Esquire (Russia)

Глав­ное со­бы­тие но­вой, пост­кри­зис­ной ре­аль­но­сти – ги­бель в СИЗО ауди­то­ра Сер­гея Ма­г­нит­ско­го.

- Politics · Russia · Rossiya · Michio Kaku · Ben Cardin · Federal Security Bureau · United States of America · Europe · Europe · Soviet Union · Vologda · Khabarovsk Novy Airport · Vladimir Putin · Vladimir · Russian Railways · Vladimir Yakunin · VTB · Andrey L. Kostin · Oleg Deripaska · Moscow · FC Moscow · Quito · Azov · Russian Empire · Sergei Shoigu · Chernobyl · Vladimir Lenin · Petersburg, AK · Esquire · Volgograd · Perm · Kirill Serebrennikov · Natal · Perm Krai · Krasny Oktyabr Closed Joint-Stock Company · Kursk · Kursk · Dmitrov · Unity · Club América · Geneva · Hillary Clinton · Sergiyev Posad · Noah

Ма­г­нит­ско­го об­ви­ня­ли в укло­не­нии от упла­ты на­ло­гов – но сам он на­ста­и­вал, что по­пал в тюрь­му из-за кон­флик­та во­круг ак­ти­вов Hermitage Capital, фон­да ин­ве­сто­ра и фи­нан­си­ста Бил­ла Бра­уде­ра. Бра­удер ра­бо­тал в Рос­сии с 1995 го­да и по­ки­нул стра­ну в 2006-м, за­явив, что не хо­чет по­вто­рить судь­бу Хо­дор­ков­ско­го. Свои рос­сий­ские ак­ти­вы он про­дал – и то­гда, по вер­сии Ма­г­нит­ско­го, но­вые соб­ствен­ни­ки рос­сий­ских юр­лиц Hermitage ре­ши­ли за­ра­бо­тать на мо­шен­ни­че­ской схе­ме с воз­вра­том яко­бы оши­боч­но упла­чен­ных на­ло­гов и та­ким об­ра­зом укра­ли из фе­де­раль­но­го бюд­же­та око­ло 5 млрд руб­лей. Как бы то ни бы­ло, Ма­г­нит­ский не до­жи­ва­ет до су­да. Он по­ги­ба­ет в Бу­тыр­ской тюрь­ме, по офи­ци­аль­ной вер­сии – от острой сер­деч­ной недо­ста­точ­но­сти, по вер­сии род­ных и ад­во­ка­тов – от обостре­ния бо­лез­ни по­чек, в ле­че­нии ко­то­рой тю­рем­ная ад­ми­ни­стра­ция ему от­ка­зы­ва­ет, на фоне мно­го­чис­лен­ных из­би­е­ний. Смерть ауди­то­ра по­лу­ча­ет неожи­дан­ный ре­зо­нанс: «спор хо­зяй­ству­ю­щих субъ­ек­тов» о Hermitage Capital при­вле­ка­ет вни­ма­ние за­пад­ных пра­ви­тельств. Вско­ре аме­ри­кан­ский се­на­тор Бен­джа­мин Кар­дин пред­ла­га­ет так на­зы­ва­е­мый спи­сок Ма­г­нит­ско­го. В спис­ке 60 имен – вы­со­ко­по­став­лен­ные рос­сий­ские си­ло­ви­ки из МВД, ФСБ, ФНС, Ген­про­ку­ра­ту­ры и ФСИН, судьи Ар­бит­раж­но­го су­да. Про­тив фи­гу­ран­тов спис­ка вво­дят санк­ции в США и Ев­ро­пе: у них ан­ну­ли­ру­ют ви­зы, их бан­ков­ские сче­та бло­ки­ру­ют. Это пер­вые за­пад­ные санк­ции со вре­мен рас­па­да СССР, по­ка еще не про­тив Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции, но про­тив рос­сий­ской эли­ты.

От кри­зи­са оди­на­ко­во стра­да­ют и те, кто при­вык про­во­дить ве­че­ра в «Раю», и жи­те­ли про­вин­ции. Пи­ка­ле­во, мо­но­го­род в Бок­си­то­гор­ском рай­оне Ле­нобла­сти, по­стро­ен во­круг трех за­во­дов – гли­но­зем­но­го, це­мент­но­го и хи­ми­че­ско­го. Кри­зис оста­нав­ли­ва­ет все три. Поз­же в го­ро­де за дол­ги от­клю­ча­ют отоп­ле­ние и го­ря­чую во­ду. Остав­ши­е­ся без ра­бо­ты пи­ка­лев­цы сна­ча­ла вры­ва­ют­ся в го­род­скую ад­ми­ни­стра­цию, тре­буя по­га­сить дол­ги по зар­пла­те, а за­тем пе­ре­кры­ва­ют фе­де­раль­ную трас­су Во­лог­да – Но­вая Ла­до­га. Спа­сать си­ту­а­цию при­ез­жа­ют пре­мьер-ми­нистр Владимир Пу­тин, несколь­ко ми­ни­стров и их за­ме­сти­те­лей, гла­ва РЖД Владимир Яку­нин, гла­ва ВТБ Ан­дрей Ко­стин и оли­гарх Олег Де­ри­пас­ка, вла­де­лец од­но­го из оста­нов­лен­ных за­во­дов. Пря­мо во вре­мя встре­чи с Пу­ти­ным про­те­сту­ю­щим на­чи­на­ют пе­ре­чис­лять день­ги – дол­ги по зар­пла­те, бо­лее 40 мил­ли­о­нов руб­лей, – и к ве­че­ру в бан­ко­ма­тах за­кан­чи­ва­ют­ся на­лич­ные: жи­те­ли Пи­ка­ле­ва по опы­ту 1998-го зна­ют, что бы­ва­ет в кри­зис с бан­ка­ми. На встре­че с мест­ны­ми управ­лен­ца­ми Олег Де­ри­пас­ка под­пи­сы­ва­ет до­го­вор, необ­хо­ди­мый для то­го, что­бы сно­ва за­пу­стить за­вод. «Спа­си­бо, – го­во­рит ему Владимир Пу­тин. – Руч­ку мне, по­жа­луй­ста, вер­ни­те». Фра­за мо­мен­таль­но ста­но­вит­ся кры­ла­той. Жур­на­лист Лео­нид Пар­фе­нов, под­во­дя ито­ги го­да в «Рус­ском Newsweek», на­пи­шет: «Но­вая фор­ма пу­тин­ско­го по­пу­лиз­ма – пре­мьер-ми­нистр ста­но­вит­ся все­рос­сий­ским зав­хо­зом, ко­то­рый «раз­ру­ли­ва­ет» лю­бые биз­нес-про­цес­сы. <…> Зна­ме­ни­тое обра­ще­ние к оли­гар­ху Оле­гу Де­ри­пас­ке «руч­ку вер­ни­те, по­жа­луй­ста» долж­но бы­ло про­де­мон­стри­ро­вать, кто в стране хо­зя­ин».

По­ка фе­де­раль­ные вла­сти за­ни­ма­ют­ся судь­бой жи­те­лей Пи­ка­ле­ва, мос­ков­ское пра­ви­тель­ство про­дол­жа­ет су­дить­ся с жи­те­ля­ми элит­но­го по­сел­ка «Реч­ник». По­се­лок неза­кон­но по­стро­ен в пой­ме Моск­вы-ре­ки, но до сих пор это ни­ко­го не бес­по­ко­и­ло. По­сле че­ре­ды су­дов и столк­но­ве­ний с ми­ли­ци­ей и буль­до­зе­ра­ми «Реч­ник» сне­сут, об­на­ру­жив в од­ном из до­мов жи­во­го лео­пар­да.

Мос­ков­ская мэ­рия за­кры­ва­ет зна­ме­ни­тый Чер­ки­зон, гро­мад­ный ве­ще­вой ры­нок, с 1990-х рас­ки­нув­ший­ся на пу­сты­ре в Из­май­ло­ве. Чер­ки­зов­ский ры­нок – го­су­дар­ство в го­су­дар­стве: здесь ра­бо­та­ют и жи­вут око­ло 100 ты­сяч че­ло­век, в ос­нов­ном ми­гран­ты из Ки­тая и Сред­ней Азии, а по­ку­па­тель мо­жет сут­ка­ми блуж­дать сре­ди па­ла­ток с под­дель­ны­ми брен­до­вы­ми ве­ща­ми и не на­хо­дить вы­хо­да. «Каж­дая точ­ка на Чер­ки­зоне озна­ча­ла один оста­но­вив­ший­ся цех в Рос­сии», – объ­яс­ня­ет за­кры­тие рын­ка за­ме­сти­тель ми­ни­стра тор­гов­ли и про­мыш­лен­но­сти.

На Са­я­но-шу­шен­ской ГЭС про­ис­хо­дит ава­рия, од­на из са­мых круп­ных ка­та­строф в ис­то­рии гид­ро­энер­ге­ти­ки – гла­ва МЧС Сер­гей Шой­гу поз­же срав­нит ее с Чер­но­бы­лем. Од­на из тур­бин стан­ции не вы­дер­жи­ва­ет на­груз­ки и раз­ру­ша­ет­ся. Внут­рен­ние по­ме­ще­ния за­хле­сты­ва­ет во­да – ее по­ток так си­лен, что ме­ста­ми ло­ма­ет сте­ны. Ав­то­ма­ти­че­ские си­сте­мы не сра­ба­ты­ва­ют – вы­жив­шим при­хо­дит­ся за­кры­вать за­тво­ры пло­ти­ны вруч­ную. По­ги­ба­ют 76 че­ло­век.

Как буд­то ком­мен­ти­руя об­ста­нов­ку в стране, неиз­вест­ные ра­ди­ка­лы взры­ва­ют па­мят­ник Ле­ни­ну на­про­тив Фин­лянд­ско­го вок­за­ла в Пе­тер­бур­ге – к мо­ну­мен­ту при­де­лы­ва­ют несколь­ко то­ло­вых ша­шек, и вождь ми­ро­во­го про­ле­та­ри­а­та неко­то­рое вре­мя сто­ит с раз­во­ро­чен­ной зад­ни­цей. Тер­ро­ри­сты вновь под­ры­ва­ют «Нев­ский экс­пресс» – 28 по­гиб­ших, 130 ра­не­ных. От­вет­ствен­ность бе­рут на се­бя и уль­тра­пра­вые, и ис­ла­ми­сты – на­ци­о­на­ли­сти­че­ская Combat 18 и «Има­рат Кав­каз» (при­зна­на тер­ро­ри­сти­че­ской, ее де­я­тель­ность в Рос­сии за­пре­ще­на. – Esquire). Стра­на охва­че­на по­ли­ти­че­ским на­си­ли­ем – пра­вые и ле­вые про­по­ве­ду­ют в «Жи­вом Жур­на­ле», мо­ло­дые фа­ши­сты де­рут­ся на ули­цах с мо­ло­ды­ми ан­ти­фа­ши­ста­ми. Бо­е­ви­ки БОРН – «Бо­е­вой ор­га­ни­за­ции рус­ских на­ци­о­на­ли­стов» (за­пре­ще­нав Рос­сии. – Esquire) – уби­ва­ют несколь­ких ли­де­ров ан­ти­фа и в цен­тре Моск­вы рас­стре­ли­ва­ют ле­во­го ад­во­ка­та Ста­ни­сла­ва Мар­ке­ло­ва и жур­на­лист­ку «Но­вой га­зе­ты» Ана­ста­сию Ба­бу­ро­ву. Хо­дят слу­хи, что участ­ни­ки БОРН име­ют проч­ные свя­зи с по­ли­ти­че­ским мейн­стри­мом – в ка­кой-то мо­мент они да­же пла­ни­ру­ют ку­пить сво­е­му ли­де­ру де­пу­тат­ский ман­дат. Мак­сим Ба­зы­лев, ли­дер дру­гой пра­вой

тер­ро­ри­сти­че­ской груп­пи­ров­ки – НСО (за­пре­ще­на в Рос­сии. – Esquire), по­ги­ба­ет в СИЗО – по­сле аре­ста на его сче­тах на­хо­дят боль­ше 200 мил­ли­о­нов руб­лей; от­ку­да взя­лись эти день­ги, сле­до­ва­те­ли так и не су­ме­ют вы­яс­нить, но в ис­то­рии рус­ских око­ло­по­ли­ти­че­ских дви­же­ний НСО (за­пре­ще­на в Рос­сии. – Esquire) оста­нет­ся един­ствен­ной ор­га­ни­за­ци­ей, вы­пла­чи­вав­шей сво­им бо­е­ви­кам зар­пла­ту.

