ДЕ­ЛО МА­СТЕ­РА

КАК ИМЕНИТЫЙ ХУ­ДОЖ­НИК ОТОДВИНУЛ АМ­БИ­ЦИИ НА ВТО­РОЙ ПЛАН И ПОСВЯТИЛ СЕ­БЯ РАСКРЫТИЮ ДЕТСКИХ ТА­ЛАН­ТОВ

Minskaya pravda - - Первая Страница - Ан­на ХАЛДЕЕВА

За­ни­мать­ся соб­ствен­ным твор­че­ством или по­свя­тить се­бя де­тям? Жи­во­пи­сец, гра­фик, ма­стер пла­ка­та Вла­ди­мир Щербин от­ве­ча­ет на этот во­прос вполне опре­де­лен­но. Ла­у­ре­ат все­со­юз­ных и рес­пуб­ли­кан­ских кон­кур­сов отодвинул соб­ствен­ные ам­би­ции на вто­рой план.

Вот уже 30 лет он обу­ча­ет мо­ло­дежь в Дзер­жин­ской дет­ской шко­ле ис­кусств. «Ху­дож­ник во мне не умер, но дав­но про­па­ло тще­сла­вие», – го­во­рит пе­да­гог. О ро­ди­тель­ских меч­тах, стрем­ле­нии юных ав­то­ров к пла­ги­а­ту и сво­ем же­ла­нии на­учить их мыс­лить Вла­ди­мир Щербин рас­ска­зал кор­ре­спон­ден­ту «МП».

– Вла­ди­мир Ива­но­вич, вы ведь един­ствен­ный в Бе­ла­ру­си, кто за­ни­мал­ся дет­ским офор­том – раз­но­вид­но­стью гра­вю­ры на ме­тал­ле…

– Я гор­жусь тем, что сде­лал в этом на­прав­ле­нии. Дет­ско­го офор­та ма­ло в ми­ре и со­всем нет в на­шей стране. Слиш­ком слож­ная тех­но­ло­гия. Од­на­ж­ды на пле­нэ­ре в Ма­ке­до­нии ме­ня ата­ко­ва­ли пор­ту­галь­цы: «Как ты это де­ла­ешь? Это во­пре­ки всем пра­ви­лам!» Бы­ло несколь­ко уче­ни­ков, с ко­то­ры­ми я ра­бо­тал – Илья Ефим­чик и Мак­сим Мяс­ни­ков. Ро­ди­те­ли по­ку­па­ли для них ре­а­ген­ты – медь, цинк, кис­ло­ту. Ос­нов­ное неудоб­ство бы­ло свя­за­но с трав­ле­ни­ем ме­тал­ла: в по­ме­ще­нии это де­лать нель­зя. На за­ра­бо­тан­ные в немец­ком кон­кур­се день­ги при­стро­и­ли к «ху­дож­ке» ма­стер­скую, а на вы­тяж­ку фи­нан­сов не хва­ти­ло. Вот и при­хо­ди­лось ухищ­рять­ся. Вдох­но­вив­шись на­ши­ми ра­бо­та­ми, один из стан­ков для офор­та нам по­да­ри­ли гол­ланд­цы. Сей­час он сто­ит без де­ла. Из гра­фи­ки я «вы­клю­чил­ся». Вре­ме­ни ка­та­стро­фи­че­ски не хва­та­ет. Ес­ли рань­ше в шко­ле за­ни­ма­лось 54 вос­пи­тан­ни­ка, то сей­час – 136!

– Ро­ди­те­ли хо­тят, что­бы их ре­бе­нок ри­со­вал «как ху­дож­ник». Но мно­го ли дей­стви­тель­но ода­рен­ных де­тей?

– Ри­су­ю­щий че­ло­век и ху­дож­ник – раз­ные по­ня­тия. У твор­ца дол­жен быть соб­ствен­ный взгляд на мир, своя по­зи­ция. Аме­ри­кан­ские ис­сле­до­ва­те­ли еще в 70–80-х го­дах вы­яс­ни­ли, что из 100 де­тей лишь чет­ве­ро склон­ны к твор­че­ству. А вот ре­ме­с­лу мож­но на­учить каж­до­го. Сей­час воз­мож­но­стей рас­крыть­ся очень мно­го. За­пус­ка­ют­ся част­ные шко­лы, сту­дии. Ро­ди­те­ли, как пра­ви­ло, ре­а­ли­зу­ют соб­ствен­ные ам­би­ции че­рез ре­бен­ка, а не ду­ма­ют о раз­ви­тии его за­дат­ков. Но здесь по­вли­ять слож­но. Моя за­да­ча как пе­да­го­га – вы­ве­сти де­тей на уро­вень ху­до­же­ствен­ных ву­зов и ссузов. Не важ­но, свя­жут ли ре­бя­та свою жизнь с ис­кус­ством или нет. В оцен­ке детских ра­бот ста­ра­юсь быть де­ли­кат­ным. За­чем от­би­рать на­деж­ду? Бы­ва­ет, что ре­бен­ку не да­ет­ся то или иное на­прав­ле­ние. Но и в этом слу­чае мож­но най­ти вы­ход. Один из мо­их уче­ни­ков не чув­ство­вал цвет, но пре­крас­но раз­ви­вал­ся в гра­фи­ке. Сей­час, правда, за­бро­сил это де­ло. Ра­бо­та­ет ми­ли­ци­о­не­ром в Минске.

– Ваши вос­пи­тан­ни­ки за­ни­ма­ли при­зо­вые ме­ста на раз­лич­ных кон­кур­сах. Уро­вень их ху­до­же­ствен­но­го ма­стер­ства неред­ко был вы­ше, чем у ре­бят из дру­гих стран. В чем сек­рет?

– Пост­со­вет­ское про­стран­ство и неко­то­рые дру­гие стра­ны со­хра­ни­ли си­сте­му ху­до­же­ствен­но­го об­ра­зо­ва­ния. В Бе­ла­ру­си, Рос­сии, Укра­ине, Мол­до­ве, а так­же Ма­ке­до­нии и Бол­га­рии су­ще­ству­ют ху­до­же­ствен­ные шко­лы. У ре­бен­ка есть воз­мож­ность вы­ра­жать се­бя. На за­па­де это сто­ит боль­ших де­нег или со­всем не раз­ви­то как на­прав­ле­ние. Вли­я­ют и усло­вия жиз­ни. Как-то на вы­став­ке во Фран­ции ко мне по­до­шел мой кол­ле­га. Ра­бо­ты мо­их де­тей его впе­чат­ли­ли. Он недо­уме­вал: «По­че­му твои так мо­гут, а мои – нет?» Его ре­бя­та за­им­ство­ва­ли идеи из ин­тер­не­та. А у нас в то время ком­пью­тер был не у каж­до­го. На дво­ре сто­ял 2000 год. Уче­ни­ки рос­ли на сказ­ках, фольк­ло­ре и ли­те­ра­ту­ре.

– Вы не раз от­ме­ча­ли, что учи­те де­тей мыс­лить. На­вер­ное, с раз­ви­ти­ем ин­тер­не­та ста­ло слож­нее бо­роть­ся с пла­ги­а­том?

– Де­тям очень хо­чет­ся по­нра­вить­ся. По­это­му они мо­гут за­им­ство­вать чу­жие идеи. А я объ­яс­няю, что «нуж­но петь свою пес­ню». Не гнать­ся за вы­со­кой оцен­кой или по­хва­лой. Да, ес­ли го­во­рить о ми­ро­вом ис­кус­стве, то ху­дож­ник все­гда ра­бо­тал на за­каз­чи­ка. Тот же Ван Гог хо­тел про­да­вать свои ра­бо­ты, но не бы­ло спро­са. Тем не ме­нее он не ко­пи­ро­вал чу­жие кар­ти­ны. И при­зна­ние к нему при­шло, пусть да­же по­сле смер­ти. Ино­гда ра­бо­ты долж­ны «от­сто­ять­ся».

– Как жи­вет­ся со­вре­мен­ным ху­дож­ни­кам? Ча­сто ли при­хо­дит­ся ид­ти на по­во­ду у за­каз­чи­ка?

– Най­ти свой путь очень слож­но. Уста­нов­ка «по­ку­па­тель все­гда прав» съе­да­ет мно­гих. Что­бы вы­жить, ху­дож­ник под­стра­и­ва­ет­ся под за­каз­чи­ка. И я объ­яс­няю де­тям, что боль­ших де­нег в этой про­фес­сии не за­ра­бо­та­ешь. С чи­сто­го твор­че­ства жи­вут еди­ни­цы. Ди­зайн кор­мит боль­ше. Ху­дож­ни­кам мо­е­го по­ко­ле­ния бы­ло про­ще: спа­са­ли го­су­дар­ствен­ные за­ка­зы. Так­же су­ще­ство­ва­ла цен­зу­ра – худ­со­вет, ко­то­рый фор­ми­ро­вал вкус. Без ми­ну­сов, ко­неч­но, не об­хо­ди­лось. Но­вые те­че­ния – аван­гар­ди­стов, нон­кон­фор­ми­стов – ру­би­лись на кор­ню. Не учи­ты­ва­лось, что ис­кус­ство не ста­тич­но – оно ме­ня­ет­ся. За­ко­сте­не­лым в сво­их взгля­дах быть нель­зя.

– Вы мно­го ра­бо­та­ли в жан­ре пла­ка­та. Не по­те­рял ли он свою ак­ту­аль­ность?

– Счи­таю пла­кат со­став­ной ча­стью на­шей жиз­ни. Рань­ше бы­ло мно­го по­ли­ти­че­ско­го пла­ка­та, сей­час – ре­клам­но­го. Со­ци­аль­ный пла­кат, с ко­то­рым мы ра­бо­та­ем в шко­ле, – это на­по­ми­на­ние о чем-то важ­ном. Лист бу­ма­ги не из­ме­нит чью-то жизнь гло­баль­но. Но двух че­ло­век из ста он мо­жет за­це­пить. А это уже по­бе­да. Пла­кат ра­бо­та­ет толь­ко при опре­де­лен­ных усло­ви­ях. Его жил­пло­щадь – на за­бо­ре. Ра­бо­та, по­вер­ну­тая ли­цом к стен­ке, не имеет цен­но­сти. Она долж­на най­ти сво­е­го зри­те­ля.

– Вла­ди­мир Ива­но­вич, и все-та­ки: нуж­но ли ху­дож­ни­ку об­ра­зо­ва­ние?

– Для ме­ня от­вет од­но­знач­ный: ко­неч­но, да. Я про­жил 14 сту­ден­че­ских лет. С пе­да­го­га­ми мне по­вез­ло. И то, что в ме­ня ко­гда-то вло­жи­ли, пе­ре­даю де­тям. Од­на­ж­ды я по­зна­ко­мил­ся с пе­ви­цей Еле­ной Кам­бу­ро­вой. Она при­е­ха­ла на га­стро­ли в Пен­зен­скую фи­лар­мо­нию. Я там ра­бо­тал ху­дож­ни­ком-ре­кла­ми­стом и по­мо­гал ей пе­ре­но­сить ап­па­ра­ту­ру. Несколь­ко ве­че­ров мы пи­ли чай, об­ща­лись. Она уви­де­ла мои ра­бо­ты и ска­за­ла: «Ху­дож­ни­ка по­ка нет. На­до учить­ся». За пле­ча­ми у ме­ня бы­ли Пен­зен­ские пе­да­го­ги­че­ское и ху­до­же­ствен­ное учи­ли­ща. По со­ве­ту Еле­ны Кам­бу­ро­вой я ока­зал­ся в Бе­ла­ру­си. Окон­чил Мин­ский те­ат­раль­но-ху­до­же­ствен­ный ин­сти­тут. Ко­гда в Дзер­жин­ске от­кры­ва­лась дет­ская шко­ла ис­кусств, мне пред­ло­жи­ли ру­ко­во­дить ху­до­же­ствен­ным от­де­ле­ни­ем. Ду­мал, что не за­дер­жусь на­дол­го, а остал­ся на 30 лет. Учить­ся про­дол­жаю до сих пор. Иной раз смот­ришь, как де­ти сме­ши­ва­ют крас­ки, и дар ре­чи те­ря­ешь. Лишь од­на мысль: «Вот это да!»

– Уда­лось ли ре­а­ли­зо­вать соб­ствен­ный твор­че­ский по­тен­ци­ал?

– Не в пол­ной ме­ре. Соб­ствен­ные ам­би­ции во мне со вре­ме­нем по­утих­ли. С детьми ра­бо­тать впол­си­лы нель­зя. Ре­бе­нок за­би­ра­ет все без остат­ка. В про­цес­се сов­мест­но­го твор­че­ства моя энер­гия пе­ре­те­ка­ет в его ра­бо­ту. Я не мо­гу по­ста­вить свою под­пись, но в кар­тине 80% мо­е­го тру­да. А ес­ли объ­ек­тив­но, то, ду­маю, я все же что-то сде­лал в об­ла­сти куль­ту­ры. В ко­пил­ке от­де­ле­ния – око­ло ты­ся­чи на­град. По­ми­мо это­го я вы­сту­пил ав­то­ром и со­ста­ви­те­лем книг «Дзер­жин­ская дет­ская гра­фи­ка» и «500 на­град». Бла­го­да­ря уси­ли­ям го­род­ских вла­стей из­да­ния уви­де­ли свет. Так­же вме­сте с мо­им уче­ни­ком Пав­лом За­б­лоц­ким сде­ла­ли пер­вый гра­фи­че­ский аль­бом к юби­лею Дзер­жин­ска.

– Сей­час про­дол­жа­е­те ри­со­вать?

– За­ни­ма­юсь жи­во­пи­сью. Ра­бо­ты прак­ти­че­ски не про­даю. За несколь­ко лет – не бо­лее двух кар­тин. И счи­таю этот факт для се­бя бла­гом. Фор­му­лы «че­го из­во­ли­те?» я из­бе­жал. Я не оби­вал по­ро­ги из­да­тельств, не про­сил ме­ня на­пе­ча­тать. Я де­лал пла­кат, ста­но­вил­ся ла­у­ре­а­том, а за­тем ме­ня пуб­ли­ко­ва­ли.

«В Пен­зен­ском ху­до­же­ствен­ном учи­ли­ще име­ни К. А. Са­виц­ко­го пре­по­да­вал куль­ту­ро­лог Да­ни­ил Дон­ду­рей. Впо­след­ствии он стал из­вест­ным со­вет­ским ки­но­кри­ти­ком, глав­ным ре­дак­то­ром жур­на­ла «Ис­кус­ство ки­но». В 1967 го­ду я впер­вые по­се­тил Тре­тья­ков­скую га­ле­рею. Ме­ня по­ра­зил «Чер­ный квад­рат» Ма­ле­ви­ча. Вер­нул­ся в Пен­зу и сра­зу к пе­да­го­гу: «Я та­кое уви­дел!» Да­ни­ил Бо­ри­со­вич улыб­нул­ся и вско­ре при­нес мне спи­сок ли­те­ра­ту­ры. Он по­ка­зал мне путь, по ко­то­ро­му нуж­но дви­гать­ся. В жиз­ни каж­до­го мо­ло­до­го ху­дож­ни­ка дол­жен быть та­кой че­ло­век».

Вла­ди­мир Щербин – член Со­ю­за ху­дож­ни­ков Бе­ла­ру­си, по­чет­ный жи­тель Дзер­жин­ска. Две ра­бо­ты ма­сте­ра на­хо­дят­ся в кол­лек­ции На­ци­о­наль­но­го ху­до­же­ствен­но­го му­зея. Вклад Вла­ди­ми­ра Щер­би­на в вос­пи­та­ние мо­ло­дых та­лан­тов, раз­ви­тие изоб­ра­зи­тель­но­го ис­кус­ства от­ме­чен ме­да­лью Фран­цис­ка Ско­ри­ны. А не­дав­но Вла­ди­ми­ру Ива­но­ви­чу при­сво­е­но зва­ние «За­слу­жен­ный де­я­тель куль­ту­ры Рес­пуб­ли­ки Беларусь».

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.