Диф­фе­рен­ци­а­ция пре­де­лов дей­ствия уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм в кон­тек­сте раз­ли­чий в по­ни­ма­нии уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на

Yustitsiya Belarusi - - Содержание В Этом Номере - Люд­ми­ла РОДЕВИЧ, Ва­дим МАСЮК

Во­про­сы по­ня­тия и струк­ту­ры уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на ле­жат в ос­но­ве на­у­ки уго­лов­но­го про­цес­са, фор­ми­ро­ва­ния, раз­ви­тия и со­вер­шен­ство­ва­ния уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­но­да­тель­ства. При рас­смот­ре­нии пре­де­лов дей­ствия уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на так­же клю­че­вое зна­че­ние име­ет ис­сле­до­ва­ние со­став­ля­ю­щей его ка­те­го­рии «уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон», к по­ни­ма­нию ко­то­рой су­ще­ству­ет несколь­ко на­уч­ных под­хо­дов.

М.к.гу­ля­ло­ва счи­та­ет един­ствен­ным уго­лов­но-про­цес­су­аль­ным за­ко­ном Уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный ко­декс (да­лее – УПК) – «при­ня­тый выс­шим пред­ста­ви­тель­ным (за­ко­но­да­тель­ным) ор­га­ном го­су­дар­ства нор­ма­тив­ный пра­во­вой акт, ре­гла­мен­ти­ру­ю­щий де­я­тель­ность ор­га­нов уго­лов­но­го су­до­про­из­вод­ства и дру­гих субъ­ек­тов по рас­сле­до­ва­нию, рас­смот­ре­нию и раз­ре­ше­нию уго­лов­ных дел» [1, с. 9].

М.х.гель­ди­ба­ев и В.в.ван­ды­шев так­же отож­деств­ля­ют уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон с УПК, ко­то­рый яв­ля­ет­ся «ос­нов­ной и бес­спор­ной фор­мой су­ще­ство­ва­ния уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва в ре­аль­ной дей­стви­тель­но­сти» [2, с. 27].

К.ф.гу­цен­ко яв­ля­ет­ся сто­рон­ни­ком ши­ро­ко­го под­хо­да и счи­та­ет, что уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон со­став­ля­ют Кон­сти­ту­ция, УПК, меж­ду­на­род­ные до­го­во­ры, за­ко­ны, нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты Пре­зи­ден­та, Пра­ви­тель­ства, Кон­сти­ту­ци­он­но­го Су­да, Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да, ми­ни­стерств и ве­домств, то есть все ис­точ­ни­ки уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва [3].

В.н.гри­го­рьев, А.в.по­бед­кин и В.н.яшин отож­деств­ля­ют уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон и уго­лов­но-про­цес­су­аль­ное пра­во, от­ме­чая, что един­ствен­ным ис­точ­ни­ком уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва яв­ля­ет­ся уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон в ши­ро­ком смыс­ле, ко­то­рый со­став­ля­ют Кон­сти­ту­ция, УПК, меж­ду­на­род­ные до­го­во­ры, об­ще­при­знан­ные прин­ци­пы и нор­мы меж­ду­на­род­но­го пра­ва. Ука­зан­ные уче­ные кри­ти­ку­ют по­зи­цию К.ф.гу­цен­ко, от­ме­чая, что уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон не со­став­ля­ют нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты Кон­сти­ту­ци­он­но­го Су­да, по­сколь­ку на их ос­но­ва­нии за­ко­но­да­тель при­во­дит уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон в со­от­вет­ствие с Кон­сти­ту­ци­ей, и имен­но вне­сен­ные в УПК из­ме­не­ния со­став­ля­ют уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон; по­ста­нов­ле­ния Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да яв­ля­ют­ся ак­та­ми тол­ко­ва­ния и не

АННОТАЦИЯ Статья по­свя­ще­на ана­ли­зу сло­жив­ших­ся на­уч­ных под­хо­дов к по­ни­ма­нию уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на и обос­но­ва­ний этих под­хо­дов, рас­смот­ре­нию со­от­но­ше­ния уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на и уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва. Про­ве­ден­ное ис­сле­до­ва­ние поз­во­ля­ет прий­ти к вы­во­ду о до­пу­сти­мо­сти су­ще­ство­ва­ния несколь­ких раз­лич­ных по объ­е­му под­хо­дов к по­ни­ма­нию уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на. С уче­том сде­лан­но­го вы­во­да рас­смат­ри­ва­ют­ся во­про­сы о ме­сте уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм в си­сте­ме пра­ва, раз­ли­чи­ях в пре­де­лах их дей­ствия, при­чи­нах та­ких раз­ли­чий, сущ­но­сти норм о пре­де­лах дей­ствия уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на.

ANNOTATION This article is dedicated to the analysis and grounding of the existing scientific approaches to understanding the criminal procedural lex, consideration of the relationship between criminal procedure lex and criminal procedure law. The carried out research allows to come to a conclusion about the admissibility of the existence of several different by volume approaches to the understanding of the criminal procedure lex. Taking into account the above conclusion we consider questions of the place of criminal procedural norms in the system of law, the differences within their limits, reasons for such differences, the essence of norms on the limits of the criminal procedure law.

со­дер­жат но­вых пра­во­вых норм; ак­ты ми­ни­стерств и ве­домств не со­зда­ют уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные нор­мы, а уста­нав­ли­ва­ют ме­ха­низм ре­а­ли­за­ции от­дель­ных про­цес­су­аль­ных норм, спо­соб­ству­ют наи­бо­лее оп­ти­маль­ной ор­га­ни­за­ции ра­бо­ты по уго­лов­ным де­лам [4, с. 46–48].

А.с.мих­лин утвер­жда­ет, что уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные от­но­ше­ния мо­гут ре­гу­ли­ро­вать толь­ко за­ко­ны [5, с. 37].

Та­кой под­ход обу­слов­лен по­ло­же­ни­я­ми п. «о» ст. 71 Кон­сти­ту­ции Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции, в со­от­вет­ствии с ко­то­рым во­про­сы уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва мо­гут ре­гу­ли­ро­вать­ся толь­ко фе­де­раль­ны­ми за­ко­на­ми. Дан­ной нор­мой за­ко­но­да­тель обес­пе­чи­ва­ет един­ство уго­лов­но-про­цес­су­аль­ной за­кон­но­сти, ли­шая субъ­ек­ты Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции воз­мож­но­сти со­зда­вать в ре­ги­о­нах мест­ное уго­лов­но-про­цес­су­аль­ное за­ко­но­да­тель­ство.

Во­прос о един­стве за­кон­но­сти ак­туа­лен для лю­бо­го го­су­дар­ства. Вме­сте с тем Рес­пуб­ли­ка Бе­ла­русь яв­ля­ет­ся уни­тар­ным го­су­дар­ством, его ад­ми­ни­стра­тив­но-тер­ри­то­ри­аль­ные еди­ни­цы мо­гут со­зда­вать ло­каль­ные нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты толь­ко для ре­гу­ли­ро­ва­ния тех об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, ко­то­рые на­хо­дят­ся в их ве­де­нии в со­от­вет­ствии с ак­та­ми за­ко­но­да­тель­ства. В за­ко­но­да­тель­стве Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь нет по­ло­же­ний, на­де­ля­ю­щих мест­ные ор­га­ны вла­сти право­твор­че­ски­ми пол­но­мо­чи­я­ми в сфе­ре уго­лов­но­го про­цес­са.

Од­на­ко в бе­ло­рус­ской уго­лов­но-про­цес­су­аль­ной на­у­ке так­же су­ще­ству­ет схо­жий под­ход к по­ни­ма­нию уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на. Про­фес­сор М.а.шо­стак опре­де­ля­ет уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон как «при­ня­тый за­ко­но­да­тель­ным ор­га­ном го­су­дар­ства нор­ма­тив­ный пра­во­вой акт, ре­гу­ли­ру­ю­щий уго­лов­но-про­цес­су­аль­ную де­я­тель­ность участ­ни­ков уго­лов­но­го про­цес­са». Уче­ный ука­зы­ва­ет на су­ще­ство­ва­ние уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм вне уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на, от­но­ся к ис­точ­ни­кам уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва кро­ме УПК Кон­сти­ту­цию, меж­ду­на­род­ные до­го­во­ры и за­ко­но­да­тель­ные ак­ты, на ко­то­рые име­ют­ся ссыл­ки в со­от­вет­ству­ю­щих ста­тьях УПК [6, с. 36–37].

Про­фес­сор С.в.бо­ри­ко к ис­точ­ни­кам уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва от­но­сит за­ко­ны, де­кре­ты и ука­зы, из­да­ва­е­мые выс­ши­ми за­ко­но­да­тель­ны­ми ор­га­на­ми и Пре­зи­ден­том Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, ко­то­ры­ми ре­гу­ли­ру­ет­ся по­ря­док про­из­вод­ства по уго­лов­ным де­лам. По мне­нию уче­но­го, уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон яв­ля­ет­ся фор­мой вы­ра­же­ния уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва, его норм [7, с. 13–15].

М.а.шо­стак и С.в.бо­ри­ко от­ме­ча­ют, что ре­ше­ния Кон­сти­ту­ци­он­но­го Су­да, по­ста­нов­ле­ния Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да, нор­ма­тив­ные ак­ты Ге­не­раль­но­го про­ку­ро­ра, ми­ни­стерств и ве­домств име­ют важ­ное зна­че­ние в уго­лов­ном про­цес­се, од­на­ко ис­точ­ни­ка­ми уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва не яв­ля­ют­ся, так как не со­зда­ют но­вых уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм [6, с. 37; 7, с. 13–15].

Та­кой огра­ни­чи­тель­ный под­ход до­пу­стим, од­на­ко не по тем ос­но­ва­ни­ям, ко­то­рые в его обос­но­ва­ние вы­дви­га­ют вы­ше­на­зван­ные уче­ные. Ис­сле­до­ва­те­ли, отож­деств­ля­ю­щие уго­лов­но-про­цес­су­аль­ное пра­во с уго­лов­но-про­цес­су­аль­ным за­ко­ном и при этом огра­ни­чи­ва­ю­щие круг нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов, со­став­ля­ю­щих уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон, тем са­мым ис­клю­ча­ют все дру­гие нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты из чис­ла ис­точ­ни­ков уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва. Со­от­вет­ствен­но, воз­ни­ка­ет во­прос, ка­кую от­рас­ле­вую при­над­леж­ность име­ет нор­ма, со­дер­жа­ща­я­ся в под­за­кон­ном ак­те и ре­гу­ли­ру­ю­щая пра­во­от­но­ше­ние, ка­са­ю­ще­е­ся во­про­сов уго­лов­но-про­цес­су­аль­ной де­я­тель­но­сти, име­ет ли она от­рас­ле­вую при­над­леж­ность или не яв­ля­ет­ся нор­мой пра­ва во­об­ще.

Во­прос о со­от­но­ше­нии уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва и уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­но­да­тель­ства раз­ре­ша­ет­ся по­доб­но во­про­су о со­от­но­ше­нии си­сте­мы пра­ва и си­сте­мы за­ко­но­да­тель­ства, струк­тур­ны­ми эле­мен­та­ми ко­то­рых они яв­ля­ют­ся.

Пред­став­ля­ет­ся вер­ным и под­дер­жи­ва­ет­ся ины­ми тео­ре­ти­ка­ми пра­ва под­ход, из­ло­жен­ный В.Л.КУла­по­вым, ко­то­рый счи­та­ет, что «си­сте­ма пра­ва и си­сте­ма за­ко­но­да­тель­ства – вза­и­мо­свя­зан­ные, но са­мо­сто­я­тель­ные ка­те­го­рии, пред­став­ля­ю­щие два ас­пек­та од­но­го и то­го же яв­ле­ния – пра­ва. Они со­от­но­сят­ся меж­ду со­бой как со­дер­жа­ние и внеш­няя фор­ма. Нет пра­ва за гра­ни­ца­ми форм его внеш­не­го вы­ра­же­ния. Си­сте­ма пра­ва яв­ля­ет­ся ос­но­вой струк­тур­ной ор­га­ни­за­ции за­ко­но­да­тель­ства. Как пра­ви­ло, от­рас­лям пра­ва со­от­вет­ству­ют од­но­имен­ные от­рас­ли за­ко­но­да­тель­ства. В свою оче­редь, си­сте­ма за­ко­но­да­тель­ства по­сред­ством право­твор­че­ских ор­га­нов вли­я­ет на фор­ми­ро­ва­ние си­сте­мы пра­ва» [8, с. 337].

Е.э.че­рен­ко­ва в сво­ем дис­сер­та­ци­он­ном ис­сле­до­ва­нии де­ла­ет вы­вод об «иде­аль­ной при­ро­де си­сте­мы пра­ва (ос­нов­ным ис­точ­ни­ком ее фор­ми­ро­ва­ния яв­ля­ет­ся юри­ди­че­ская на­у­ка). Си­сте­му за­ко­но­да­тель­ства, в свою оче­редь, мож­но на­звать ре­аль­ной си­сте­мой с эле­мен­та­ми ма­те­ри­аль­ной (так как нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты име­ют опре­де­лен­ный ма­те­ри­аль­ный но­си­тель)» [9, с. 21].

По спра­вед­ли­во­му мне­нию А.ф.виш­нев­ско­го, Н.а.гор­бат­ка и В.а.ку­чин­ско­го, «про­бле­ма со­от­но­ше­ния пра­ва и за­ко­на име­ет не толь­ко тео­ре­ти­че­ское, но и боль­шое прак­ти­че­ское зна­че­ние. Суть ее за­клю­ча­ет­ся в том, что­бы ре­шить, все ли за­ко­ны, ис­хо­дя­щие от го­су­дар­ства, яв­ля­ют­ся пра­вом и под­ле­жат без­ого­во­роч­но­му ис­пол­не­нию, или же часть из них к пра­ву не от­но­сит­ся и мо­жет, сле­до­ва­тель­но, не ис­пол­нять­ся» [10, с. 170].

Из этих со­об­ра­же­ний аб­со­лют­но недо­пу­сти­мым яв­ля­ет­ся под­ход о несо­от­вет­ствии уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­но­да­тель­ства уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­му пра­ву. При та­ком под­хо­де, ес­ли ка­са­ю­щи­е­ся во­про­сов ре­гу­ли­ро­ва­ния уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных от­но­ше­ний ак­ты Кон­сти­ту­ци­он­но­го Су­да, Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да, ми­ни­стерств и ве­домств не со­став­ля­ют уго­лов­но-про­цес­су­аль­ное за­ко­но­да­тель­ство и/или не от­но­сят­ся к уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­му пра­ву, то они не со­дер­жат уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм, сле­до­ва­тель­но, не обя­за­тель­ны для субъ­ек­тов уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных от­но­ше­ний и мож­но дей­ство­вать, не взи­рая на их тре­бо­ва­ния.

При­ве­ден­ные вы­ше по­зи­ции уче­ных о том, что из­дан­ные по во­про­сам уго­лов­но­го про­цес­са ак­ты Кон­сти­ту­ци­он­но­го Су­да, Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да, ми­ни­стерств и ве­домств не со­дер­жат но­вых уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм, про­ти­во­ре­чат по­ло­же­ни­ям за­ко­но­да­тель­ства. В со­от­вет­ствии со ст. 2 За­ко­на Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь от 10 ян­ва­ря 2000 го­да «О нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь» (да­лее – За­кон о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах) ак­ты Кон­сти­ту­ци­он­но­го Су­да Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, по­ста­нов­ле­ния Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, ак­ты ми­ни­стерств и ве­домств яв­ля­ют­ся нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми ак­та­ми. Со­глас­но ст. 1 ука­зан­но­го За­ко­на сле­ду­ет, что нор­ма­тив­ный пра­во­вой акт – офи­ци­аль­ный до­ку­мент уста­нов­лен­ной фор­мы, при­ня­тый (из­дан­ный) в пре­де­лах ком­пе­тен­ции упол­но­мо­чен­но­го го­су­дар­ствен­но­го ор­га­на (долж­ност­но­го ли­ца) или пу­тем ре­фе­рен­ду­ма с со­блю­де­ни­ем уста­нов­лен­ной за­ко­но­да­тель­ством Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь про­це­ду­ры, со­дер­жа­щий об­ще­обя­за­тель­ные пра­ви­ла по­ве­де­ния, рас­счи­тан­ные на неопре­де­лен­ный круг лиц и неод­но­крат­ное при­ме­не­ние. В свою оче­редь, под нор­мой пра­ва сле­ду­ет по­ни­мать об­ще­обя­за­тель­ное пра­ви­ло по­ве­де­ния, уста­нов­лен­ное и обес­пе­чен­ное го­су­дар­ством, ре­гу­ли­ру­ю­щее об­ще­ствен­ное от­но­ше­ние, рас­счи­тан­ное на ин­ди­ви­ду­аль­но-неопре­де­лен­ный круг лиц и неод­но­крат­ное при­ме­не­ние.

Ана­лиз со­дер­жа­ния ак­тов Кон­сти­ту­ци­он­но­го Су­да, Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да, ми­ни­стерств и ве­домств при­во­дит к од­но­знач­но­му вы­во­ду о том, что они со­дер­жат не толь­ко нор­мы, ко­то­рые так­же из­ло­же­ны в УПК, но и но­вые нор­мы, во мно­гом де­та­ли­зи­ру­ю­щие уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные от­но­ше­ния, ко­то­рые од­но­знач­но не яв­ля­ют­ся ак­та­ми тол­ко­ва­ния.

Так, в п. 16 Ин­струк­ции о по­ряд­ке вза­и­мо­дей­ствия ор­га­нов про­ку­ра­ту­ры, пред­ва­ри­тель­но­го след­ствия, до­зна­ния, Го­су­дар­ствен­но­го ко­ми­те­та су­деб­ных экс­пер­тиз в хо­де до­су­деб­но­го про­из­вод­ства, утвер­жден­ной по­ста­нов­ле­ни­ем Ге­не­раль­ной про­ку­ра­ту­ры Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, След­ствен­но­го ко­ми­те­та Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, Ми­ни­стер­ства внут­рен­них дел Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, Ми­ни­стер­ства по чрез­вы­чай­ным си­ту­а­ци­ям Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, Ми­ни­стер­ства обо­ро­ны Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, Ко­ми­те­та го­су­дар­ствен­но­го кон­тро­ля Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, Ко­ми­те­та го­су­дар­ствен­ной без­опас­но­сти Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, Го­су­дар­ствен­но­го по­гра­нич­но­го ко­ми­те­та Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, Го­су­дар­ствен­но­го та­мо­жен­но­го ко­ми­те­та Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, Го­су­дар­ствен­но­го ко­ми­те­та су­деб­ных экс­пер­тиз Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь от 26 де­каб­ря 2016 г. №36/278/338/77/42/7/32/17/28/24, со­дер­жит­ся сле­ду­ю­щая нор­ма: «Ре­ше­ние о воз­вра­ще­нии ма­те­ри­а­лов про­вер­ки ор­га­ну до­зна­ния на ос­но­ва­нии п. 6 ч. 2 ст. 35 УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь при­ни­ма­ет­ся в ви­де мо­ти­ви­ро­ван­но­го по­ста­нов­ле­ния ру­ко­во­ди­те­ля след­ствен­но­го под­раз­де­ле­ния, ко­то­рый пе­ре­да­ет его вме­сте с ма­те­ри­а­ла­ми про­вер­ки про­ку­ро­ру». Ука­зан­ная нор­ма за­клю­ча­ет в се­бе пра­ви­ло по­ве­де­ния, ко­то­рое при­ме­ня­лось на прак­ти­ке в пе­ри­од до 6 сен­тяб­ря 2017 го­да, то есть до вступ­ле­ния в си­лу со­от­вет­ству­ю­ще­го до­пол­не­ния в УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь в ви­де ст. 1732 дан­но­го Ко­дек­са, ре­гла­мен­ти­ру­ю­щей по­ря­док воз­вра­ще­ния за­яв­ле­ния или со­об­ще­ния о пре­ступ­ле­нии и ма­те­ри­а­лов про­вер­ки по нему.

Не­при­зна­ние та­ких норм и под­за­кон­ных нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов эле­мен­та­ми и ис­точ­ни­ка­ми уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва мо­жет при­ве­сти к прак­ти­че­ским и тео­ре­ти­че­ским про­бле­мам. В та­ком слу­чае, на­при­мер, сле­до­ва­ло бы счи­тать неза­кон­ным су­ще­ство­ва­ние и де­я­тель­ность под­раз­де­ле­ний про­цес­су­аль­но­го кон­тро­ля в струк­ту­ре След­ствен­но­го ко­ми­те­та Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, на­ли­чие ко­то­рых не преду­смот­ре­но УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь. С точ­ки зре­ния тео­рии пра­ва не­при­зна­ние ре­гу­ли­ру­ю­щих уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные от­но­ше­ния под­за­кон­ных ак­тов струк­тур­ны­ми эле­мен­та­ми уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­но­да­тель­ства озна­ча­ло бы их су­ще­ство­ва­ние в си­сте­ме пра­ва вне от­рас­лей пра­ва.

Вы­ше­из­ло­жен­ные об­сто­я­тель­ства сви­де­тель­ству­ют о том, что уго­лов­но-про­цес­су­аль­ное за­ко­но­да­тель­ство со­от­вет­ству­ет уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­му пра­ву, и со­от­но­сят­ся они как фор­ма и со­дер­жа­ние. Ста­тьи (пунк­ты) нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов, ре­гу­ли­ру­ю­щие уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные от­но­ше­ния, со­дер­жат уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные нор­мы, при усло­вии, что эти нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты при­ня­ты в уста-

нов­лен­ном за­ко­ном по­ряд­ке ком­пе­тент­ным ор­га­ном, а по­ло­же­ния этих нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов не про­ти­во­ре­чат по­ло­же­ни­ям нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов боль­шей юри­ди­че­ской си­лы.

Под­ход К.ф.гу­цен­ко, ос­но­ван­ный на ши­ро­ком по­ни­ма­нии уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на, яв­ля­ет­ся до­пу­сти­мым при усло­вии трак­тов­ки в дан­ной кон­струк­ции тер­ми­на «за­кон» как тож­де­ствен­но­го тер­ми­ну «за­ко­но­да­тель­ство», под ко­то­рым со­глас­но ст. 1 За­ко­на о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах по­ни­ма­ет­ся си­сте­ма нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов, ре­гу­ли­ру­ю­щих об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния. Та­кое рас­про­стра­ни­тель­ное тол­ко­ва­ние по­ня­тия «за­кон» до­пус­ка­ет­ся как юри­ди­че­ской на­у­кой, так и прак­ти­кой. В со­от­вет­ствии с ч. 1 ст. 110 Кон­сти­ту­ции Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь судьи при осу­ществ­ле­нии пра­во­су­дия неза­ви­си­мы и под­чи­ня­ют­ся толь­ко за­ко­ну. Уче­ные А.ф.виш­нев­ский, Н.а.гор­ба­ток, В.а.ку­чин­ский кон­ста­ти­ру­ют, что «в дан­ном слу­чае сло­во «за­кон» необ­хо­ди­мо по­ни­мать в ши­ро­ком смыс­ле», по­сколь­ку «в дей­стви­тель­но­сти судьи осу­ществ­ля­ют пра­во­су­дие на ос­но­ве всей си­сте­мы нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов, со­от­вет­ству­ю­щих Кон­сти­ту­ции» [10, с. 397]. Тол­ко­вать ч. 1 ст. 110 Кон­сти­ту­ции Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь в ши­ро­ком смыс­ле пред­ла­га­ет и Г.а.ва­си­ле­вич [11].

Вме­сте с тем тер­мин «за­кон» мо­жет быть ис­тол­ко­ван в бо­лее уз­ких рам­ках как при­ня­тый выс­шим за­ко­но­да­тель­ным ор­га­ном вла­сти нор­ма­тив­ный пра­во­вой акт, за­креп­ля­ю­щий прин­ци­пы и нор­мы ре­гу­ли­ро­ва­ния наи­бо­лее важ­ных об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний. В со­от­вет­ствии со ст. 2 За­ко­на о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах по­ми­мо за­ко­на Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь как та­ко­во­го, так­же за­ко­на­ми яв­ля­ют­ся Кон­сти­ту­ция Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь (Ос­нов­ной За­кон), ко­дек­сы Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь и, сле­до­ва­тель­но, в ши­ро­ком смыс­ле под тер­ми­ном «за­кон» сле­ду­ет по­ни­мать Кон­сти­ту­цию, за­ко­ны и ко­дек­сы.

В рам­ках бо­лее ши­ро­кой трак­тов­ки по­ня­тие «за­кон» вклю­ча­ет по­ми­мо пе­ре­чис­лен­ных ви­дов нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов так­же ука­зы и де­кре­ты Пре­зи­ден­та Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, име­ю­щие си­лу за­ко­на, то есть в дан­ном слу­чае по­ня­тие «за­кон» со­от­вет­ству­ет по­ня­тию «за­ко­но­да­тель­ные ак­ты» (ст. 1 За­ко­на о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах).

Как от­ме­ча­лось вы­ше, в ши­ро­ком по­ни­ма­нии тер­мин «за­кон» сле­ду­ет отож­деств­лять с тер­ми­ном «за­ко­но­да­тель­ство», а по ви­дам нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов с тер­ми­ном «ак­ты за­ко­но­да­тель­ства», под ко­то­ры­ми по­ни­ма­ют­ся в со­от­вет­ствии со ст. 1 За­ко­на о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах все нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты, со­став­ля­ю­щие за­ко­но­да­тель­ство Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь.

И.в.дань­ко спра­вед­ли­во до­пус­ка­ет как уз­кий, так и ши­ро­кий под­ход к по­ни­ма­нию уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на: «Уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон – это нор­ма­тив­ный пра­во­вой акт, за­креп­ля­ю­щий нор­мы ре­гу­ли­ро­ва­ния об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний при про­из­вод­стве по ма­те­ри­а­лам и уго­лов­ным де­лам. Дан­ное по­ня­тие в тео­рии уго­лов­но­го про­цес­са неред­ко при­ме­ня­ет­ся для обо­зна­че­ния нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов, в ко­то­рых за­креп­ля­ют­ся про­цес­су­аль­ные нор­мы. В этом смыс­ле уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон пред­став­ля­ет со­бой со­би­ра­тель­ную ка­те­го­рию, объ­еди­ня­ю­щую раз­лич­ные за­ко­ны, ко­то­рые ре­гла­мен­ти­ру­ют по­ря­док осу­ществ­ле­ния уго­лов­но­го про­цес­са. Вме­сте с тем уго­лов­но-про­цес­су­аль­ным за­ко­ном в пол­ной ме­ре мож­но на­звать лишь УПК, по­то­му что толь­ко УПК со­здан спе­ци­аль­но для ре­гу­ли­ро­ва­ния уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных от­но­ше­ний» [12, с. 61].

Воз­мож­ность раз­лич­ных по­ни­ма­ний уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на до­пу­сти­ма еще и по­то­му, что в за­ко­но­да­тель­стве нет опре­де­ле­ния по­ня­тия «уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон», как не со­дер­жит­ся и пра­во­вых огра­ни­че­ний в по­ни­ма­нии дан­но­го тер­ми­на. За­ко­но­да­тель ввел огра­ни­че­ние в трак­тов­ку тер­ми­на «уголовный за­кон», из­ло­жив его в ч. 2 ст. 1 Уго­лов­но­го ко­дек­са Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь (да­лее – УК): «На­сто­я­щий Ко­декс яв­ля­ет­ся един­ствен­ным уго­лов­ным за­ко­ном, дей­ству­ю­щим на тер­ри­то­рии Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь. Но­вые за­ко­ны, преду­смат­ри­ва­ю­щие уго­лов­ную от­вет­ствен­ность, под­ле­жат вклю­че­нию в на­сто­я­щий Ко­декс».

