БАС­СЕЙН С ЧЁРНЫМ ЗОЛОТОМ

300 лет гео­ло­ги ищут уголь в Куз­нец­ком краю

AiF Kuzbass (Kemerovo) - - ДОМ КУЛЬТУРЫ - Ан­на ИВА­НО­ВА

Ис­то­рию изу­че­ния края кор­ре­спон­ден­ту «АиФ в Куз­бас­се» рас­ска­зал си­бир­ский гео­лог, от­лич­ник раз­вед­ки недр Юрий Над­лер. ции, сле­ду­ет ис­кать в ис­то­рии от­кры­тия Дон­бас­са. «По­дья­чий Гри­го­рий Ка­пу­стин, най­дя до­нец­кий ка­мен­ный уголь, от­пра­вил­ся в Москву. По до­ро­ге с по­мо­щью раз­ных куз­не­цов он опро­бо­вал его в де­ле не­сколь­ко раз и по­лу­чил толь­ко вос­тор­жен­ные от­зы­вы о его спо­соб­но­сти рас­плав­лять ме­талл. А вот в пи­тер­ской ла­бо­ра­то­рии за­клю­че­ние о до­нец­ком уг­ле бы­ло от­ри­ца­тель­ным. За­гра­нич­ный мастер, ис­пы­тав об­ра­зец, от­ве­тил: «Уголь в огне трещит и толь­ко по­крас­не­ет, а жару от него ни­ка­ко­го нет», – рас­ска­зы­ва­ет учё­ный-гео­лог. Он по­до­зре­ва­ет, что ино­стран­цы са­бо­ти­ро­ва­ли от­кры­тия: они по­лу­ча­ли боль­шие день­ги от про­да­жи Рос­сии немец­ко­го уг­ля и не хо­те­ли терять при­быль. Ско­рее все­го по­это­му по­сыл­ки на­ших рудознатцев пропали, си­бир­ский уголь ока­зал­ся в за­бве­нии и дол­гие де­ся­ти­ле­тия не на­хо­дил при­ме­не­ния.

В ис­то­рии ис­сле­до­ва­ний куз­бас­ско­го уг­ля учё­ные до­пус­ка­ли ошиб­ки. Так, Мес­сер­шмидт по­счи­тал дым, ис­хо­див­ший из го­ры Ка­зыр, про­яв­ле­ни­ем вул­ка­низ­ма. Но этот по­жар про­дол­жал­ся лет 100 и об­ра­тил на се­бя вни­ма­ние це­лой пле­я­ды ис­сле­до­ва­те­лей Си­би­ри.

Че­рез 13 лет «ог­не­ды­ша­щая го­ра» за­ста­ви­ла дру­гих пу­те­ше­ствен­ни­ков по­ло­мать го­ло­ву. Ака­де­мик Ио­ганн Гме­лин с про­фес­со­ром-ис­то­ри­ком Мил­ле­ром от­пра­ви­лись к этой го­ре в 1734 г. и так опи­са­ли по­езд­ку: «Про­ехав око­ло 18 вёрст, боль­шей ча­стью по дур­ной до­ро­ге, мы достигли р. Аба­ше­вой, че­рез ко­то­рую и пе­ре­пра­ви­лись. Тут по­бли­зо­сти на­хо­дит­ся дер. Без­ру­ко­ва, от ко­то­рой в рас­сто­я­нии непол­ной вер­сты мы на­шли эту го­ру, ко­то­рую ис­ка­ли, по­чти у са­мой р. То­ми. К ней мы подъ­е­ха­ли вер­хом по опас­ной гор­ной тро­пе, то спус­ка­ясь с го­ры, то под­ни­ма­ясь к ней. Ко­гда мы при­бли­зи­лись к под­но­жию, то уви­де­ли дым, вы­хо­дя­щий у её под­но­жия. В несколь­ких ме­стах этот дым вбли­зи из­да­вал непри­ят­ный за­пах. На­ко­нец, мы по­до­шли к са­мо­му ме­сту го­ре­ния и, рас­смот­рев тща­тель­но, убе­ди­лись, что дым вы­де­лял­ся вслед­ствие го­ре­ния смо­ли­стой зем­ли грун­та, за­ле­га­ю­щей неглу­бо­ко от по­верх­но­сти, по­че­му при же­ла­нии по­жар лег­ко мож­но бы­ло по­ту­шить». И сно­ва за­гад­ка «ог­не­ды­ша­щей го­ры» осталась нераз­га­дан­ной.

Пра­виль­ный вы­вод сде­лал Ми­ха­ил Ло­мо­но­сов лишь в 1745 г. Об­раз­цы, со­бран­ные Мес­сер­шмид­том, он опи­сал так: «Се­рая зем­ля, на­по­до­бие ка­мен­но­го уго­лья».

Но­вые ме­сто­рож­де­ния уг­ля от­кры­ва­ли не толь­ко при­ез­жие учё­ные, но и мест­ные жи­те­ли. Зи­мой 1787 г. пло­тин­ный уче­ник Яков Ре­б­ров, ра­бо­тав­ший на Том­ском же­ле­зо­де­ла­тель­ном за­во­де, по­ехал за му­кой в де­рев­ню Ата­ма­но­вую. По до­ро­ге он за­ме­тил чёр­ную по­ло­су на утё­се на бе­ре­гу ре­ки. Лю­бо­пыт­ный ма­лый оста­но­вил ко­ня, до­лез до се­ре­ди­ны утё­са и на­брал в ме­шок чёр­ных кам­ней. А ко­гда че­рез два го­да на за­во­де по­явил­ся ин­же­нер Пас­ту­хов, ко­то­рый показал об­ра­зец ан­глий­ско­го уг­ля, Яков при­нёс око­ло пу­да по­хо­же­го уг­ля из до­ма. Из от­кры­то­го Ре­б­ро­вым ме­сто­рож­де­ния при­вез­ли на за­вод око­ло тон­ны ис­ко- па­е­мо­го – это был пер­вый в Куз­бас­се уголь, до­бы­тый для про­мыш­лен­ной це­ли.

Учё­ные и пу­те­ше­ствен­ни­ки оста­ви­ли нема­ло вос­по­ми­на­ний о том, как по­рой нелег­ко да­ва­лись по­ис­ки по­лез­ных ис­ко­па­е­мых. Так, русский гео­лог и гео­граф Пётр Чи­ха­чёв все­го па­ру не­дель был на тер­ри­то­рии со­вре­мен­но­го Куз­бас­са в 1842 г., но опи­сал неза­бы­ва­е­мые, да­же экс­тре­маль­ные, приключения. По­жа­луй, главная его за­слу­га в том, что он дал на­ше­му краю на­зва­ние «Куз­нец­кий угольный бас­сейн». Юрий Над­лер рас­ска­зы­ва­ет, что в ХХ в. гео­ло­ги уже во­всю ис­поль­зо­ва­ли это на­зва­ние, но ко­гда книга Чи­ха­чё­ва «Пу­те­ше­ствие в Во­сточ­ный Ал­тай» впер­вые вышла на рус­ском языке в 1974 г., то вы­яс­ни­лось, что имен­но он пер­вым дал та­кое опре­де­ле­ние уголь­но­му краю.

По­ми­мо по­дроб­ных опи­са­ний ре­лье­фа и гор­ных от­ло­же­ний, пу­те­ше­ствен­ник на­пи­сал об ис­пы­та­ни­ях, вы­пав­ших на его до­лю. В Куз­бас­се Чи­ха­чёв ока­зал­ся по до­ро­ге из Крас­но­яр­ска в Бар­на­ул. По­сколь­ку гео­гра­фу пред­сто­ял путь по «бо­лее или ме­нее оби­та­е­мой мест­но­сти», он от­пра­вил весь круп­ный багаж, вклю­чая па­лат­ки, в Бар­на­ул. Пер­вые се­рьёз­ные непри­ят­но­сти пу­те­ше­ствен­ни­ку при­нёс обыч­но мел­ко­вод­ный при­ток Кии – Ко­жух. Со­про­вож­дав­шие его ка­за­ки пла­ни­ро­ва­ли пе­ре­брать­ся че­рез реч­ку и за­но­че­вать в де­ревне Успен­ка. Но спо­кой­ный Ко­жух из-за до­ждей пре­вра­тил­ся в ши­ро­кую, бур­ную ре­ку. Один из про­вод­ни­ков за­ста­вил ло­шадь вой­ти в во­ду. «Его конь сра­зу же был сбит с ног и под­хва­чен те­че­ни­ем. Бур­ные вол­ны по­нес­ли несчаст­ное жи­вот­ное, уда­ряя его о ска­лы, о ко­то­рые ему рас­кро­и­ло че­реп. Всад­ник ед­ва успел за­це­пить­ся за ствол про­плы­вав­ше­го ми­мо де­ре­ва, – вспо­ми­на­ет пу­те­ше­ствен­ник. – Всю ночь мы про­ве­ли в чи­стом по­ле под страш­ным лив­нем, от ко­то­ро­го нас за­щи­ща­ли толь­ко пла­щи. Мы да­же не мог­ли раз­ве­сти ко­ст­ра из-за то­го, что дро­ва бы­ли со­вер­шен­но сы­ры­ми. К то­му же потоки до­ждя за­ли­ва­ли пла­мя, как толь­ко оно раз­го­ра­лось».

В 1720 Г. ЖИ­ТЕ­ЛИ ТОБОЛЬСКА ПОД РУ­КО­ВОД­СТВОМ РУДОЗНАТЦА МИХАЙЛЫ ВОЛКОВА ОТ­ПРА­ВИ­ЛИСЬ В ЭКСПЕДИЦИЮ НА КУЗНЕЦКУЮ ЗЕМ­ЛЮ. СОХРАНИЛОСЬ ИХ ДОНЕСЕНИЕ ОТ 6 ИЮЛЯ 1721 Г. О НАЙДЕННОМ УГ­ЛЕ. С ТЕХ ПОР УГОЛЬНЫЙ БАС­СЕЙН ВОТ УЖЕ ТРИ ВЕ­КА ПРИ­ТЯ­ГИ­ВА­ЕТ РУДОЗНАТЦЕВ, ГЕОЛОГОВ, ПУ­ТЕ­ШЕ­СТВЕН­НИ­КОВ, УЧЁ­НЫХ. ТАК И ВЫ­ХО­ДИТ, ЧТО КУЗБАССУ 300 ЛЕТ ПО АРХИВНЫМ БУ­МА­ГАМ. «УГОЛЬ В ОГНЕ ТРЕЩИТ, А ЖАРУ ОТ НЕГО НИ­КА­КО­ГО».

Для од­них геологов Куз­басс стал тя­жё­лым жиз­нен­ным ис­пы­та­ни­ем, а для дру­гих – по­след­ним ме­стом жи­тель­ства. Так, «отец уголь­ной гео­ло­гии» Лео­нид Лу­ту­гин, при­е­хав ис­сле­до­вать уголь Куз­бас­са, вско­ре умер в се­ле Коль­чу­ги­но (ныне Ле­нинск-Куз­нец­кий). Боль­шой учё­ный, ис­сле­до­ва­тель Дон­бас­са, за со­став­ле­ние гео­ло­ги­че­ской кар­ты это­го бас­сей­на по­лу­чив­ший зо­ло­тую ме­даль Все­мир­ной выставки в Ту­рине, Лу­ту­гин мог и не ока­зать­ся в Куз­бас­се, ес­ли бы не по­ли­ти­че­ские об­сто­я­тель­ства. Бу­дучи про­фес­со­ром Санкт-Пе­тер­бург­ско­го гор­но­го ин­сти­ту­та, в 1912 г. он воз­му­тил­ся тем, что сту­ден­тов не пус­ка­ют на де­мон­стра­цию, по­шёл с ни­ми, за что его по­том вы­гна­ли из ин­сти­ту­та. В те же го­ды АО «Ко­пи­куз» за­те­я­ло мас­штаб­ное про­мыш­лен­ное стро­и­тель­ство на Куз­нец­кой зем­ле, по­на­до­би­лись се­рьёз­ные ис­сле­до­ва­ния за­па­сов недр Куз­бас­са. Тут-то и вспом­ни­ли про опаль­но­го про­фес­со­ра. Юрий Над­лер рас­ска­зы­ва­ет: «Лу­ту­гин со­гла­сил­ся ехать в Сибирь, но толь­ко при усло­вии, что он мо­жет взять с со­бой пя­те­рых уче­ни­ков и они бу­дут по­лу­чать та­кое же жа­ло­ва­нье, как про­фес­сор. Ко­пи­куз со­гла­сил­ся с этим усло­ви­ем». В 1914 г. Лу­ту­гин с уче­ни­ка­ми при­е­хал в Куз­басс, но вско­ре слу­чи­лась бе­да: ле­том 1915 г. он по­ехал на по­ле­вые ра­бо­ты, ви­ди­мо, съел что-то не то и умер. Его уче­ни­ки оста­лись, изу­чи­ли Куз­басс и под­счи­та­ли, что за­па­сы уг­ля в нём со­став­ля­ют не ме­нее 450 млрд тонн.

Па­мят­ник Ми­хай­ле Вол­ко­ву сто­ит в Ке­ме­ро­ве уже мно­го лет, а па­мят­ник гео­ло­гу от­кры­ли в Но­во­куз­нец­ке на неде­ле.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.