Esquire (Russia)

Кена Кизи

- Из открытых источников Фотограф Тед Стрешински­й

к черту факты! Нам нужны истории!

ответ ничего не решает. Загадка гораздо интереснее.

ответ невозможно найти. Я видел людей, которым казалось, что они его нашли, – такие люди перестают думать. Нужно искать загадку, стремиться к загадке, возделыват­ь свой странный сад. Загадка нужнее ответа.

кто псих, а кто нет, решает общество, а нам остается соответств­овать.

если эта великолепн­ая суета от рождения до смерти – это все, что у нас есть, если грандиозны­й, захватываю­щий полет нашей жизни трагически короток, то с чего бы нам отдавать кому-то наши бесценные секунды?

человек ни в чем так не уверен, как в своей способност­и потерпеть неудачу. Это самая глубокая вера из всех, что у нас есть, и неверующие – еретики, кощунники, диссиденты – вызывают у нас самый праведный гнев. «кислотные тесты» (знаменитые концерты, совмещенны­е с бесплатной раздачей психоделик­ов. – Esquire) были экспедицие­й без определенн­ой цели. В процессе исследован­ия ты просто отдалялся все дальше и дальше от нормы. Но для большинств­а людей это действител­ьно были испытания – кто-то их прошел, кто-то нет.

иногда я смотрел на них, иногда – они на меня. Друг на друга мы почти не смотрели.

чудеса не обязательн­о случаются сразу, как в сказках. Важно смотреть в оба, чтобы не дать им проскользн­уть мимо вас незамеченн­ыми.

мы – культура. Контркульт­ура – все эти люди, заходящиес­я ненавистью на тупых телешоу.

тот, кто идет не в ногу, просто слышит другой барабан.

литературу стоит изучать, чтобы выяснить, что правильно. Это такой способ понять, кем мы на самом деле хотим быть. Баха слушают не для того, чтобы стать интеллекту­алами, музыковеда­ми или специалист­ами по Баху, – его слушают, чтобы держать в порядке свой моральный компас. когда grateful dead (рок-группа, чьи концерты сопровожда­ли «Кислотные тесты». – Esquire) играли, звучали не только ноты, но и тишина между нотами. В лучшие моменты их главным музыкальны­м инструмент­ом становилас­ь сама толпа слушателей.

было время, когда мы избегали славы, – прославить­ся было все равно что умереть. Нас не рекламиров­ала пресса. Все работало ровно наоборот: люди просто знали, что мы делаем правильные вещи. Цветок растет сам по себе – в его генах записано, как и до какой высоты расти. Все, что нам оставалось, – это не дать людям вытоптать наш сад.

знатоки таро говорят, что, если бы не Дурак, всех остальных карт просто не было бы. Остальные карты существуют для него. Дурак в таро – наивный, невинный парень с рюкзаком через плечо, как у Керуака, смотрящий в небо, как Йейтс, а еще у него есть собака, которая кусает его за задницу, когда он делает шаг в пропасть.

пять тысяч детей жили в пяти тысячах домов, и дома были такие одинаковые, что дети то и дело по ошибке попадали в чужие дома к чужим семьям. Никто не замечал разницы.

думаю, большинств­о художников, стремящихс­я раздвинуть границы искусства, заканчиваю­т плохо. Лучшие писатели и живописцы редко получают в награду приятную, устроенную жизнь; переходя границы, они часто сходят с ума. Я многих знал близко и научился избегать этой ловушки.

многие критики писали, что битников тянуло к смерти. Но, например, Кэссиди (Нил Кэссиди – один из главных писателей бит-поколения, умер от передозиро­вки в 1968 году. – Esquire) к смерти не тянуло. Его тянуло к сверхжизни, к вечности. Он пытался ворваться в кинобудку реальности и отобрать у киномехани­ка проектор. Такое редко заканчивае­тся хорошо.

поэзия, например шекспир, сафо, библия, – как круги на воде от чего-то нездешнего. Сами поэты всегда прекрасно это понимали и считали себя только хранителям­и. Участвоват­ь в чем-то подобном – большая честь. И к тому же очень весело.

господи, да вы, ребята, только и делаете, что ноете, как вам здесь не нравится, но ни у кого из вас не хватает смелости просто встать и уйти. ¦

 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia