КОНЧАЛОВСКИЙ, ко­то­рый сам по се­бе

7 dney - - КУЛЬТУРА - Ар­тур МЕХ­ТИ­ЕВ

Ан­дрей Кончаловский – один из немно­гих рос­сий­ских ре­жис­се­ров, хо­ро­шо из­вест­ных не толь­ко на пост­со­вет­ском про­стран­стве, но и в ми­ре. По­то­му что сни­мал не толь­ко на «Мос­филь­ме», но и в Голливуде.

Его филь­мы «Си­би­ри­а­да», «Ро­манс о влюб­лен­ных» во­шли в зо­ло­той фонд со­вет­ско­го ки­но. А кар­ти­ны, сня­тые в Аме­ри­ке – «Воз­люб­лен­ные Ма­рии», «По­езд-бег­лец», «Ду­эт для со­ли­ста», «Стыд­ли­вые лю­ди», «Тан­го и Кэш», «Го­мер и Эд­ди», по­лу­чи­ли ми­ро­вую из­вест­ность. Кончаловский два­жды удо­сто­ен глав­но­го ре­жис­сер­ско­го при­за Ве­не­ци­ан­ско­го ки­но­фе­сти­ва­ля «Се­реб­ря­ный лев» за кар­ти­ны «Бе­лые но­чи поч­та­льо­на Алек­сея Тря­пи­цы­на» и «Рай». В 2018 го­ду он стал ка­ва­ле­ром ор­де­на за за­слу­ги пе­ред Ита­льян­ской рес­пуб­ли­кой за вклад в ки­не­ма­то­гра­фи­че­ское и те­ат­раль­ное ис­кус­ство. В на­ча­ле фев­ра­ля Ан­дрей Кончаловский пла­ни­ру­ет при­е­хать в Минск на твор­че­ский ве­чер.

– Ан­дрей Сер­ге­е­вич, у вас очень из­вест­ная ро­до­слов­ная, ко­то­рая на­чи­на­ет­ся от кня­зей Го­ли­цы­ных, про­дол­жа­ет­ся пра­де­дом ху­дож­ни­ком Ва­си­ли­ем Су­ри­ко­вым и от­цом – из­вест­ным дет­ским по­этом, ав­то­ром гим­на СССР и Рос­сии Сер­ге­ем Вла­ди­ми­ро­ви­чем Ми­хал­ко­вым. Как это отра­зи­лось на вас?

– Счи­таю, что ро­до­слов­ную не нуж­но за­ме­чать, ес­ли те­бе о ней не на­по­ми­на­ют. Хо­ро­шо, ес­ли те­бе об этом на­по­ми­на­ют в хо­ро­шем смыс­ле, но ча­ще, к со­жа­ле­нию, в нега­тив­ном. На­при­мер, огля­ды­ва­ясь на свою жизнь, ес­ли я че­го-то до­сти­гал в твор­че­стве, тут же слы­шал со всех сто­рон: а это ему его знаменитый папа по­мог. А еще у ме­ня слу­ча­лись про­ва­лы, и ес­ли мне что-то за­пре­ща­ли, го­во­ри­ли: вот ви­ди­те, ему да­же папа не по­мог. Для твор­че­ско­го че­ло­ве­ка все эти раз­го­во­ры очень бо­лез­нен­ны и по­это­му важ­но, что­бы те­бя вос­при­ни­ма­ли как са­мо­сто­я­тель­ную лич­ность, а не про­дол­жа­те­ля зна­ме­ни­то­го ро­да.

– По­это­му вы и взя­ли се­бе псев­до­ним Ан­д­рон и фа­ми­лию ма­те­ри?

– Все зна­ют, что я кре­щен как Ан­дрей, а Ан­д­рон у ме­ня бы­ло до­маш­нее про­зви­ще. Оно про­ис­хо­дит от си­бир­ско­го име­ни. Ме­ня так про­зва­ли, имея в ви­ду по­го­вор­ку, ко­то­рую, мо­жет быть, вы слы­ша­ли: «Ан­д­ро­ны еха­ли». Так го­во­рят о ди­кой глу­по­сти, вздо­ре. За­ме­чу, что с воз­рас­том мне боль­ше нра­вит­ся, что­бы ме­ня на­зы­ва­ли Ан­дрей Сер­ге­е­вич. Что же ка­са­ет­ся фа­ми­лии ма­те­ри, то об од­ной из при­чин я уже го­во­рил.

