Атом­ная стан­ция в Ост­ров­це: СТРОЙ­КА ПОЧТИ ЗАКОНЧЕНА

Souznoe Veche - - СОВМЕСТНЫЙ ПРОЕКТ - Та­тья­на МЫСОВА

Бе­ло­рус­ская АЭС - са­мый круп­ный энер­ге­ти­че­ский проект Со­юз­но­го го­су­дар­ства. Пер­вый ка­мень за­ло­жи­ли семь лет на­зад в Грод­нен­ской области. Ка­ки­ми тем­па­ми идут ра­бо­ты, вы­дер­жит ли ре­ак­тор удар цу­на­ми и от­ку­да бе­рут­ся бу­ду­щие атом­щи­ки, «СВ» рассказал глав­ный ин­же­нер Ана­то­лий Бон­дарь.

МНОГОСТУПЕ­НЧАТАЯ ЗА­ЩИ­ТА

- До за­пус­ка пер­во­го энер­го­бло­ка оста­лось мень­ше двух лет. Мож­но сказать, что стро­и­тель­ство уже на фи­ниш­ной пря­мой? Укла­ды­ва­е­тесь в сро­ки?

- Ра­бо­ты идут пол­ным хо­дом! Пять тысяч че­ло­век по­сто­ян­но тру­дят­ся на объ­ек­те. Со­рок раз­лич­ных ком­па­ний участ­ву­ют в про­ек­те. Кста­ти, чуть не по­ло­ви­на - во­сем­на­дцать из них - рос­сий­ские. Са­му строй­ку почти за­кон­чи­ли. На де­вя­но­сто про­цен­тов бе­тон уже за­ли­ли. Кор­пус ре­ак­то­ра смон­ти­ро­ва­ли еще 1 ап­ре­ля прошлого го­да. К осени уста­но­ви­ли цир­ку­ля­ци­он­ный тру­бо­про­вод, ко­то­рый со­еди­ня­ет обо­ру­до­ва­ние всего кон­ту­ра пер­во­го энер­го­бло­ка. По нему от сердца станции бу­дет от­во­дить­ся теп­ло. Кор­пус ре­ак­то­ра вто­ро­го энер­го­бло­ка смон­ти­ро­ва­ли два ме­ся­ца на­зад. Сей­час обу­стра­и­ва­ем - уста­нав­ли­ва­ем кон­ден­са­то­ры и за­щит­ную обо­лоч­ку ку­по­ла.

- Да­вай­те как раз про без­опас­ность по­го­во­рим. Бе­ла­русь лучше дру­гих зна­ет, какие последстви­я мо­гут быть, ес­ли что-то пой­дет не так.

- Ко­неч­но! По­это­му безопаснос­ти уде­ля­ем двой­ное вни­ма­ние. Проект Бе­ло­рус­ской АЭС - это стан­ция но­во­го по­ко­ле­ния «3+». Что это зна­чит? А то, что здесь за­ло­же­но раз­но­об­ра­зие и раз­де­ле­ние систем безопаснос­ти. Многоступе­нчатая внут­рен­няя и внеш­няя за­щи­та. Ес­ли не сра­ба­ты­ва­ет один ба­рьер, на помощь при­хо­дит другой. Они не поз­во­лят ра­дио­ак­тив­ным ве­ще­ствам вы­ле­теть в окру­жа­ю­щую сре­ду. Главное от­ли­чие от про­ек­тов-ана­ло­гов и, ко­неч­но, от бо­лее ста­рых стан­ций - это си­сте­мы пас­сив­но­го дей­ствия. Они для того, что­бы не до­пу­стить са­му воз­мож­ность тя­же­лых ава­рий­ных си­ту­а­ций - от­во­дят теп­ло от па­ро­ге­не­ра­то­ров и за­щит­ной обо­лоч­ки, бес­пла­мен­но сжи­га­ют во­до­род, есть и «ло­вуш­ка рас­пла­ва».

- Это все ка­са­ет­ся ско­рее воз­мож­ных по­ло­мок внут­ри станции. А как на­счет угро­зы сна­ру­жи? Вдруг ураган или, не дай бог, са­мо­лет упа­дет?

- От внеш­них уда­ров спа­сет двой­ная за­щит­ная гер­мо­обо­лоч­ка. Она так раз­ра­бо­та­на, что вы­дер­жит даже неха­рак­тер­ные для Ост­ро­вец­ко­го района сти­хии. На­при­мер, зем­ле­тря­се­ние в во­семь бал­лов. Усто­ят энер­го­бло­ки пе­ред са­мо­ле­том, внеш­ней удар­ной вол­ной, за­топ­ле­ни­ем и даже смер­чем. На­деж­ность станции не раз под­твер­жда­ли спе­ци­а­ли­сты Меж­ду­на­род­но­го агент­ства по атом­ной энергии.

ТЕ­СТЫ ДЛЯ СНЯТИЯ СТРЕС­СА

- МАГАТЭ свои ис­пы­та­ния на­зы­ва­ет стресс-те­ста­ми. Вам они нер­вы то­же по­мо­та­ли?

- Семь лет на­зад Бе­ла­русь под­пи­са­ла де­кла­ра­цию Ев­ро­пей­ской груп­пы ре­гу­ля­то­ров ядер­ной безопаснос­ти (ENSREG). Тем са­мым мы обя­за­лись про­во­дить стресс-те­сты на станции по всем ев­ро­пей­ским стан­дар­там. В про­шлом го­ду у нас бы­ло де­вя­но­сто про­ве­рок - все про­шли без на­ре­ка­ний. Они про­во­ди­лись сов­мест­но с по­доль­ским опыт­но-кон­струк­тор­ским бю­ро «Гид­ро­пресс», с Кур­ча­тов­ским ин­сти­ту­том, пе­тер­бург­ским «Атом­про­ек­том» и рос­сий­ской ин­жи­ни­рин­го­вой ком­па­ни­ей «Атом­строй­экс­порт». Они не но­вич­ки в этом де­ле.

- На что про­ве­ря­ют в первую оче­редь?

- Цель всех стресс-те­стов - понять, вы­дер­жит ли стан­ция внеш­нее воз­дей­ствие, которое ока­жет­ся вы­ше за­ло­жен­ной в проект нор­мы. Дру­ги­ми словами, экс­тре­маль­ную си­ту­а­цию. На­при­мер, в про­шлом го­ду в Ост­ров­це разыг­ра­ли со­бы­тия аварии 2011 го­да на япон­ской «Фу­ку­си­ме».

- Это когда зем­ле­тря­се­ние и цу­на­ми по­вли­я­ли на внеш­ние и ре­зерв­ные ис­точ­ни­ки элек­три­че­ства, си­сте­мы охла­жде­ния от­клю­чи­лись и ре­ак­тор­ная зо­на рас­пла­ви­лась?

- Имен­но. Итог же ис­пы­та­ний у нас та­кой: при лю­бом ва­ри­ан­те раз­ви­тия фу­ку­сим­ско­го сце­на­рия на­ша стан­ция оста­нет­ся в безопаснос­ти. Даже в слу­чае от­ка­за всех ак­тив­ных систем безопаснос­ти на помощь при­дут пас­сив­ные. Кста­ти, от­чет по стресс-те­стам мо­жет посмот­реть лю­бой же­ла­ю­щий. Он в от­кры­том до­сту­пе (на сай­те Го­сатом­над­зо­ра. - Ред.). В мар­те ждем оче­ред­ных гостей. Во­сем­на­дцать экспертов из пят­на­дца­ти стран мира при­едут в Ост­ро­вец, что­бы лич­но оце­нить объ­ект. От­чет о по­езд­ке появится на сай­те ENSREG в июне.

- Сей­час мно­гие го­во­рят о «топ­ли­ве будущего» - МОКС. Бу­дут ли его при­ме­нять в Беларуси?

- В на­шем про­ек­те ис­поль­зо­ва­ние Мокс-топ­ли­ва пока не преду­смот­ре­но. Но такая воз­мож­ность не ис­клю­ча­ет­ся, ес­ли бу­дут для это­го все необ­хо­ди­мые обос­но­ва­ния. Тех­ни­че­ские и эко­но­ми­че­ские.

Об­щая сто­и­мость станции оце­ни­ва­ет­ся в 11 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров.

После окон­ча­ния Бел­го­су­ни­вер­си­те­та Ана­то­лий Бон­дарь работал на Чер­но­быль­ской АЭС, по­том на «Ба­ла­ко­во­атом­энер­го» в Са­ра­тов­ской области. До на­зна­че­ния в Бе­ла­русь ин­же­нер воз­глав­лял про­ек­ты «Атом­строй­экс­пор­та» в Ки­тае и в Ин­дии.

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.