«ДО­МА МЕ­НЯ РУ­ГА­ЮТ!»

Сер­гей Гар­маш – о том, чем жен­щи­ны луч­ше муж­чин

AiF Magadan - - МАГАДАН ОТКРОВЕННО О ЛИЧНОМ -

«РЕВ­НОСТЬ – ПЕР­ВОЕ, ЧТО УБИВАЕТ ЛЮ­БОВЬ», – СЧИ­ТА­ЕТ АКТЁР. Сер­гей ГАР­МАШ «МО­ГУ БЫТЬ ГРУБЫМ»

– «Учить­ся – это жить, а жить – это учить­ся», – го­во­ри­те вы. Всю жизнь иг­рать по чьим­то сце­на­ри­ям и пи­сать сце­на­рий са­мо­му – со­вер­шен­но раз­ные ве­щи. Тя­же­ло бы­ло чув­ство­вать се­бя «пер­во­класс­ни­ком», Сер­гей Лео­ни­до­вич?

– Не бы­ло тя­же­ло, по­то­му что я не чув­ство­вал се­бя про­фес­си­о­наль­ным сце­на­ри­стом. Несколь­ко дней на­зад по­смот­рел по­тря­са­ю­щий до­ку­мен­таль­ный фильм «Берг­ман», по­свя­щён­ный сто­ле­тию ре­жис­сё­ра. Инг­мар Берг­ман го­во­рит: «Ес­ли бы ты знал, как это сде­лать, ты ни­ко­гда бы это­го не сде­лал». Это прав­да. Ес­ли ты пы­та­ешь­ся что-то со­тво­рить от сло­ва «тво­рить» – сыг­рать роль, на­пи­сать сце­на­рий, по­ста­вить что-то – и в те­бе есть без­от­вет­ствен­ность, то очень здорово. Это очень твор­че­ский мо­мент, срод­ни вдох­но­ве­нию. Есть мно­го при­ме­ров, ко­гда в мо­ей жиз­ни слу­ча­лось что-то важ­ное, а я был да­же бо­лее чем без­от­вет­ствен. На­при­мер, при­е­хал на зна­ком­ство с ре­жис­сё­ром Юри­ем Ка­ра про­бо­вать­ся на во­ди­те­ля Рим­ско­го в «Масте­ре и Мар­га­ри­те». Это один съё­моч­ный день. И бук­валь­но че­рез од­ну ми­ну­ту раз­го­во­ра, очень рез­ко, ма­тер­но по­шу­тив, я по­лу­чил роль Ива­на Без­дом­но­го! По­ни­ма­е­те, во мне не бы­ло гру­за от­вет­ствен­но­сти и «гос­за­ка­за», и это важ­но. Я был сво­бо­ден.

Я люб­лю жить фан­та­зи­я­ми. Про­смотр хо­ро­ше­го ки­но или спек­так­ля мне все­гда да­ёт им­пульс к раз­мыш­ле­ни­ям. По­рой со­вер­шен­но бре­до­вые, глу­пые, смеш­ные мыс­ли по­се­ща­ют. Но ка­кие-то вдруг ста­но­вят­ся не бре­до­вы­ми. Вот так, на­вер­ное, и про­изо­шло с этим филь­мом «Два би­ле­та до­мой».

– Ваш ге­рой Вас­не­цов вы­хо­дит из тюрь­мы, от­си­дев за убий­ство из­ме­нив­шей ему же­ны…

– Я в сво­ей жиз­ни иг­рал мно­го силь­ных, му­же­ствен­ных, жёст­ких, от­ча­ян­ных лю­дей. И со­всем не иг­рал сла­бых, рас­те­рян­ных, по­те­рян­ных. Имен­но та­ко­го че­ло­ве­ка мне очень хо­те­лось сыг­рать. Это бы­ла моя меч­та.

– Пер­со­наж кар­ти­ны при­хо­дит до­мой, а же­на не од­на. Да ещё и в крас­ках ему рас­ска­за­ла, как всё «это» бы­ло… Объ­яс­ня­ясь с до­че­рью, ваш ге­рой го­во­рит о ди­кой вспыш­ке рев­но­сти, со­сто­я­нии аф­фек­та, ко­гда «ни­че­го не пом­ню». Сер­гей Лео­ни­до­вич, а вам зна­ко­мо чув­ство острой рев­но­сти на гра­ни с гне­вом?

– Ка­та­стро­фи­че­ской по­те­ри са­мо­об­ла­да­ния, ко­гда всё вы­скольз­ну­ло из тво­их рук и не зна­ешь, как даль­ше жить, не бы­ло. Но, бе­з­услов­но, труд­ные мо­мен­ты бы­ли. Мне зна­ко­мы си­ту­а­ции, ко­гда я мо­гу стать неоправ­дан­но жёст­ким, грубым и че­рес­чур эмо­ци­о­наль­ным. Это не луч­шее моё ка­че­ство. Мне иной раз го­во­рят: «Пре­кра­ти­те кри­чать». Отве­чаю, что я не кри­чу, я про­сто так эмо­ци­о­на­лен, это у ме­ня та­кой гром­кий го­лос.

Но ваш во­прос был про рев­ность. Есть мно­го жен­щин, ко­то­рые жи­вут внут­ри нас с име­на­ми Прав­да, Ложь, Злость, Доб­ро­та, Ин­ту­и­ция. И в том чис­ле Рев­ность – вот эта га­ди­на од­на из очень ко­вар­ных. Но, ес­ли бы мне пред­ло­жи­ли: «Да­вай­те её сей­час из те­бя вы­го­ним», я бы ска­зал: «Нет, оставь­те, пусть жи­вёт, я хо­чу всей па­лит­рой об­ла­дать». Но кор­мить её нель­зя, по­ни­ма­е­те? Она крайне опас­на. Рев­ность – пер­вое, что мо­жет уби­вать лю­бовь.

«Я ЕЁ РЕВНОВАЛ»

– Вы рев­но­ва­ли свою же­ну ак­три­су Ин­ну Ти­мо­фе­е­ву?

– Я её ревновал, ко­гда мы ещё не бы­ли му­жем и же­ной. Всё бы­ло на­ив­но-юно­ше­ски, мы бы­ли сту­ден­та­ми од­но­го кур­са, слу­ча­лись ка­кие-то раз­молв­ки. До­пу­стим, она не шла в ки­но со мной, а шла с кем-то дру­гим. Это и про­во­ци­ро­ва­ло рев­ность. Но на ба­ро­мет­ре рев­но­сти су­ще­ству­ет крас­ная ли­ния – вот её, на­вер­ное, я не до­сти­гал.

А в се­мей­ной жиз­ни не бы­ло та­ко­го слу­чая, что­бы рев­ность мог­ла раз­вить­ся. По­вез­ло.

Я на­блю­дал в жиз­ни за­ча­стую ту­пую, сле­пую рев­ность. Об этом очень хо­ро­шо и по­дроб­но рас­ска­за­но в од­ном из эпи­зо­дов кар­ти­ны «12», ко­гда рев­ность ослеп­ля­ет и сво­ра­чи­ва­ет судь­бы, в ка­кой-то мо­мент по­беж­да­ет лю­бовь, по­беж­да­ет не­кра­си­во. Та­кой по­бе­ды не долж­но быть. Ну хо­ро­шо, ты ревновал-ревновал и до­рев­но­вал­ся до то­го, что убил свою лю­бовь, – а даль­ше с чем жить? На ме­сте люб­ви си­дит рев­ность, с ней жить не­воз­мож­но, с ней не сжи­вёшь­ся.

– Ваш кол­ле­га Юрий Сто­я­нов ска­зал «АиФ»: «Жен­щи­ны на­мно­го луч­ше муж­чин». А как вы счи­та­е­те?

