка­зах­стан, в ла­герь жен из­мен­ни­ков ро­ди­ны. От дет­до­ма 12- лет­нюю Майю спас­ла те­тя — ба­ле­ри­на, со­лист­ка Боль­шо­го те­ат­ра Су­ла­мифь Мес­се­рер. Она удо­че­ри­ла пле­мян­ни­цу, опре­де­ли­ла ей жиз­нен­ный путь. И, с од­ной сто­ро­ны, Пли­сец­кая бы­ла бла­го­дар­на те­те. Но с дру­гой — « . .. в рас­пла­ту за доб­ро каж­дый день, каж­дый день она боль­но уни­жа­ла ме­ня... »

Да, даль­ше был успех. В 1943 го­ду, когда ос­нов­ная мас­са ар­ти­стов на­хо­ди­лась в эва­ку­а­ции, ее за­чис­ли­ли в труп­пу Боль­шо­го те­ат­ра. Не за­ме­тить та­лант юной ба­ле­ри­ны бы­ло невоз- мож­но. Прыж­ки, в ко­то­рых на мгно­ве­ние она за­ви­са­ла в воз­ду­хе, необык­но­вен­ную вы­ра­зи­тель­ность, страст­ность, ди­на­ми­ку тан­ца... Вско­ре по­шли и глав­ные пар­тии — в « Спя­щей кра­са­ви­це » , в « Дон Ки­хо­те » ; в Боль­шой уже ста­ли хо­дить спе­ци­аль­но « на Пли­сец­кую » . ..

Од­на­ко то вре­мя Майя Ми­хай­лов­на вспо­ми­на­ет вполне од­но­знач­но: « Эра Сталина от­ня­ла у ме­ня от­ца. А я тан­це­ва­ла для ти­ра­на не­сколь­ко раз. Он та­ра­щил на ме­ня свои жел­тые вол­чьи гла­за из- за пир­ше­ско­го сто­ла на сво­ем 70- ле­тии в Крем­ле. « Ле­бе­ди­ным озе­ром » 27 фев­ра­ля 1953 го­да спро­ва­ди­ла я в гроб Ио­си­фа Вис­са­ри­о­но­ви­ча » .

Это вре­мя ее сфор­ми­ро­ва­ло: как че­ло­ве­ка, как лич­ность, как бор­ца...

Пли­сец­кая и Кен­не­ди

Лич­ная жизнь Пли­сец­кой на пер­вый взгляд скуч­на в сво­ем од­но­об­ра­зии — всю жизнь с од­ним му­жем. Прав­да, кто- то го­во­рит о люб­ве­обиль­но­сти ба­ле­ри­ны, о ее мно­го­чис­лен­ных ро­ма­нах: мол, Щед­рин на все за­кры­вал гла­за. Так зем­ля все­гда пол­нит­ся слу­ха­ми. Од­на­ко о сим­па­тии ( и да­же вза­им­ной) зна­ме­ни­то­го Ро­бер­та Кен­не­ди из­вест­но до­под­лин­но.

В 1962 го­ду Боль­шой театр га­стро­ли­ро­вал в Аме­ри­ке. По слу­чаю при­ез­да в со­вет­ском по­соль­стве был уст­ро- ен при­ем — там они и по­зна­ко­ми­лись. Вы­яс­ни­ли, что ро­ди­лись в один день — 20 но­яб­ря 1925 го­да. С тех пор в день рож­де­ния Пли­сец­кую то и де­ло под­жи­да­ли неожи­дан­ные сюр­при­зы. То в го­сти­нич­ный но­мер по­сыль­ный при­но­сил ей бу­кет бе­лых роз, то ящик ви­на, то эле­гант­ную ко­ро­боч­ку с зо­ло­тым брас­ле­том. Да­же че­рез Ана­ста­са Ми­ко­я­на, зам­пре­да Со­ве­та ми­ни­стров СССР, Кен­не­ди од­на­жды пе­ре­дал ба­ле­рине ис­кус­но вы­пол­нен­ные фар­фо­ро­вые гвоз­ди­ки. А по­том и по­зво­нил...

