«Де­ре­вен­ская» ярмарка

Novosti Helsinki with FINNBAY - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Алек­сей Та­ба­ков

В от­ли­чие от мно­гих немец­ких го­ро­дов, Дюссельдорф не по­стра­дал при втор­же­нии На­по­лео­на. Им­пе­ра­то­ру и пол­ко­вод­цу го­род про­сто на­про­сто по­да­рил ба­вар­ский ко­роль, опа­са­ю­щий­ся за со­хран­ность сво­е­го ти­ту­ла. Бо­на­парт при­был лич­но про­ве­сти ре­ви­зию и че­рез че­ты­ре дня вы­дал вер­дикт – пря­мо как в Па­ри­же. Мест­ные жи­те­ли хо­ро­шо за­пом­ни­ли это срав­не­ние и те­перь не упус­ка­ют слу­чая упо­мя­нуть его в бе­се­де. Прав­да, ис­то­ри­ки считают, что за-

В Дюссельдорф мы при­бы­ли с глав­ной це­лью: по­пасть на Яр­мар­ку Ве­се­лья, яв­ля­ю­щу­ю­ся се­вер­ным ана­ло­гом Ок­то­бер­фе­ста и про­хо­дя­щую еже­год­но в се­ре­дине июля. Но быст­ро вы­яс­ни­лось, что го­род об­ла­да­ет и дру­ги­ми за­нят­ны­ми чер­та­ми.

ва­лен­ный кор­ре­спон­ден­ци­ей, во­про­са­ми ло­ги­сти­ки и жа­ло­ба­ми с за­хва­чен­ных тер­ри­то­рий, На­по­ле­он та­ким об­ра­зом про­сто по­се­то­вал на чрез­мер­ную за­ня­тость.

Мир­ный при­ход фран­цу­зов сыг­рал огром­ную роль в бу­ду­щем го­ро­да, а так­же в его язы­ке – да­же се­го­дня мест­ные жи­те­ли на­бе­рут сот­ню­дру­гую слов и вы­ра­же­ний, ко­то­рые дру­гие нем­цы не пой­мут. Од­ним из та­ких ста­ло Killepitsch, дав­шее на­зва­ние са­мо­му из­вест­но­му мест­но­му баль­за­му. Пе­ре­ве­сти его не удаст­ся ни на немец­кий, ни на фран­цуз­ский, ни на ан­глий­ский. Бли­жай­шим же ана­ло­гом на рус­ском бу­дет что-то ти­па «пей, по­ка не уби­ли». На­зва­ние ро­ди­лось в по­след­ние ме­ся­цы вой­ны, ко­гда авиа­ция со­юз­ни­ков со­вер­ша­ла на Дюссельдорф один на­лет за дру­гим. Хозяин мест­ной ви­но­вар­ни с пле­мян­ни­ком пря­та­лись от бомб в по­гре­бе сво­е­го про­из­вод­ства. На­деж­да про­дер­жать­ся ночь бы­ла при­зрач­на, а уж до­жить до утра ни­кто да­же не рас­счи­ты­вал, по­это­му два ис­пу­ган­ных че­ло­ве­ка пи­ли. Посколь­ку варианты то­стов на тот мо­мент бы­ли огра­ни­че­ны, то уже до­воль­но ско­ро один под­ни­мал ста­кан и го­во­рил «вы­пьем», а вто­рой до­бав­лял «по­ка еще жи­вы». По­сте­пен­но язы­ки на- ча­ли за­пле­тать­ся, что и по­ро­ди­ло в ито­ге killepitsch.

К удив­ле­нию хо­зя­и­на ви­но­вар­ни, он все-та­ки смог уви­деть рас­свет. И сло­во не за­был. Те­перь всем же­ла­ю­щим этот баль­зам, со­сто­я­щий из де­вя­но­сто двух трав, не толь­ко по­да­ют в ба­рах, но и продают че­рез ок­но, на­хо­дя­ще­е­ся не­по­да­ле­ку от од­ной из са­мых ста­рых пи­во­ва­рен го­ро­да. Ко­гда-то ее вла­де­лец от­ли­чал­ся сквер­ным нра­вом, и, узнав о по­вы­ше­нии на­ло­гов на креп­кий ал­ко­голь, про­сто от­ка­зал­ся его про­да­вать, не­смот­ря на про­те­сты за­все­гда­та­ев. Те­перь они так и хо­дят за до­бав­кой ис­клю­чи­тель­но в со­сед­ние за­ве­де­ния.

Лю­бил вы­пить и Дюс­сель­дорф­ский кур­фюрст Ио­ганн Виль­гельм. За­ни­мать­ся этим он пред­по­чи­тал в ком­па­нии из­вест­ных ху­дож­ни­ков, ко­то­рые в раз­гар ве­че­ра кля­лись в веч­ной друж­бе и оста­ва­лись при дво­ре. За де­ся­ток лет кур­фюрст со­брал на­столь­ко боль­шую кол­лек­цию, что по­смот­реть на нее на­ча­ли при­ез­жать мно­гие ев­ро­пей­ские пра­ви­те­ли. Та­кие ви­зи­ты удо­ста­и­ва­лись от­дель­ных празд­ни­ков, ви­но ли­лось ре­кой, и вско­ре мно­го­чис­лен­ные сест­ры кур­фюр­ста ста­ли успеш­но вы­хо­дить за­муж. В ито­ге вла­сти­тель го­ро­да по­род­нил­ся с ко­ро­ля­ми Ис­па­нии, Пор­ту­га­лии, Ита­лии, да и сам же­нил­ся на боль­шой лю­би­тель­ни­це ис­кусств – Анне Ма­рии Лу­и­зе де Ме­ди­чи. По­след­няя так лю­би­ла сво­е­го су­пру­га, что за­ве­ща­ла по­хо­ро­нить се­бя в его ко­роне. Что по­том спро­во­ци­ро­ва­ло по­чти три­ста лет по­ис­ка цен­ной ре­лик­вии.

Ярмарка Ве­се­лья из­на­чаль­но бы­ла цер­ков­ным празд­ни­ком, по­это­му ее офи­ци­аль­ное на­зва­ние – Kirmes am Rhein. В го­род съез­жа­лись куп­цы, тру­ба­ду­ры, го­ро­жане вы­тас­ки­ва­ли из укром­ных уг­лов на­коп­ле­ния...

И на­чи­на­лось бур­ное ве­се­лье.

Се­го­дня все про­ис­хо­дит по ста­рин­ным ка­но­нам. Прав­да, же­ла­ю­щие ве­се­ло про­ве­сти треть июля нем­цы пе­ре­ста­ли по­ме­щать­ся на пра­виль­ном бе­ре­гу Рей­на (так его на­зы­ва­ют жи­те­ли Дюс­сель­дор­фа. С чем аб­со­лют­но несо­глас­ны про­жи­ва­ю­щие в Кельне) и те­перь все раз­вле­че­ние про­ис­хо­дит в спе­ци­аль­но от­ве­ден­ном ме­сте. До­брать­ся до него мож­но ли­бо на па­ро­ме, ли­бо пеш­ком по мо­сту. В пер­вом слу­чае сто­ит при­го­то­вить- ся к до­воль­но дли­тель­но­му сто­я­нию в очереди. Неболь­шие ко­раб­ли­ки при­ни­ма­ют на борт ров­но сто пять че­ло­век, а тол­па празд­ну­ю­щих уже несколь­ко су­ток го­ро­жан – не са­мая мо­биль­ная суб­стан­ция. Куль­ми­на­ци­ей празд­ни­ка ста­но­вит­ся гран­ди­оз­ный са­лют, ко­то­рый на­чи­на­ет­ся в по­ло­вине один­на­дца­то­го ве­че­ра 24 июля.

Бли­зость Рей­на, по­ми­мо осве­жа­ю­ще­го бри­за и красивых ви­дов, при­но­сит го­ро­ду несколь­ко се­рьез­ных про­блем. Как уже го­во­ри­лось, вес­ной ре­ка ча­сто вы­хо­дит из бе­ре­гов, и для борь­бы с на­вод­не­ни­я­ми при­шлось воз­во­дить дам­бу.

При­е­хав в мае, мож­но вме­сто лю­би­мо­го ре­сто­ра­на на на­бе­реж­ной об­на­ру­жить вод­ную гладь. В та­ком слу­чае ланч при­дет­ся есть в ка­зе­ма­тах, ку­да «от­сту­па­ют» мно­го­чис­лен­ные ка­фе, ко­гда во­да под­ни­ма­ет­ся слиш­ком вы­со­ко. Но это все ме­ло­чи: гу­ляя по го­ро­ду мож­но най­ти от­мет­ки на раз­ных до­мах, по­ка­зы­ва­ю­щие, что ко­гда-то пер­вый этаж был пол­но­стью за­топ­лен. По­это­му лю­бой мест­ный жи­тель зна­ет – ко­гда стран­ные ча­сы на дам­бе по­ка­жут циф­ру де­сять, на­до срочно со­брать ве­щи и по­пы­тать­ся ока­зать­ся как мож­но даль­ше от на­бе­реж­ной.