Од­на­ко в пра­во­вой дей­стви­тель­но­сти есть слу­чаи, ко­гда уго­лов­но-пра­во­вые от­но­ше­ния ре­гу­ли­ру­ют­ся не толь­ко УК, но и ины­ми нор­ма­тив­ны­ми ак­та­ми. На­при­мер, до вне­се­ния из­ме­не­ний в за­ко­но­да­тель­ство дей­ство­вал Де­крет Пре­зи­ден­та Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь от 28 де­каб­ря 2014 г. №6 «О неот­лож­ных ме­рах по про­ти­во­дей­ствию неза­кон­но­му обо­ро­ту нар­ко­ти­ков», ко­то­рый со­дер­жал ряд уго­лов­но-пра­во­вых и уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм, под­ле­жав­ших вре­мен­но­му при­ме­не­нию при про­из­вод­стве по уго­лов­ным де­лам про­тив неза­кон­но­го обо­ро­та нар­ко­ти­ков вме­сто УК и УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь. Так, п. 6 дан­но­го Де­кре­та со­дер­жал нор­му, за­креп­ля­ю­щую под­след­ствен­ность: «По уго­лов­ным де­лам о пре­ступ­ле­ни­ях, преду­смот­рен­ных в под­пунк­тах 4.1–4.9 п. 4 на­сто­я­ще­го Де­кре­та, пред­ва­ри­тель­ное след­ствие про­из­во­дит­ся сле­до­ва­те­ля­ми След­ствен­но­го ко­ми­те­та».

Из со­дер­жа­ния ст. 1 УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь сле­ду­ет, что уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон со­став­ля­ют УПК, ос­но­ван­ный на Кон­сти­ту­ции Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, и меж­ду­на­род­ные до­го­во­ры, при этом в на­зва­нии ста­тьи за­ко­но­да­тель ис­поль­зо­вал

кон­струк­цию «за­ко­ны, опре­де­ля­ю­щие по­ря­док уго­лов­но­го про­цес­са».

Тер­мин «уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон» со­дер­жит­ся в ст.ст. 2–5, 263, 309, 370, 378, 389, 391, 397 УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, где упо­треб­ля­ет­ся в трех кон­струк­ци­ях: в ст. 2 из­ло­же­ны за­да­чи уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на, в ст.ст. 3–5 – пре­де­лы дей­ствия уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на, в ст.ст. 263, 309, 370, 378, 389, 391, 397 тер­мин «уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон» упо­треб­ля­ет­ся в кон­тек­сте ре­гу­ли­ро­ва­ния на­ру­ше­ний уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на. Ана­лиз ст.ст. 2–5 УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь при­во­дит к вы­во­ду о том, что под со­дер­жа­щим­ся в них по­ня­ти­ем «уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон» за­ко­но­да­тель под­ра­зу­ме­ва­ет УПК.

В уз­ком смыс­ле уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон и есть УПК, ко­то­рый яв­ля­ет­ся эле­мен­том уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­но­да­тель­ства, его со­став­ной ча­стью, но ча­стью мень­шей и ни в ко­ем слу­чае не тож­де­ствен­ной. При рас­смот­ре­нии уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на в ши­ро­ком смыс­ле УПК яв­ля­ет­ся уго­лов­но-про­цес­су­аль­ным за­ко­ном, ко­то­рый по­ми­мо УПК со­став­ля­ют нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты, со­дер­жа­щие уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные нор­мы.

Та­ким об­ра­зом, все под­хо­ды к по­ни­ма­нию уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на име­ют под со­бой ос­но­ва­ния, но ис­клю­чи­тель­но по­то­му, что за­ко­но­да­тель­ство, на­у­ка и прак­ти­ка до­пус­ка­ют раз­лич­ные тол­ко­ва­ния тер­ми­на «за­кон». УПК со­здан спе­ци­аль­но для ре­гу­ли­ро­ва­ния уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных от­но­ше­ний, при этом УПК дей­ству­ет на ос­но­ва­нии Кон­сти­ту­ции и до­пус­ка­ет на­ря­ду с ним при­ме­не­ние в уго­лов­ном про­цес­се меж­ду­на­род­ных до­го­во­ров, а так­же со­дер­жит блан­кет­ные нор­мы, струк­тур­ные эле­мен­ты ко­то­рых на­хо­дят­ся в иных нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, со­став­ля­ю­щих ис­точ­ни­ки уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го пра­ва.

Разо­брав­шись с под­хо­да­ми к по­ни­ма­нию тер­ми­на «уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон» и с тем, что уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные нор­мы за­креп­ле­ны не толь­ко в УПК, но и в дру­гих нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, сле­ду­ет от­ме­тить раз­ли­чия пре­де­лов их дей­ствия.

Об­щие пра­ви­ла о пре­де­лах дей­ствия нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов за­креп­ле­ны в гл. 17 За­ко­на о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, по­ло­же­ния ко­то­рой, ис­хо­дя из со­дер­жа­ния ст. 4 ука­зан­но­го За­ко­на, рас­про­стра­ня­ют свое дей­ствие и на УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь. Пре­де­лы дей­ствия норм, со­дер­жа­щих­ся в УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, ре­гу­ли­ру­ют­ся так­же ст.ст. 3–5 дан­но­го Ко­дек­са. По­ло­же­ния о пре­де­лах дей­ствия за­ко­на, из­ло­жен­ные в ука­зан­ных нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, со­от­но­сят­ся как об­щие и спе­ци­аль­ные нор­мы, где ст.ст. 3–5 УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь яв­ля­ют­ся спе­ци­аль­ны­ми и по­то­му под­ле­жат при­ме­не­нию. Дей­ствие не со­дер­жа­щих­ся в УПК уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм име­ет иные пре­де­лы.

Статья 5 УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь уста­нав­ли­ва­ет немед­лен­ный (пря­мой) по­ря­док дей­ствия уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на и не со­дер­жит по­ло­же­ний о его об­рат­ной си­ле. Та­кой под­ход под­дер­жи­ва­ют уче­ные А.а.тил­ле, М.к.гу­ля­ло­ва, И.в.дань­ко, В.а.ка­ча­лов и О.в.ка­ча­ло­ва, ко­то­рые счи­та­ют, что про­цес­су­аль­ный за­кон дей­ству­ет толь­ко немед­лен­но и об­рат­ной си­лы иметь не мо­жет [1, c. 11–13; 12, с. 69–70; 13, c. 93; 14, с. 24–25].

По мне­нию А.д.прошля­ко­ва, «всту­пив­ший в си­лу за­кон дей­ству­ет толь­ко «впе­ред» и рас­про­стра­ня­ет свое дей­ствие лишь на те об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния, ко­то­рые воз­ник­ли по­сле его вступ­ле­ния в си­лу; это пра­ви­ло – необ­хо­ди­мый фак­тор ста­биль­но­сти, по­сколь­ку не поз­во­ля­ет бес­ко­неч­но пе­ре­смат­ри­вать и пе­ре­оце­ни­вать уже при­ня­тые в рам­ках дей­ству­ю­ще­го за­ко­на про­цес­су­аль­ные ре­ше­ния» [15, с. 55].