« Уже ста­ло тра­ди­ци­ей, что Ро­берт Кен­не­ди и я ста­ра­лись бли­же к этой да­те най­ти ока­зию, что­бы по­здра­вить друг дру­га » , — при­зна­ва­лась как- то Майя Ми­хай­лов­на. Во вре­мя ред­ких встреч они об­ни­ма­лись и рас­це­ло­вы­ва­лись как ста­рые доб­рые дру­зья. В один из при­ез­дов Кен­не­ди по­вел ее осмат­ри­вать Нью- Йорк. Ба­ле­рине на­ме­ка­ли, что Ро­берт слы­вет за­яд­лым ло­ве­ла­сом, но она не при­да­ва­ла это­му зна­че­ния. « Что это бы­ло? — рас­суж­да­ла она мно­го лет спу­стя. — Флирт не флирт, иг­ра не иг­ра... Что- то нас вза­им­но влек­ло друг к дру­гу. Мы бы­ли друг дру­гу ин­те­рес­ны » .

В 1968- м они долж­ны бы­ли уви­деть­ся сно­ва: Боль­шой в оче­ред­ной раз при­е­хал в Нью- Йорк. Ро­берт по­зво­нил Майе, из­ви­нил­ся, что не мо­жет встре­тить лич­но из- за пред­вы­бор­ной по­езд­ки, про­сил оста­вить для него ве­чер 11 июня... А 5- го в Ка­ли­фор­нии его за­стре­ли­ли. Днем поз­же во вре­мя кон­цер­та в Мет­ро­по­ли­тен- опе­ре зри­те­лям бы­ло объ­яв­ле­но: « В знак тра­у­ра по Ро­бер­ту Кен­не­ди Майя Пли­сец­кая стан­цу­ет “Уми­ра­ю­ще­го ле­бе­дя” » . Зал встал...

« Я — май­я­ман! »

Впер­вые Ро­ди­он Щед­рин и Майя Пли­сец­кая встре­ти­лись на при­е­ме зна­ме­ни­то­го фран­цуз­ско­го актера Же­ра­ра Фи­ли­па. На мо­ло­до­го ком­по­зи­то­ра ( ему то­гда ед­ва стук­ну­ло 25) ба­ле­ри­на про­из­ве­ла неиз­гла­ди­мое впе­чат­ле­ние — ры­жая, зе­ле­но­гла­зая, строй­ная, как тро­стин­ка... Его со­вер­шен­но не сму­ти­ла раз­ни­ца в воз­расте — Майя бы­ла стар­ше на семь лет.

Щед­ри­ну как об­ла­да­те­лю соб­ствен­но­го ав­то вы­па­ла обя­зан­ность раз­вез­ти по­чет­ных го­стей по до­мам. Ра­зу­ме­ет­ся, свой марш­рут Ро­ди­он со­ста­вил та­ким об­ра­зом, что­бы вез­ти Майю по­след­ней...

Окон­ча­тель­но Щед­рин влю­бил­ся, когда ста­вил ба­лет « Ко­нек- Гор­бу­нок » в Боль­шом те­ат­ре. То­гда впер­вые он уви­дел Пли­сец­кую на ре­пе­ти­ции в ба­лет­ном за­ле. « Она бы­ла в эф­фект­ном ку­паль­ни­ке, — вспо­ми­нал Ро­ди­он Кон­стан­ти­но­вич. — То­гда та­ких еще ни­кто не но­сил. Я, как те­перь мод­но го­во­рить, за­пал окон­ча­тель­но! »

По­том бы­ли сов­мест­ный от­дых в Сор­та­ва­ле ( До­ме твор­че­ства ком­по­зи­то­ров), по­езд­ка на ма­шине в Со­чи. Из- за то­го, что Ро­ди­он и Майя не бы­ли же­на­ты, их от­ка­зы­ва­лись се­лить вме­сте в го­сти­ни­цах, по­это­му но­че­вать за­ча­стую при­хо­ди­лось в ав­то. По при­ез­де в Моск­ву 2 ок­тяб­ря 1958 го­да Пли­сец­кая и Щед­рин по­же­ни­лись.

