«Де­ло Юшке­ви­ча»: фан­то­мы и сек­ре­ты

Ан­дрей Бон­да­рен­ко:

Belgazeta - - общество -

оглас­но ма­те­ри­а­лам де­ла, Ва­дим Юш­ке­вич, при неуста­нов­лен­ных след­стви­ем об­сто­я­тель­ствах, ме­сте и вре­ме­ни, не позд­нее 11.30 29 мар­та 2016г. неза­кон­но с це­лью сбы­та при­об­рел по­рош­ко­об­раз­ное вещество бе­ло­го цве­та мас­сой не ме­нее 0,0084 г, со­дер­жа­щее в сво­ем со­ста­ве осо­бо опас­ное пси­хо­троп­ное вещество, неис­поль­зу­е­мое в ме­ди­цин­ских це­лях, - аль­фа PVP. По­сле это­го, в про­дол­же­ние сво­е­го про­ти­во­прав­но­го умыс­ла, неза­кон­но, с це­лью сбы­та хра­нил его по ме­сту жи­тель­ства. 29 мар­та 2016г. око­ло 11.30, на­хо­дясь по ме­сту сво­е­го жи­тель­ства, неза­кон­но сбыл пу­тем про­да­жи за 100 тыс. недо­ми­ни­ро­ван­ных руб­лей пси­хо­троп­ное вещество мас­сой 0,0084 г, на­хо­дя­ще­е­ся в бу­маж­ном сверт­ке, ли­цу, дей­ству­ю­ще­му в рам­ках ОРМ «про­ве­роч­ная за­куп­ка».

Он же 9 июня 2016г., точ­ное вре­мя в хо­де след­ствия не бы­ло уста­нов­ле­но, но не позд­нее 10.45, на­хо­дясь в 8-м подъ­ез­де до­ма N33 по ул.Чка­ло­ва в Бо­ри­со­ве, имея умы­сел на неза­кон­ный обо­рот осо­бо опас­но­го пси­хо­троп­но­го ве­ще­ства, для лич­но­го упо­треб­ле­ния неза­кон­но без цели сбы­та при­об­рел по­рош­ко­об­раз­ное вещество, со­дер­жа­щее в сво­ем со­ста­ве аль­фа PVP, на­хо­дя­ще­е­ся в по­ли­мер­ном па­ке­ти­ке. По­сле че­го пе­ре­нес его по ме­сту сво­е­го жи­тель­ства, где пе­ре­сы­пал в мер­ный ста­кан, раз­ба­вил во­дой и неза­кон­но без цели сбы­та хра­нил с мо­мен­та при­об­ре­те­ния до 10.45 9 июня 2016г., т.е. до мо­мен­та на­ча­ла про­из­вод­ства осмот­ра квар­ти­ры. В тот же день в пе­ри­од с 10.45 до 11.45 - в хо­де про­из­вод­ства осмот­ра квар­ти­ры по ме­сту жи­тель­ства - про­зрач­ная бес­цвет­ная жид­кость мас­сой 1,1196 г (в пе­ре­сче­те на су­хой оста­ток - 0,1773 г), на­хо­дя­ща­я­ся в мер­ном ста­кане и со­дер­жа­щая аль­фа PVP, бы­ла об­на­ру­же­на и изъ­ята.

При­част­ность об­ви­ня­е­мо­го к со­вер­ше­нию пре­ступ­ле­ния по ч.1 ст.328 под­твер­жда­ет­ся, по вер­сии след­ствия, его при­зна­тель­ны­ми по­ка­за­ни­я­ми.

Тем не ме­нее свою ви­ну в со­вер­ше­нии пре­ступ­ле­ния по ч.3 ст.328 Ва­дим Юш­ке­вич не при­знал, по­ка­зав, что ни­ко­му не про­да­вал пси­хо­троп­ные сред­ства, по­сколь­ку не име­ет ни­ка­ко­го от­но­ше­ния к сбы­ту нар­ко­ти­че­ских ве­ществ.

