«Я ЕЗ­ДИЛ РА­ЗА ЧЕ­ТЫ­РЕ В КУЗНЕЦК»

Кра­е­вед – о но­вых сле­дах пре­бы­ва­ния Фё­до­ра До­сто­ев­ско­го на Куз­нец­кой земле

AiF Kuzbass (Kemerovo) - - ДОМ КУЛЬТУРЫ - Ан­на ИВА­НО­ВА

так­же со­глас­но пред­пи­са­нию на­чаль­ни­ка тюрь­мы та­ко­вые бы­ли по­са­же­ны в ка­ме­ру До­сто­ев­ско­го». Кра­е­вед под­чёр­ки­ва­ет, что это назва­ние ис­поль­зо­вал не про­стой го­ро­жа­нин, а сам на­чаль­ник тюрь­мы.

«В це­лом из этих документальных сви­де­тельств вполне оче­вид­но сле­ду­ет, что к 1918 г. в куз­нец­кой тюрь­ме су­ще­ство­ва­ла как та­ко­вая «ка­ме­ра До­сто­ев­ско­го», и этот факт был из­ве­стен ши­ро­ко­му кру­гу го­ро­жан. Во­прос, ко­гда имен­но по­яви­лось это спе­ци­фич­ное на­име­но­ва­ние для тю­рем­но­го по­ме­ще­ния, по­ка оста­ёт­ся от­кры­тым», – де­ла­ет вы­вод Игорь Червяков. кра­е­вед­че­ско­го му­зея Кон­стан­ти­на Во­ро­ни­на с из­вест­ным ли­те­ра­то­ром, ко­то­рый ро­дил­ся и про­вёл своё дет­ство в Куз­нец­ке, Ва­лен­ти­ном Бул­га­ко­вым (эти пись­ма опуб­ли­ко­ва­ны в 2018 г. в сбор­ни­ке «Кузнецк в вос­по­ми­на­ни­ях бра­тьев Бул­га­ко­вых»). В ней, по сло­вам кра­е­ве­да, впер­вые всплы­ли по­дроб­но­сти аре­ста пи­са­те­ля.

Воронин со­би­рал вос­по­ми­на­ния о ре­во­лю­ци­он­ных со­бы­ти­ях в го­ро­де. По­жа­луй, са­мые ин­те­рес­ные фак­ты ему по­ве­дал то­ва­рищ Шу­ми­ков В. Н., быв­ший в 1920 г. на­чаль­ни­ком го­род­ской ми­ли­ции. «Ко­гда по­сле лик­ви­да­ции кол­ча­ков­щи­ны мы опи­са­ли де­ла контр­раз­вед­ки и тюрь­мы, то по­па­лась пап­ка с де­лом До­сто­ев­ско­го. В этой пап­ке на­хо­ди­лось до­не­се­ние, под­пи­сан­ное че­тырь­мя ли­ца­ми, о том, что До­сто­ев­ский – по­ли­ти­че­ский пре­ступ­ник и при­е­хал без раз­ре­ше­ния, со­глас­но до­не­се­нию. До­сто­ев­ско­го аре­сто­ва­ли в Куз­нец­ке и по­са­ди­ли в тюрь­му, но по­том по вы­яс­не­нии во­про­са его вы­пу­сти­ли. Ка­ме­ра, в ко­то­рой он про­си­дел сут­ки, ста­ла на­зы­вать­ся «ка­ме­рой До­сто­ев­ско­го», и в неё ста­ли са­жать по­ли­ти­че­ских пре­ступ­ни­ков», – ци­ти­ру­ет Воронин ми­ли­ци­о­не­ра. Сло­ва Шу­ми­ко­ва мог­ли бы под­твер­дить ар­хив­ные до­ку­мен­ты, но в 1921-1922 гг. ар­хив сго­рел, и все де­ла по­гиб­ли.

Кстати, пер­вые ру­ко­во­ди­те­ли со­в­де­па Пса­рёв и Ме­тёл­кин то­же рас­ска­зы­ва­ли со­труд­ни­ку му­зея, что во вре­мя аре­ста они си­де­ли в Куз­нец­кой тюрь­ме в ка­ме­ре, над ко­то­рой бы­ла над­пись «Ка­ме­ра До­сто­ев­ско­го».

По мне­нию Чер­вя­ко­ва, нет ос­но­ва­ний не до­ве­рять рас­ска­зу В. Н. Шу­ми­ко­ва. В 1950-е гг. До­сто­ев­ский ещё не был так по­пу­ля­рен, как сей­час, по­это­му вряд ли ми­ли­ци­о­нер вы­ду­мал «де­ло пи­са­те­ля» ради соб­ствен­ной из­вест­но­сти или иной ко­ры­сти. «В сво­ём рас­ска­зе он опи­сы­ва­ет де­та­ли, ко­то­рые по сво­е­му ха­рак­те­ру близ­ки к ре­аль­но­сти. Так, он под­чёр­ки­ва­ет, что в «пап­ке на­хо­ди­лось до­не­се­ние, под­пи­сан­ное че­тырь­мя ли­ца­ми». Без со­мне­ния, ка­кие-то до­ку­мен­ты Шу­ми­ков дер­жал в ру­ках», – уве­рен кра­е­вед.

До 1950-х го­дов во всех ис­сле­до­ва­ни­ях о жиз­ни пи­са­те­ля го­во­ри­лось лишь о двух его ви­зи­тах в Кузнецк к любимой жен­щине. Поз­же из пе­ре­пис­ки До­сто­ев­ско­го ис­то­ри­кам ста­ло яс­но, что он при­ез­жал в си­бир­ский го­род три­жды, и те­перь эта вер­сия счи­та­ет­ся офи­ци­аль­ной.

«А мож­но ли до­пу­стить, что пи­са­тель при­ез­жал в Кузнецк и в чет­вёр­тый раз?» – за­дал­ся во­про­сом Игорь Червяков. Пер­вый ви­зит со­сто­ял­ся в июне

1856 г. Он при­е­хал к ов­до­вев­шей Ма­рии

Иса­е­вой без раз­ре­ше­ния, фак­ти­че­ски неле­галь­но, про­был с ней два дня и вер­нул­ся в Се­ми­па­ла­тинск. Клас­сик по­дроб­но опи­сал это пу­те­ше­ствие в сво­ём пись­ме к дру­гу Александру Вран­ге­лю, по­это­му, как по­ла­га­ет кра­е­вед, арест в пер­вый при­езд ис­клю­чён. Вто­рой раз До­сто­ев­ский по­бы­вал в Куз­нец­ке в но­яб­ре 1856 г., уже в чине пра­пор­щи­ка, вполне ле­галь­но, т. е. он уже не нуж­дал­ся в раз­ре­ше­нии. А в тре­тий раз пи­са­тель при­е­хал в кон­це ян­ва­ря – начале фев­ра­ля 1857 г., во вре­мя это­го ви­зи­та он об­вен­чал­ся с любимой.

Кра­е­вед по­ла­га­ет, что ещё один раз влюб­лён­ный клас­сик по­бы­вал в Куз­нец­ке, ско­рее все­го, в ав­гу­сте-сен­тяб­ре 1856 г. «В сво­их пись­мах к Вран­ге­лю До­сто­ев­ский про­сит за­нять ему де­нег на новую по­езд­ку и го­во­рит о ней в но­ябрь­ском пись­ме как о свер­шив­шем­ся фак­те. Ве­ро­ят­но, он вновь от­пра­вил­ся в рис­ко­ван­ное пу­те­ше­ствие, но был за­дер­жан в Куз­нец­ке и, про­си­дев в оди­ноч­ной ка­ме­ре кре­пост­ной тюрь­мы сут­ки, был вы­нуж­ден вер­нуть­ся», – от­ме­ча­ет но­во­куз­не­ча­нин. Он так­же на­шёл объ­яс­не­ние, по­че­му пи­са­тель так быст­ро был от­пу­щен из тюрь­мы. Де­ло в том, что куз­нец­ким ис­прав­ни­ком (на­чаль­ни­ком по­ли­цей­ско­го управ­ле­ния все­го уез­да) то­гда был Иван Ка­та­на­ев, а Ма­рия Дмит­ри­ев­на дру­жи­ла с его се­мьёй. Ка­та­на­ев был да­же сви­де­те­лем со сто­ро­ны неве­сты на вен­ча­нии. Вполне ве­ро­ят­но, что друг и гла­ва по­ли­ции мог со­дей­ство­вать в быст­ром осво­бож­де­нии До­сто­ев­ско­го, уго­во­рив на­чаль­ни­ка тюрь­мы не да­вать де­лу ход. «Это в неко­то­рой сте­пе­ни объ­яс­ня­ет то, что в быв­шем гу­берн­ском цен­тре Томске в областном ар­хи­ве све­де­ния об аре­сте До­сто­ев­ско­го не от­ло­жи­лись (во вся­ком слу­чае, по­ка та­ко­вые не об­на­ру­же­ны). А в ин­те­ре­сах са­мо­го пи­са­те­ля бы­ло не рас­про­стра­нять­ся на те­му соб­ствен­но­го за­дер­жа­ния в Куз­нец­ке из-за самовольной от­луч­ки, ведь этот факт мог по­ме­шать его про­из­вод­ству в офи­це­ры», – по­ла­га­ет кра­е­вед.

Сам До­сто­ев­ский в но­яб­ре 1857 г. на­пи­сал сво­е­му бра­ту Ми­ха­и­лу: «В про­дол­же­ние го­да я ез­дил ра­за че­ты­ре в Кузнецк и об­рат­но». По мне­нию Иго­ря Чер­вя­ко­ва, пи­са­тель не мог за­па­мя­то­вать и оши­бить­ся в под­счё­тах.

«Я по­ни­маю, что все пред­став­лен­ные мной фак­ты – это лишь кос­вен­ные до­ка­за­тель­ства то­го, что пи­са­тель был под аре­стом в Куз­нец­ке. Но яс­но од­но: в пре­бы­ва­нии пи­са­те­ля в на­шем го­ро­де ещё есть тём­ные пят­на. И на­вер­ня­ка есть неиз­вест­ные до­ку­мен­ты, ко­то­рые мо­гут под­твер­дить или опро­верг­нуть мою вер­сию. На мой вз­гляд, нуж­но ча­ще вы­де­лять день­ги на ко­ман­ди­ров­ки и оправ­лять на­уч­ных со­труд­ни­ков музеев в ар­хи­вы, чтобы они боль­ше ез­ди­ли, не си­де­ли на ме­сте, – здесь-то уже всё изу­че­но», – по­ла­га­ет кра­е­вед. К сло­ву, сам он ни­ко­гда не ра­бо­тал в му­зее, 35 лет тру­дил­ся на шах­те «Боль­ше­вик». В юно­сти меч­тал стать ис­то­ри­ком, пы­тал­ся по­сту­пить в уни­вер­си­тет, но не сло­жи­лось. Ис­то­рия и кра­е­ве­де­ние увле­ка­ли Иго­ря Ва­си­лье­ви­ча на про­тя­же­нии всей жиз­ни, а с вы­хо­дом на пен­сию он вплот­ную за­нял­ся ис­то­ри­ей Куз­нец­кой зем­ли. «Но­во­куз­не­ча­нам нуж­но пом­нить, что ве­ли­кий рус­ский пи­са­тель при­ез­жал в Кузнецк. Пусть не 100%, но хо­тя бы 95% новокузнечан долж­ны знать все по­дроб­но­сти и гордиться тем, что в на­шем го­ро­де был До­сто­ев­ский», – под­во­дит итог кра­е­вед.

ЛЕ­ГЕН­ДА О ТОМ, ЧТО ФЁ­ДОР ДО­СТО­ЕВ­СКИЙ СИ­ДЕЛ В ТЮРЬ­МЕ КУЗ­НЕЦ­КОЙ КРЕ­ПО­СТИ, ЖИ­ВЁТ УЖЕ ПОЛ­ТО­РА ВЕ­КА. НО­ВО­КУЗ­НЕЦ­КИЙ КРА­Е­ВЕД ИГОРЬ ЧЕРВЯКОВ НА­ШЁЛ ПОД­ТВЕР­ЖДЕ­НИЯ ЭТО­МУ СЛУХУ В ИС­ТО­РИ­ЧЕ­СКИХ ДО­КУ­МЕН­ТАХ. В КА­МЕ­РЕ ДО­СТО­ЕВ­СКО­ГО СИ­ДЕ­ЛИ ГРАЖ­ДАНЕ УЖЕ НО­ВОЙ РОС­СИИ.

В начале XX ве­ка так вы­гля­де­ли дом Дмит­ри­е­ва, в ко­то­ром оста­нав­ли­вал­ся пи­са­тель, и ули­ца До­сто­ев­ско­го.

Фо­то И. Го­ха

Ф. До­сто­ев­ский.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.