Сво­ей му­зе и жене Ро­ди­он Кон­стан­ти­но­вич по­свя­тил мно­же­ство ба­ле­тов, сре­ди ко­то­рых « Кар­мен- сю­и­та » , « Ан­на Ка­ре­ни­на » , « Да­ма с со­бач­кой » . .. Сам Щед­рин го­во­рит так: « Ме­ня счи­та­ют боль­шим лю­би­те­лем ба­ле­та. Но это не так. До сих пор ба­ле­то­ма­ном я се­бя на­звать не мо­гу. Я — май­я­ман! »

Един­ствен­ное, что омра­ча­ло их брак, — это от­сут­ствие де­тей. При­чем вско­ре по­сле за­му­же­ства Пли­сец­кая за­бе­ре­ме­не­ла. Но... как все­гда, вы­бра­ла сце­ну и ба­лет.

Доч­ка от КГБ

И все- та­ки в 1999 го­ду ее дочь на­шлась. Вер­нее, так на­зы­ва­е­мая дочь, са­мо­зва­ная. От­кро­ве­ния из­ра­иль­тян­ки Юлии Гла­гов­ской то­гда на­де­ла­ли шу­му. Де­вуш­ка по­ве­да­ла прес­се о том, как в 1976 го­ду од­но­вре­мен­но в ле­нин­град­ском род­до­ме ока­за­лись две жен­щи­ны: Майя Пли­сец­кая и Люд­ми­ла Гла­гов­ская, же­на со­труд­ни­ка КГБ. Мла­де­нец по­след­ней ро­дил­ся мерт­вым. То­гда яко­бы и про­изо­шла под­ме­на, ра­зу­ме­ет­ся, с со­гла­сия са­мой Пли­сец­кой. По сло­вам Юлии, ко­то­рая в на­ча­ле 1990- х с ро­ди­те­ля­ми эми­гри­ро­ва­ла в Из­ра­иль, до по­ры она ни­че­го не зна­ла. По­том отец при­знал­ся.

С тех пор де­вуш­ка все­ми прав­да­ми и неправ­да­ми до­би­ва­лась встре­чи с « ма­мой » . На­до за­ме­тить, что на Зем- ле обе­то­ван­ной Юля учи­лась в ака­де­мии тан­ца и внешне по­хо­ди­ла на про­слав­лен­ную ба­ле­ри­ну... Вот толь­ко Майя Ми­хай­лов­на ра­до­сти по по­во­ду об­ре­те­ния до­че­ри не вы­ка­зы­ва­ла, об­ща­лась су­хо, ухо­ди­ла от раз­го­во­ров. А по­том и во­все по­да­ла в суд на га­зе­ту, вы­дав­шую « сен­са­цию » на- го­ра.

« Все это при­ду­ма­ла моя род­ствен­ни­ца: и жур­на­ли­сту за­пла­ти­ла, и де­воч­ку по­хо­жую подыс­ка­ла, — как- то про­ком­мен­ти­ро­ва­ла ба­ле­ри­на. — Ну ска­жи­те, как это я мог­ла на сно­сях в те же са­мые дни тан­це­вать в 51 год спектакль за спек­так­лем в Ав­стра­лии, где га­стро­ли име­но­ва­лись « Майя Пли­сец­кая и Боль­шой ба­лет » ? Умуд­рить­ся тай­но сле­тать на не­сколь­ко дней в СССР, и по­че­му- то в Ле­нин­град, и по­че­му- то пря­ми­ком в ро­диль­ный дом КГБ? Ро­дить там на­спех дочь и тот­час по­да­рить ее пер­вой встреч­ной бес­плод­ной каг­эб­эш­ни­це? »

« Я не ску­чаю по Рос­сии »

В то вре­мя Майя Ми­хай­лов­на бы­ла уже на воль­ных хле­бах — в 1990 го­ду из Боль­шо­го те­ат­ра ее по­про­си­ли, и это еще од­на жиз­нен­ная дра­ма Пли­сец­кой. Все на­ча­лось дву­мя го­да­ми ра­нее. То­гда ве­ли­кую ба­ле­ри­ну об­ви­ни­ли в со­кры­тии несколь­ких мил­ли­о­нов лир: яко­бы день­ги при­вез­ла и ута­и­ла от го­су­дар­ства. Об­ви­не­ние аб­сурд­ное, учи­ты­вая хо­тя бы курс ита­льян­ской ва­лю­ты ( в то вре­мя 10 ты­сяч лир рав­ня­лись 4 руб­лям 70 ко­пей­кам). В воз­буж­де­нии уго­лов­но­го де­ла бы­ло от­ка­за­но, но ту­ман уже сгу­щал­ся. И вско­ре по­сле­до­ва­ло громкое уволь­не­ние.