Стре­ля­ют не толь­ко бо­е­ви­ки: май­ор Де­нис Евсю­ков, на­чаль­ник ОВД «Ца­ри­цы­но», от­кры­ва­ет огонь по по­се­ти­те­лям су­пер­мар­ке­та. Он пьян и рас­стро­ен по­сле ссо­ры с же­ной, участ­ни­цей вто­ро­го со­ста­ва поп-груп­пы «Стрел­ки». Евсю­ков пы­та­ет­ся взять за­лож­ни­цу и стре­ля­ет по по­се­ти­те­лям, вы­кри­ки­вая: «Мнене нуж­ны день­ги, мне нуж­ны ва­ши моз­ги!» Май­ор по­лу­чит по­жиз­нен­ный срок.

Оль­га Мель­ни­чен­ко, 22-лет­няя сту­дент­ка из обес­пе­чен­ной се­мьи, сби­ва­ет со­труд­ни­ка ДПС. Ей да­дут 4,5 го­да, а ее эс­эм­эс мо­ло­до­му че­ло­ве­ку – «Зая, я уби­ла мен­та, про­сти :( Что де­лать?» – пре­вра­тит­ся для мно­гих в сим­вол со­ци­аль­но­го рас­сло­е­ния. Еще один мем за­пус­ка­ет лич­но ми­нистр МВД Ра­шид Нур­га­ли­ев: на во­прос «Мо­жет ли граж­да­нин дать сда­чи, ко­гда на него на­пал ми­ли­ци­о­нер?» ми­нистр от­ве­ча­ет утвер­ди­тель­но. Вско­ре по­сле это­го жи­тель Пер­ми из­би­ва­ет двух со­труд­ни­ков ми­ли­ции с кри­ка­ми: «Нур­га­ли­ев раз­ре­шил!».

5 ок­тяб­ря ре­жис­сер Ки­рилл Се­реб­рен­ни­ков за­яв­ля­ет, что по­ста­вит спек­такль по ро­ма­ну «Око­ло­но­ля», опуб­ли­ко­ван­но­му в том же го­ду в ли­те­ра­тур­ном при­ло­же­нии жур­на­ла «Рус­ский пи­о­нер». Лич­ность ав­то­ра не рас­кры­ва­ет­ся, но все пе­ре­да­ют из уст в уста – под псев­до­ни­мом На­тан Ду­бо­виц­кий скры­ва­ет­ся пер­вый за­ме­сти­тель ру­ко­во­ди­те­ля ад­ми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та Вла­ди­слав Сур­ков. Это раз­гар мед­ве­дев­ской от­те­пе­ли и са­мый идил­ли­че­ский эпи­зод в ро­мане ис­кус­ства и вла­сти, длив­шем­ся все ну­ле­вые.

В ночь на 5 де­каб­ря в Пер­ми за­го­ра­ет­ся клуб «Хро­мая ло­шадь». От ог­ня, ды­ма и дав­ки по­ги­ба­ют 156 че­ло­век. Тем же днем в Пермь при­бы­ва­ют гла­ва МЧС Шой­гу, гла­ва Мин­здрав­соц­раз­ви­тия Го­ли­ко­ва и гла­ва МВД Нур­га­ли­ев. 8 де­каб­ря в го­род при­ез­жа­ет пре­мьер Пу­тин, 9 де­каб­ря – пра­ви­тель­ство Перм­ско­го края сни­ма­ет с се­бя пол­но­мо­чия. Ру­ко­вод­ство клу­ба и ин­спек­то­ров по­жар­но­го над­зо­ра при­го­ва­ри­ва­ют к тю­рем­ным сро­кам от 4 до 9 лет.

Стрел­ка «Крас­но­го Ок­тяб­ря» окон­ча­тель­но ста­но­вит­ся цен­тром мос­ков­ской ноч­ной жиз­ни – в пя­ти­де­ся­ти мет­рах от «Рая» от­кры­ва­ет­ся Gipsy, ра­зу­да­лая ал­ко­голь­ная дис­ко­те­ка. Став­ка на ве­се­лье, а не на па­фос сра­ба­ты­ва­ет: за пер­вые вы­ход­ные в клуб при­хо­дят 7000 че­ло­век. В это же вре­мя в од­ном из це­хов за­во­да «Ар­ма» на Кур­ской от­кры­ва­ет­ся од­но­имен­ный тех­но­клуб. Прой­дет па­ра лет, кри­зис смо­ет с ту­сов­щи­ков по­след­ние остат­ки рос­ко­ши, и тех­но пре­вра­тит­сяв но­вую ре­ли­гию. Ве­че­рин­ки ста­нут боль­ше по­хо­жи на ри­ту­а­лы, во вре­мя ко­то­рых оде­тые в чер­ное лю­ди, по­ку­па­ю­щие в ба­ре в ос­нов­ном во­ду и чай, бу­дут до рас­све­та топ­тать танц­пол в окру­же­нии за­мыс­ло­ва­тых де­ко­ра­ций.

Сло­во го­да – «мо­дер­ни­за­ция». На сай­те gazeta.ru вы­хо­дит ста­тья Дмит­рия Мед­ве­де­ва «Рос­сия, впе­ред!» – пре­зи­дент об­ра­ща­ет­ся к об­ще­ству с при­зы­вом стро­ить но­вую Рос­сию, вы­со­ко­тех­но­ло­гич­ную, ве­стер­ни­зи­ро­ван­ную и бо­га­тую. Мед­ве­дев вспо­ми­на­ет о «пет­ров­ской мо­дер­ни­за­ции» и до­бав­ля­ет, что стране «нуж­ны день­ги и тех­но­ло­гии стран Ев­ро­пы, Аме­ри­ки, Азии. Этим стра­нам нуж­ны, в свою оче­редь, воз­мож­но­сти Рос­сии».

Аме­ри­ка и Рос­сия пы­та­ют­ся на­ла­дить со­труд­ни­че­ство еще вес­ной: на встре­че в Же­не­ве гос­сек­ре­тарь США Хил­ла­ри Клин­тон да­рит ми­ни­стру ино­стран­ных дел Сер­гею Лав­ро­ву кноп­ку, ко­то­рая долж­на сим­во­ли­зи­ро­вать пе­ре­за­груз­ку от­но­ше­ний меж­ду дву­мя стра­на­ми. Но аме­ри­кан­цы ошиб­лись: вме­сто сло­ва «пе­ре­за­груз­ка» на боль­шой крас­ной кноп­ке на­пи­са­но «пе­ре­груз­ка».

 ??  ??
 ??  ?? Жи­те­ли Пи­ка­ле­ва на фе­де­раль­ной трас­се Но­вая Ла­до­га – Во­лог­да про­те­сту­ют про­тив за­кры­тия трех гра­до­об­ра­зу­ю­щих пред­при­я­тий
Жи­те­ли Пи­ка­ле­ва на фе­де­раль­ной трас­се Но­вая Ла­до­га – Во­лог­да про­те­сту­ют про­тив за­кры­тия трех гра­до­об­ра­зу­ю­щих пред­при­я­тий
 ??  ?? Санкт-пе­тер­бург, по­след­ствия под­ры­ва па­мят­ни­ка Вла­ди­ми­ру Ле­ни­ну на пло­ща­ди у Фин­лянд­ско­го вок­за­ла; Москва, па­мят­ник Пет­ру Пер­во­му и «Крас­ный Ок­тябрь»
Санкт-пе­тер­бург, по­след­ствия под­ры­ва па­мят­ни­ка Вла­ди­ми­ру Ле­ни­ну на пло­ща­ди у Фин­лянд­ско­го вок­за­ла; Москва, па­мят­ник Пет­ру Пер­во­му и «Крас­ный Ок­тябрь»
 ??  ??
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia