КАЖ­ДЫЙ МО­ЖЕТ СПА­СТИ ЖИЗНЬ

Лю­ди уми­ра­ют от лей­ко­за из­за глу­пых пред­рас­суд­ков

AiF Karelia (Petrozavodsk) - - ГОСТЬ РЕДАКЦИИ - Ан­тон СО­ЛО­ВЬЁВ

В СЕ­РЕ­ДИНЕ СЕН­ТЯБ­РЯ В ПЕТ­РО­ЗА­ВОД­СКЕ ЖЕ­ЛА­Ю­ЩИХ СТАТЬ ДОНОРАМИ КОСТНОГО МОЗ­ГА ДВА­ЖДЫ ВНО­СИ­ЛИ В БА­ЗУ ДАН­НЫХ. К СО­ЖА­ЛЕ­НИЮ, ЖЕ­ЛА­Ю­ЩИХ ОКА­ЗА­ЛОСЬ НЕ ТАК-ТО МНО­ГО. ПРИ­ЧИ­НОЙ ТО­МУ ОТ­ЧА­СТИ ПО­СЛУ­ЖИ­ЛИ СТРА­ХИ И ДОМЫСЛЫ, У КО­ТО­РЫХ, К СЛО­ВУ, НИ­ЧЕ­ГО ОБ­ЩЕ­ГО С ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬЮ НЕТ. ЮРИЙ ИОФФЕ, РУ­КО­ВО­ДИ­ТЕЛЬ КАРЕЛЬСКОГО РЕ­ГИ­СТРА ДОНОРОВ КОСТНОГО МОЗ­ГА, В ИН­ТЕР­ВЬЮ «АИФ» РАЗ­ВЕ­ЯЛ МНО­ГИЕ ПРЕДУБЕЖДЕНИЯ, СВЯ­ЗАН­НЫЕ С ДОНОРСТВОМ КРОВЕТВОРНЫХ КЛЕ­ТОК. ОДИН ИЗ ТЫ­СЯ­ЧИ

- Пе­ре­сад­ка костного моз­га - зву­чит жут­ко. Как вы­гля­дит про­це­ду­ра?

- В боль­шин­стве слу­ча­ев - как пе­ре­ли­ва­ние кро­ви. По­то­му что кост­ный мозг внешне на­по­ми­на­ет кровь. Но во­об­ще есть два спо­со­ба за­бо­ра костного моз­га. Пер­вый - из ко­сти. Кост­ный мозг, ина­че - кро­ве­твор­ные клет­ки, бе­рут из под­вздош­ной ко­сти (наи­бо­лее круп­ная из трёх ко­стей, фор­ми­ру­ю­щих та­зо­вую кость, - прим. ред.). Про­це­ду­ра бо­лез­нен­ная, рань­ше ее де­ла­ли под мест­ным нар­ко­зом, по­том стали под об­щим. Шпри­цом про­ка­лы­ва­ют кость и за 40 ми­нут де­ла­ют за­бор. Вто­рой спо­соб, ныне бо­лее рас­про­стра­нён­ный, на­по­ми­на­ет до­нор­ство плаз­мы. Из од­ной ве­ны кровь за­би­ра­ют, в дру­гую - воз­вра­ща­ют, от­де­ляя при по­мо­щи се­па­ра­то­ра те са­мые кро­ве­твор­ные клет­ки. До­нор ни­че­го не чув­ству­ет.

- А это не опас­но для до­но­ра? Риск заболеть лей­ке­ми­ей не рас­тёт?

- Нет, не рас­тёт. Есть спе­ци­аль­ный ре­гистр по учё­ту по­боч­ных эф­фек­тов у доноров костного моз­га. Так вот. Сре­ди доноров за­бо­ле­ва­е­мость точ­но та­кая же, как и у все­го осталь­но­го на­се­ле­ния.

ДОСЬЕ

Юрий Иоффе ру­ко­во­дит Ка­рель­ским ре­ги­стром доноров костного моз­га и ра­бо­та­ет вра­чом­те­ра­пев­том в боль­ни­цах Пет­ро­за­вод­ска. За­кон­чил ме­ди­цин­ский фа­куль­тет Пет­рГУ в 1984 го­ду. 15 лет был вра­чом­ге­ма­то­ло­гом в рес­пуб­ли­кан­ской боль­ни­це.

- Юрий Гай­е­вич, а что та­кое ре­гистр доноров костного моз­га, ко­то­рым вы ру­ко­во­ди­те?

- Преж­де все­го - это ба­за дан­ных. Она со­дер­жит ин­фор­ма­цию о че­ло­ве­ке, ко­то­рый го­тов при слу­чае стать до­но­ром костного моз­га, а так­же о че­тыр­на­дца­ти па­ра­мет­рах его кро­ви. Имен­но столь­ко тре­бу­ет­ся для опре­де­ле­ния сов­ме­сти­мо­сти до­но­ра и ре­ци­пи­ен­та. По боль­шей ча­сти па­ра­мет­ры от­ве­ча­ют за имун­ную си­сте­му. Как пра­ви­ло, та­кие ба­зы дан­ных под­клю­че­ны к на­ци­о­наль­ным или меж­ду­на­род­ным по­ис­ко­вым си­сте­мам, по ко­то­рым вра­чи-ге­ма­то­ло­ги осу­ществ­ля­ют по­иск доноров.

- Сколь­ко в на­шей стране та­ких ре­ги­стров?

- Боль­ше пят­на­дца­ти. Пе­тер­бург, Москва, Че­ля­бинск, Са­ма­ра, Ро­стов-на-До­ну, Ки­ров, Ека­те­рин­бург, Но­во­си­бирск. Есть две по­ис­ко­вые си­сте­мы. Од­на в Пе­тер­бур­ге, дру­гая в Са­ма­ре. - А в ми­ре? - В ми­ре есть на­ци­о­наль­ные по­ис­ко­вые си­сте­мы, а так­же меж­ду­на­род­ная и ев­ро­пей­ская. Ес­ли не уда­ёт­ся най­ти до­но­ра в од­ной, то об­ра­ща­ют­ся в дру­гую.

- А мно­го вре­ме­ни за­ни­ма­ет по­иск до­но­ра по ре­ги­страм?

- Нет. К при­ме­ру, ес­ли нам по­сту­па­ют па­ра­мет­ры сов­ме­сти­мо­сти па­ци­ен­та, то по­иск в на­шем ре­ги­стре за­ни­ма­ет пол­ча­са-час. В меж­ду­на­род­ном несколь­ко ча­сов. При об­ра­ще­нии в пе­тер­бург­ский ре­гистр нуж­но на­пи­сать пись­ма, в са­мар­ский - нет.

- Из ка­ко­го чис­ла доноров мож­но най­ти сов­ме­сти­мо­го?

- При­мер­но из ты­ся­чи. Бы­ва­ет, по­иск в меж­ду­на­род­ной по­ис­ко­вой си­сте­ме по­ка­зы­ва­ет, что па­ци­ен­ту под­хо­дят две-три ты­ся­чи по­тен­ци­аль­ных доноров, а бы­ва­ет, что толь­ко один-два. В пер­вом слу­чае шан­сы на пе­ре­сад­ку близ­ки к 100%, во вто­ром - стре­мят­ся к ну­лю.

- А ес­ли бы все со­сто­я­ли в ба­зе?

- То­гда бы мы по­бе­ди­ли лей­коз. Впро­чем, да­же в бу­ду­щем уй­ти от пе­ре­сад­ки пол­но­стью не удаст­ся. Она уже ста­ла од­ним из ме­то­дов ле­че­ния и за­ня­ла свою ни­шу. Так, ви­ди­мо, и оста­нет­ся.

С ГО­СУ­ДАР­СТВОМ И БЕЗ

- А же­ла­ю­щих стать донорами мно­го?

- Немно­го. При­чи­на то­му страх. Страх стать инвалидом. Де­скать, возь­мут спин­ной мозг. Пу­та­ют од­но с дру­гим. - Кто ста­но­вит­ся до­но­ром? - Как пра­ви­ло, сре­ди доноров кро­ви мно­го доноров костного моз­га. Есть мо­ло­дёжь от 17 до 21 го­да, ко­то­рой по­про­сту ин­те­рес­но. Од­на­ко в та­ких слу­ча­ях мы ста­ра­ем­ся че­ло­ве­ка сдер­жи­вать. Всё-та­ки до­нор­ство долж­но быть об­ду­ман­ным ша­гом и взве­шен­ным ре­ше­ни­ем. А до­нор - на­дёж­ным. К при­ме­ру, в Ан­глии по­тен­ци­аль­ные до­но­ры од­но­го из ре­ги­стров в 30% слу­ча­ев ис­че­за­ют. По­это­му ре­ги­стры ищут спо­со­бы на­би­рать бо­лее от­вет­ствен­ных лю­дей. К при­ме­ру, да­вать две неде­ли на об­ду­мы­ва­ние ре­ше­ния стать по­тен­ци­аль­ным до­но­ром.

- За счёт ка­ких средств ра­бо­та­ют ре­ги­стры доноров?

- К при­ме­ру, мы - один из двух него­су­дар­ствен­ных ре­ги­стров в Рос­сии. Ра­бо­та­ем за счёт по­жерт­во­ва­ний и соб­ствен­ных за­ра­бот­ков. Осталь­ные на­хо­дят­ся при боль­ни­цах и ин­сти­ту­тах, по­лу­ча­ют день­ги из бюд­же­та. Но в стра­нах, где до­нор­ство костного моз­га наи­бо­лее раз­ви­то - к при­ме­ру, в Ан­глии и Гер­ма­нии, ре­ги­стры су­ще­ству­ют за счёт бла­го­тво­ри­тель­но­сти, а не го­су­дар­ства. Прав­да, ра­бо­та по по­ис­ку и подбору до­но­ра, ко­то­рую ве­дут кли­ни­ки, опла­чи­ва­ет­ся из бюд­же­та стра­ны. Вер­нее, из стра­хо­вых взно­сов граж­дан. А вот на­бор по­тен­ци­аль­ных доноров и ра­бо­та ре­ги­стра - за счёт бла­го­тво­ри­тель­но­сти. Та­кая си­сте­ма, кста­ти, наи­бо­лее оп­ти­маль­на.

- Но, к при­ме­ру, вам по­мо­га­ют не толь­ко день­га­ми, но и соб­ствен­ным бес­ко­рыст­ным тру­дом, вер­но?

- Да, без во­лон­тё­ров, мно­гие из ко­то­рых - сту­ден­ты уни­вер­си­те­та, мно­го­го мы не мог­ли бы сде­лать. Ме­ро­при­я­тия по на­бо­ру доноров, на­бор доноров при по­мо­щи ти­пи­ро­ва­ния и по по­чте, под­держ­ка об­ще­ния, ко­ор­ди­на­ция ра­бо­ты с донорами по элек­трон­ной по­чте - всё это бы­ло бы невоз­мож­но без на­ших доб­ро­воль­ных и бес­ко­рыст­ных по­мощ­ни­ков. В по­след­ние два го­да чис­ло об­ра­ще­ний в наш ре­гистр вы­рос­ло в два ра­за. Бла­го­да­ря на­шим во­лон­тё­рам.

- От­ку­да при­хо­дят за­про­сы? И для ко­го по­тен­ци­аль­ные до­но­ры из карельского ре­ги­стра стали ре­аль­ны­ми?

- К при­ме­ру, бук­валь­но на той неде­ле при­шёл за­прос из Бель­гии. Прав­да, фа­ми­лия и имя па­ци­ен­та ока­за­лись рус­ски­ми. До это­го при­хо­ди­ли два за­про­са из Тур­ции. То­же от рус­ских па­ци­ен­тов. Что ка­са­ет­ся рель­ных доноров, то та­ко­вы­ми в 2018 го­ду стали два че­ло­ве­ка из на­ше­го ре­ги­стра. Од­на жен­щи­на - для маль­чи­ка из Бу­энесАй­ре­са, дру­гая - де­вуш­ка - для па­ци­ент­ки из Эсто­нии. В пер­вом слу­чае к нам об­ра­тил­ся ар­ген­тин­ский ре­гистр, во вто­ром - фин­ский. Есть тре­тья жен­щи­на из на­ше­го ре­ги­стра, ко­то­рая ока­за­лась сов­ме­сти­мой с маль­чи­ком из Гер­ма­нии. Прав­да, бу­дет ли вы­пол­не­на пе­ре­сад­ка, по­ка неиз­вест­но.

- По­че­му гео­гра­фия столь ши­ро­ка?

- По­то­му что ге­но­ти­пы столь слож­ные, что в стране про­жи­ва­ния под­хо­дя­ще­го до­но­ра най­ти под­час бы­ва­ет невоз­мож­но. А в Рос­сии вы­со­кая ча­сто­та ред­ких ге­но­ти­пов. Вы­ше, чем в ев­ро­пей­ских стра­нах. Это во-пер­вых. А во-вто­рых, не­ред­ко па­ци­ен­ты ока­зы­ва­ют­ся вы­ход­ца­ми или по­том­ка­ми вы­ход­цев из Рос­сии или Со­вет­ско­го Со­ю­за. Ка­за­лось бы, Ар­ген­ти­на и Рос­сия ни­как не свя­за­ны, но для маль­чи­ка из Бу­энес-Ай­ре­са бы­ло все­го два сов­ме­сти­мых до­но­ра в ми­ре - один в Гер­ма­нии, дру­гой в Пет­ро­за­вод­ске. Ведь в Юж­ную Аме­ри­ку из Рос­сии бы­ло несколь­ко волн эми­гра­ции.

- Для па­ци­ен­тов из на­шей стра­ны си­ту­а­ция зер­каль­ная? То есть со­оте­че­ствен­ни­кам ча­ще на­хо­дят доноров за ру­бе­жом?

- Да, но по дру­гой при­чине. В Рос­сии ещё че­ты­ре-пять лет на­зад 99% всех пе­ре­са­док де­ла­ли от доноров из дру­гих стран. Пре­иму­ще­ствен­но из Гер­ма­нии, Аме­ри­ки, Из­ра­и­ля, Поль­ши, Ита­лии. Сей­час - 70-75%. По­че­му? По­то­му что в на­шей стране в ба­зах дан­ных чис­лят­ся по­ряд­ка 80 ты­сяч по­тен­ци­аль­ных доноров, а в Гер­ма­нии, к при­ме­ру, 6,5 мил­ли­о­нов.

- А что за раз­ли­чия в ге­но­ти­пах?

- Ге­но­тип при­вя­зан к на­ци­о­наль­но­сти. У каж­дой он свой. Изу­че­ние ге­но­ти­пов но­сит в том чис­ле ста­ти­сти­че­ский ха­рак­тер. Слу­чай­ным об­ра­зом фор­ми­ру­ют боль­шие груп­пы по на­ци­о­наль­ным при­зна­кам и вы­яв­ля­ют раз­ли­чия в ге­но­ти­пах.

- В ка­ких слу­ча­ях най­ти до­но­ра слож­но?

- В двух слу­ча­ях. К при­ме­ру, ар­мяне. Ге­но­тип ар­мян не бли­зок ни к ев­ро­пей­ско­му, ни к а ази­ат­ско­му. Или кав­каз­цы: че­чен­цы, да­ге­стан­цы, авар­цы, у ко­то­рых при­ня­то со­зда­вать се­мьи толь­ко с пред­ста­ви­те­ля­ми сво­ей на­ци­о­наль­но­сти. Дру­гой слу­чай - дру­гая край­ность. Ис­то­рия на­шей стра­ны - ис­то­рия в том чис­ле об­шир­ных ми­гра­ций. По­это­му у рос­си­я­ни­на кровь мо­жет быть поль­ская, ев­рей­ская, рус­ская, ли­тов­ская. Ка­кая угод­но.

- Во­прос не со­всем умест­ный, но тем не ме­нее. Опре­де­лить при ти­пи­ро­ва­нии, чья кровь течёт в тво­их жи­лах, мож­но?

- При же­ла­нии мож­но, но это тре­бу­ет спе­ци­аль­ных зна­ний. К при­ме­ру, в Пет­ро­за­вод­ске бы­ла од­на до­нор, ко­то­рая в девяностые го­ды сда­ла ма­зок и от­пра­ви­ла в Аме­ри­ку на ана­лиз. При­шёл от­вет, что она бли­же все­го к ир­ланд­цам. Хо­тя ро­ди­лась в Пет­ро­за­вод­ске и ни о ка­ких ир­ланд­цах знать не зна­ла. Воз­мож­но, шве­ды или ещё ви­кин­ги оста­ви­ли свой след.

За­бор костного моз­га вы­гля­дит как пе­ре­ли­ва­ние кро­ви.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.