Вос­по­ми­на­ния во­и­на-ин­тер­на­ци­о­на­ли­ста пол­ков­ни­ка за­па­са Ва­ди­ма Си­ро­ты.

Belorusskaya Voyennaya Gazeta - - Титульный Лист -

При на­шей встре­че пол­ков­ник за­па­са Ва­дим Си­ро­та при­знал­ся, что по сей день ком­плек­су­ет по по­во­ду сво­ей при­над­леж­но­сти к ты­ло­вым служ­бам во вре­мя вой­ны в Аф­га­ни­стане. Де­с­кать, не бо­е­вая долж­ность у на­ч­про­да, да и ор­ден Крас­ной Звез­ды по­лу­чил «за ком­па­нию». А ведь ком­па­ния бы­ла вну­ши­тель­ной: офи­це­ры и сол­да­ты, во­див­шие ав­то­ко­лон­ны по смер­тель­но опас­ным и смер­тель­но уби­тым до­ро­гам раз­ди­ра­е­мой вой­ной стра­ны, смог­ли в тя­же­лей­ших усло­ви­ях на­ла­дить снаб­же­ние всем необ­хо­ди­мым не толь­ко ча­сти 40‑й ар­мии, но и во мно­гом на­се­ле­ние Аф­га­ни­ста­на.

Хай­ра­тон, Ка­бул, Кун­дуз...

— На­чи­нал в пол­ку в Фай­за­ба­де. При­был. Пе­ре­одел­ся, ре­шил, как по­ло­же­но, до­ло­жить о при­бы­тии.

Под мо­ей кро­ва­тью в зем­лян­ке на двух че­ло­век (на­ч­ве­ща и на­ч­про­да) — ящик гра­нат и па­тро­нов. Свер­ху — на­кат в ви­де ку­зо­ва от спи­сан­но­го гру­зо­ви­ка, за­сы­пан­но­го зем­лей. По­чти у каж­дой па­лат­ки на при­вя­зи ко­за. Ре­бят­ки мо­лоч­ком ба­лу­ют­ся. По всей тер­ри­то­рии бро­дят сви­ньи. Впер­вые уви­дел аф­ган­ских со­бак без ушей. С рож­де­ния об­ре­за­ют — что­бы злее бы­ли.

Утром осмот­рел­ся на мест­но­сти, про­вел ре­ко­гнос­ци­ров­ку. По­нял, что нас под по­кро­вом но­чи мож­но лег­ко вы­ре­зать, сто­ит толь­ко пе­рей­ти гор­ную реч­ку Кок­чу, ко­лю­чую про­во­ло­ку-пу­тан­ку да мин­ное по­ле. Его, в прин­ци­пе, мож­но пе­рей­ти.

Пол­ко­вая ро­та ма­те­ри­аль­но­го обес­пе­че­ния, из­вест­ная как 271-я ав­то­ко­лон­на, дис­ло­ци­ро­ва­лась в Кун­ду­зе. Это при­мер­но в 200 ки­ло­мет­рах от пол­ка. Это — два взво­да под­во­за бо­е­при­па­сов, про­до­воль­ствия и во­ен­но-тех­ни­че­ско­го иму­ще­ства и взвод ГСМ (го­рю­че-сма­зоч­ных ма­те­ри­а­лов).

— Все они вхо­ди­ли в мое хо­зяй­ство,— рас­ска­зы­ва­ет Ва­дим.— Я как «сел» на него, так и на­чал мо­тать­ся с ко­лон­на­ми из Кун­ду­за в Пу­ли-Хумри (круп­ная ба­за хра­не­ния иму­ще­ства, за­во­зи­мо­го из СССР.— Авт.), Хай­ра­тон (гра­ни­ца с Со­ю­зом, но да­ле­ко не Со­юз.— Авт.), Ка­бул. В Кун­дуз за­во­зи­ли Ка­мАЗа­ми, а даль­ше — вер­то­ле­та­ми в Фай­за­бад. Пробле­ма бы­ла в том, что по зем­ле ту­да мож­но бы­ло до­брать­ся толь­ко раз в год в хо­де про­ве­де­ния ар­мей­ской опе­ра­ции, обес­пе­чи­ва­ю­щей про­ход ко­лонн. Все осталь­ное вре­мя окру­жа­ю­щую мест­ность кон­тро­ли­ро­ва­ли душ­ма­ны.

