Esquire (Russia)

- Kure

Ан­тон вер­нул­ся из ко­ман­ди­ров­ки на день рань­ше. Он ча­сто так де­лал. Не со­би­рал­ся ло­вить, про­сто устро­ил сюр­приз. Ино­гда и прав­да хо­те­лось про­ве­рить, но се­бе он в этом не при­зна­вал­ся.

Али­на встре­ти­ла, об­ня­ла, рас­спро­си­ла. Все бы­ло как обыч­но, толь­ко немно­го по­дру­го­му. Как буд­то од­на из лам­по­чек в люст­ре пе­ре­го­ре­ла, и те­ни лег­ли чуть ина­че.

– Лин, ты под­стриг­лась? – он мыл по­су­ду. В день по­сле при­ез­да Ан­то­ну да­же нра­ви­лась эта воз­ня.

– Не, так и бы­ло.

По­след­ни­ми Ан­тон по­мыл при­бо­ры. Он про­тер их ва­фель­ным по­ло­тен­цем со ще­ня­та­ми в но­во­год­них кол­па­ках и ма­ши­наль­но на­чал рас­кла­ды­вать по ме­стам: сле­ва но­жи, по­се­ре­дине вил­ки, спра­ва лож­ки. За­ду­мал­ся и не сра­зу по­нял, что вил­ки те­перь ле­жат спра­ва, а лож­ки – по­се­ре­дине.

«Стран­но», – по­ду­мал он и по­ве­сил по­ло­тен­це со ще­ня­та­ми на ба­та­рею. Ему все­гда ка­за­лось, что на по­ло­тен­це ко­тя­та.

Ко­гда при­шел в спаль­ню, Али­на уже ле­жа­ла ли­цом к стене. Не до­жда­лась. Ан­тон лег ря­дом и смот­рел в тем­но­ту. По­че­му-то ему ка­за­лось, что она то­же не спит.

На­ут­ро бу­диль­ник и не про­сы­па­ясь в ван­ную. Ан­тон уда­рил­ся о край тум­бы, по­том о шкаф. Стран­но. Он хо­дил этим марш­ру­том да­же са­мым тем­ным зим­ним утром без за­пин­ки, а тут та­кое.

Толк­нул дверь в ван­ную и проснул­ся. Дверь от­кры­ва­лась на­ру­жу. И ли­но­ле­ум про­тер­ся по­лу­кру­гом, как буд­то так бы­ло уже лет пять.

«В го­сти­ни­це внутрь от­кры­ва­лась, вот я и при­вык», – ре­шил Ан­тон.

На зав­трак Али­на обыч­но де­ла­ла яич­ни­цу и рас­ска­зы­ва­ла свои сны. Но в этот раз бы­ла толь­ко яич­ни­ца.

– Пом­нишь, те­бе как-то при­сни­лось, что у нас в ак­ва­ри­уме жи­вут аку­лы и ты кор­мишь их су­ше­ны­ми людь­ми из бан­ки?

– Да, что-то та­кое бы­ло, – ото­зва­лась сон­ная Али­на. – А се­го­дня ни­че­го не сни­лось?

– Не-а.

Ан­тон сел в ма­ши­ну, от­ре­гу­ли­ро­вал си­де­нье и зер­ка­ла. По­том опу­стил ко­зы­рек от солн­ца на пас­са­жир­ском ме­сте. «Мо­жет, про­сто солн­це, – по­ду­мал он. – А мо­жет, ко­го-то под­во­зи­ла». И весь день эта мысль не да­ва­ла ему по­коя, как мел­кие во­лос­ки под ру­баш­кой по­сле стриж­ки.

К ве­че­ру тя­же­лый ак­ва­ри­ум на сто лит­ров поменялся ме­ста­ми с те­ле­ви­зо­ром.

«Са­ма она не мог­ла, – при­ки­нул Ан­тон и по­смот­рел на ух­мы­ля­ю­щих­ся с по­ло­тен­ца ще­нят. – Стран­ное по­ве­де­ние, стран­ный ко­зы­рек в ма­шине, стран­ные вил­ки не на ме­сте. А мо­жет быть, и стран­ный кто-то еще?»