Уче­ные А.в.смирнов и К.б.ка­ли­нов­ский так­же счи­та­ют, что уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон дей­ству­ет немед­лен­но и об­рат­ной си­лы не име­ет, по­сколь­ку «при по­во­ро­те про­цес­са бы­ло бы прак­ти­че­ски невоз­мож­но за­но­во со­брать мно­гие до­ка­за­тель­ства и про­из­ве­сти не­ко­то­рые важ­ные про­цес­су­аль­ные дей­ствия» [16, с. 37]. По мне­нию А.п.гусь­ко­вой, всту­пив­ший в си­лу за­кон дей­ству­ет толь­ко «впе­ред» и рас­про­стра­ня­ет свое дей­ствие лишь на те об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния, ко­то­рые воз­ник­ли по­сле его вступ­ле­ния в си­лу, при этом она от­ме­ча­ет, что уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон не уста­нав­ли­ва­ет за­прет на при­ме­не­ние об­рат­ной си­лы, но он дол­жен быть за­креп­лен, как и фор­му­ли­ров­ка о до­пу­сти­мо­сти до­ка­за­тельств, по­лу­чен­ных во вре­мя утра­тив­ше­го юри­ди­че­скую си­лу уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на [17].

Все пе­ре­чис­лен­ные уче­ные ука­зы­ва­ют на осо­бен­но­сти юри­ди­че­ско­го про­цес­са, вви­ду ко­то­рых про­цес­су­аль­ные за­ко­ны долж­ны иметь осо­бый по­ря­док дей­ствия во вре­ме­ни.

За­ко­но­да­тель та­ких осо­бен­но­стей для уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм, не со­дер­жа­щих­ся в УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, не вы­де­лил и сфор­му­ли­ро­вал без диф­фе­рен­ци­а­ции по от­рас­ле­вой при­над­леж­но­сти по­ло­же­ния ст.ст. 66–67 За­ко­на о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, за­креп­ля­ю­щие в ка­че­стве об­ще­го пра­ви­ла пер­спек­тив­ное (пря­мое) дей­ствие нор­ма­тив­но­го пра­во­во­го ак­та и в ка­че­стве ис­клю­че­ния пра­ви­ло о его об­рат­ной си­ле, ко­гда он смяг­ча­ет или от­ме­ня­ет от­вет­ствен­ность граж­дан, в том чис­ле ин­ди­ви­ду­аль­ных пред­при­ни­ма­те­лей, и юри­ди­че­ских лиц ли­бо ко­гда в са­мом нор­ма­тив­ном пра­во­вом ак­те или в ак­те о вве­де­нии его в дей­ствие

пря­мо преду­смат­ри­ва­ет­ся, что он рас­про­стра­ня­ет свое дей­ствие на от­но­ше­ния, воз­ник­шие до его вступ­ле­ния в си­лу.

Срав­ни­тель­ная ха­рак­те­ри­сти­ка вы­ше­ука­зан­ных норм по­ка­зы­ва­ет, что раз­ли­чия в пра­во­вом ре­гу­ли­ро­ва­нии пре­де­лов дей­ствия уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на во вре­ме­ни име­ют­ся, но эти нор­мы не ис­клю­ча­ют друг дру­га, по­сколь­ку в ст. 5 УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь упо­ми­на­ет­ся толь­ко немед­лен­ное дей­ствие за­ко­на: нет ни доз­во­ле­ния, ни за­пре­та на его об­рат­ную си­лу. Пред­став­ля­ет­ся, что со­от­вет­ству­ю­щее пра­ви­ло долж­но быть за­креп­ле­но в дан­ном Ко­дек­се. Вме­сте с тем и при на­ли­чии про­бе­ла в УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь его нор­мы мо­гут иметь об­рат­ное дей­ствие в свя­зи с при­ме­не­ни­ем по ана­ло­гии ст. 104 Кон­сти­ту­ции Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь и ст. 67 За­ко­на о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах.

При этом ка­те­го­ри­че­ски сле­ду­ет от­верг­нуть си­ту­а­цию, при ко­то­рой пра­во­при­ме­ни­тель, ис­поль­зуя про­бел в ст. 5 УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, ссы­ла­ясь на ст. 67 За­ко­на о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, под ви­дом улуч­ше­ния по­ло­же­ния ли­ца при­ме­нил бы об­рат­ную си­ла за­ко­на по во­про­сам, ка­са­ю­щим­ся до­ка­за­тельств, в ре­зуль­та­те че­го при­знал недо­пу­сти­мы­ми по­лу­чен­ные во вре­мя дей­ствия ста­ро­го за­ко­на и в пол­ном со­от­вет­ствии с ним до­ка­за­тель­ства, ко­то­рые не со­от­вет­ству­ют но­во­му уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­му за­ко­ну. Для ис­клю­че­ния та­ких фак­тов необ­хо­ди­мо до­пол­нить обе ста­тьи сле­ду­ю­щей нор­мой: «До­пу­сти­мость до­ка­за­тельств опре­де­ля­ет­ся в со­от­вет­ствии с за­ко­ном, дей­ство­вав­шим в мо­мент их по­лу­че­ния».

Статья 3 УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь опре­де­ля­ет тер­ри­то­ри­аль­ный и экс­тер­ри­то­ри­аль­ный по­ря­док дей­ствия уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на в про­стран­стве. В ста­тье 68 За­ко­на о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах за­креп­лен по­ря­док дей­ствия нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов по кру­гу лиц и толь­ко тер­ри­то­ри­аль­ный по­ря­док дей­ствия нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов в про­стран­стве. Экс­тер­ри­то­ри­аль­но нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты рас­про­стра­ня­ют свое дей­ствие на тер­ри­то­рию ди­пло­ма­ти­че­ско­го пред­ста­ви­тель­ства и кон­суль­ско­го учре­жде­ния Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь в ино­стран­ном го­су­дар­стве, на суд­но, при­пи­сан­ное к пор­ту Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, на­хо­дя­ще­е­ся в от­кры­том вод­ном или воз­душ­ном про­стран­стве вне пре­де­лов Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь под фла­га­ми или с опо­зна­ва­тель­ны­ми зна­ка­ми Бе­ла­ру­си, на во­ен­ный ко­рабль или во­ен­ное воз­душ­ное суд­но Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь неза­ви­си­мо от ме­ста их на­хож­де­ния [18, c. 79].

Дан­ный во­прос име­ет пер­во­сте­пен­ное зна­че­ние, по­сколь­ку дей­ствие за­ко­на в про­стран­стве яв­ля­ет­ся важ­ней­шим ат­ри­бу­том су­ве­ре­ни­те­та го­су­дар­ства, ко­то­рый дол­жен огра­ни­чи­вать дру­гие го­су­дар­ства от вме­ша­тель­ства во внут­рен­ние де­ла, обес­пе­чи­вать нерас­про­стра­не­ние соб­ствен­ной юрис­дик­ции на тер­ри­то­рию иных го­су­дарств, ис­клю­чать тер­ри­то­ри­аль­ную про­бель­ность пра­ва, то есть слу­чаи, ко­гда в от­дель­ных про­стран­ствах на под­ле­жа­щие пра­во­во­му ре­гу­ли­ро­ва­нию об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты не рас­про­стра­ня­ют свое дей­ствие.

Дей­ствие норм УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь по кру­гу лиц за­креп­ле­но от­дель­но от про­стран­ствен­но­го дей­ствия в ст. 4 дан­но­го Ко­дек­са. Раз­ли­чия в пре­де­лах субъ­ект­но­го дей­ствия норм, со­дер­жа­щих­ся в УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь, и уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм, со­дер­жа­щих­ся в иных нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, обу­слов­ле­ны вы­ше­на­зван­ны­ми осо­бен­но­стя­ми их дей­ствия в про­стран­стве, а так­же вы­ра­же­ны в непол­но­те ст. 4 ука­зан­но­го Ко­дек­са, где, как пред­став­ля­ет­ся, за­ко­но­да­тель дол­жен был за­кре­пить по­ло­же­ния о дей­ствии уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на в от­но­ше­нии граж­дан Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь и юри­ди­че­ских лиц. Точ­но так же не долж­но быть слу­ча­ев, ко­гда субъ­ект пра­ва вви­ду непол­но­ты пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния дей­ствия за­ко­на по кру­гу лиц, на­хо­дясь под юрис­дик­ци­ей дан­но­го го­су­дар­ства, мо­жет без по­след­ствий не под­чи­нять­ся этим за­ко­нам. Пред­став­ля­ет­ся, что со­вре­мен­ная сущ­ность пре­де­лов дей­ствия нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов со­сто­ит имен­но в том, что­бы обес­пе­чить пол­но­ту про­стран­ствен­но­го, вре­мен­но­го и пер­со­наль­но­го дей­ствия нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов. Та­кой под­ход, с од­ной сто­ро­ны, при­да­ет осо­бую важ­ность пра­во­вым нор­мам, ре­гу­ли­ру­ю­щим пре­де­лы дей­ствий нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов, с дру­гой сто­ро­ны – дол­жен яв­лять­ся сти­му­лом для за­ко­но­да­те­ля в устра­не­нии про­бе­лов и про­ти­во­ре­чий в дан­ной об­ла­сти с тем, что­бы обес­пе­чить пол­но­ту юри­ди­че­ской си­лы нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов го­су­дар­ства.

Срав­ни­тель­ная ха­рак­те­ри­сти­ка пре­де­лов дей­ствия уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных норм, со­дер­жа­щих­ся в УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь и иных нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, по­ка­зы­ва­ет, что раз­ли­чия, глав­ным об­ра­зом, обу­слов­ле­ны субъ­ек­тив­ны­ми при­чи­на­ми, ко­то­рые кро­ют­ся в на­ру­ше­ни­ях юри­ди­че­ской тех­ни­ки и непол­но­те пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния пре­де­лов дей­ствия.

Про­ве­ден­ное ис­сле­до­ва­ние при­во­дит к сле­ду­ю­щим вы­во­дам.

1. Уго­лов­но-про­цес­су­аль­ное за­ко­но­да­тель­ство и уго­лов­но-про­цес­су­аль­ное пра­во раз­лич­ны по

сво­ей пра­во­вой при­ро­де, со­от­но­сят­ся как фор­ма и со­дер­жа­ние, их необ­хо­ди­мо рас­смат­ри­вать как со­от­вет­ству­ю­щие по объ­е­му яв­ле­ния пра­ва, по­сколь­ку невоз­мож­но при­ме­нить пра­во­вую нор­му, ко­то­рая не по­лу­чи­ла сво­е­го от­ра­же­ния в ста­тьях нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов, и недо­пу­сти­ма ре­а­ли­за­ция по­ло­же­ний, за­креп­лен­ных в за­ко­но­да­тель­стве, но про­ти­во­ре­ча­щих пра­ву и (или) име­ю­щим боль­шую юри­ди­че­скую си­лу нор­ма­тив­ным пра­во­вым ак­там.

2. Все под­хо­ды к по­ни­ма­нию уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на име­ют под со­бой ос­но­ва­ния, но ис­клю­чи­тель­но по­то­му, что за­ко­но­да­тель­ство, на­у­ка и прак­ти­ка до­пус­ка­ют раз­лич­ные тол­ко­ва­ния тер­ми­на «за­кон»: в уз­ком смыс­ле уго­лов­но-про­цес­су­аль­ным за­ко­ном яв­ля­ет­ся толь­ко УПК, в бо­лее ши­ро­кой трак­тов­ке уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон со­став­ля­ют за­ко­но­да­тель­ные ак­ты, со­дер­жа­щие уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные нор­мы; в наи­бо­лее ши­ро­кой трак­тов­ке тер­мин «уго­лов­но-про­цес­су­аль­ный за­кон» сле­ду­ет отож­деств­лять с тер­ми­ном «уго­лов­но-про­цес­су­аль­ное за­ко­но­да­тель­ство».

3. Вне зависимости от под­хо­да к по­ни­ма­нию уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные нор­мы со­дер­жат­ся не толь­ко в УПК, но и в иных нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, в том чис­ле под­за­кон­ных нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах рес­пуб­ли­кан­ских ор­га­нов го­су­дар­ства.

4. Уго­лов­но-про­цес­су­аль­ные нор­мы, со­дер­жа­щи­е­ся в УПК и иных нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах, име­ют раз­лич­ные пре­де­лы сво­е­го дей­ствия, что глав­ным об­ра­зом обу­слов­ле­но субъ­ек­тив­ны­ми при­чи­на­ми, ко­то­рые кро­ют­ся в на­ру­ше­ни­ях юри­ди­че­ской тех­ни­ки и непол­но­те пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния пре­де­лов их дей­ствия.

5. Нор­мы о пре­де­лах дей­ствия уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на во вре­ме­ни долж­ны фор­му­ли­ро­вать­ся с уче­том объ­ек­тив­ной осо­бен­но­сти уго­лов­но­го про­цес­са, яд­ром ко­то­ро­го яв­ля­ют­ся до­ка­за­тель­ства и до­ка­зы­ва­ние. В це­лях обес­пе­че­ния незыб­ле­мо­сти до­ка­за­тельств, пред­ла­га­ет­ся до­пол­нить УПК Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь и За­кон о нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тах сле­ду­ю­щей нор­мой: «До­пу­сти­мость до­ка­за­тельств опре­де­ля­ет­ся в со­от­вет­ствии с за­ко­ном, дей­ство­вав­шим в мо­мент их по­лу­че­ния».

6. Со­вре­мен­ная сущ­ность норм, ре­гу­ли­ру­ю­щих пре­де­лы дей­ствия нор­ма­тив­ных пра­во­вых ак­тов, со­сто­ит в обес­пе­че­нии пол­но­ты юри­ди­че­ской си­лы пра­во­вых норм с тем, что­бы за­кон не имел про­бе­лов и рас­про­стра­нял свою си­лу на всю тер­ри­то­рию, от­но­ся­щу­ю­ся к юрис­дик­ции го­су­дар­ства, на всех лиц, ко­то­рые обя­за­ны под­чи­нять­ся это­му за­ко­ну, на­хо­дясь на со­от­вет­ству­ю­щей тер­ри­то­рии, и что­бы не су­ще­ство­ва­ло про­ме­жут­ков вре­ме­ни, тер­ри­то­рий, в пре­де­лах ко­то­рых не уре­гу­ли­ро­ва­ны ни од­ним из за­ко­нов те или иные под­ле­жа­щие пра­во­во­му ре­гу­ли­ро­ва­нию об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния.

1. Гу­ля­ло­ва, М.К. Дей­ствие уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на во вре­ме­ни, в про­стран­стве и по кру­гу лиц: ав­то­реф. дис. … канд. юрид. на­ук: 12.00.09 / М.к.гу­ля­ло­ва. – Ека­те­рин­бург, 2003. – 23 с.

2. Гель­ди­ба­ев, М.Х. Уголовный про­цесс: учеб­ник для сту­ден­тов ву­зов, обу­ча­ю­щих­ся по юри­ди­че­ским спе­ци­аль­но­стям / М.х.гель­ди­ба­ев, В.в.ван­ды­шев. – 3-е изд. пе­ре­раб. и доп. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, За­кон и пра­во, 2012. – 719 с.

3. Гу­цен­ко, К.Ф. Уголовный про­цесс: учеб­ник для сту­ден­тов юри­ди­че­ских ву­зов и фа­куль­те­тов / К.ф.гу­цен­ко // Об­ра­зо­ва­тель­ные ре­сур­сы Ин­тер­не­та – Юрис­пру­ден­ция [Элек­трон­ный ре­сурс]. – М., 2005. – Ре­жим до­сту­па: http://www.alleng.ru/d/jur/ jur065.htm. – Да­та до­сту­па: 08.07.2017.

4. Гри­го­рьев, В.Н. Уголовный про­цесс: учеб­ник / В.Н.ГРИ­го­рьев, А.в.по­бед­кин, В.н.яшин; под ред. В.н.гри­го­рье­ва. – М.: Изд-во Экс­мо, 2005. – 832 с.

5. Уголовный про­цесс: учеб­ник для ву­зов / под общ. ред. В.и.рад­чен­ко. – 2-е изд., пе­ре­раб. и доп. – М.: «Юри­ди­че­ский Дом «Юсти­ц­ин­форм», 2006. – 784 с.

6. Шо­стак, М.А. Уголовный про­цесс. Об­щая часть: от­ве­ты на эк­за­ме­на­ци­он­ные во­про­сы / М.а.шо­стак. – 6-е изд., пе­ре­раб. – Минск: Тет­ра­си­стемс, 2012. – 208 с.

7. Бо­ри­ко, С.В. Уголовный про­цесс: учеб­ник для ву­зов / С.в.бо­ри­ко. – 2-е изд. пе­ре­раб. и доп. – Минск: Амал­фея, 2012. – 400 с.

8. Ку­ла­пов, В.Л. Тео­рия го­су­дар­ства и пра­ва: учеб­ник / В.л.ку­ла­пов. – Са­ра­тов, 2011. – 486 с.

9. Че­рен­ко­ва, Е.Э. Си­сте­ма пра­ва и си­сте­ма за­ко­но­да­тель­ства Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции: по­ня­тие и со­от­но­ше­ние: ав­то­реф. дис. … канд. юрид. на­ук: 12.00.01 / Е.э.че­рен­ко­ва. – М., 2006. – 25 с.

10. Виш­нев­ский, А.Ф. Об­щая тео­рия го­су­дар­ства и пра­ва: учеб­ник / А.ф.виш­нев­ский, Н.а.гор­ба­ток, В.а.ку­чин­ский; под общ. ред. проф. В.а.ку­чин­ско­го. – 2-е изд., пе­ре­раб. и доп. – М.: Изд-во де­ло­вой и учеб. лит-ры, 2006. – 656 с.

11. Ва­си­ле­вич, Г.А. На­уч­но-прак­ти­че­ский ком­мен­та­рий к Кон­сти­ту­ции Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь / Г.а.ва­си­ле­вич // Кон­суль­тант Плюс: Бе­ла­русь. Тех­но­ло­гия 3000 [Элек­трон­ный ре­сурс] / ООО «Юр­спектр», Нац. центр пра­во­вой ин­форм. Респ. Бе­ла­русь. – Минск, 2017.

12. Уголовный про­цесс. об­щая часть: учеб­ник / И.в.дань­ко [и др.]; под общ. ред. И.в.дань­ко. – Минск: Акад. МВД, 2012. – 478 с.

13. Тил­ле, А.А. Вре­мя, про­стран­ство, за­кон / А.а.тил­ле. – М.: Юри­ди­че­ская ли­те­ра­ту­ра, 1965. – 202 с.

14. Ка­ча­лов, В.А. Уго­лов­но-про­цес­су­аль­ное пра­во: учеб­ное по­со­бие для сту­ден­тов и пре­по­да­ва­те­лей юри­ди­че­ских ву­зов и фа­куль­те­тов / В.а.ка­ча­лов, О.в.ка­ча­ло­ва. – М.: МГИУ, 2007. – 388 с.

15. Уголовный про­цесс: учеб­ник / под ред. В.с.ба­лаш­ки­на, А.д.прошля­ко­ва, Ю.в.коз­убен­ко. – М.: Вол­терс Клу­вер, 2011. – 1056 с.

16. Смирнов, А.В. Уголовный про­цесс: учеб­ник / А.в.смирнов, К.б.ка­ли­нов­ский; под общ. ред. проф. А.в.смирнова. – 4-е изд., пе­ре­раб. и доп. – М.: КНОРУС, 2008. – 704 с.

17. Гусь­ко­ва, А.П. Уголовный про­цесс: учеб­ник / А.п.гусь­ко­ва, Ф.к.зин­ну­ро­ва // [Элек­трон­ный ре­сурс]. – Ре­жим до­сту­па: http://isfic.info/urpro/ugcou05.htm. – Да­та до­сту­па: 30.06.2017.

18. Масюк, В.И. Тол­ко­ва­ние пра­во­вых норм уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го за­ко­на и ана­ло­гия пра­ва / В.и.масюк // Уго­лов­ная юсти­ция: за­ко­но­да­тель­ство, тео­рия и прак­ти­ка: сб. ма­те­ри­а­лов IV Респ. на­уч.-практ. конф. пре­по­да­ва­те­лей, ас­пи­ран­тов, ма­ги­стран­тов и сту­ден­тов, Брест, 25 окт. 2013 г.: в 2 ч. / Брест. гос. ун-т им. А.с.пуш­ки­на; ред­кол.: В.в.ло­сев (отв. ред.) [и др.]. – Брест: БРГУ, 2014. – Ч. 2. – С. 77–80.

Ва­дим МАСЮК, сле­до­ва­тель по осо­бо важ­ным де­лам след­ствен­но­го управ­ле­ния управ­ле­ния След­ствен­но­го ко­ми­те­та Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь по Мин­ской об­ла­сти, ка­пи­тан юс­ти­ции, адъ­юнкт Ака­де­мии Ми­ни­стер­ства внут­рен­них дел Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь

Люд­ми­ла РОДЕВИЧ, кан­ди­дат юри­ди­че­ских на­ук, до­цент, до­цент ка­фед­ры уго­лов­но­го про­цес­са Ака­де­мии Ми­ни­стер­ства внут­рен­них дел Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.