По­ми­мо этого, по сце­на­ри­ям от­ца сня­то мно­го филь­мов, мульт­филь­мов, по­это­му пер­вый наш сов­мест­ный сце­на­рий с Ан­дре­ем Тар­ков­ским был под­пи­сан Тар­ков­ский–Бе­з­ухов. Этот псев­до­ним по­явил­ся по­то­му, что мне очень нра­вил­ся тол­стов­ский Бе­з­ухов. Я счи­тал, что он на ме­ня похож. А поз­же, как вы зна­е­те, мой брат Ни­ки­та Ми­хал­ков за­нял­ся ре­жис­су­рой, по­это­му я взял фа­ми­лию ма­те­ри.

– Ваш фильм «Грех» по­свя­щен жиз­ни ве­ли­ко­го скуль­пто­ра и ху­дож­ни­ка Ми­ке­лан­дже­ло Бу­о­нар­ро­ти. По­че­му вы ре­ши­ли снять фильм о нем?

– Вна­ча­ле ме­ня за­ин­те­ре­со­ва­ли его сти­хи. Они на­столь­ко тро­ну­ли, что за­ду­мал­ся, что же та­кое Ми­ке­лан­дже­ло имел в ви­ду про свою жизнь. Ху­дож­ник жил в цен­тре ев­ро­пей­ской куль­ту­ры – во Фло­рен­ции – и был ге­ни­аль­но ода­рен. От­сю­да – и те­ма, и кон­фликт филь­ма.

– А как вам ра­бо­та­лось над сце­на­ри­ем?

– Ко­гда мы с Тар­ков­ским ра­бо­та­ли над сце­на­ри­ем кар­ти­ны «Ан­дрей Руб­лев», бы­ли в луч­шем по­ло­же­нии, по­то­му что о Руб­ле­ве ма­ло что из­вест­но. А ко­гда об ис­то­ри­че­ской лич­но­сти мно­го на­пи­са­но, есть до­ку­мен­ты, пись­ма, сви­де­тель­ства оче­вид­цев, на­сту­па­ют про­ти­во­ре­чия, по­то­му что лю­ди на­чи­на­ют твер­дить, что Ми­ке­лан­дже­ло был не та­ким, что все ис­ка­же­но.

– Ан­дрей Сер­ге­е­вич, по­ми­мо ки­но вы очень успеш­ный те­ат­раль­ный ре­жис­сер и ста­ви­те по­ста­нов­ки по все­му ми­ру. А у вас есть ав­то­ри­те­ты сре­ди те­ат­раль­ных ре­жис­се­ров?

– Ко­неч­но, есть ма­сте­ра, пе­ред ко­то­ры­ми я пре­кло­ня­юсь. Сре­ди рос­сий­ских ре­жис­се­ров это боль­шой клас­сик, круп­ней­ший ре­жис­сер XX ве­ка Тов­сто­но­гов. А сре­ди за­пад­ных – это фран­цуз­ский опер­ный и те­ат­раль­ный ре­жис­сер Пат­риc Ше­ро, ан­глий­ский те­ат­раль­ный ре­жис­сер Сай­мон Мак­бер­ни.

– Ваш стар­ший сын Егор Кончаловский очень успеш­ный ре­жис­сер. А млад­ший Петр про­дол­жит ди­на­стию?

– Пе­тя в си­лу сво­е­го воз­рас­та чем толь­ко не увле­ка­ет­ся, и вы­де­лить что-то од­но слож­но. Мо­ло­дежь сей­час от­вле­ка­ет ин­тер­нет, где они про­во­дят мно­го вре­ме­ни. По­это­му я ему пе­ри­о­ди­че­ски на­по­ми­наю: «Пе­тя, не за­бы­вай то­го, что те, кто чи­та­ет кни­ги, бу­дут управ­лять те­ми, кто их не чи­та­ет».

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.