Как мы ука­зы­ва­ли вы­ше, де­таль­но про­ана­ли­зи­ро­вать все ма­те­ри­а­лы уго­лов­но­го де­ла мы не име­ли воз­мож­но­сти. Од­на­ко со­бы­тия и фак­ты, от­ра­жен­ные в при­го­во­ре и иных про­цес­су­аль­ных до­ку­мен­тах, вы­зы­ва­ют у нас обос­но­ван­ные со­мне­ния в пра­виль­но­сти вы­во­дов су­да. Как сле­ду­ет из предо­став­лен­ных до­ку­мен­тов, в от­но­ше­нии об­ви­ня­е­мо­го про­во­ди­лись опе­ра­тив­но-ро­зыск­ные ме­ро­при­я­тия (ОРМ) «про­ве­роч­ная за­куп­ка» на ос­но­ва­нии име­ю­щей­ся ин­фор­ма­ции яко­бы о его при­част­но­сти к неза­кон­но­му сбы­ту пси­хо­троп­ных ве­ществ.

Су­дом да­на ненад­ле­жа­щая оцен­ка ма­те­ри­а­лов ОРМ. Во-пер­вых, про­ве­роч­ная за­куп­ка долж­на про­во­дить­ся толь­ко в от­но­ше­нии ли­ца, о ко­то­ром име­ет­ся ин­фор­ма­ция о его при­част­но­сти к пре­ступ­ной де­я­тель­но­сти и по­это­му обос­но­ван­но по­до­зре­ва­е­мо­го в со­вер­ше­нии ка­ко­го-ли­бо пре­ступ­но­го де­я­ния. Как усмат­ри­ва­ет­ся из ма­те­ри­а­лов уго­лов­но­го де­ла, та­кой ин­фор­ма­ции у со­труд­ни­ков ОНиПТЛ Бо­ри­сов­ско­го РУВД не бы­ло. Во-вто­рых, как усмат­ри­ва­ет­ся из пред­став­лен­ных ма­те­ри­а­лов, про­ве­роч­ная за­куп­ка в от­но­ше­нии об­ви­ня­е­мо­го про­во­ди­лась ис­клю­чи­тель­но с при­вле­че­ни­ем за­сек­ре­чен­но­го сви­де­те­ля Си­до­ро­ва, ко­то­рый яко­бы сам при­шел в ми­ли­цию и рас­ска­зал, что об­ви­ня­е­мый неод­но­крат­но про­да­вал ему нар­ко­ти­че­ские ве­ще­ства - «со­ли», ко­то­рые по­след­ний так­же ре­гу­ляр­но упо­треб­ля­ет в «неме­ди­цин­ских це­лях». Си­до­ров яко­бы сам явил­ся в Бо­ри­сов­ский РУВД, где со­об­щил о про­ти­во­прав­ной де­я­тель­но­сти Юшке­ви­ча и со­гла­сил­ся участ­во­вать в «про­ве­роч­ной за­куп­ке». Свой по­сту­пок он объ­яс­нил тем, что ему «на­до­е­ло», что об­ви­ня­е­мый пред­ла­га­ет ему ку­пить нар­ко­ти­ки.

29 мар­та 2016г. Си­до­ро­ву вру­чи­ли дик­то­фон и 100 тыс. руб­лей для по­куп­ки «со­лей», с со­труд­ни­ка­ми нар­ко­кон­тро­ля он на слу­жеб­ном ав­то­мо­би­ле при­был к ме­сту про­жи­ва­ния об­ви­ня­е­мо­го. Со­труд­ни­ки ми­ли­ции оста­лись ждать в ав­то­мо­би­ле, а Си­до­ров под­нял­ся в квар­ти­ру Юшке­ви­ча. Че­рез 15 ми­нут, по­сле то­го как об­ви­ня­е­мый яко­бы про­дал ему «со­ли», вер­нул­ся в ав­то­мо­биль к опе­ра­тив­ни­кам, с ко­то­ры­ми про­сле­до­вал в РУВД, где вы­дал куп­лен­ные нар­ко­ти­ки и дик­то­фон, на ко­то­ром был за­фик­си­ро­ван факт про­да­жи нар­ко­ти­ков.

С это­го мо­мен­та на­чи­на­ет­ся са­мое ин­те­рес­ное в ис­то­рии об­ви­не­ния Юшке­ви­ча по ч.3 ст.328. По­ря­док оформ­ле­ния и предо­став­ле­ния ма­те­ри­а­лов, по­лу­чен­ных в хо­де ОРМ, поз­во­ля­ет опе­ра­тив­ным под­раз­де­ле­ни­ям ор­га­нов внут­рен­них дел вы­де­лять та­кие ма­те­ри­а­лы в сек­рет­ное де­ло­про­из­вод­ство.

