«НЕ ГО­ВО­РЮ, ЧТО ВИ­ДЕЛ НА ВОЙНЕ»

В ко­ло­нии от­кры­ли обе­лиск в па­мять о рос­сий­ских во­и­нах про­шло­го ве­ка

AiF Altay - - ГРАНИ ЖИЗНИ - Еле­на НИ­КО­ЛА­Е­ВА

– Каж­дый из тех на­ших со­оте­че­ствен­ни­ков, кто по­гиб в бо­е­вых опе­ра­ци­ях, за­слу­жи­ва­ет па­мя­ти и ува­же­ния, – ска­зал на це­ре­мо­нии пред­се­да­тель ре­ги­о­наль­ной об­ще­ствен­ной ор­га­ни­за­ции ве­те­ра­нов ВДВ и войск спец­на­зна­че­ния «Со­юз де­сант­ни­ков» Ев­ге­ний Ре­зю­ков. Под эти­ми сло­ва­ми мо­жет под­пи­сать­ся че­ло­век, спро­ек­ти­ро­вав­ший и по­стро­ив­ший необыч­ный па­мят­ник, – осуж­дён­ный Вла­ди­мир Кур­ба­тов. семью. Пре­ду­пре­жда­ет: «Я не люб­лю го­во­рить о том, что ви­дел там. Ду­маю, что у тех, кто про­шёл вой­ну, есть внут­рен­няя обя­зан­ность уберечь лю­дей, что­бы они о войне не зна­ли, по­то­му что это всё низ­ко, гряз­но». Счи­та­ет, что уча­стие в бо­е­вых дей­стви­ях его са­мо­го… усми­ри­ло.

Толь­ко, вид­но, ути­хо­ми­рил­ся па­рень по­сле ар­мей­ской служ­бы не до кон­ца: че­рез несколь­ко лет он со слу­чай­ным зна­ко­мым из­бил и огра­бил про­хо­же­го, сде­лав­ше­го им за­ме­ча­ние, ко­то­рое на пья­ную го­ло­ву по­ка­за­лось оскорб­ле­ни­ем.

В руб­цов­ской ИК-5, где со­дер­жат­ся «пер­во­хо­ды», но по тя­жё­лым ста­тьям, Вла­ди­мир на­хо­дит­ся уже пя­тый год. Ко­гда по­до­шёл срок оформ­ле­ния УДО, от­ка­зал­ся пи­сать про­ше­ние. То­гда у него по­яви­лась мечта, ко­то­рую он счи­та­ет са­мым важ­ным на дан­ный пе­ри­од жиз­ни де­лом, – обе­лиск.

Идея эта за­ро­ди­лась в его го­ло­ве ещё в 2015 го­ду, ко­гда в ко­ло­нию при­ез­жал один ве­те­ран Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны. Се­дой во­ин рас­ска­зы­вал про свою вой­ну. А Вла­ди­мир слу­шал и вспо­ми­нал про свою... И по­нял: та­ких рос­сий­ских муж­чин, ко­то­рым есть что вспом­нить о сво­ей войне, мно­го. Как мно­го и тех, кто уже ни­ко­гда не вспом­нит, как по­ги­бал в бою.

Че­рез ка­кое-то вре­мя он рас­ска­зал о за­дум­ке за­ме­сти­те­лю на­чаль­ни­ка ко­ло­нии Дмит­рию Боль­ши­ну. И на­шёл по­ни­ма­ние. «У Дмит­рия Ана­то­лье­ви­ча де­душ­ка во­е­вал в Оте­че­ствен­ную, и у ме­ня де­душ­ка во­е­вал на той войне. Мы друг дру­га по­че­ло­ве­че­ски по­ня­ли», – рас­ска­зы­ва­ет Кур­ба­тов.

Ад­ми­ни­стра­ция ко­ло­нии пред­ло­жи­ла Вла­ди­ми­ру сде­лать про­ект обе­лис­ка. При­ду­мал несколь­ко ва­ри­ан­тов. На по­пе­чи­тель­ском со­ве­те вы­бра­ли са­мый впе­чат­лив­ший. Вы­де­ли­ли день­ги. В этом го­ду за­ку­пи­ли и при­вез­ли не­об­хо­ди­мые ма­те­ри­а­лы, и Вла­ди­мир с по­мощ­ни­ка­ми за три ме­ся­ца по­стро­и­ли обе­лиск­пи­ра­ми­ду ря­дом с хра­мом Ни­ко­лая Чу­до­твор­ца.

Кур­ба­тов о зна­че­нии та­ко­го па­мят­ни­ка в та­ком ме­сте рас­суж­да­ет сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «Мо­жет, у ко­го-то в ду­ше ого­нёк и за­жжёт­ся... По­то­му что сей­час при­шло по­ко­ле­ние, ко­то­ро­му на во­ле та­ких ве­щей ни­кто не объ­яс­ня­ет, а здесь, мо­жет, у ко­го-то и за­теп­лит­ся мысль, ка­кой це­ной да­ёт­ся мир­ная жизнь».

То, что обе­лиск-мечта по­стро­ен ря­дом с хра­мом, для него име­ет осо­бое зна­че­ние. Кре­стил­ся он, ко­гда учил­ся в чет­вёр­том клас­се и жил в Ро­ма­нов­ском кор­рек­ци­он­ном дет­ском до­ме. Кре­стил­ся доб­ро­воль­но и с ин­те­ре­сом каж­дое вос­кре­се­нье хо­дил на служ­бу в сель­ский храм. «Там бы­ла слов­но дру­гая дей­стви­тель­ность. Не бы­ло гря­зи и нена­ви­сти. Чи­сто бы­ло», – вспо­ми­на­ет. Но по­том го­ря­чий ха­рак­тер на дол­гие го­ды увёл пар­ня от за­по­ве­дей ве­ры…

В ко­ло­нии он вер­нул­ся в храм Бо­жий. Ку­пол тю­рем­ной церк­ви, ико­но­стас укра­ше­ны сде­лан­ной им резь­бой по де­ре­ву. Есть в хра­ме и на­пи­сан­ные им ико­ны, ко­то­рые бла­го­сло­вил епи­скоп Руб­цов­ский и Алей­ский Роман. Здеш­ние си­дель­цы оце­ни­ва­ют ра­бо­ту то­ва­ри­ща ко­рот­ко, но ем­ко: «Кра­са­ва!». Ему и клич­ку со­от­вет­ству­ю­щую при­ду­ма­ли – «свя­той Вла­ди­мир».

Твор­че­ством – резь­бой и жи­во­пи­сью – он увле­кал­ся ещё в дет­ском до­ме, а здесь де­лит­ся уме­ни­я­ми с те­ми осуж­дён­ны­ми, ко­то­рым это ин­те­рес­но. Так при церк­ви по­яви­лись два круж­ка по ин­те­ре­сам, а за­тем и вос­крес­ная шко­ла.

– Гос­подь ви­дит, кто и с чем при­хо­дит в храм. Тот, кто здесь не ну­жен, уй­дёт, оста­нут­ся те, ко­то­рые нуж­ны, ко­то­рые бу­дут дру­гим по­мо­гать путь ис­кать и храм в чи­сто­те со­дер­жать, что­бы здесь да­же мыс­ли дур­ные в го­ло­ву не лез­ли, – го­во­рит он.

Очень ско­ро Вла­ди­мир вы­хо­дит на сво­бо­ду. На­де­ет­ся, что с чи­стой со­ве­стью. Счи­та­ет, что на­ка­за­ние несво­бо­дой кар­ди­наль­но по­ме­ня­ло его. «Смысл жиз­ни от­крыл­ся. Он очень прост: жи­ви и ра­дуй­ся, соз­да­вай мир во­круг се­бя, а не при­спо­саб­ли­вай­ся, не при­стра­и­вай­ся, как па­ра­зит-при­сос­ка», – объ­яс­ня­ет Кур­ба­тов. Меч­та­ет уехать на свою ма­лую ро­ди­ну – в Гор­ный Ал­тай, от­крыть неболь­шую ма­стер­скую, что­бы за­ни­мать­ся тем, к че­му ле­жит ду­ша: жи­во­пи­сью, резь­бой по де­ре­ву, де­ко­ра­тив­ны­ми шту­ка­тур­ка­ми, при­род­ным кам­нем.

ОБЕ­ЛИСК ВЫ­ГЛЯ­ДИТ СТРО­ГО: КИРПИЧНАЯ ПИРАМИДА, МРАМОРНАЯ ДОС­КА И СТУ­ПЕНЬ­КИ, СИМВОЛИЗИРУЮЩИЕ ГЛОБАЛЬНЫЕ И ЛО­КАЛЬ­НЫЕ ВОЙ­НЫ МИНУВШЕГО СТО­ЛЕ­ТИЯ… В КО­ЛО­НИИ ВЛА­ДИ­МИ­РА ПРО­ЗВА­ЛИ «СВЯ­ТЫМ».

«В Бо­жьем хра­ме не долж­но быть дур­ных мыс­лей», – счи­та­ет Вла­ди­мир.

На от­кры­тие обе­лис­ка в руб­цов­скую ко­ло­нию при­е­ха­ло нема­ло го­стей.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.