А ле­том за­ча­стую про­ис­хо­дит об­рат­ная ситуация: Рейн ме­ле­ет, судоходство пре­кра­ща­ет­ся до сле­ду­ю­ще­го силь­но­го до­ждя. И ес­ли ту­ри­сти­че­ским па­ро­мам это при­но­сит вре­мен­ное неудоб­ство, то для вла­дель­цев транс­порт­ных ком­па­ний очень се­рьез- ный риск. Сот­ни огром­ных барж за­дер­жи­ва­ют­ся в пор­тах, фир­мы несут мил­ли­он­ные убыт­ки, а го­род те­ря­ет при­быль.

Что ин­те­рес­но, в 1288 го­ду Дюссельдорф по­лу­чил пра­во на­зы­вать­ся го­ро­дом, воз­во­дить сте­ны и че­ка­нить соб­ствен­ные мо­не­ты. И при­шло вре­мя за­ду­мы­вать­ся о смене на­зва­ния, ведь Дюссельдорф – это все­го лишь «де­рев­ня на Дюс­се­ле»: реч­ки, имен­но в этом ме­сте вте­ка­ю­щей в Рейн. Пред­ло­жен­ные варианты вклю­ча­ли и Дюс­сель­бург, и Дюс­сель­штат и да­же, Рейн­бург. За по­след­нее на­зва­ние мно­гие го­ро­да от­да­ли бы нема­лую часть бюд­же­та, но мест­ные жи­те­ли за­яви­ли, что не ис­пы­ты­ва­ют по это­му по­во­ду ни­ка­ких ком­плек­сов. И оста­лись «де­рев­ней».

С чи­сто де­ре­вен­ской про­сто­той здесь под­хо­дят и к та­ким раз­вле­че­ни­ям, как вкус­но по­есть и мно­го вы­пить. Имен­но в Дюс­сель­дор­фе на­хо­дит­ся са­мая длин­ная в Ев­ро­пе бар­ная стой­ка. При­над­ле­жит она не от­дель­но­му за­ве­де­нию, а за­ни­ма­ет це­лую ули­цу и да­же часть на­бе­реж­ной. Так как пе­ре­ме­стить­ся из од­но­го за­ве­де­ния со сто­лет­ней ис­то­ри­ей в дру­гое мож­но, про­сто сде­лав все­го один шаг на­пра­во, то имен­но здесь стар­ту­ет, продолжается и, за­ча­стую, за­вер­ша­ет­ся мест­ная за­ба­ва. Взять од­ну круж­ку пи­ва, же­ла­тель­но мест­но­го

сор­та «Alt», осу­шить ее в два глот­ка, сде­лать тот са­мый шаг на­пра­во, взять еще од­ну круж­ку пи­ва...

И так до тех пор, по­ка оста­ют­ся си­лы. В теп­лое вре­мя го­да же­ла­ю­щих прой­ти «зо­ло­тую ми­лю» на­би­ра­ет­ся на­столь­ко мно­го, что воз­ни­ка­ет ощу­ще­ние час-пик в мос­ков­ском метро. Мест­ные жи­те­ли, немец­кие ту­ри­сты и ино­стран­цы пе­ре­ме­ши­ва­ют­ся в ва­ви­лон­скую тол­пу, го­во­ря­щую на два­дца­ти язы­ках.

Пьют, в ос­нов­ном, ко­неч­но, пи­во. Рейн­ское ви­но по­че­му-то здесь не в осо­бом по­че­те. За­то пред­став­ле­ны тра­ди­ци­он­ные на­пит­ки са­мых раз­ных стран, ти­па ис­пан­ской сан­грии, на­при­мер.

Что же до еды, то в Дюс­сель­дор­фе до­пус­ка­ют­ся все­воз­мож­ные сме­лые экс­пе­ри­мен­ты. На­при­мер, мя­со, ма­ри­но­ван­ное в вин­ном со­усе с изю­мом и мин­да­лем. По­да­ет­ся все это с кар­то­фель­ны­ми ша­ри­ка­ми, и в ито­ге по­лу­ча­ет­ся необык­но­вен­но вкус­но.

Впро­чем, мест­ные жи­те­ли пред­по­чи­та­ют хо­дить на ланч не в ре­сто­ра­ны, а на ры­нок, и к лот­ку, где про­да­ют­ся супы, все­гда сто­ит оче­редь.

Кста­ти, в от­ли­чие от севера Гер­ма­нии, за­сто­лья здесь пре­дель­но де­мо­кра­тич­ны. К со­лид­ным джентль­ме­нам, пол­ча­са на­зад по­ки­нув­шим свой офис в од­ном из круп­ней­ших бан­ков и да­же не успев­ших сме­нить де­ло­вые ко­стю­мы с гал­сту­ка­ми, все­гда мо­жет под­сесть ма­ляр в ра­бо­чей одеж­де и на­чать раз­го­вор о пре­крас­ном.

Ну и еще про гал­сту­ки. В Дюс­сель­дор­фе то­же про­хо­дит свой кар­на­вал. Но его от­ли­чие от про­чих в том, что преду­смот­рен спе­ци­аль­ный «день те­ток». Во вре­мя него мест­ные жен­щи­ны, на­кра­сив­шись, на­ря­див­шись и вы­пив для храб­ро­сти, от­прав­ля­ют­ся на цен­траль­ные ули­цы. Встре­тив лю­бо­го муж­чи­ну в гал­сту­ке, они нож­ни­ца­ми от­ре­за­ют часть это­го по­пу­ляр­но­го ак­сес­су­а­ра, и вза­мен це­лу­ют ка­ва­ле­ра в ще­ку. Мест­ные жи­те­ли – за ис­клю­че­ни­ем, на­вер­ное, пол­ных за­нуд – охот­но всту­па­ют в иг­ру. Тем бо­лее, что за­бот­ли­вые же­ны кла­дут им в этот день в кар­ман сра­зу по несколь­ку за­пас­ных гал­сту­ков.

А вот ино­стран­цы по­рой пу­га­ют­ся. Осо­бен­но, ес­ли они уже успе­ли прой­тись по Konigsallee ( са­мой зна­ме­ни­той «шоп­пин­го­вой» ули­це го­ро­да) и уви­деть, сколь­ко там сто­ит этот са­мый гал­стук.

Ну а в це­лом шоп­пинг в Дюс­сель­дор­фе – еще од­на за­вле­ка­лов­ка для ту­ри­стов. По­ми­мо ули­цы с обыч­ны­ми ма­га­зи­на­ми и той са­мой Konigsallee, в го­ро­де не­дав­но по­стро­ен но­вый тор­го­вый центр Kö-Bogen. Ос­нов­ной тип его по­ку­па­те­лей оли­це­тво­ря­ет ста­туя блон­дин­ки в ро­зо­вом ко­стю­ме и с бо­ка­лом шам­пан­ско­го в ру­ках. Вро­де как имен­но так и нуж­но при­хо­дить сю­да: не со­всем за по­куп­ка­ми, а в ка­че­стве раз­вле­че­ния.

Ос­нов­ной же ис­точ­ник бла­го­со­сто­я­ния го­ро­да, ко­неч­но, ту­ризм. При­чем боль­шая часть при­бы­ли при­хо­дит не от но­че­вок ин­ди­ви­ду­аль­ных и груп­по­вых пу­те­ше­ствен­ни­ков, а от про­ве­де­ния все­воз­мож­ных вы­ста­вок и кон­фе­рен­ций. По­участ­во­вав в ней впер­вые, ру­ко­во­ди­тель той или иной ор­га­ни­за­ции бро­ни­ру­ет в сле­ду­ю­щий раз ме­ста уже и для сво­их со­труд­ни­ков. То есть, отель за­ра­нее зна­ет, что, до­пу­стим, че­рез че­ты­ре го­да в это же вре­мя к ним при­едут боль­шие груп­пы из той или иной стра­ны.

Ну и, ко­неч­но, са­ми го­сти­ни­цы ста­ра­ют­ся. На­при­мер, в на­шем оте­ле Melia Hotel мы на­блю­да­ли за отъ­ез­жа­ю­щи­ми, ожи­да­ю­щи­ми так­си с ве­шал­ка­ми в ру­ках, на ко­то­рых ви­се­ли све­же­вы­сти­ран­ные и от­гла­жен­ные блуз­ки, ко­стю­мы, брю­ки и пи­джа­ки.

Не­из­вест­но, прав­да, со­би­ра­лись ли они ле­теть со всем этим в са­мо­ле­те, пу­те­ше­ство­вать на по­ез­де или пря­мо до ко­неч­но­го пунк­та все на том же так­си.

По­след­нее в Дюс­сель­дор­фе от­нюдь не ред­кость. На­при­мер, несколь­ко биз­не­сме­нов при­е­ха­ли в отель из Бель­гии и, не морг­нув гла­зом, за­пла­ти­ли во­ди­те­лю пять­сот ев­ро на­лич­ны­ми.

ИГОРЬ ТА­БА­КОВ

ИГОРЬ ТА­БА­КОВ

ИГОРЬ ТА­БА­КОВ

Newspapers in Russian

Newspapers from Finland

© PressReader. All rights reserved.