Ве­че­ром он ак­ку­рат­но за­лез в ее те­ле­фон. Это бы­ло мерз­ко и да­же ху­же, по­то­му что ни­че­го не на­хо­ди­лось. Со­об­ще­ния от ее ма­мы, от него са­мо­го, от по­дру­ги Ка­ти и спам из обув­но­го. И чем доль­ше не на­хо­ди­лось стран­но­го, тем боль­ше хо­те­лось это стран­ное най­ти. По­том за­чем-то пе­ре­чи­тал их пе­ре­пис­ку. Все как обыч­но: доб­рое утро, как до­бра­лась, как про­шел день, что на ужин, доб­рых снов.

От­ло­жил те­ле­фон и уви­дел Али­ну. Она дав­но смот­ре­ла. – Ты на­шла ко­го-то?

– А ты что-то на­шел, что­бы по­ду­мать, что я ко­го-то на­шла?

– Нет.

– Ну вот и я нет. Идем спать?

– Идем. Толь­ко по­пью.

Ан­тон на­лил во­ды в лю­би­мую круж­ку, но она бы­ла ка­кой-то нехват­кой, не ло­жи­лась в ру­ку так удоб­но, как рань­ше. И узор был тот же, и скол ря­дом с руч­кой, но паль­цы хо­те­ли взять­ся ина­че, а не получалось.

На ра­бо­те Ан­то­ну бы­ло спо­кой­но и со­всем не стран­но. Бы­ли зна­ко­мые лю­ди, зна­ко­мое крес­ло и зна­ко­мая удоб­ная чаш­ка, ко­то­рая пра­виль­но ло­жи­лась в ру­ку.

Но вер­нув­шись до­мой, Ан­тон еще де­сять ми­нут по­си­дел в ма­шине, ни­че­го осо­бен­но не де­лая, – ба­ра­ба­нил паль­ца­ми по ру­лю, про­ве­рял даль­ний свет.

По­том под­нял­ся по лест­ни­це, вста­вил ключ, но тот с тру­дом во­шел на треть и за­стрял. Ан­тон ото­шел от оби­той дер­ма­ти­ном две­ри. Не его две­ри. Его – на­про­тив.

По­чув­ство­вал се­бя иди­о­том и по­шел от­кры­вать дру­гую дверь. Ключ по­до­шел.

Ан­тон ак­ку­рат­но за­шел внутрь, как буд­то не к се­бе. Ки­нул связ­ку на ко­мод. Но что-то не так, и ко­мод у про­ти­во­по­лож­ной сте­ны.

– Али­на, – по­звал Ан­тон.

– Да, – ото­зва­лась она, но не вы­шла встре­тить.

– А ко­мод все­гда с этой сто­ро­ны?

– Да, где ж ему еще? Дру­го­го ме­ста нет. «Дей­стви­тель­но, негде». Он ра­зул­ся и про­шел на кух­ню. Там бы­ла ка­кая-то жен­щи­на в ха­ла­те Ли­ны. И в та­поч­ках Ли­ны, и да­же в ее при­чес­ке.

– Вы кто?

– Это я, – от­ве­ти­ла Али­на.

– Но я вас не знаю, это не вы.

– Знаю, что ты ме­ня не зна­ешь. Ты все дав­но на ав­то­ма­те, и я – вот, – Али­на по­ка­за­ла на се­бя.

– Ми­сти­ка ка­кая-то, – он опу­стил­ся на ку­хон­ный та­бу­рет, ко­то­рый ока­зал­ся немно­го ни­же, чем бы­ло рань­ше. Ан­тон уда­рил­ся и лязг­нул зу­ба­ми.

– Так бы­ва­ет, – ска­за­ла Али­на и за­ку­ри­ла.

– Ты же не ку­ришь.

– Ку­рю, – она за­тя­ну­лась, – уже год как. Ты все­гда уби­ра­ешь мою за­жи­гал­ку, преж­де чем взять со сто­ла га­зе­ту.

Ан­тон вне­зап­но вспом­нил жел­тую за­жи­гал­ку с по­тер­тым Мик­ки-мау­сом. Он брал ее в ру­ки каж­дый день и не об­ра­щал вни­ма­ния.

– Но по­че­му ты чу­жая?

– По­то­му что вил­ки на ме­сте ло­жек.

– Так удоб­нее?

– Нет, про­сто раз­лю­би­ла, – от­ве­ти­ла чу­жая Али­на, и Ан­тон за­был, за­чем при­шел в этот незна­ко­мый дом. ≠

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia