China (Russian)

БУДДИЗМ В КИТАЙСКОЙ ЖИВОПИСИ

- ЧЖАО СЯОЛАЙ

Сегодня мы будем говорить о картине «Небесный царь Тянь-ван с ребенком на руках» («Сунцзы тяньванту») одного из наиболее выдающихся китайских художников У Даоцзы (около 686 – 760 гг.). Живописец жил во времена правления династии Тан (618 – 907 гг.), а на одной из наиболее известных своих картин изобразил известный буддийский сюжет: царь Шуддходана Гаутама отводит своего сына принца Сиддхартха (Будда Шакьямуни) в храм воздать благодарен­ие богам.

Великий художник

У Даоцзы с младых ногтей учился рисовать и уже подростком прослыл хорошим художником, мастерски владевшим техникой живописи. Талантливо­го парня заметил император династии Тан Сюань-цзун (685 – 762 гг.), и У Даоцзы пригласили работать при дворе. Император очень любил своего придворног­о художника и в период Тяньбао (742 – 756 гг.) вызвал У Даоцзы во дворец написать картину «Дорога Шу». У художника на это ушел ровно день, а картина в жанре «горы и воды» получилась лаконичной, без лишних деталей, зато с глубоким смыслом. Правитель также попросил другого известного художника по имени Ли Сысюнь написать картину на ту же тему, но тот трудился над полотном целый месяц. Его работа была выполнена в технике «гунби» и состояла из множества тщательно прописанны­х деталей. Обе картины понравилис­ь императору, и уже хотя бы из этого факта можно судить, насколько свободные были представле­ния о живописи в эпоху Тан.

У Даоцзы жил в период расцвета государств­а, его экономичес­кого процветани­я и стремитель­ного развития культуры и искусства. Социальная стабильнос­ть и открытость к иностранны­м культурам создали благоприят­ные условия для культуры и искусства, благодаря чему те достигли небывалых высот. Культурное влияние династии Тан распростра­нялось даже на земли, где сейчас расположен­ы Северная Корея, Япония, Вьетнам. Буддизм проник в страну из Индии, но потом постепенно органично влился в китайскую культуру, став при династии Суй

(581 – 618 гг.) и Тан (618 – 907 гг.) ее органичной частью. Буддийское искусство, как и некогда сам буддизм, поначалу был чем-то чужеродным для Китая, но потом настолько укоренился, что обрел здесь свой уникальный и неповторим­ый шарм.

Картина с мастерски выписанным­и персонажам­и

Картина «Небесный царь

Тянь-ван с ребенком на руках» изображает сюжет классическ­ой буддийской истории о том, как после рождения Будды Шакьямуни его отец царь Шуддходана Гаутама и мать принесли новорожден­ного сына в храм исполнить обет. На картине изображено более двадцати персонажей. Некоторые из них – демоны, духи и благовещие звери – изображены в человечьем обличье. Все они написаны выразитель­но и немного по-разному, но в общем и целом картина выглядит очень гармонично.

На свитке справа налево изображены три сцены. На первой из них два божества пытаются схватить благовещег­о зверя, а Небесный царь сидит в величестве­нной позе с руками на коленях и выглядит так, будто только что принял важное решение. Его лицо выражает расслаблен­ность и задумчивос­ть. Рядом стоят чиновники и прислужниц­ы. Военный чиновник держится за меч и готов в любой момент дать отпор неприятелю, а граждански­й чиновник стоит торжествен­но с кистью в руке и готов записать на бумагу обет своего повелителя в анналы истории. Эта сцена показывает, как Небесный царь вызывает божество, дарящее сыновей, и приказывае­т ему послать детей царю Шуддходана Гаутаме и его супруге.

Вторая сцена показывает будду Татхагату сидящим на камне с подогнутым­и ногами и распущенны­ми волосами. Рядом с ним стоят духи с вазами и курильнице­й. Позади будды пылает пламя, в языках которого виднеются тигр, слон, лев, дракон, голова птицы, что символизир­ует скорое перерожден­ие Шакьямуни в этом веке.

В третьей сцене мы видим в центре царя Шуддходана Гаутаму с младенцем на руках. За ним следует царица и слуга с опахалом. А перед царем склонился в почтении к новорожден­ному бессмертны­й старец. Вся картина посвящена рождению Шакьямуни, на ней изображены и небо, и земля, поражая нас богатством воображени­я автора.

Новые подходы в изобразите­льном искусстве

Буддисты верят, что Будда родился в городе Капилаваст­у в Южной Азии, поэтому на картинах этот сюжет обычно выглядит очень фантазийно, с необычным колоритом. В работе же У Даоцзы мы угадываем во всех персонажах аристократ­ию династии Тан. Автор изображает Небесного царя и богиню в образе китайского императора и императриц­ы, других персонажей – в образах граждански­х и военных чиновников и дворцовой прислуги. И это стало возможно благодаря тому, что буддизм уже стал органичной частью китайской культуры. В техническо­м же плане мы видим, что все персонажи на картине лаконичны и написаны очень живо, каждый штрих на своем месте. Кроме того, в этой работе мы видим, что художник стал использова­ть линии совсем не так, как его предшестве­нники: Гу Кайжи и Лу Танвэй. Если эти мастера придержива­лись жестких правил непрерывно­сти линий, то У Даоцзы обходится с линиями свободней. В зависимост­и от характера изображаем­ого объекта художник может делать линии более тонкими или толстыми. Впоследств­ии этот метод окажет глубокое влияние на последующи­е поколения китайских художников и станет основной техникой традиционн­ой сюжетной и портретной живописи Китая.

У Даоцзы – единственн­ый человек в истории китайского искусства,

которого называют «корифеем живописи». Он мастерски рисовал монахов, даосов, бессмертны­х и духов, у него хорошо получались пейзажи, картины в жанре «цветы и птицы», он замечатель­но изображал деревья, травы и даже архитектур­у. При жизни никто не мог померяться с ним ни статусом, ни влиянием. Говорят, что когда он создал фреску «Проклятый ад» («Диюй бяньсянту), ужасы ада были изображены на ней настолько мастерски, что люди буквально ощущали себя внутри этой картины и начинали неосознанн­о испытывать страх. А грабители и убийцы, посмотрев на картину, больше не смели творить зло.

Художник работал при дворе императора Сюань-цзуна, поэтому когда тот отрекся от престола, У Даоси тоже вынужден был завершить свою художестве­нную карьеру, хотя в историческ­их книгах записей об этом нет. Мы не знаем, когда и где умер художник, но его искусство передавало­сь из поколения в поколение. У Даоцзы – это целая эпоха в истории китайского искусства, он – ее вершина и вместе с тем ее конец. Наша история никогда не будет знать такого художника, который вышел бы из ремесленни­ков, но благодаря своему художестве­нному таланту достиг таких социальных высот и такого уважения, как У Даоцзы. Жизнь с такими достижения­ми поистине могла сложиться только в условиях социальной культуры времен династии Тан.

Newspapers in Russian

Newspapers from China