ТОСКА ПО ВЕ­ЛИ­КОЙ НА­ЦИИ

Пи­са­тель Алек­сей Ива­нов – о том, кто се­год­ня спо­со­бен на по­сту­пок

AiF Dalinform (Khabarovsk) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА -

– Мас­со­вый ин­те­рес к ис­то­рии у ме­ня вы­зы­ва­ет некую на­сто­ро­жен­ность. При всём ува­же­нии к ис­то­рии об­ще­ству долж­на быть важ­нее со­вре­мен­ность. Без­услов­но, необ­хо­ди­мо пом­нить, что бы­ло в про- шлом, од­на­ко смот­реть нуж­но впе­рёд. Но ес­ли мы не раз­ви­ва­ем­ся, ес­ли в бу­ду­щем нам обе­ща­ют лишь по­вто­ре­ние на­сто­я­ще­го, то в по­ис­ках пер­спек­ти­вы мы об­ра­ща­ем взор в про­шлое. Это симп­том оста­нов­ки.

– Дей­ствие в ва­шем новом ро­мане «Пи­ще­блок» про­ис­хо­дит в пи­о­нер­ском ла­ге­ре в 1980 г. Мне по­ка­за­лось, что 1980-е у вас по­лу­чи­лись бо­лее при­вле­ка­тель­ны­ми, чем 1990-е в «Не­на­стье». Вам в том вре­ме­ни бы­ло луч­ше, чем в пе­ре­строй­ку? И к сло­ву, со­вре­мен­ные де­ти, не зна­ю­щие, что та­кое ли­ней­ки, зар­ни­цы, стра­шил­ки в па­ла­те на ночь, – они че­го ока­за­лись ли­ше­ны?

– Что зна­чит – «по­лу­чи­лись»? Для ме­ня они и бы­ли теп­лее. Ме­ня, ре­бён­ка и под­рост­ка, го­су­дар­ство опе­ка­ло со всех сто­рон. Я не чув­ство­вал ка­ко­го-то осо­бо­го дав­ле­ния.

Од­на­ко не сто­ит су­дить о вре­ме­ни с точ­ки зре­ния ре­бён­ка. В дет­стве ты не ви­дишь раз­ни­цы меж­ду за­пре­та­ми го­су­дар­ства и за­пре­та­ми ро­ди­те­лей. Ро­ди­те­ли не раз­ре­ша­ли ухо­дить со дво­ра, го­су­дар­ство не раз­ре­ша­ло вы­ез­жать за ру­беж. Для ре­бён­ка это бы­ли оди­на­ко­во непре­ре­ка­е­мые за­пре­ты, а взрос­лый че­ло­век ви­дел ра­зум­ность од­них и нестер­пи­мость дру­гих. И го­су­дар­ствен­ная опе­ка бы­ла тя­гост­на для взрос­лых. Мо­ло­до­го че­ло­ве­ка она трав­ми­ро­ва­ла лишь при вы­хо­де в са­мо­сто­я­тель­ную жизнь, когда вдруг вы­яс­ня­лось, что от­но­ше­ния муж­чи­ны и жен­щи­ны со­всем не та­кие, как убеж­да­ли кни­ги и те­ле­ви­зор. И от­но­ше­ния с куль­ту­рой то­же не та­кие, и вы­бор жиз­нен­но­го пу­ти то­же не та­кой. Лич­но у ме­ня «гла­за от­кры­ва­лись» вме­сте со всем об­ще­ством, по­то­му что этот пе­ри­од сов­пал с пе­ре­строй­кой и глас­но­стью. Вся стра­на бы­ла в шо­ке, не толь­ко я, и для ме­ня общественн­ая дра­ма прав­ды опре­де­ли­ла нерас­тор­жи­мость ма­лень­ко­го ме­ня и боль­шой на­ции.

Это огром­ная уда­ча мо­ей судь­бы. Ощу­ще­ние жи­вой, тво­ря­щей­ся ис­то­рии во­круг те­бя мо­би­ли­зу­ет и то­ни­зи­ру­ет. Вот это­го и ли­ше­ны со­вре­мен­ные де­ти – как они бы­ли ли­ше­ны это­го на из­лё­те СССР, когда ли­ней­ки и зар­ни­цы толь­ко ими­ти­ро­ва­ли твоё уча­стие в ис­то­рии, но не де­ла­ли те­бя даже от­да­лён­но при­част­ным к ней.

– По СССР се­год­ня но­сталь­ги­ру­ем не толь­ко мы, рож­дён­ные в са­мом конце 1960-х – на­ча­ле 1970-х, но и по­ко­ле­ние на­ших де­тей. Почему это вре­мя вспо­ми­на­ют с теп­ло­той даже те, кто в нём не жил?

– Не мо­гу го­во­рить за ны­неш­нюю мо­ло­дёжь, но мне ка­жет­ся, что её «фан­том­ная но­сталь­гия» не о по­ряд­ках в СССР, а о большом сти­ле СССР. А Со­юз, без­услов­но, этим сти­лем об­ла­дал. «Стра­на ги­пер­бо­ре­ев», – го­во­рил Ли­мо­нов. Лю­бо­му че­ло­ве­ку, а мо­ло­до­му в осо­бен­но­сти, хо­чет­ся иметь в сво­ём бэк­гра­ун­де боль­шой стиль. Неваж­но, бу­дет че­ло­век раз­ви­вать его сво­и­ми де­ла­ми или бу­дет спо­рить с ним – лишь бы он был. Тоска по СССР – это тоска по сво­ей ве­ли­кой на­ции. Ес­ли бы мы сей­час ощу­ща­ли свою на­цию ве­ли­кой, ни­ка­кой тос­ки по СССР не бы­ло бы. Во вся­ком слу­чае, у мо­ло­дых.

– Странная, как мне ка­жет­ся, по­лу­ча­ет­ся тен­ден­ция: в ва­ших ро­ма­нах «Серд­це Пар­мы», «Зо­ло­то бун­та», в «То­бо­ле» муж­чи­ны­ге­рои – дей­стви­тель­но ге­рои – во­ю­ют, по­беж­да­ют, со­зи­да­ют. А в «Гео­гра­фе», «Не­на­стье» – как-то уже не со­всем му­жи­ки и со­всем не ге­рои: даже соб­ствен­ные сла­бо­сти по­бе­дить не могут. Ге­рои за­кон­чи­лись в прин­ци­пе?

– Ка­те­го­ри­че­ски не со­гла­шусь! При­ня­то счи­тать, что пи­са­тель все­гда го­рю­ет об из­мель­ча­нии со­вре­мен­ни­ка, но это не так. Ге­рои мо­их ро­ма­нов о «со­вре­мен­но­сти» – лю­ди силь­ные и спо­соб­ные на по­сту­пок. Немец из «Не­на­стья» – сол­дат, который на войне остал­ся в за­слоне, при­кры­вая то­ва­ри­ща. В мир­ное вре­мя он по­чти увяз в кри­ми­на­ле и даже ко­го-то убил, но за­пре­тил се­бе этот путь и со­шёл с него, а на пре­ступ­ле­ние со­гла­сил­ся лишь по­то­му, что спа­сал лю­би­мую жен­щи­ну. А суть гео­гра­фа Служ­ки­на за­клю­ча­ет­ся в от­ка­зе от уча­стия в бы­то­вом зле. Хо­тя все про­чие не от­ка­зы­ва­ют­ся, и ни­кто Служ­ки­на за уча­стие не осу­дит, да и сам он по­лу­чит вы­го­ду. От­каз от зла – мощ­ная нрав­ствен­ная по­зи­ция. Жаль, что об­ще­ство не видит в ней си­лы ду­ха, но это пробле­ма об­ще­ства, а не мо­их ге­ро­ев.

– Это ведь не толь­ко у нас та­кая бе­да – в Ев­ро­пе то же са­мое. Ни­ка­ко­го со­зи­да­ния – одно раз­ру­ше­ние: то брек­сит, то тер­ак­ты, даже из­веч­ное де­ле­ние на муж­чин и жен­щин пы­та­ют­ся по­хо­ро­нить. С че­го та­кая страсть к раз­ру­ше­нию, в том чис­ле и к са­мо­раз­ру­ше­нию?

– Не пре­уве­ли­чи­вай­те! Не знаю про США, но Ев­ро­па жи­вёт во­все не жаж­дой от­ме­нить пол или за­мо­чить тер­ро­ри­стов в сор­ти­ре. Пробле­мы ЛГБТ мар­ги­наль­ны, а тер­ро­ри­ста­ми за­ни­ма­ют­ся спец­служ­бы. Обыч­ные лю­ди жи­вут нор­маль­ны­ми ин­те­ре­са­ми: как улуч­шить свою жизнь, как сде­лать об­ще­ство бо­лее ра­зум­ным и спра­вед­ли­вым, как раз­ви­вать про­гресс и най­ти се­бе ме­сто в нём, как со­хра­нить при­ро­ду. Жизнь в Ев­ро­пе ку­да бо­лее нрав­ствен­но здо­ро­вая, чем в Рос­сии. Ко­неч­но, там хва­та­ет сво­их про­блем, но, как го­во­рит­ся, нам бы их пробле­мы. Ев­ро­па про­дол­жа­ет стро­ить и бе­речь са­му се­бя. До иде­а­ла там очень да­ле­ко, но ни­ка­ко­го са­мо­раз­ру­ше­ния нет.

– Ка­кой пи­нок дол­жен по­лу­чить мир во­об­ще и на­ша стра­на в част­но­сти, что­бы вновь на­чать со­зи­дать? Эпо­хи со­зи­да­ния – когда и ка­ки­ми они бы­ли и ка­кую це­ну об­ще­ство за это со­зи­да­ние в ито­ге пла­ти­ло?

– Ис­то­ри­че­ские при­ме­ры «со­зи­да­тель­ных» эпох вро­де Пет­ров­ской или ста­лин­ской – это со­зи­да­ние для пра­вя­щей вер­хуш­ки, а на­род-со­зи­да­тель ни­щал и по­па­дал в ка­ба­лу. По­это­му та­кое «со­зи­да­ние» и нуж­да­лось в пин­ках. Для под­лин­но­го же со­зи­да­ния необ­хо­ди­мо в первую оче­редь из­ба­вить­ся от воз­мож­но­сти по­лу­чить пи­нок. Ведь ча­ще все­го пин­ки на­це­ле­ны не под зад, а в ли­цо, по­то­му что их от­ве­ши­ва­ют не те, кто сза­ди, а те, кто свер­ху, и мы на них пре­дан­но смот­рим.

Со­зи­да­ние как та­ко­вое, ви­ди­мо, су­ще­ству­ет лишь в двух фор­ма­тах – ли­бо са­мо­вос­хва­ле­ние, ли­бо кон­ку­рен­ция. Са­мо­вос­хва­ле­ни­ем за­ни­мал­ся Древ­ний Еги­пет с его гран­ди­оз­ны­ми, но бес­по­лез­ны­ми пи­ра­ми­да­ми. Всё осталь­ное со­зи­да­ние – от кон­ку­рен­ции с со­пер­ни­ка­ми. Од­на­ко для это­го нуж­но иг­рать с со­пер­ни­ка­ми по об­щим пра­ви­лам. А го­во­рить о цене со­зи­да­ния – во­об­ще ме­то­до­ло­ги­че­ски невер­но. Чем мы пла­тим за здо­ро­вье? От­ка­зом от вред­ных при­вы­чек. Раз­ве это рас­то­чи­тель­но? Или это непо­мер­ная це­на?

Фо­то В. БАК/РИА Но­во­сти

«Тоска по СССР – это тоска по сво­ей ве­ли­кой на­ции. Ес­ли бы мы сей­час ощу­ща­ли свою на­цию ве­ли­кой, ни­ка­кой тос­ки по СССР не бы­ло бы. Во вся­ком слу­чае, у мо­ло­дых».

Ро­ман Алек­сея Ива­но­ва об эпо­хе ос- во­е­ния Си­би­ри во вре­ме­на Пет­ра I.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.