Ор­ган, ведущий пред­ва­ри­тель­ное рас­сле­до­ва­ние, а за ним и суд с это­го мо­мен­та вы­нуж­де­ны при­ме­нять к сви­де­те­лю ме­ры, преду­смот­рен­ные ст.67 УПК, - нераз­гла­ше­ние сведений о лич­но­сти, вы­сту­па­ю­щей в на­шем слу­чае в ка­че­стве сви­де­те­ля. При этом ни ад­во­кат, ни сам об­ви­ня­е­мый не име­ют воз­мож­но­сти озна­ко­мить­ся с ма­те­ри­а­ла­ми за­сек­ре­чен­но­го де­ла, в т.ч. про­слу­шать ауди­о­за­пись, яв­ля­ю­щу­ю­ся ос­нов­ным и един­ствен­ным до­ка­за­тель­ством ви­нов­но­сти об­ви­ня­е­мо­го. Та­ким об­ра­зом, сви­де­тель Си­до­ров, его по­ка­за­ния и ауди­о­за­пись, сде­лан­ная им в хо­де «про­ве­роч­ной за­куп­ки», пре­вра­ти­лись в фан­том, а ауди­о­за­пись, ко­то­рая долж­на бы­ла под­твер­дить ви­нов­ность Юшке­ви­ча, - в тай­ну за се­мью пе­ча­тя­ми.

Не ста­вя под со­мне­ние важ­ность ОРМ и необ­хо­ди­мость за­сек­ре­чи­ва­ния

ин­фор­ма­ции, по­лу­чен­ной в хо­де их про­ве­де­ния, по­пы­та­ем­ся про­де­мон­стри­ро­вать аб­сурд­ность про­изо­шед­ше­го в «де­ле Юшке­ви­ча».

Как сле­ду­ет из по­ка­за­ний Си­до­ро­ва, он был близ­ко зна­ком с об­ви­ня­е­мым и неод­но­крат­но по­ку­пал у него «со­ли», ко­то­рые сам же и при­ни­мал. Да­же не иро­ни­зи­руя над его неожи­дан­ным ре­ше­ни­ем - прий­ти и рас­ска­зать все в РУВД (с кем не бы­ва­ет?), - воз­ни­ка­ет во­прос: ка­кие ос­но­ва­ния бы­ли у бо­ри­сов­ских опе­ра­тив­ни­ков при­ме­нять к Си­до­ро­ву ме­ры без­опас­но­сти и ле­ген­ди­ро­вать сви­де­те­ля, о ко­то­ром об­ви­ня­е­мый зна­ет боль­ше, чем его соб­ствен­ная мать? Кро­ме то­го, Юш­ке­вич, как сле­ду­ет из вы­во­дов пси­хо­ло­го-пси­хи­ат­ри­че­ской экс­пер­ти­зы, не стра­да­ет сла­бо­уми­ем или иным пси­хи­че­ским за­бо­ле­ва­ни­ем, что пре­пят­ство­ва­ло бы ему от­чет­ли­во пом­нить со­бы­тия кон­крет­но­го дня ме­сяч­ной дав­но­сти. Тем бо­лее, хо­ро­шо зная лич­ность, ко­то­рой он яко­бы про­дал нар­ко­ти­ки. И уж тем бо­лее по­нять суть и кон­текст раз­го­во­ра, ко­то­рый, по неиз­вест­ным при­чи­нам, вдруг стал «осо­бо сек­рет­ным» и был вы­де­лен в сек­рет­ное про­из­вод­ство.

Си­ту­а­ция ста­но­вит­ся со­вер­шен­но аб­сурд­ной, ко­гда об­ви­ня­е­мо­го в свя­зи с осо­бой сек­рет­но­стью сви­де­те­ля да­же уда­ли­ли из за­ла су­да и он не смог участ­во­вать в до­про­се то­го са­мо­го «близ­ко­го дру­га», ко­то­рый яко­бы ку­пил у него нар­ко­ти­ки и за­пи­сал раз­го­вор, под­твер­жда­ю­щий про­ти­во­прав­ную де­я­тель­ность Юшке­ви­ча.

Еще бо­лее неле­по вы­гля­дит то, что при­зна­ние сек­рет­ной ча­сти ма­те­ри­а­лов уго­лов­но­го де­ла до­пу­сти­мым до­ка­за­тель­ством воз­мож­но толь­ко еди­но­лич­но пред­се­да­тель­ству­ю­щим, ко­то­рый име­ет пра­во озна­ко­мить­ся с сек­рет­ной ауди­о­за­пи­сью в сек­рет­ной ком­на­те. Воз­ни­ка­ет еще бо­лее ло­гич­ный во­прос: как и на ка­ком ос­но­ва­нии су­дья мог прий­ти к вы­во­ду, что на пред­став­лен­ной ему за­пи­си име­ет­ся го­лос имен­но об­ви­ня­е­мо­го, а не тре­тье­го ли­ца, чей го­лос, вполне воз­мож­но, по­про­сту по­хож (а мо­жет, и со­всем не по­хож) на го­лос об­ви­ня­е­мо­го? Для это­го, как ми­ни­мум, необ­хо­ди­мо об­ла­дать со­от­вет­ству­ю­щи­ми по­зна­ни­я­ми, ко­то­ры­ми, вполне оче­вид­но, су­дья не об­ла­да­ет. То есть для все­сто­рон­них и объ­ек­тив­ных вы­во­дов о при­част­но­сти об­ви­ня­е­мо­го к ин­кри­ми­ни­ру­е­мо­му пре­ступ­ле­нию и при­над­леж­но­сти го­ло­са на ауди­о­за­пи­си об­ви­ня­е­мо­му жиз­нен­но важ­но про­ве­де­ние фо­но­ско­пи­че­ской экс­пер­ти­зы, ко­то­рая бы под­твер­ди­ла этот факт.

Од­на­ко та­кая экс­пер­ти­за про­ве­де­на не бы­ла, что вно­сит еще боль­ше про­ти­во­ре­чий и стран­ной «сек­рет­но­сти» в это и без то­го за­сек­ре­чен­ное де­ло. По­лу­ча­ет­ся, что ви­нов­ность Юшке­ви­ча до­ка­зы­ва­ет­ся «сек­рет­ным» сви­де­те­лем, с ко­то­рым об­ви­ня­е­мый со­сто­ит в дру­же­ских от­но­ше­ни­ях, «сек­рет­ной» ауди­о­за­пи­сью, ко­то­рую об­ви­ня­е­мый дол­жен пре­крас­но пом­нить, и внут­рен­ним убеж­де­ни­ем су­да, ко­то­рый всю эту «сек­рет­ность» смог изу­чить без привлечения экс­пер­тов.

Да­же не бу­дем оста­нав­ли­вать­ся на про­ти­во­ре­чи­ях в по­ка­за­ни­ях са­мо­го Си­до­ро­ва - его по­ка­за­ния в су­де на­столь­ко от­ли­ча­лись от по­ка­за­ний на ста­дии пред­ва­ри­тель­но­го след­ствия и ОРМ, что воз­ник­ли вполне объ­ек­тив­ные со­мне­ния в том, что это во­об­ще два раз­ных че­ло­ве­ка.

Так­же не бу­дем за­да­вать­ся во­про­сом, как про­ку­рор, ко­то­рый на­прав­лял де­ло в суд и во­об­ще ни­ко­гда не слы­шал го­ло­са об­ви­ня­е­мо­го, смог убе­дить­ся, что на ауди­о­за­пи­си - го­лос об­ви­ня­е­мо­го, а не по­сто­рон­не­го ли­ца. При том, что ос­но­ва­ния к это­му бы­ли вполне объ­ек­тив­ные.

Как сле­ду­ет из по­ка­за­ний Си­до­ро­ва, он про­из­во­дил за­пись вне ви­зу­аль­но­го на­блю­де­ния опе­ра­тив­ных со­труд­ни­ков. Со­от­вет­ствен­но, те не мог­ли ви­деть, с кем и где он раз­го­ва­ри­вал. По по­ка­за­ни­ям са­мо­го Юшке­ви­ча, в их подъ­ез­де дей­стви­тель­но про­жи­ва­ли ли­ца, ко­то­рые за­ни­ма­лись про­да­жей нар­ко­ти­ков. Этот факт дол­жен был быть хо­ро­шо из­ве­стен со­труд­ни­кам ОНиПТЛ Бо­ри­сов­ско­го РУВД и, со­от­вет­ствен­но, «за­сек­ре­чен­но­му» сви­де­те­лю, что ста­вит опе­ра­тив­ное ме­ро­при­я­тие в очень нелов­кое по­ло­же­ние.

Бо­лее то­го, ни­кто не про­вел ме­ро­при­я­тий по опре­де­ле­нию ме­сто­по­ло­же­ния мо­биль­но­го те­ле­фо­на об­ви­ня­е­мо­го, что мог­ло бы под­твер­дить или опро­верг­нуть его вер­сию о том, что в мо­мент ОРМ он был вме­сте с ма­те­рью в бан­ке. Объ­яс­не­ния со­труд­ни­ков нар­ко­кон­тро­ля, мол, в этом не бы­ло необ­хо­ди­мо­сти

и об­ви­ня­е­мый мог оста­вить те­ле­фон до­ма, вы­гля­дят несколь­ко на­ив­но. Ес­ли бы дан­ные бил­лин­га мо­биль­но­го те­ле­фо­на сви­де­тель­ство­ва­ли, что об­ви­ня­е­мый на­хо­дил­ся в «со­те», от­но­ся­щей­ся к его до­му, то это бы толь­ко сыг­ра­ло на ру­ку вер­сии об­ви­не­ния. И со­вер­шен­но иное де­ло - ко­гда бы те­ле­фон «за­све­тил­ся» в дру­гой «со­те», что неопро­вер­жи­мо сви­де­тель­ство­ва­ло о неви­нов­но­сти об­ви­ня­е­мо­го.

Дру­ги­ми сло­ва­ми, неже­ла­ние уста­нав­ли­вать ме­сто­по­ло­же­ние мо­биль­но­го те­ле­фо­на об­ви­ня­е­мо­го де­мон­стри­ру­ет оче­вид­ную неза­ин­те­ре­со­ван­ность в этом лиц, про­во­див­ших ОРМ. Но ес­ли с по­след­ни­ми все бо­лее или ме­нее по­нят­но, то объ­яс­нить ана­ло­гич­ную неза­ин­те­ре­со­ван­ность су­да - крайне за­труд­ни­тель­но.

Еще бо­лее уди­ви­тель­но, что сто­ро­на за­щи­ты за­яви­ла хо­да­тай­ство о до­про­се сви­де­те­ля Бой­ко Б.Г., ко­то­рый мог под­твер­дить по­ка­за­ния об­ви­ня­е­мо­го. Од­на­ко суд не смог удо­вле­тво­рить дан­ное хо­да­тай­ство - со­труд­ни­ки РУВД не уста­но­ви­ли ме­сто­на­хож­де­ние сви­де­те­ля. Крайне стран­но, ес­ли учесть, что дан­ный сви­де­тель про­хо­дит ам­бу­ла­тор­ное ле­че­ние от нар­ко­за­ви­си­мо­сти и, как ми­ни­мум, дол­жен на­хо­дить­ся под кон­тро­лем со­труд­ни­ков ОНиПТЛ.

Не­яв­ка сви­де­те­ля и невоз­мож­ность ор­га­ни­за­ции его при­во­да да­ют ос­но­ва­ния по­ла­гать, что со­труд­ни­ки Бо­ри­сов­ско­го РУВД ли­бо не в со­сто­я­нии най­ти ли­цо, со­сто­я­щее на дис­пан­сер­ном и про­фи­лак­ти­че­ском

уче­те, ли­бо, как пред­по­ла­га­ет сто­ро­на за­щи­ты, Бой­ко как раз и яв­ля­ет­ся тем са­мым Си­до­ро­вым, ко­то­рый яко­бы по­ку­пал у об­ви­ня­е­мо­го нар­ко­ти­ки.

Мы ста­ра­ем­ся ни­ко­гда не де­лать пред­по­ло­же­ний и от­тал­ки­вать­ся ис­клю­чи­тель­но от фак­ти­че­ских об­сто­я­тельств, но аб­сурд­ность та­ких об­сто­я­тельств в при­го­во­ре да­ет все ос­но­ва­ния усо­мнить­ся в пра­виль­но­сти сде­лан­ных су­дом вы­во­дов. Ес­ли Бой­ко дей­стви­тель­но яв­ля­ет­ся Си­до­ро­вым и сде­лан­ная ауди­о­за­пись не со­от­вет­ству­ет вре­ме­ни, ме­сту и фак­ти­че­ским об­сто­я­тель­ствам, то это все рас­став­ля­ет на свои ме­ста и объ­яс­ня­ет фан­тас­ма­го­ри­че­скую «сек­рет­ность» про­изо­шед­ше­го.

Кро­ме то­го, по­ка­за­ния об­ви­ня­е­мо­го о том, что в это вре­мя он был в бан­ке, мож­но бы­ло лег­ко про­ве­рить, изу­чив ви­део­за­пи­си ка­мер ви­део­на­блю­де­ния «БПС-Сбер­бан­ка». Но и эти до­во­ды бы­ли от­кло­не­ны сна­ча­ла ор­га­ном до­зна­ния, за­тем след­стви­ем и оста­лись без вни­ма­ния про­ку­ро­ра. Суд не смог удо­вле­тво­рить хо­да­тай­ство сто­ро­ны за­щи­ты и ис­тре­бо­вать дан­ные ви­део­за­пи­си, по­сколь­ку к на­ча­лу су­деб­но­го след­ствия они уже не со­хра­ни­лись.

Тем не ме­нее, со­глас­но п.2 по­ста­нов­ле­ния пле­ну­ма Вер­хов­но­го су­да от 27 мар­та 2014г. N7, при рас­смот­ре­нии су­да­ми дел о неза­кон­ном рас­про­стра­не­нии нар­ко­ти­че­ских и пси­хо­троп­ных ве­ществ суд обя­зан обес­пе­чить вы­пол­не­ние тре­бо­ва­ний ст.18 УПК о вы­не­се­нии ви­нов­но­сти или неви­нов­но­сти об­ви­ня­е­мо­го лишь на ос­но­ве до­сто­вер­ных до­ка­за­тельств, под­верг­ну­тых все­сто­рон­не­му, пол­но­му и объ­ек­тив­но­му ис­сле­до­ва­нию и оцен­ке. Бо­лее то­го, в со­от­вет­ствии со ст. 101 УПК ма­те­ри­а­лы, по­лу­чен­ные в хо­де ОРМ, мо­гут быть при­зна­ны в ка­че­стве ис­точ­ни­ка до­ка­за­тельств лишь при усло­вии, что они по­лу­че­ны в со­от­вет­ствии с за­ко­но­да­тель­ством, пред­став­ле­ны, про­ве­ре­ны и оце­не­ны в по­ряд­ке, уста­нов­лен­ном УПК. Тем не ме­нее ис­точ­ни­ком до­ка­за­тель­ства по «де­лу Юшке­ви­ча» при­зна­ны сек­рет­ные ма­те­ри­а­лы ОРМ, вы­зы­ва­ю­щие со­мне­ния и недо­ве­рие из-за на­ли­чия се­рьез­ных про­ти­во­ре­чий.

Так­же нель­зя не от­ме­тить, что у Ва­ди­ма Юшке­ви­ча име­ет­ся ряд се­рьез­ных хро­ни­че­ских за­бо­ле­ва­ний, ко­то­рые суд был обя­зан учесть при вы­не­се­нии при­го­во­ра. Тем не ме­нее, несмот­ря на пред­став­лен­ные сто­ро­ной за­щи­ты до­ку­мен­ты, под­твер­жда­ю­щие вы­ше­упо­мя­ну­тые за­бо­ле­ва­ния, в при­го­во­ре эти об­сто­я­тель­ства про­игно­ри­ро­ва­ны.

Несмот­ря на непол­но­ту пред­став­лен­ных для изу­че­ния ма­те­ри­а­лов уго­лов­но­го де­ла по «де­лу Юшке­ви­ча», мы на­хо­дим до­ста­точ­ны­ми ос­но­ва­ния для про­ку­рор­ско­го ре­а­ги­ро­ва­ния и вы­не­се­ния про­те­ста на при­го­вор су­да Бо­ри­сов­ско­го рай­о­на от 24 ок­тяб­ря 2016г. в свя­зи с яв­ны­ми про­ти­во­ре­чи­я­ми и на­ру­ше­ни­я­ми уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­но­да­тель­ства и за­ко­на «Об опе­ра­тив­но-ро­зыск­ной де­я­тель­но­сти».

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.