Это бы­ло вре­мя боль­ших пе­ре­мен. Но Боль­шой театр — го­су­дар­ство в го­су­дар­стве. Кон­фликт Пли­сец­кой и Гри­го­ро­ви­ча, главного ба­лет­мей­сте­ра, с ко­то­рым мно­го лет от­ча­ян­но спо­ри­ла ба­ле­ри­на, раз­ре­шил­ся пред­ска­зу­е­мо. « Майе Ми­хай­ловне про­сто нече­го де­лать в Москве. Ее здесь ли­ши­ли ра­бо­ты и да­же пен­си­о­на » , — воз­му­щал­ся то­гда Ро­ди­он Щед­рин.

Воз­мож­но, те го­ды — са­мые слож­ные в ее судь­бе. Она окон­ча­тель­но разо­ча­ро­ва­лась в кол­ле­гах, в те­ат­ре, в стране... « Еще как за­ви­ду­ют! По­чер­но­му, по- страш­но­му! — вос­кли­ца­ла Пли­сец­кая. — К со­жа­ле­нию, лю­ди глав­ным об­ра­зом со­сто­ят из за­ви­сти. По­это­му вра­гов у ме­ня хва­та­ет, неко­то­рые про­сто с удо­воль­стви­ем по­при­сут­ство­ва­ли бы на мо­их по­хо­ро­нах. А ес­ли и по­пла­ка­ли бы, то от ра­до­сти. Пли­сец­кая все­гда бы­ла ко­стью в гор­ле для всех ве­ду­щих ба­ле­рин » .

С 1991 го­да Майя Пли­сец­кая — своя сре­ди чужих, чу­жая сре­ди сво­их. Она ра­бо­та­ла во Фран­ции, в Ита­лии. Жи­ла в Мюн­хене — там у ее му­жа был мно­го­лет­ний кон­тракт. Жи­ла хо­ро­шо, ни на что не жа­ло­ва­лась. Од­на­ко за­ча­стую в ее ин­тер­вью все- та­ки про­скаль­зы­ва­ла горь­кая оби­да.

« Ску­ча­е­те по Рос­сии? » — как- то спро­си­ли ба­ле­ри­ну. « Я жа­лею эту несчаст­ную стра­ну, в ко­то­рой ни­ко­гда хо­ро­шо не жи­лось, — от­ве­ти­ла она. — Ком­му­ни­сты все вре­мя ста­ра­лись сде­лать жи­вот­ных из лю­дей. В ре­зуль­та­те пре­вра­ти­ли лю­дей в ра­бов. Сей­час эту си­сте­му сло­ма­ли, но лю­ди, вос­пи­тан­ные урод­ли­во, про­сто не зна­ют, что де­лать со всей этой сво­бо­дой. Нет, я не ску­чаю по Рос­сии... »

Свое 90- ле­тие она пла­ни­ро­ва­ла от­ме­тить в Москве, в Боль­шом те­ат­ре. И при­ез­жа­ла — за три неде­ли до смер­ти, — что­бы обо всем до­го­во­рить­ся. Как жаль, что это­го не слу­чи­лось. Вид­но, не судь­ба...

Щед­рин влю­бил­ся, когда ста­вил ба­лет « Ко­нек- Гор­бу­нок » в Боль­шом те­ат­ре. То­гда впер­вые он уви­дел Пли­сец­кую на ре­пе­ти­ции в ба­лет­ном за­ле.

Су­ла­мифь Мес­се­рер удо­че­ри­ла пле­мян­ни­цу, опре­де­ли­ла ей жиз­нен­ный путь.

Newspapers in Russian

Newspapers from USA

© PressReader. All rights reserved.