ПЕР­ВЫЙ ДОК­ТОР

УРОЖЕНКА ВОЛОЖИНЩИН­Ы ПЕР­ВОЙ В ИС­ТО­РИИ НЕЗА­ВИ­СИ­МОЙ БЕ­ЛА­РУ­СИ ЗАЩИТИЛА ДИССЕРТАЦИ­Ю ПО ЗА­РУ­БЕЖ­НОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

Minskaya pravda - - Первая Страница - Еле­на ПАШКЕВИЧ

Ма­ри­на Ро­га­чев­ская – пер­вый уче­ный в ис­то­рии неза­ви­си­мой Бе­ла­ру­си, за­щи­тив­ший док­тор­скую диссертаци­ю по за­ру­беж­ной литературе. Ро­ди­лась и вы­рос­ла в Во­ло­жине, но су­ме­ла по­ко­рить на­уч­ный мир Ев­ро­пы.

Она пи­шет кни­ги на ан­глий­ском и из­да­ет их в Ве­ли­ко­бри­та­нии, ра­бо­та­ет пе­ре­вод­чи­ком­син­хро­ни­стом в струк­ту­рах ООН, пре­по­да­ет на ка­фед­ре за­ру­беж­ной ли­те­ра­ту­ры в Мин­ском го­су­дар­ствен­ном линг­ви­сти­че­ском уни­вер­си­те­те, ко­то­рый в свое вре­мя окон­чи­ла с от­ли­чи­ем, и увле­ка­ет­ся во­сточ­ны­ми тан­ца­ми. Кор­ре­спон­дент «МП» встре­ти­лась с док­то­ром на­ук и узна­ла, ка­кие кни­ги учат жить и по­мо­га­ют стать луч­ше.

– Ма­ри­на Ста­ни­сла­вов­на, со­ставь­те, по­жа­луй­ста, свой топ пи­са­те­лей, чьи про­из­ве­де­ния важ­ны в ста­нов­ле­нии лич­но­сти.

– Без клас­си­ки, без ос­но­вы ос­нов – ни­как. Обя­за­тель­но Шекс­пир, за ним по­ста­ви­ла бы Ге­те: в их про­из­ве­де­ни­ях – все ар­хе­ти­пы че­ло­ве­че­ско­го со­зна­ния. Кни­га, ко­то­рая вос­пи­ты­ва­ет из­на­чаль­ное от­но­ше­ние к ми­ру, – «Дон Ки­хот» Сер­ван­те­са, ее нуж­но про­честь в дет­стве. Обя­за­тель­но Марк Твен. Из ре­а­ли­сти­че­ской клас­си­ки XIX ве­ка все важ­ны: и Баль­зак, и Фло­бер, и Дик­кенс, не обой­тись без ро­ма­на «Гро­зо­вой пе­ре­вал» Эми­ли Брон­те. За­тем – бри­тан­ские мо­дер­ни­сты: Джойс, Ло­уренс и Вир­джи­ния Вулф. Ва­жен Джордж Ору­элл: дру­гую сто­ро­ну жиз­ни не уви­дим и не пой­мем, где мы жи­вем, ес­ли не про­чли «1984». Из со­вре­мен­ных ав­то­ров вы­де­ли­ла бы Свет­ла­ну Алек­си­е­вич и еще од­но­го но­бе­лев­ско­го ла­у­ре­а­та – Джо­на Макс­вел­ла Кут­зее, ко­то­рый по­ка­зал пост­ко­ло­ни­аль­ный мир Юж­ной Аф­ри­ки, уни­вер­саль­ную че­ло­ве­че­скую си­ту­а­цию по­сле раз­ло­ма. Этим спи­сок не ис­чер­пы­ва­ет­ся…

– При вы­бо­ре ли­те­ра­ту­ры для при­ват­но­го чте­ния для вас ве­со­мо, чтó сей­час мод­но чи­тать?

– Есть раз­ни­ца меж­ду мас­со­вым чте­ни­ем и эли­тар­ным. Мас­со­вое чте­ние уже пе­ре­рос­ла. Но ес­ли ро­ман по­лу­чил хо­ро­шие от­зы­вы в та­ких ав­то­ри­тет­ных га­зе­тах, как «Гар­диан», или за­во­е­вал пре­стиж­ные ли­те­ра­тур­ные пре­мии, по­ста­ра­юсь его про­честь. По­этес­са и ав­тор дет­ских книг Хе­лен Дан­мор, на­при­мер, ста­ла очень мод­ной в ака­де­ми­че­ской сре­де толь­ко по­сле сво­е­го ухо­да из жиз­ни. В этом го­ду ее по­смерт­но удо­сто­и­ли ли­те­ра­тур­ной пре­мии «Ко­ста».

По­след­ние семь лет чи­та­ла необ­хо­ди­мые на­уч­ные кни­ги для док­тор­ской дис­сер­та­ции – все­го бо­лее 620.

– Пред­по­чи­та­е­те элек­трон­ную кни­гу или из­дан­ную ти­по­граф­ским спо­со­бом?

– В прин­ци­пе – не важ­но. Нема­ло книг за­гру­жаю на план­шет. Чи­таю в об­ще­ствен­ном транс­пор­те. Но все­гда но­шу с со­бой и пе­чат­ную кни­гу. Сей­час в сум­ке «Жизнь по­сле жиз­ни» Кейт Ат­кин­сон. До это­го бы­ла кни­га по при­клад­но­му пси­хо­ана­ли­зу «Рас­чле­не­ние Каф­ки» Ни­ки­ты Бла­го­ве­щен­ско­го.

– Кто при­вил вам лю­бовь к кни­гам – се­мья, шко­ла?

– Мой отец чи­тал за­по­ем. Он хоть и окон­чил 10 клас­сов, но был пре­вос­ход­ным спе­ци­а­ли­стом – на тот мо­мент в Во­ло­жине был един­ствен­ным, кто, не имея выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния, мог от­ре­мон­ти­ро­вать лю­бое обо­ру­до­ва­ние Над док­тор­ской «Но­вые фор­мы пси­хо­ло­гиз­ма в бри­тан­ском ро­мане XX ве­ка» ра­бо­та­ла око­ло се­ми лет. Фак­ти­че­ски всю диссертаци­ю пи­са­ла ле­том в Во­ло­жине.

Ту­да при­ез­жаю, что­бы убе­жать от су­е­ты. Там у ма­мы свой дом – ти­ши­на, при­ро­да, спо­кой­ствие…

и да­же рент­ге­нап­па­ра­ты. В се­мье чи­та­ли все. Де­душ­ка пред­по­чи­тал ре­ли­ги­оз­ную ли­те­ра­ту­ру. Стар­шая сест­ра по­ку­па­ла кни­ги че­рез об­ще­ство кни­го­лю­бов. Ма­ма, быв­ший бух­гал­тер, по-преж­не­му лю­бит клас­си­ку, ино­стран­ные ро­ма­ны. В шко­ле я бы­ла при­мер­ной уче­ни­цей. Из спис­ков ли­те­ра­ту­ры, ко­то­рые в млад­ших клас­сах СШ №2 да­ва­ла на ле­то учи­тель­ни­ца Ли­дия Се­ме­нов­на Жур­ке­вич, про­чи­ты­ва­ла все. В стар­ших клас­сах учи­тель­ни­ца рус­ской ли­те­ра­ту­ры На­та­лья Вла­ди­ми­ров­на На­квас при­ви­ла лю­бовь к по­э­зии, к бе­лорус­ской литературе – Зоя Лу­кья­нов­на Ря­за­но­ва. Шко­лу окон­чи­ла с се­реб­ря­ной ме­да­лью – под­ве­ла «чет­вер­ка» по ал­геб­ре.

– Ма­ри­на Ста­ни­сла­вов­на, ко­гда в жиз­ни что-то не ла­дит­ся, ка­кая кни­га вам по­мо­га­ет?

– Это по­э­зия. В ос­нов­ном клас­си­ка: по­эты Се­реб­ря­но­го ве­ка Цве­та­е­ва и Ах­ма­то­ва. Я так­же фа­нат со­вре­мен­ной бри­тан­ской ли­те­ра­ту­ры. У ме­ня все­гда на пол­ках по­след­ние ро­ма­ны Дэ­ви­да Лод­жа, Иэна Ма­кью­эна, Джу­ли­а­на Барн­са, Хе­лен Дан­мор, Пэт Бар­кер, Кейт Ат­кин­сон и дру­гих. И, ко­неч­но, мне до­ро­ги Ва­силь Бы­ков и Вла­ди­мир Ко­рот­ке­вич.

– Ва­ша лю­би­мая ли­те­ра­тур­ная ци­та­та?

– У ме­ня есть блок­нот, ку­да вы­пи­сы­ваю по­нра­вив­ши­е­ся мыс­ли на ан­глий­ском. На­при­мер, из мо­е­го лю­би­мо­го пи­са­те­ля Дэ­ви­да Гер­бер­та Ло­урен­са: «Жизнь да­на нам, что­бы ее тра­тить, а не на­кап­ли­вать». Здесь иг­ра с ас­со­ци­а­ци­ей со сло­вом «день­ги» – их мож­но хра­нить, а мож­но тра­тить. Так и жизнь для то­го, что­бы ее тра­тить.

Иэн Ма­кью­эн: «Имен­но те сло­ва, ко­то­рые вы не про­из­но­си­те, ме­ня­ют ва­шу жизнь». Из «Гам­ле­та» Шекс­пи­ра: «Мы зна­ем, кто мы есть, но мы не зна­ем, кем мы мо­жем быть». Миль­тон: «Со­зна­ние спо­соб­но пре­вра­тить на­шу жизнь из рая в ад и из ада в рай». За­пи­сы­ваю нема­ло ци­тат из Фрей­да, Юн­га.

– Ка­ки­ми ино­стран­ны­ми язы­ка­ми сво­бод­но вла­де­е­те?

– Преж­де все­го ан­глий­ским. Ме­нее сво­бод­но – фран­цуз­ским, но чи­таю в ори­ги­на­ле. Сво­бод­но чи­таю по-поль­ски. На­при­мер, сей­час у ме­ня на оче­ре­ди ро­ман «Бе­гу­ны» Оль­ги То­кар­чук, по­лу­чив­ший недав­но Бу­ке­ров­скую пре­мию.

– Как на­чи­нал­ся ваш путь в на­у­ку?

– За­кон­чи­ла иняз и оста­лась здесь ра­бо­тать. На­чи­на­ла с ка­фед­ры фо­не­ти­ки. В 2003 го­ду защитила кан­ди­дат­скую диссертаци­ю. Спу­стя го­ды на­бра­лось нема­ло ма­те­ри­а­ла в од­ном клю­че – о свя­зи пси­хо­ло­гии и ли­те­ра­ту­ры. Эти на­ра­бот­ки хо­те­лось ор­га­ни­зо­вать, по­де­лить­ся ими. По­сту­пи­ла в док­то­ран­ту­ру фи­ло­ло­ги­че­ско­го фа­куль­те­та БГУ – в иня­зе док­то­ран­ту­ры по литературе не бы­ло, так как не бы­ло док­то­ра на­ук.

– Кто пер­вым вас ис­кренне по­здра­вил с за­щи­той док­тор­ской?

– Муж. За­щи­ща­лась в на­ча­ле мар­та это­го го­да в БГУ. Со вре­мен неза­ви­си­мой Бе­ла­ру­си по за­ру­беж­ной литературе та­кой за­щи­ты еще не бы­ло. В на­шей стране док­то­ров на­ук по за­ру­беж­ной литературе мож­но пе­ре­счи­тать по паль­цам – и все они за­щи­ща­лись еще в Со­вет­ском Со­ю­зе: в Москве, в Ле­нин­гра­де. Ис­клю­че­ние – док­тор­ские дис­сер­та­ции, где срав­ни­ва­ют­ся те или иные ас­пек­ты бе­лорус­ской и ка­кой-ли­бо за­ру­беж­ной ли­те­ра­ту­ры. Моим на­уч­ным кон­суль­тан­том бы­ла за­слу­жен­ный про­фес­сор Рос­сий­ско­го го­су­дар­ствен­но­го гу­ма­ни­тар­но­го уни­вер­си­те­та, ли­те­ра­ту­ро­вед, пе­ре­вод­чик На­та­лья Иго­рев­на Рейн­гольд из Моск­вы. С ней по­зна­ко­ми­лась на меж­ду­на­род­ной кон­фе­рен­ции по ли­те­ра­ту­ро­ве­де­нию в Па­ри­же.

– Ка­ки­ми ино­стран­ны­ми биб­лио­те­ка­ми поль­зо­ва­лись, ра­бо­тая над док­тор­ской?

– Ра­бо­та­ла в На­ци­о­наль­ной биб­лио­те­ке Ве­ли­ко­бри­та­нии в Лон­доне – вто­рой в ми­ре по­сле Би­б­лио­те­ки Кон­грес­са в США. За­пи­са­на там еще с 2001 го­да. Ту­да мож­но при­но­сить лю­бые книж­ки, по­то­му что биб­лио­теч­ные чи­пи­ро­ва­ны. Ра­бо­тать раз­ре­ше­но толь­ко с ка­ран­да­шом. Ша­ри­ко­вые руч­ки за­пре­ще­ны. Ксе­ро­ко­пия од­ной книж­ной стра­ни­цы не из де­ше­вых – в пе­ре­сче­те где-то 15 аме­ри­кан­ских цен­тов.

По­счаст­ли­ви­лось вос­поль­зо­вать­ся и дву­мя бо­га­тей­ши­ми биб­лио­те­ка­ми ми­ра.

Од­на из них Бод­ли­ан­ская Окс­форд­ско­го уни­вер­си­те­та. Ее по­се­ща­ют как про­стой смерт­ный, так и чле­ны ко­ро­лев­ской се­мьи на оди­на­ко­вых усло­ви­ях. Там за кни­гой ча­сто лю­бит по­си­деть принц Чарльз.

За­пи­сы­ва­ясь ту­да, пред­ста­ви­ла ре­ко­мен­да­тель­ное пись­мо от сво­е­го учре­жде­ния, под­твер­жда­ю­щее, что за­ни­ма­юсь ис­сле­до­ва­ни­ем. По­лу­чи­ла текст Клят­вы, ко­то­рая су­ще­ству­ет уже мно­го ве­ков, и тор­же­ствен­но на ка­ме­ру ее за­чи­та­ла: обя­зу­юсь ува­жать, чтить этот фонд, не при­но­сить опас­ные для книг ве­ще­ства – огонь, во­ду и т. д. Толь­ко по­сле это­го вы­да­ет­ся спе­ци­аль­ное удо­сто­ве­ре­ние. Ра­бо­та­ла в биб­лио­те­ке Нот­тин­гем­ско­го уни­вер­си­те­та. Она от­кры­та 365 дней в го­ду, а пе­ред сес­си­ей – 24 ча­са в сут­ки. Там биб­лио­те­карь не ну­жен со­всем – кни­ги в сво­бод­ном доступе.

– Са­ми ни­ко­гда не пы­та­лись по­про­бо­вать се­бя в ка­че­стве пи­са­те­ля или по­эта?

– Призна­юсь – пи­шу сти­хи на рус­ском, бе­ло­рус­ском и ан­глий­ском. Они опуб­ли­ко­ва­ны в сбор­ни­ках «Я чув­ствую», ку­да вхо­дят про­из­ве­де­ния сту­ден­тов, пре­по­да­ва­те­лей и вы­пуск­ни­ков на­ше­го ву­за. В Ве­ли­ко­бри­та­нии из­да­ла

Ма­ри­на Ро­га­чев­ская: «Кни­га, ко­то­рая вос­пи­ты­ва­ет из­на­чаль­ное от­но­ше­ние к ми­ру, – «Дон Ки­хот» Сер­ван­те­са, ее нуж­но про­честь в дет­стве. Обя­за­тель­но Марк Твен. Из ре­а­ли­сти­че­ской клас­си­ки XIX ве­ка все важ­ны: и Баль­зак, и Фло­бер, и Дик­кенс, не обой­тись без ро­ма­на «Гро­зо­вой пе­ре­вал» Эми­ли Брон­те».

кни­гу на ан­глий­ском «Же­ла­ние люб­ви: тай­ные стрем­ле­ния че­ло­ве­че­ско­го серд­ца в про­из­ве­де­ни­ях Д. Г. Ло­урен­са». Две мои на­уч­ные мо­но­гра­фии из­да­ны в Бе­ла­ру­си.

– Ма­ри­на Ста­ни­сла­вов­на, мо­же­те ли, ис­хо­дя из опы­та пре­по­да­ва­ния в ву­зе, утвер­ждать об ин­те­ре­се к чте­нию или его от­сут­ствии у со­вре­мен­ной мо­ло­де­жи?

– Ско­рее – об от­сут­ствии ин­те­ре­са. Срав­ню сда­чу эк­за­ме­на по литературе в мои сту­ден­че­ские го­ды и ныне. У нас не бы­ло воз­мож­но­сти при­об­ре­сти кни­ги в ори­ги­на­ле за гра­ни­цей, ку­пить че­рез ин­тер­нет. Но мы на­хо­ди­ли спо­со­бы. Кто-то из на­шей груп­пы чи­тал од­ну часть ред­кой кни­ги, кто-то дру­гую, а за­тем са­ди­лись ве­че­ром в пу­стой ауди­то­рии и до 11–12 но­чи по­дроб­но пе­ре­ска­зы­ва­ли со­дер­жа­ние. Счи­та­ли делом че­сти про­честь все за­дан­ное. Эк­за­ме­ны при­ни­ма­ли за­ве­ду­ю­щий ка­фед­рой за­ру­беж­ной ли­те­ра­ту­ры Юрий Вик­то­ро­вич Сту­лов, про­фес­сор Оль­га Афа­на­сьев­на Суд­лен­ко­ва – с ни­ми ра­бо­таю сей­час. Со­вре­мен­ная мо­ло­дежь по­ла­га­ет, что мож­но оси­лить кни­гу по при­ми­тив­но­му крат­ко­му со­дер­жа­нию в ин­тер­не­те, – де­скать, мы при­шли к вам изу­чать язык, а не ли­те­ра­ту­ру. Не по­ни­мая, что без зна­ком­ства с ху­до­же­ствен­ным сло­вом ино­стран­ный изу­чить невоз­мож­но.

– На­уч­ная де­я­тель­ность, меж­ду­на­род­ные кон­фе­рен­ции, пре­по­да­ва­ние в ву­зе… На­вер­ное, сво­им кре­до вы вы­бра­ли сло­ва Ко­ко Ша­нель «Ме­ня ни­что так не утом­ля­ет, как от­дых»?

– Точ­но. Па­рал­лель­но ра­бо­таю пе­ре­вод­чи­ком-син­хро­ни­стом. У ме­ня кон­трак­ты с Про­грам­мой раз­ви­тия ООН в Бе­ла­ру­си, Все­мир­ным бан­ком. Ча­сто на­шу груп­пу пе­ре­вод­чи­ков от ву­за от­прав­ля­ют на важ­ные ме­ро­при­я­тия го­су­дар­ствен­но­го уров­ня. До­во­ди­лось участ­во­вать в од­ной из мин­ских встреч в «нор­манд­ском фор­ма­те».

У ме­ня есть хоб­би, ко­то­ро­му уже семь лет, – та­нец жи­во­та. Шесть ве­че­ров в неде­лю: за­ня­тия йо­гой, пи­ла­те­сом и во­сточ­ны­ми тан­ца­ми. Мы успеш­но участ­ву­ем в кон­кур­сах, ста­вим кон­цер­ты, са­ми шьем ко­стю­мы. Вы­сту­па­ла в со­ста­ве на­шей ма­лой груп­пы с араб­ским тан­цем в иня­зе на ве­че­ре ан­глий­ско­го фа­куль­те­та. Сту­ден­ты бы­ли в вос­тор­ге. Бе­ли­данс – это увле­че­ние, ко­то­рое раз­ви­ва­ет мозг. На об­ще­ствен­ных на­ча­лах да­же взя­лась пре­по­да­вать в од­ном из клу­бов. Араб­ски­ми тан­ца­ми увлек­лась как раз, ко­гда на­ча­ла пи­сать док­тор­скую.

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.