ВЫ­СТУП­ЛЕ­НИЕ за­ме­сти­те­ля Ми­ни­стра юс­ти­ции Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь И.г.ту­шин­ско­го

Yustitsiya Belarusi - - Актуально -

За вре­мя дли­тель­ной ис­то­рии раз­ви­тия меж­ду­на­род­но­го гу­ма­ни­тар­но­го пра­ва ми­ро­во­му со­об­ще­ству уда­лось не толь­ко сфор­ми­ро­вать мас­сив норм, опре­де­ля­ю­щих кри­те­рии гу­ман­но­сти в усло­ви­ях во­ору­жен­ных кон­флик­тов, но и при­дать ему до­го­вор­но-пра­во­вую фор­му в ли­це Же­нев­ских Кон­вен­ций 1949 го­да и До­пол­ни­тель­ных Про­то­ко­лов к ним. Од­на­ко имен­но 150 лет на­зад бла­го­да­ря ини­ци­а­ти­ве Им­пе­ра­тор­ско­го Рос­сий­ско­го Ка­би­не­та в г. Санкт-пе­тер­бур­ге был при­нят пер­вый в ис­то­рии меж­ду­на­род­ный до­го­вор, ко­то­рый озна­ме­но­вал со­бой ре­во­лю­цию во­ен­ной мыс­ли то­го вре­ме­ни, по­ста­вив за­ко­ны че­ло­ве­ко­лю­бия вы­ше по­треб­но­сти в сию­ми­нут­ном пре­иму­ще­стве на по­ле боя.

Од­ним из са­мых зна­чи­мых до­сти­же­ний Санкт-пе­тер­бург­ской де­кла­ра­ции яви­лось опре­де­ле­ние един­ствен­ной ра­зум­ной це­ли вся­кой вой­ны, ко­то­рая со­сто­ит в ослаб­ле­нии во­ен­ных сил непри­я­те­ля. Это, в свою оче­редь, поз­во­ли­ло на меж­ду­на­род­но-пра­во­вом уровне за­кре­пить фун­да­мен­таль­ный вы­вод, со­глас­но ко­то­ро­му ис­поль­зо­ва­ние та­ко­го ору­жия, ко­то­рое при на­не­се­нии про­тив­ни­ку ра­не­ний без поль­зы уве­ли­чи­ва­ет стра­да­ния лю­дей, вы­ве­ден­ных из строя, или де­ла­ет их смерть неиз­беж­ной, долж­но быть при­зна­но не со­от­вет­ству­ю­щим упо­мя­ну­той це­ли; что упо­треб­ле­ние по­доб­но­го ору­жия про­ти­во­ре­чи­ло бы за­ко­нам че­ло­ве­ко­лю­бия.

Эта нор­ма оста­ет­ся ак­ту­аль­ной и в на­ши дни, а ее зна­чи­мость за­клю­ча­ет­ся в том, что она име­ет в сво­ей ос­но­ве не толь­ко при­зыв к гу­ман­но­сти, но и ло­ги­ку, де­лая же­сто­кость и из­лиш­ние стра­да­ния на по­ле боя яв­ле­ни­я­ми со­вер­шен­но нера­ци­о­наль­ны­ми, не свой­ствен­ны­ми че­ло­ве­че­ско­му здра­во­му смыс­лу.

Уста­но­вив за­прет на ис­поль­зо­ва­ние в усло­ви­ях вой­ны раз­рыв­ных бо­е­при­па­сов, один из мно­гих на­шед­ших в даль­ней­шем от­ра­же­ние в нор­мах так на­зы­ва­е­мо­го Га­аг­ско­го пра­ва, Санкт-пе­тер­бург­ская де­кла­ра­ция так­же спо­соб­ство­ва­ла фор­ми­ро­ва­нию ос­но­во­по­ла­га­ю­ще­го по­сы­ла пра­ва во­ору­жен­ных кон­флик­тов, та­ко­го, ка­ким мы зна­ем его сей­час: при­ня­тие вой­ны как ужа­са­ю­щей дан­но­сти ни в ко­ем слу­чае не долж­но оправ­ды­вать же­сто­кость, ча­сто ей со­пут­ству­ю­щую. Имен­но эта, ка­за­лось бы, про­стая мысль яв­ля­ет­ся глав­ной идео­ло­ги­че­ской со­став­ля­ю­щей со­вре­мен­но­го меж­ду­на­род­но­го гу­ма­ни­тар­но­го пра­ва, а так­же де­я­тель­но­сти ор­га­ни­за­ций и лю­дей, от­ста­и­ва­ю­щих его цен­но­сти.

К со­жа­ле­нию, се­год­ня, да­же спу­стя 150 лет по­сле при­ня­тия Санкт-пе­тер­бург­ской де­кла­ра­ции, мы не мо­жем вос­при­ни­мать же­сто­кость и стра­да­ния в усло­ви­ях во­ору­жен­ных кон­флик­тов как пе­ре­жи­ток войн про­шло­го. С 1868 го­да на­ша пла­не­та не зна­ла ни дня ми­ра, а со­вре­мен­ные вой­ны ед­ва ли не пре­вос­хо­дят по уров­ню на­си­лия и бес­че­ло­веч­но­сти при­ме­ня­е­мо­го во­ору­же­ния клас­си­че­ские вой­ны XIX ве­ка.

Со­вре­мен­ные во­ору­жен­ные кон­флик­ты все в боль­шей сте­пе­ни при­об­ре­та­ют асим­мет­рич­ный ха­рак­тер и ха­рак­те­ри­зу­ют­ся воз­рас­та­ю­щей ро­лью не-

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.