ПРА­ВО ЕВРАЗИЙ­СКО­ГО ЭКО­НО­МИ­ЧЕ­СКО­ГО СО­Ю­ЗА

К во­про­су о со­блю­де­нии го­су­дар­ства­ми­участ­ни­ка­ми при­ни­ма­е­мых обя­за­тельств

Belaruskaya Dumka - - ЗМЕСТ - Алек­сандр ЩУКИН, кан­ди­дат юри­ди­че­ских на­ук

К во­про­су о со­блю­де­нии го­су­дар­ства­ми-участ­ни­ка­ми при­ни­ма­е­мых обя­за­тельств

Алек­сандр ЩукИн. Пра­во евразий­ско­го эко­но­ми­че­ско­го со­ю­за. к во­про­су о со­блю­де­нии го­су­дар­ства­ми­участ­ни­ка­ми при­ни­ма­е­мых обя­за­тельств. В ста­тье от­ме­ча­ет­ся, что при раз­ра­бот­ке нор­ма­тив­ной ба­зы пра­ва ЕАЭС важ­но учи­ты­вать необ­хо­ди­мость су­ще­ство­ва­ния эф­фек­тив­но­го ме­ха­низ­ма обес­пе­че­ния со­блю­де­ния при­ня­тых меж­ду­на­род­но-пра­во­вых обя­за­тельств. По мне­нию ав­то­ра, воз­ни­ка­ю­щие раз­но­гла­сия в от­сут­ствие над­ле­жа­щих пра­во­вых средств их раз­ре­ше­ния пре­пят­ству­ют раз­ви­тию эко­но­ми­че­ско­го со­труд­ни­че­ства стран ЕАЭС, что в пол­ной ме­ре от­но­сит­ся к сфе­ре тор­гов­ли про­до­воль­ствен­ны­ми то­ва­ра­ми. клю­че­вые сло­ва: про­до­воль­ствен­ная про­дук­ция, тор­го­вые ба­рье­ры, Евразий­ская эко­но­ми­че­ская ко­мис­сия, Суд ЕАЭС. Aliaksandr SHCHUKIN. Law of the Eurasian Economic Union. Observance of the EAEU commitments by its member states. The author believes that while elaborating the EAEU legal framework it is necessary to develop an efficient mechanism to secure observance of international legal commitments. According to the author, if the member states have no adequate legal instruments to tackle disagreements, these disagreements can hamper economic cooperation in the EAEU, which can be fully applied to trade in foodstuffs. Keywords: food products, trade barriers, Eurasian Economic Commission, EAEU Court.

Евразий­ское эко­но­ми­че­ское со­труд­ни­че­ство ак­тив­но на­би­ра­ет вес как один из пер­спек­тив­ных цен­тров ре­ги­о­наль­ной эко­но­ми­че­ской ин­те­гра­ции. Но­вый этап его раз­ви­тия был озна­ме­но­ван при­ня­ти­ем в мае 2014 го­да До­го­во­ра о со­зда­нии Евразий­ско­го эко­но­ми­че­ско­го со­ю­за, всту­пив­ше­го в си­лу с 1 ян­ва­ря 2015 го­да. И хоть в це­лом участ­ни­ков ЕАЭС ха­рак­те­ри­зу­ет стрем­ле­ние раз­ви­вать со­труд­ни­че­ство на ба­зе эф­фек­тив­ной пра­во­вой си­сте­мы, этот со­юз, как и дру­гие вновь фор­ми­ру­е­мые меж­го­су­дар­ствен­ные эко­но­ми­че­ские объ­еди­не­ния, стал­ки­ва­ет­ся, так ска­зать, с «дет­ски­ми бо­лез­ня­ми». На прак­ти­ке это вы­ра­жа­ет­ся в су­ще­ство­ва­нии ба­рье­ров, изъ­я­тий и огра­ни­че­ний во вза­им­ной тор­гов­ле, что во мно­гом свя­за­но с несо­вер­шен­ством нор­ма­тив­но-пра­во­вой ба­зы, уста­нав­ли­ва­ю­щей об­щие стан­дар­ты пра­вил про­из­вод­ства, по­треб­ле­ния то­ва­ров и услуг, функ­ци­о­ни­ро­ва­ни­ем ин­стру­мен­тов, при­зван­ных спо­соб­ство­вать эко­но­ми­че­ско­му со­труд­ни­че­ству.

Од­на­ко без до­ста­точ­ной эф­фек­тив­но­сти ме­ха­низ­мов, обес­пе­чи­ва­ю­щих

со­блю­де­ние при­ня­тых меж­ду­на­род­ных обя­за­тельств, су­ще­ству­ю­щие стан­дар­ты пре­вра­ща­ют­ся в де­кла­ра­ции и несут рис­ки для эко­но­ми­че­ской и по­ли­ти­че­ской ста­биль­но­сти. Как от­ме­чал член Кол­ле­гии (ми­нистр) по про­мыш­лен­но­му и аг­ро­про­мыш­лен­но­му ком­плек­су ЕЭК С.С. Си­дор­ский, «це­ли, ра­ди до­сти­же­ния ко­то­рых со­зда­вал­ся ЕАЭС, уже на­хо­дят свое ре­аль­ное во­пло­ще­ние. Но на­сто­я­щий эф­фект эко­но­ми­че­ская ин­те­гра­ция даст толь­ко при усло­вии на­пря­жен­ной и со­гла­со­ван­ной ра­бо­ты сто­рон, вы­пол­не­ния и со­блю­де­ния всех до­го­во­рен­но­стей, за­ло­жен­ных в пра­ве Евразий­ско­го эко­но­ми­че­ско­го со­ю­за» [1, с. 53].

Вве­де­ние огра­ни­че­ний и за­пре­тов на по­став­ку про­до­воль­ствен­ных то­ва­ров в од­но­сто­рон­нем порядке за­ча­стую осу­ществ­ля­ет­ся в усло­ви­ях от­сут­ствия над­ле­жа­щих спо­со­бов оспа­ри­вать их пра­во­мер­ность пу­тем пе­ре­го­во­ров или су­деб­но­го раз­би­ра­тель­ства, а так­же воз­ме­ще­ния на­не­сен­но­го вре­да. Дан­ное яв­ле­ние еще не по­лу­чи­ло тща­тель­но­го на­уч­но­го ана­ли­за. Тем не ме­нее в офи­ци­аль­ных за­яв­ле­ни­ях пред­ста­ви­те­лей выс­ше­го ру­ко­вод­ства стран – участ­ниц ЕАЭС не­ред­ко го­во­рит­ся о необ­хо­ди­мо­сти бо­лее ак­тив­но ис­поль­зо­вать пра­во­вые ме­ха­низ­мы раз­ре­ше­ния спо­ров. Со­от­вет­ству­ю­щая прак­ти­ка фор­ми­ру­ет­ся на ос­но­ве рас­смот­ре­ния об­ра­ще­ний в Евразий­скую эко­но­ми­че­скую ко­мис­сию и Суд ЕАЭС. Та­ким об­ра­зом, со­вер­шен­ство­ва­ние ме­ха­низ­мов ре­а­ли­за­ции меж­ду­на­род­но-пра­во­вых обя­за­тельств ста­но­вит­ся од­ним из ключевых на­прав­ле­ний укреп­ле­ния эф­фек­тив­но­сти де­я­тель­но­сти ЕАЭС. Од­на­ко в на­сто­я­щее вре­мя су­ще­ству­ют и неко­то­рые про­блем­ные ас­пек­ты.

Во-пер­вых, под­ме­на пра­ва ЕАЭС на­ци­о­наль­ным за­ко­но­да­тель­ством. В об­ла­сти пра­во­во­го обес­пе­че­ния функ­ци­о­ни­ро­ва­ния про­до­воль­ствен­но­го рын­ка за­ча­стую воз­ни­ка­ет во­прос о со­от­но­ше­нии пра­ва ЕАЭС и на­ци­о­наль­но­го за­ко­но­да­тель­ства его участ­ни­ков, а имен­но нор­мам ка­кой пра­во­вой си­сте­мы дол­жен от­да­вать­ся при­о­ри­тет в опре­де­лен­ных си­ту­а­ци­ях. В до­кла­де Евразий­ской эко­но­ми­че­ской ко­мис­сии по ба­рье­рам, изъ­я­ти­ям и огра­ни­че­ни­ям за 2016 год по это­му по­во­ду кон­ста­ти­ро­ва­лось: «Ана­лиз при­чин воз­ник­но­ве­ния ба­рье­ров по­ка­зы­ва­ет, что за­ча­стую сто­ро­ны в ущерб пра­ву Со­ю­за от­да­ют при­о­ри­тет ин­те­ре­сам за­щи­ты на­ци­о­наль­ных рын­ков» [2, с. 14].

В прак­ти­ке от­но­ше­ний Бе­ла­ру­си и Рос­сии на раз­ных уров­нях не еди­но­жды зву­ча­ли вза­им­ные пре­тен­зии, свя­зан­ные с под­ме­ной норм пра­ва ЕАЭС на­ци­о­наль­ным за­ко­но­да­тель­ством. В од­ном из ин­тер­вью ми­нистр сель­ско­го хо­зяй­ства и про­до­воль­ствия Бе­ла­ру­си Лео­нид За­яц об­ра­щал вни­ма­ние на то, что ме­то­ди­ка про­вер­ки цель­но­го мо­ло­ка для вы­яв­ле­ния на­ли­чия в нем су­хо­го мо­ло­ка в Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции не со­от­вет­ству­ет тре­бо­ва­ни­ям ЕАЭС: «Это од­но­сто­рон­ние, бу­дем так го­во­рить, дей­ствия Рос­сель­хоз­над­зо­ра, ко­то­рый на сво­ем уровне апро­би­ру­ет ме­то­ди­ку на тер­ри­то­рии Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции и с по­мо­щью этой про­вер­ки пы­та­ет­ся ули­чить в нечи­сто­плот­но­сти бе­ло­рус­ских про­из­во­ди­те­лей мо­ло­ка. Эта ме­то­ди­ка ни­где не при­ня­та – ни в Евразий­ском со­ю­зе, ни в ми­ре. Для то­го что­бы ее апро­би­ро­вать и при­ме­нять офи­ци­аль­но, необ­хо­ди­мо прой­ти некий путь. Мы не мо­жем ру­ко­вод­ство­вать­ся ла­бо­ра­тор­ны­ми ис­сле­до­ва­ни­я­ми, ко­то­ры­ми опе­ри­ру­ет Рос­сель­хоз­над­зор, по­то­му что в дан­ном слу­чае ме­то­ди­ка про­вер­ки яв­ля­ет­ся недей­стви­тель­ной. Она про­сто на­ду­ма­на» [3].

В Опре­де­ле­нии Кон­сти­ту­ци­он­но­го Су­да Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции от 3 мар­та 2015 го­да № 417-О кон­ста­ти­ру­ет­ся ис­клю­чи­тель­ная ком­пе­тен­ция Су­да ЕврАзЭС по рас­смот­ре­нию дел о со­от­вет­ствии ак­тов ор­га­нов Та­мо­жен­но­го со­ю­за меж­ду­на­род­ным до­го­во­рам, со­став­ля­ю­щим до­го­вор­но-пра­во­вую ба­зу Со­ю­за. И в то же вре­мя, как от­ме­ча­ет Су­дья Су­да ЕАЭС К.Л. Чайка, в до­ку­мен­те ука­за­но, что в слу­чае предо­став­ле­ния Кон­сти­ту­ци­ей РФ уров­ня за­щи­ты бо­лее вы­со­ко­го, чем в меж­ду­на­род­ном до­го­во­ре, при­ме­не­нию под­ле­жат со­от­вет­ству­ю­щие по­ло­же­ния Кон­сти­ту­ции [4]. Та­ким об­ра­зом, ес­ли сле­до­вать дан­ной ло­ги­ке,

то мож­но об­хо­дить нор­мы пра­ва ЕАЭС, ссы­ла­ясь на по­ло­же­ния на­ци­о­наль­но­го за­ко­но­да­тель­ства, преду­смат­ри­ва­ю­щие бо­лее стро­гие пра­ви­ла.

Во­прос при­о­ри­те­та норм меж­ду­на­род­но­го пра­ва над на­ци­о­наль­ным за­ко­но­да­тель­ством оста­ет­ся спор­ным. В учре­ди­тель­ных до­ку­мен­тах и иных ак­тах пра­ва ЕАЭС за­ло­жен прин­цип пря­мо­го дей­ствия, пред­по­ла­га­ю­щий при­о­ри­тет норм пра­ва ЕАЭС над на­ци­о­наль­ным за­ко­но­да­тель­ством. Тем не ме­нее та­кое по­ло­же­ние ста­но­вит­ся воз­мож­ным в том слу­чае, ес­ли нор­мы пра­ва Со­ю­за обес­пе­че­ны эф­фек­тив­ным ме­ха­низ­мом ре­а­ли­за­ции.

Во-вто­рых, при­ме­не­ние огра­ни­чи­тель­ных мер в тор­гов­ле. Вве­де­ние за­пре­тов на по­став­ку про­дук­ции в неко­то­рых СМИ на­зы­ва­ют «санк­ци­я­ми» [5]. С юри­ди­че­ской точ­ки зре­ния при­ме­не­ние дан­но­го тер­ми­на вы­гля­дит не со­всем кор­рект­но. В ми­ро­вой прак­ти­ке санк­ции пред­став­ля­ют со­бой от­каз от со­блю­де­ния меж­ду­на­род­но-пра­во­вых обя­за­тельств в от­но­ше­нии на­ру­ши­те­ля норм меж­ду­на­род­но­го пра­ва. С этой це­лью мо­жет ис­поль­зо­вать­ся ши­ро­кий на­бор мер, на­при­мер тор­го­вые эм­бар­го или те же са­мые за­пре­ты на по­став­ку опре­де­лен­ных ви­дов про­дук­ции.

Мож­но ли го­во­рить при­ме­ни­тель­но к Бе­ла­ру­си о на­ру­ше­нии пра­вил об­ра­ще­ния про­до­воль­ствен­ной про­дук­ции и обя­за­тельств стра­ны в рам­ках ЕАЭС, ко­гда речь идет о дей­стви­ях от­дель­ных субъ­ек­тов хо­зяй­ство­ва­ния и от­сут­ству­ют фак­ты на­ру­ше­ний со сто­ро­ны го­су­дар­ствен­ных спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ных служб (ска­жем, по са­ни­тар­но­му или ве­те­ри­нар­но­му кон­тро­лю)? Опре­де­лен­но нет. Од­на­ко в обос­но­ва­ние вве­де­ния огра­ни­че­ний, на­при­мер, Рос­сель­хоз­над­зо­ром при­во­ди­лись сле­ду­ю­щие дан­ные: «В 2016 го­ду во вре­мен­ных кон­троль­ных ве­те­ри­нар­ных пунк­тах при про­ве­де­нии до­ку­мен­таль­но­го кон­тро­ля вы­яв­ле­но 181 на­ру­ше­ние, из ко­то­рых 124 на­ру­ше­ния (68 %), до­пу­ще­ны со­труд­ни­ка­ми го­су­дар­ствен­ной ве­те­ри­нар­ной служ­бы Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь при сер­ти­фи­ка­ции про­дук­ции» [5].

Фак­ты та­ко­го ро­да долж­ны под­ле­жать про­вер­ке и рас­сле­до­ва­нию. Для это­го в рам­ках ЕАЭС при­ня­ты со­от­вет­ству­ю­щие про­це­ду­ры, без со­блю­де­ния ко­то­рых по­доб­ные вер­дик­ты в прин­ци­пе не мо­гут вы­но­сить­ся в от­но­ше­нии дру­го­го участ­ни­ка Со­ю­за. Пред­при­ни­ма­е­мые огра­ни­чи­тель­ные ме­ры долж­ны не пред­ше­ство­вать со­от­вет­ству­ю­щим про­це­ду­рам, а при­ни­мать­ся на ос­но­ве их ре­зуль­та­тов. Но на де­ле за­ча­стую про­ис­хо­дит на­обо­рот.

Это ка­са­ет­ся раз­лич­ных при­ме­ров по­ста­вок бе­ло­рус­ской про­до­воль­ствен­ной про­дук­ции. Бо­лее то­го, за­пре­ти­тель­ные ме­ры при­ме­ня­ют­ся к круп­ным пред­при­я­ти­ям на ос­но­ве от­дель­ных фак­тов на­ру­ше­ний. При­чем за­прет мо­жет от­но­сить­ся сра­зу к ши­ро­ко­му кру­гу про­из­во­ди­те­лей. Не­из­би­ра­тель­ное при­ме­не­ние по­доб­ных мер неиз­беж­но на­но­сит вред доб­ро­со­вест­ным по­став­щи­кам. За­пре­ты и огра­ни­че­ния долж­ны ка­сать­ся толь­ко кон­крет­ной нека­че­ствен­ной или опас­ной про­дук­ции, ес­ли это под­твер­жде­но объ­ек­тив­ны­ми дан­ны­ми. Раз­ра­бот­ка тех­ни­че­ских тре­бо­ва­ний к ка­че­ству и без­опас­но­сти про­до­воль­ствен­ной про­дук­ции долж­на слу­жить по­вы­ше­нию ее ка­че­ствен­но­го уров­ня, а не огра­ни­че­нию по­ста­вок меж­ду стра­на­ми ЕАЭС.

По со­об­ще­нию на­чаль­ни­ка глав­но­го управ­ле­ния внеш­не­эко­но­ми­че­ской де­я­тель­но­сти Мин­сель­хоз­про­да А. Бо­г­да­но­ва, «Мин­сель­хоз­прод Бе­ла­ру­си про­дол­жа­ет ра­бо­тать над от­ме­ной всех огра­ни­че­ний на по­став­ки оте­че­ствен­но­го мя­са и мо­ло­ка в Рос­сий­скую Фе­де­ра­цию, од­на­ко Рос­сель­хоз­над­зор предъ­яв­ля­ет все но­вые пре­тен­зии, а так­же за­тя­ги­ва­ет при­ня­тие ре­ше­ний по ре­зуль­та­там рас­сле­до­ва­ний» [6].

Во­про­сы недоб­ро­со­вест­ных по­ста­вок про­до­воль­ствен­ной про­дук­ции мо­гут раз­ре­шать­ся на уровне рас­сле­до­ва­ния и устра­не­ния от­дель­ных фак­тов на­ру­ше­ний пу­тем предъ­яв­ле­ния пре­тен­зий непо­сред­ствен­ным по­став­щи­кам. Од­на­ко в усло­ви­ях от­сут­ствия у по­след­них эф­фек­тив­ных спо­со­бов оспа­ри­вать при­ни­ма­е­мые ре­ше­ния про­бле­мы по­ста­вок

вы­хо­дят на меж­го­су­дар­ствен­ный уро­вень, при­об­ре­тая по­ли­ти­че­скую окрас­ку и на­но­ся вред со­труд­ни­че­ству в дру­гих сфе­рах. От­сю­да воз­ни­ка­ет во­прос: не яв­ля­ют­ся ли по­доб­ные ме­ры санк­ци­я­ми? По ря­ду па­ра­мет­ров они мо­гут быть при­рав­не­ны к ним.

То, что при вве­де­нии в от­но­ше­нии бе­ло­рус­ских про­из­во­ди­те­лей про­до­воль­ствен­ной про­дук­ции од­но­сто­рон­них огра­ни­чи­тель­ных мер при­ня­тые в рам­ках ЕАЭС про­це­дур­ные ме­ха­низ­мы раз­ре­ше­ния спо­ров за­ча­стую иг­но­ри­ро­ва­лись, убе­ди­тель­но до­ка­зы­ва­ет: ос­нов­ную роль иг­ра­ли имен­но при­чи­ны эко­но­ми­че­ско­го или по­ли­ти­че­ско­го свойства. По­доб­ные яв­ле­ния не­ред­ко на­зы­ва­ют «тор­го­вы­ми вой­на­ми».

Так, ми­нистр сель­ско­го хо­зяй­ства РФ Алек­сандр Тка­чев об­ви­нил бе­ло­рус­ских про­из­во­ди­те­лей в недоб­ро­со­вест­ной кон­ку­рен­ции: «По­нят­но, что нас про­сто вы­би­ва­ют. Мы ви­дим, и есть слу­чаи – не один, а де­сят­ки, ес­ли не боль­ше, – ко­гда на­ши рос­сий­ские мо­лоч­ные пред­при­я­тия, фаб­ри­ки де­ла­ют мо­лоч­ные из­де­лия, тот же сыр, сли­воч­ное мас­ло из су­хо­го мо­ло­ка, бе­ло­рус­ско­го, ко­то­рое де­шев­ле» [7].

Тре­тий про­блем­ный ас­пект, на наш взгляд, – ме­ха­низ­мы ЕАЭС по раз­ре­ше­нию спо­ров. В на­сто­я­щее вре­мя в рам­ках ЕАЭС сфор­ми­ро­ва­на опре­де­лен­ная си­сте­ма раз­ре­ше­ния спо­ров. Она опи­ра­ет­ся на ми­ро­вую прак­ти­ку, где пе­ре­го­во­ры яв­ля­ют­ся наи­бо­лее до­ступ­ным и про­стым спо­со­бом раз­ре­ше­ния раз­но­гла­сий, в то вре­мя как кон­суль­та­ции пред­по­ла­га­ют уча­стие тре­тьей сто­ро­ны, ко­то­рая, в свою оче­редь, мо­жет ока­зы­вать со­дей­ствие в вы­ра­бот­ке вза­и­мо­при­ем­ле­мо­го со­гла­ше­ния, в том чис­ле на ос­но­ве про­ве­де­ния неза­ви­си­мых рас­сле­до­ва­ний.

В со­от­вет­ствии с п. 6 ст. 95 До­го­во­ра о Евразий­ском эко­но­ми­че­ском со­ю­зе от 29 мая 2014 го­да, спо­ры в об­ла­сти аг­ро­про­мыш­лен­ной по­ли­ти­ки в первую оче­редь раз­ре­ша­ют­ся пу­тем про­ве­де­ния пе­ре­го­во­ров и кон­суль­та­ций при уча­стии Евразий­ской эко­но­ми­че­ской ко­мис­сии. Кро­ме то­го, в со­от­вет­ствии с под­пунк­том 4 п. 43 По­ло­же­ния о Евразий­ской эко­но­ми­че­ской ко­мис­сии Кол­ле­гия Ко­мис­сии так­же на­де­ле­на ком­пе­тен­ци­ей по про­ве­де­нию мо­ни­то­рин­га и кон­тро­ля ис­пол­не­ния меж­ду­на­род­ных до­го­во­ров, вхо­дя­щих в пра­во Со­ю­за, и ре­ше­ний Ко­мис­сии, а так­же по уве­дом­ле­нию го­су­дарств-чле­нов в слу­чае уста­нов­ле­ния фак­тов неис­пол­не­ния. Со­глас­но под­пунк­ту 4 п. 24 По­ло­же­ния о Евразий­ской эко­но­ми­че­ской ко­мис­сии, Со­вет Ко­мис­сии рас­смат­ри­ва­ет ре­зуль­та­ты мо­ни­то­рин­га и кон­тро­ля ис­пол­не­ния меж­ду­на­род­ных до­го­во­ров, вхо­дя­щих в пра­во Со­ю­за.

Ко­мис­сия при вы­яв­ле­нии пре­пят­ствий на внут­рен­нем рын­ке Со­ю­за за­но­сит их в дей­ству­ю­щий Ре­естр пре­пят­ствий в тор­гов­ле, а так­же при­ни­ма­ет эф­фек­тив­ные ме­ры по их устра­не­нию, в том чис­ле осу­ществ­ля­ет вы­не­се­ние во­про­са на рас­смот­ре­ние Кол­ле­гии Ко­мис­сии, а при необ­хо­ди­мо­сти – на рас­смот­ре­ние Со­ве­та Ко­мис­сии.

Ес­ли спор не уре­гу­ли­ро­ван в те­че­ние 60 дней с да­ты офи­ци­аль­но­го пись­мен­но­го об­ра­ще­ния в ЕЭК, то ини­ци­а­тор пе­ре­го­во­ров име­ет пра­во об­ра­тить­ся в Суд ЕАЭС. Про­це­ду­ра рас­смот­ре­ния об­ра­ще­ния и при­ня­тия ре­ше­ния ре­гу­ли­ру­ет­ся При­ло­же­ни­ем 2 к До­го­во­ру о ЕАЭС Ста­ту­том Су­да, в со­от­вет­ствии с ко­то­рым в Суд мо­гут об­ра­щать­ся и хо­зяй­ству­ю­щие субъ­ек­ты. По ре­зуль­та­там рас­смот­ре­ния мо­гут вы­но­сить­ся как кон­суль­та­тив­ные за­клю­че­ния, ка­са­ю­щи­е­ся тол­ко­ва­ния норм пра­ва ЕАЭС, так и ре­ше­ния, име­ю­щие обя­за­тель­ную си­лу.

Но, ана­ли­зи­руя де­я­тель­ность Су­да ЕАЭС, не сле­ду­ет про­во­дить ана­ло­гии с на­ци­о­наль­ны­ми су­деб­ны­ми си­сте­ма­ми. Так­же на дан­ном эта­пе по при­чине ма­ло­го ко­ли­че­ства раз­ре­шен­ных спо­ров не сто­ит го­во­рить о его низ­кой эф­фек­тив­но­сти. Впро­чем, к оче­вид­ным недо­стат­кам де­я­тель­но­сти дан­ной струк­ту­ры мож­но от­не­сти то, что она не упол­но­мо­че­на рас­смат­ри­вать во­про­сы, свя­зан­ные с воз­ме­ще­ни­ем вре­да.

Воз­мож­но, в даль­ней­шем роль Су­да бу­дет рас­ши­рять­ся и у него по­явят­ся но­вые воз­мож­но­сти по ис­пол­не­нию при­ни­ма­е­мых ре­ше­ний. В част­но­сти,

ком­пен­са­ция при­чи­нен­но­го вре­да мог­ла бы быть ре­а­ли­зо­ва­на с по­мо­щью со­от­вет­ству­ю­щих ме­ха­низ­мов. На­при­мер, за счет спе­ци­аль­но­го ком­пен­са­ци­он­но­го фон­да, об­ра­зу­е­мо­го при Евразий­ском бан­ке раз­ви­тия. Та­кая пер­спек­ти­ва су­ще­ствен­но по­вли­я­ла бы на зна­чи­мость пра­во­вых обя­за­тельств в рам­ках ЕАЭС.

Эф­фек­тив­ность средств раз­ре­ше­ния спо­ров в на­сто­я­щее вре­мя до­ста­точ­но чет­ко оха­рак­те­ри­зо­ва­на в до­кла­де Евразий­ской эко­но­ми­че­ской ко­мис­сии по ба­рье­рам, изъ­я­ти­ям и огра­ни­че­ни­ям ЕАЭС за 2016 год. В част­но­сти, в нем го­во­рит­ся: «При рас­смот­ре­нии от­дель­ных ба­рье­ров за­труд­не­ния вы­зы­ва­ет от­сут­ствие необ­хо­ди­мых пол­но­мо­чий у ор­га­нов Со­ю­за (как Ко­мис­сии, так и Су­да) в ча­сти обес­пе­че­ния го­су­дар­ства­ми-чле­на­ми со­блю­де­ния пра­ва Со­ю­за. Це­ле­со­об­раз­но внед­рить со­от­вет­ству­ю­щие пра­во­вые ин­стру­мен­ты на уровне пра­ва Со­ю­за для ре­а­ли­за­ции дан­ной за­да­чи. Не­смот­ря на на­ли­чие у Кол­ле­гии Ко­мис­сии ком­пе­тен­ции по уве­дом­ле­нию го­су­дар­ствчле­нов о необ­хо­ди­мо­сти ис­пол­не­ния пред­пи­са­ний пра­ва Со­ю­за, эф­фек­тив­ность ра­бо­ты по устра­не­нию ба­рье­ров на внут­рен­нем рын­ке Со­ю­за недо­ста­точ­но вы­со­кая. От­дель­ные ре­ше­ния Кол­ле­гии Ко­мис­сии, на­прав­лен­ные на устра­не­ние ба­рье­ров на внут­рен­нем рын­ке Со­ю­за, не ис­пол­ня­ют­ся го­су­дар­ства­ми-чле­на­ми» [2, с. 35].

Ме­ха­низ­мы раз­ре­ше­ния спо­ров в рам­ках ЕАЭС пред­став­ля­ют со­бой сред­ства обес­пе­че­ния обя­за­тельств, без ко­то­рых раз­ра­бо­тан­ная пра­во­вая ба­за мо­жет пре­вра­тить­ся в де­кла­ра­ции. По­это­му бу­ду­щее Со­ю­за во мно­гом свя­за­но с эф­фек­тив­но­стью их де­я­тель­но­сти, преж­де все­го Су­да ЕАЭС.

Под­во­дя итог дан­ным раз­мыш­ле­ни­ям, хо­чет­ся еще раз об­ра­тить вни­ма­ние на то, что прак­ти­ка вве­де­ния изъ­я­тий и огра­ни­че­ний в от­но­ше­нии це­лых от­рас­лей про­из­вод­ства или круп­ных пред­при­я­тий – шаг на­зад по от­но­ше­нию к со­зда­нию пол­но­цен­но­го эко­но­ми­че­ско­го со­ю­за. По су­ти, речь идет о воз­вра­ще­нии к тра­ди­ци­он­ным фор­мам эко­но­ми­че­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний и утра­те пре­иму­ществ ЕАЭС.

В то же вре­мя пре­одо­ле­ние по­доб­ных си­ту­а­ций яв­ля­ет­ся ис­пы­та­ни­ем на прочность фор­ми­ру­е­мо­го со­ю­за. Это поз­во­лит до­стиг­нуть це­лей его со­зда­ния, на­прав­лен­ных на углуб­лен­ную ин­те­гра­цию эко­но­мик стран ЕАЭС, и ре­а­ли­зо­вать глу­бо­кий по­тен­ци­ал ре­ги­о­наль­но­го со­труд­ни­че­ства на ос­но­ве об­щих цен­но­стей и по­ни­ма­ния ис­то­рии.

Вы­бор средств пра­во­вой за­щи­ты на­ру­шен­ных прав не дол­жен быть про­из­воль­ным. Оче­вид­но, что пре­иму­ще­ство долж­но от­да­вать­ся внут­рен­ним ме­ха­низ­мам. Сю­да сле­ду­ет от­не­сти рас­смот­ре­ние от­дель­ных фак­тов на­ру­ше­ний со сто­ро­ны про­из­во­ди­те­лей или по­став­щи­ков про­до­воль­ствен­ной про­дук­ции.

Пред­при­ни­ма­е­мые в та­ких слу­ча­ях ме­ры не долж­ны вы­хо­дить на меж­го­су­дар­ствен­ный уро­вень, за­тра­ги­вая по­ли­ти­че­ские от­но­ше­ния, в том чис­ле раз­ные об­ла­сти со­труд­ни­че­ства. Ведь это за­ча­стую не спо­соб­ству­ет выявлению ре­аль­ной кар­ти­ны со­бы­тий и при­во­дит к при­ня­тию непро­ду­ман­ных ре­ше­ний. В ря­де слу­ча­ев, ко­гда внут­рен­ние сред­ства за­щи­ты ис­чер­па­ны или недо­ступ­ны, об­ра­ще­ние к ме­ха­низ­мам ЕАЭС долж­но стать необ­хо­ди­мо­стью.

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.