Од­на­ко и до Кун­ду­за на­до бы­ло еще су­меть до­брать­ся. Я — на­ч­прод, моя за­да­ча до­ста­вить со­дер­жи­мое гру­зо­ви­ков до ме­ста на­зна­че­ния. Пом­ню, в Хай­ра­тон хо­ди­ли за кар­тош­кой. Ту­да из СССР бы­ла пе­ре­бро­ше­на един­ствен­ная в Аф­га­ни­стане же­лез­ная до­ро­га. Кто-то го­во­рит, что она дли­ной в ки­ло­метр, кто­то — в семь. За­чем? Не знаю. Кар­тош­ку в сет­ках по­ка из Со­ю­за по жа­ре в ва­го­нах до­ве­зут, по­том пе­ре­гру­зят на Ка­мАЗы под тен­ты на солн­це при тем­пе­ра­ту­ре за 50 с плю­сом. По­ка до ме­ста до­во­зи­ли, от нее толь­ко ки­сель оста­вал­ся. Вот его-то вер­то­ле­та­ми в Фай­за­бад и до­став­ля­ли. Бы­ва­ло, что из-за об­стре­лов вер­туш­ки воз­вра­ща­лись, об­рат­но раз­гру­жа­лись.

Страх

— Су­дя по оби­лию де­та­лей в ва­ших вос­по­ми­на­ни­ях, вы вполне со­зре­ли к на­пи­са­нию се­рьез­ных ме­му­а­ров.

— Не со­всем. Это ско­рее осо­зна­ние ито­гов той служ­бы. Сей­час, кри­ти­че­ски пе­ре­ли­сты­вая стра­ни­цы сво­е­го про­шло­го, по­ни­маю: мо­жет, и хо­ро­шо, что имен­но так все сло­жи­лось... Не знаю, на­сколь­ко я был бы по­ле­зен, ес­ли бы слу­жил в дру­гой долж­но­сти. Ведь му­же­ства ино­гда не хва­та­ло.

Ну вот на­при­мер. Пре­одо­ле­ва­ет на­ша ко­лон­на ужас­ный Ка­ра­ка­мар. Ко­гда шли в сто­ро­ну Фай­за­ба­да, то пас­са­жир (я в том чис­ле) си­дел в ка­бине со сто­ро­ны от­вес­ных скал, а во­ди­тель — со сто­ро­ны про­па­сти. И так боль­ше 10 ки­ло­мет­ров, да еще ви­ляя по сер­пан­ти­ну. Ко­гда еха­ли ту­да, я все вре­мя дер­жал двер­цу ка­би­ны от­кры­той. Так все де­ла­ли, что­бы в слу­чае па­де­ния ма­ши­ны в про­пасть успеть вы­ско­чить. Во­ди­тель, зна­мо де­ло, ру­лит, в его ру­ках на­ша жизнь. Ну а ко­гда ко­лон­на воз­вра­ща­лась, то все на­обо­рот: пас­са­жир — над про­па­стью, а во­ди­тель — с при­от­кры­той двер­кой. Так вот: по­ти­хонь­ку пол­зем по до­ро­ге, смот­рим на до­ро­гу, жмем­ся к ска­лам, что­бы не со­скольз­нуть вниз. Жа­лись неко­то­рые ма­ши­ны так, что тен­ты на ку­зо­вах рва­ли о ска­лы.

Ино­гда про­сто брал гра­на­ту — и в ок­но ее, ро­ди­мую. Что­бы снять стресс.

Сме­кал­ка

— Что­бы ко­лон­ну про­пу­сти­ли че­рез дис­пет­чер­ский пункт до­рож­но-ко­мен­дант­ской служ­бы, не­об­хо­ди­мо бы­ло пе­ред вы­хо­дом в рейс со­блю­сти опре­де­лен­ное со­че­та­ние гру­зо­вых транс­порт­ных средств и средств со­про­вож­де­ния (при­кры­тия). Для на­шей же без­опас­но­сти. «Нор­ма­тив» был та­кой: од­на еди­ни­ца бро­ни (БМП, БТР, БРДМ или ЗУ-23-2 на ав­то­мо­би­ле) на 11 обыч­ных гру­зо­вых ма­шин.

Был у нас слу­чай, ко­гда не хва­ти­ло од­ной еди­ни­цы при­кры­тия. А ехать-то на­до. Вы­ру­чил имев­ший­ся у нас неис­прав­ный БРДМ. Я сам стре­лял из его КПВТ, ко­то­рый на 5–6-м вы­стре­ле кли­нил. По­это­му сня­ли с «бро­ни­ка» во­ору­же­ние и от­пра­ви­ли в ре­монт. Ко­ро­че, стал он бес­по­лез­ной кон­серв­ной бан­кой, или мыль­ни­цей на ко­ле­сах, как мы его на­зы­ва­ли. Но, сла­ва Все­выш­не­му, — ап­па­рат дви­гал­ся. Во­ло­дя Ка­ра­сёв во­ткнул на ла­фет пал­ку ка­кую-то, за­кре­пил ее про­во­ло­кой, за­крыл чех­лом и по­ста­вил в ко­лон­ну как бо­е­вую еди­ни­цу. Про­ка­ти­ло.

Вер­ные дру­зья

— Под­дер­жи­ва­е­те свя­зи с со­слу­жив­ца­ми по Аф­га­ну?

— Сей­час по со­сед­ству со мной в Сте­пян­ке жи­вет Олег Ма­зур из на­шей 271-й ко­лон­ны. Ра­бо­та­ет в Ми­ни­стер­стве со­ци­аль­ной за­щи­ты. Наш зам­по­тех Во­ло­дя Ка­ра­сёв жи­вет в Бо­ров­ке, что в Ле­пель­ском рай­оне.

Вс­по­ми­на­ет­ся, как од­на­жды мы шли из Пу­ли-Хумри че­рез Ка­бул на Гар­дез. И один сол­дат­во­ди­тель по­сле Са­лан­га за­дре­мал и «ушел» в кю­вет. Сна­ря­ды к «Гра­дам» рас­сы­па­лись, а са­мо­го бой­ца за­жа­ло в по­ко­ре­жен­ной ка­бине Ка­мАЗа. Ко­лон­на ждать не мог­ла — сза­ди дру­гие под­жи­ма­ли — и по­шла впе­ред. Ка­ра­сёв со сво­ей ма­ши­ной МТО остал­ся раз­би­рать­ся с си­ту­а­ци­ей. А вре­мя ве­чер­нее, ме­ста душ­ман­ские… По­вол­но­ва­лись мы то­гда здо­ро­во. Но Во­ло­дя вы­та­щил тот пе­ре­вер­ну­тый Ка­мАЗ и успел, уже в су­мер­ках, до ко­мен­дант­ско­го ча­са нас до­гнать.

В дру­гой раз ан­гел-хра­ни­тель не дал мне по­до­рвать­ся на мине. Де­ло бы­ло в рай­оне Ха­на­ба­да. Ко­лон­на на­ша вста­ла у пунк­та за­прав­ки ав­то­мо­би­лей. Пы­ли мел­кой, как пуд­ра, бы­ло по ко­ле­но. Ждем. Са­мые нетер­пе­ли­вые пы­та­ют­ся про­ско­чить впе­ред. Но это бы­ло стро­жай­ше за­пре­ще­но. Нам да­же ве­ша­ли на борт спе­ци­аль­ные таб­лич­ки ром­би­ком с но­ме­ром оче­ре­ди. И вдруг по пра­вой обо­чине вы­ле­та­ет «Урал». Толь­ко нас объ­е­хал — взрыв. Из ка­би­ны вы­ско­чил пра­пор­щик, оду­рев­ший от стрес­са: пе­ред­няя по­крыш­ка — в кло­чья, ка­пот за­дра­ло… А я се­бе ду­маю: «У «Ура­ла»-то ко­ле­са да­ле­ко впе­ре­ди. На мо­ем Ка­мАЗе — пря­мо у ме­ня под пя­той точ­кой. Сла­ва Бо­гу, что не мы рва­ну­ли в объ­езд».

Сол­да­ти­ки

Вер­нув­шись «из-за реч­ки» в Бе­ла­русь, Ва­дим от­крыл в се­бе ху­дож­ни­ка. По­ми­мо соб­ствен­но жи­во­пис­ца — та­лант стра­те­га иг­ры в «сол­да­ти­ки», точ­нее — в их со­зда­те­ля. Не­по­ни­ма­ю­щие усмех­нут­ся, а осве­дом­лен­ные оце­нят. Де­ло в том, что под­пол­ков­ник, а за­тем пол­ков­ник Си­ро­та увлек­ся мо­де­ли­ро­ва­ни­ем во­ен­ных битв и вос­со­зда­ни­ем в ми­ни­а­тю­ре ар­мий, в них участ­во­вав­ших. В том чис­ле — и со­бы­тий в Аф­га­ни­стане.

— На­ча­лось все с мо­ей тя­ги к ис­то­рии. Ри­со­вал во­и­нов, ло­ша­док. При­ми­тив­ных. Мне бы­ло ин­те­рес­но, как вы­гля­де­ли бой­цы две­сти — три­ста лет на­зад. Тех­но­ло­гию из­го­тов­ле­ния мо­де­лей изоб­ре­тал сам. Скру­тил тру­боч­кой бу­маж­ку — по­лу­чил но­гу го­ря­че­го ко­ня, кан­це­ляр­ская скреп­ка — ос­но­ва для кар­ка­са фи­гу­ры бой­ца. Меж­ду де­лом по этой же тех­но­ло­гии сде­лал шах­ма­ты. В ка­че­стве фи­гур — фран­цу­зы и рус­ские, год 1812-й. Ло­ша­ди — из фа­не­ры в три слоя. Дру­зьям по­нра­ви­лось. Мне — то­же. По­шли прось­бы сде­лать что-то по­хо­жее, но уже под кон­крет­ный за­каз. Де­ло в том, что по­доб­но­го не де­ла­ет ни­кто. Есть в про­да­же фи­гур­ки оло­вян­ные, пласт­мас­со­вые. А та­ких, как мне на­до, — нет. Сре­ди мо­их, услов­но го­во­ря, сол­да­ти­ков — аф­ган­ские душ­ма­ны, мул­лы, фи­гу­ры со­вет­ских во­и­нов 40-й ар­мии.

В кол­лек­ции пол­ков­ни­ка за­па­са Си­ро­ты име­ют­ся так­же по­да­роч­ные фи­гу­ры по­гра­нич­ни­ков, со­труд­ни­ков МВД, дру­гих си­ло­вых ве­домств.

— Ко­гда по­ки­дал Аф­га­ни­стан, пе­ре­ез­жая в со­ста­ве бри­гад­ной ко­лон­ны мост че­рез ре­ку Аму­да­рью, не удер­жал­ся — огля­нул­ся на­зад. Что-то оста­ва­лось там та­кое осо­бое, на­сто­я­щее, непод­дель­ное, и от это­го, на­вер­ное, бы­ло од­но­вре­мен­но и ра­дост­но, и очень груст­но. Не су­ди­те ме­ня, но я вспо­ми­наю то вре­мя по-доб­ро­му. Я да­же на­ив­но ду­мал: ко­гда вой­на за­кон­чит­ся, то обя­за­тель­но при­ве­зу сю­да же­ну, сы­на в ту­ри­сти­че­скую по­езд­ку, что­бы вновь про­ехать по тем до­ро­гам (но, ко­неч­но, уже без­опас­ным), что­бы по­ка­зать им эти ска­зоч­ные ино­пла­нет­ные ме­ста, где бы­вал, где жил и где ску­чал по сво­им род­ным… За­пи­сал Алек­сандр Еро­шен­ко, фо­то Кри­сти­ны Ма­лыш­ке­вич и из ар­хи­ва Ва­ди­ма Си­ро­ты

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.