При­гре­зи­лось

Minskaya pravda. Tolstushka - - Літаратурная Сябрына -

Она вздрог­ну­ла и ши­ро­ко от­кры­ла гла­за… Позд­ний стук в дверь был неожи­дан­ным и пу­га­ю­щим. Он пре­рвал мыс­ли о том един­ствен­ном, кто ей до­рог. Про­ве­рив, не просну­лись ли де­ти, те­нью про­скольз­ну­ла к две­ри, мо­лясь в ду­ше, что­бы стук не по­вто-

рил­ся: ес­ли не успе­ет до­бе­жать – при­дет­ся успо­ка­и­вать раз­бу­жен­ных де­тей.

Не шел из го­ло­вы по­след­ний раз­го­вор. Все­го несколь­ко ча­сов на­зад она при­зна­лась во всем. Глу­пая, на­ив­ная иди­от­ка! Ни один муж­чи­на не за­хо­чет ту, что са­ма идет в ру­ки. Муж­чи­на по при­ро­де – охот­ник. Та­кая, как она, да еще «уве­шан­ная детьми», как но­во­год­няя елка – иг­руш­ка­ми, не нуж­на ни­ко­му. Зря, очень зря! Мож­но бы­ло еще ме­ся­ца­ми те­шить се­бя об­ще­ни­ем в ча­те, ни­чтож­ны­ми на­деж­да­ми, по­лу­на­ме­ка­ми, шут­ка­ми. Мож­но бы­ло жить этим еще дол­го. Но она при­зна­лась. По­то­му что не вы­дер­жа­ла. И он за­мол­чал. Все это вре­мя – ка­жет­ся, це­лую веч­ность! – он мол­чит: где-то да­ле­ко, в дру­гом го­ро­де, на краю стра­ны. И, мо­жет быть, не за­го­во­рит боль­ше ни­ко­гда, не ре­ша­ясь остать­ся да­же дру­гом, ка­ким был преж­де.

Дверь. Не ухо­дить в се­бя, нуж­но бе­жать к две­ри. Ко­му по­на­до­би­лось сту­чать­ся к ней так позд­но? Со­се­дям? Вполне. Вы­ход­ной все-та­ки. Воз­мож­но, на дру­же­ской ве­че­рин­ке не хва­ти­ло вил­ки или ста­ка­на и тут вспом­ни­ли про нее…

– Кто там?

Мол­ча­ние. На тем­ной пло­щад­ке ни­че­го не вид­но в гла­зок. Риск­нуть? А вдруг там при-

та­ил­ся тот, кто за­ду­мал недоб­рое? По­жу­рив са­му се­бя (да, до­ро­гая, все ма­нья­ки го­ро­да ищут толь­ко те­бя!), по­вер­ну­ла ключ в зам­ке. – Ты???

Он про­сто смот­рел на нее. Его гла­за бы­ли тем­ны и пол­ны тай­ны, как все­гда, но всю эту про­пасть сей­час за­пол­ня­ла толь­ко она.

– Я не по­смел от­ве­тить те­бе в ча­те. Не мог ма­рать это кла­ви­ша­ми и ки­ло­мет­ра­ми. Бро­сил­ся в пер­вый по­езд. Пой­мал так­си. Бе­жал. К те­бе.

Серд­це раз­ры­ва­ло ко­сти и тка­ни. Бы­ло фи­зи­че­ски боль­но. Раз­ве мо­жет быть боль­но от сча­стья? Нет, от недо­ве­рия сча­стью!

Он во­шел. За­крыл дверь. Об­нял. По­том вне­зап­но под­хва­тил и по­нес в даль­нюю ком­на­ту, сбра­сы­вая бо­тин­ки по до­ро­ге. Сел в крес­ло, по­са­дил ее к се­бе на ко­ле­ни. Она чув­ство­ва­ла его креп­кие и на­деж­ные ру­ки, ей хо­те­лось, что­бы это дли­лось веч­но.

– Я ни­ко­гда боль­ше от те­бя не уеду. Ни­ко­гда!

***

Она вздрог­ну­ла и ши­ро­ко от­кры­ла гла­за… Звук звон­ка в скай­пе не за­ти­хал. Он по­зво­нил. Раз­го­ва­ри­ва­ли о раз­ной ерун­де, как все­гда. Он остал­ся все тем же за­ме­ча­тель­ным дру­гом...

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.