– А это обос­но­ван­но! С точ­ки зре­ния кон­струк­тив­но­го устрой­ства жен­щи­на на­мно­го слож­нее муж­чи­ны. Муж­чи­на – это ариф­мо­метр, ко­то­рый ру­кой мож­но кру­тить, жен­щи­на – это ком­пью­тер. Бог же де­лал муж­чи­ну один раз, а жен­щи­ну два­жды и, есте­ствен­но, ко­гда пе­ре­де­лы­вал, усо­вер­шен­ство­вал. Жен­щи­на силь­нее муж­чи­ны с точ­ки зре­ния вы­жи­ва­е­мо­сти, в этом я аб­со­лют­но убеж­дён, так устро­е­на при­ро­да. Да, ко­неч­но, жен­щи­на луч­ше. Ес­ли взять в Москве ты­ся­чу де­ву­шек и ты­ся­чу мо­ло­дых лю­дей 25-лет­не­го воз­рас­та, то ока­жет­ся, что в ста­биль­но ра­бо­та­ю­щих и са­мо­до­ста­точ­ных пер­вен­ство бу­дет за жен­щи­на­ми. И раз­рыв бу­дет очень силь­ный, где-то 70 к 30. По­то­му что де­вуш­кам нуж­ны ла­бу­те­ны, лак, крас­ка для во­лос. И они под­ни­ма­ют свою пя­тую точ­ку, бе­гут и что-то де­ла­ют. Я это по­сто­ян­но на­блю­даю. И ви­жу, как ни пе­чаль­но, огром­ное ко­ли­че­ство мо­ло­дых лю­дей, ко­то­рые, в ус не каш­ляя, спо­кой­но си­дят на день­гах па­пы и ма­мы, и ни один му­скул у них не дро­жит. – А ес­ли же­на или дочь по­про­сят у вас что-то ти­па вы­ше­на­зван­ных до­ро­гу­щих ту­фель, что ска­же­те? – Они мно­го у ме­ня че­го про­сят. И ино­гда мои пер­вые сло­ва мо­гут быть: «А за­чем вам это нуж­но сей­час?» Но они счи­та­ют, что без это­го нель­зя. Муж­чине, я ду­маю, го­раз­до лег­че про­жить без но­вой мар­ки «Мер­се­де­са», чем жен­щине без нор­ко­вой шу­бы. – Со­гла­шусь! – Ну да, всем жен­щи­нам хо­чет­ся по­но­вее и по­кра­си­вее.

– А ес­ли Гар­маш за­ра­бо­та­ет боль­шой го­но­рар и вста­нет во­прос: ему но­вое авто или жене нор­ко­вая шу­ба, то…

– У ме­ня до­ма пар­ла­мент­ская фор­ма прав­ле­ния. Я не яв­ля­юсь гла­вой се­мьи. То есть мне хо­чет­ся быть гла­вой се­мьи, и я ино­гда гла­ву се­мьи иг­раю. Но фор­ма у нас пар­ла­мент­ская. По­это­му, ес­ли вот та­кое зав­тра слу­чит­ся с го­но­ра­ром и вста­нет этот во­прос, я пред­по­чту пред­ло­жить что-то тре­тье.

«СТРАШ­НЫЙ ДИК­ТА­ТОР»

– Что же та­кое в ва­шем слу­чае се­мей­ная пар­ла­мент­ская фор­ма?

– У нас бы­ва­ют со­бра­ния. Вот се­год­ня мы бу­дем раз­би­рать на­ше­го Ва­ню за его учё­бу, по­ве­де­ние и за то, как он в по­след­ний раз раз­го­ва­ри­вал со сво­ей ня­ней. И на­чи­на­ем все дол­бать Ва­ню, все вме­сте. Та­кое мо­жет быть по от­но­ше­нию к Да­ше, к па­пе. – За что? – За пло­хое по­ве­де­ние. За чрез­мер­ное увле­че­ние ал­ко­го­лем или за гру­бость. За ка­кое-то необ­ду­ман­ное ре­ше­ние.

– Толь­ко ма­ма у вас, я так по­ни­маю, не об­суж­да­ет­ся на «со­бра­ни­ях»?

– По­че­му? И ма­ма то­же об­суж­да­ет­ся. Все об­суж­да­ют­ся! Нет-нет, у нас демократия. Или ви­ди­мость де­мо­кра­тии. Для то­го что­бы хо­ро­шо чув­ство­вать се­бя дик­та­то­ром, нуж­но во­круг се­бя со­зда­вать очень де­мо­кра­ти­че­скую ат­мо­сфе­ру. В об­щем, важ­ные ве­щи, в том чис­ле ма­те­ри­аль­но­го пла­на, мы пред­по­чи­та­ем ре­шать про­стым со­вет­ским спо­со­бом ком­со­моль­ско­го со­бра­ния.

– Толь­ко что ска­за­ли, что вы не гла­ва се­мьи. И тут же го­во­ри­те про дик­та­тор­ство. Так кто Гар­маш всё-та­ки до­ма?

– По­слу­шай­те, я страш­ный дик­та­тор, но та­кой ку­коль­ный, до­маш­ний и ком­нат­ный. Мы очень ча­сто мо­жем с же­ной спо­рить и да­же до­хо­дить до по­вы­шен­ных то­нов. Это нор­маль­но. Недав­но мне нуж­но бы­ло по­здра­вить мо­ло­дую се­мей­ную па­ру. Ос­нов­ной точ­кой мо­е­го по­же­ла­ния и по­здрав­ле­ния мо­ло­дым лю­дям бы­ла спо­соб­ность усту­пать на­пе­ре­гон­ки.

– Вы хо­те­ли по­сту­пать в мор­ское учи­ли­ще, а ма­ма при­ве­ла в твор­че­ский вуз. Бы­ли в ва­шей жиз­ни ещё си­ту­а­ции, ко­гда жен­щи­на вас «взя­ла за руч­ку», а вы по­шли?

– На­при­мер, мне стыд­но, ка­кто стес­ни­тель­но хо­дить на пе­ди­кюр. Но же­на ска­за­ла: «Я при­ве­ду те­бе масте­ра, он сде­ла­ет до­ма».

– И ка­кие бы­ли впе­чат­ле­ния от пе­ди­кю­ра? – Нор­маль­ные, хо­ро­шие. – До­ма вас ру­га­ют за чрез­мер­ное упо­треб­ле­ние ал­ко­го­ля. А чрез­мер­ное – это ка­кое?

– Ал­ко­голь в мо­ей жиз­ни – это те­ма от­дель­ной ста­тьи. А чрез­мер­ное упо­треб­ле­ние… По-мо­е­му, в лю­бом учеб­ни­ке мож­но по­смот­реть, что это та­кое.

– Ес­ли уж на то пошло, то кто­то бу­дет ва­лять­ся под за­бо­ром, а кто-то бу­дет ид­ти, ша­та­ясь, и пес­ни рас­пе­вать…

– А кто-то бу­дет се­бя пло­хо ве­сти! Чрез­мер­ное упо­треб­ле­ние ал­ко­го­ля – это чрез­мер­ное упо­треб­ле­ние ал­ко­го­ля. Со все­ми вы­те­ка­ю­щи­ми от­сю­да по­след­стви­я­ми.

В про­кат вы­хо­дит дра­ма «Два би­ле­та до­мой» Дмит­рия Мес­хи­ева, где впер­вые вы­сту­па­ет сце­на­ри­стом. Де­воч­ка из дет­ско­го до­ма вдруг узна­ёт: она во­все не си­ро­та, как ду­ма­ла всю жизнь. Ока­зы­ва­ет­ся, её отец си­дит в тюрь­ме за убий­ство ма­те­ри. Из­вест­ный актёр рас­суж­да­ет с кор­ре­спон­ден­том «АиФ» о при­ро­де рев­но­сти и люб­ви.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.