СПАСЁННЫЙ И СПАСАЮЩИЙ

Геор­гий Ильин, став­ший сим­во­лом Бесла­на, се­го­дня сам бо­рет­ся за лю­дей

AiF Magadan - - ЭХО ТРАГЕДИИ - Ма­ри­на ТИМЧЕНКО («АиФ – Се­вер­ный Кав­каз»)

16 ЛЕТ НА­ЗАД КТО-ТО СФОТОГРАФИ­РОВАЛ ЕГО, ТО­ГДА СЕМИЛЕТНЕГ­О, В ПЕР­ВЫЕ МИ­НУ­ТЫ ПО­СЛЕ ОСВО­БОЖ­ДЕ­НИЯ – СЖАВШЕГОСЯ ОТ УЖА­СА, ИСТОШНО КРИЧАЩЕГО.

Сни­мок об­ле­тел весь мир и вдох­но­вил Ван­ди Рен­зо Жар­но на соз­да­ние па­мят­ни­ка де­тям Бесла­на. С 2006 г. скульп­ту­ра сто­ит в цен­тре Сан-Ма­ри­но. А чу­дом вы­жив­ший в той мя­со­руб­ке Геор­гий вы­рос, стал вра­чом и се­го­дня сам спа­са­ет лю­дей от смер­ти. Он был пер­вым, кто от­пра­вил­ся в так на­зы­ва­е­мую «крас­ную зо­ну» ле­чить за­ра­жён­ных ко­ро­на­ви­ру­сом. Но рас­ска­зы­вать об этом не счи­та­ет нуж­ным, не ви­дит в этом ни­че­го осо­бен­но­го. Но ещё боль­ше не лю­бит вспо­ми­нать со­бы­тия 16лет­ней дав­но­сти. Шко­лу, став­шую ло­вуш­кой для бо­лее чем 1100 че­ло­век, 333 из ко­то­рых по­гиб­ли.

«ОНИ УБИ­ЛИ БРАТИКА!»

– Геор­га я при­ве­ла в шко­лу и оста­ви­ла там с его дво­ю­род­ной сест­рой и дву­мя её детьми. Они к нам в Беслан пе­ре­еха­ли из Таш­кен­та 15 ав­гу­ста, за две недели до на­ча­ла учеб­но­го го­да. Для стар­шей де­воч­ки то 1 сен­тяб­ря долж­но бы­ло стать пер­вым днём в беслан­ской шко­ле, – вспо­ми­на­ет ма­ма Геор­гия Фа­ти­ма Ку­со­ва. – Ни­что не пред­ве­ща­ло бе­ды. Празд­нич­ная об­ста­нов­ка, на­ряд­ные де­ти и учи­те­ля, му­зы­кан­ты. Я за­ве­ла сво­их в шко­лу и уеха­ла. Мне нуж­но бы­ло во Вла­ди­кав­каз, стар­ший сын по­сту­пил в вуз. И уже там я услы­ша­ла страш­ную но­вость.

32 бо­е­ви­ка пря­мо во вре­мя тор­же­ствен­ной ли­ней­ки за­хва­ти­ли шко­лу. За­лож­ни­ков за­гна­ли в спорт­зал и три дня удер­жи­ва­ли в нече­ло­ве­че­ских усло­ви­ях без во­ды и еды.

– Как пе­ре­жи­ли эти три дня? Слож­ный во­прос. – Го­лос ма­те­ри не мо­жет спра­вить­ся с на­хлы­нув­ши­ми чув­ства­ми, да­же спу­стя столь­ко лет вос­по­ми­на­ния при­чи­ня­ют нестер­пи­мую боль. – Мы про­сто­я­ли воз­ле Двор­ца куль­ту­ры, он не­да­ле­ко

от шко­лы. Даль­ше не пус­ка­ли. Не спа­ли, мо­ли­лись. Муж по­сле тех со­бы­тий по­лу­чил ин­сульт. Геор­га сно­ва уви­де­ла уже в боль­ни­це. Ко­гда я при­ш­ла, он спал, по­том от­крыл гла­за, уви­дел ме­ня и за­кри­чал страш­ным кри­ком: «Они уби­ли мо­е­го братика! Они уби­ли мою сест­ру!»

Уже по­том он рас­ска­зал, что про­ис­хо­ди­ло в спорт­за­ле в эти страш­ные дни. Они си­де­ли вме­сте – Геор­гий, его дво­ю­род­ная сест­ра и её де­ти. Ря­дом ви­се­ла взрыв­чат­ка. Маль­чи­ку бы­ло страш­но, и в ка­кой-то мо­мент он ре­шил нем­но­го от­полз­ти от это­го ме­ста. Че­рез несколь­ко се­кунд раз­дал­ся гро­хот. В спи­ну толк­ну­ла взрыв­ная вол­на, и он от­ле­тел. А ко­гда пришёл в се­бя и обер­нул­ся, уви­дел окро­вав­лен­ные мёрт­вые те­ла на том ме­сте, где недав­но на­хо­дил­ся.

Как вы­ско­чил из шко­лы, пом­нит пло­хо. Как вез­ли на ско­рой – то­же. Ле­чи­ли сна­ча­ла во Вла­ди­кав­ка­зе, по­том в Москве. Че­ре­да опе­ра­ций и го­ды ре­а­би­ли­та­ции. Но трав­мы бы­ли не толь­ко фи­зи­че­ски­ми. – Спу­стя несколь­ко ме­ся­цев по­сле тер­ак­та мы взя­ли его с со­бой на сва­дьбу. Ко­гда Георг уви­дел скоп­ле­ние лю­дей – а у нас на сва­дьбах сот­ни и ты­ся­чи го­стей, – он на­чал кри­чать от ужа­са, нам при­шлось уй­ти , – вспо­ми­на­ет Фа­ти­ма.

Вер­нуть­ся в нор­маль­ную жизнь де­тям по­мо­га­ли всем ми­ром. Быв­ших за­лож­ни­ков зва­ли в го­сти в раз­ные стра­ны. Геор­гий по­бы­вал в Бол­га­рии, Ита­лии, Фран­ции, США. И вез­де ему нес­ли жур­на­лы с его фо­то, сде­лан­ным в пер­вые ми­ну­ты штур­ма, ко­гда он вы­ско­чил из смер­тель­ной ло­вуш­ки – с ра­на­ми, ожо­га­ми. Сам Геор­гий при­зна­ёт­ся, что мо­мен­та, ко­гда бы­ло сде­ла­но это фо­то, не пом­нит. А вот ма­ма на­все­гда за­пом­ни­ла, ко­гда впер­вые уви­де­ла сни­мок.

– Я в первую оче­редь об­ра­ти­ла вни­ма­ние на его неесте­ствен­но вздув­ши­е­ся сон­ные ар­те­рии. Это мно­го го­во­рит о том, в ка­ком он был со­сто­я­нии, на­сколь­ко силь­ным был ис­пуг у ре­бён­ка.

О том, что по это­му фо­то ещё и скульп­ту­ру кто-то из­го­тав­ли­ва­ет, в се­мье ни­ко­му не бы­ло из­вест­но. Уз­на­ли об этом уже по­сле то­го, как па­мят­ник уста­но­ви­ли в Сан-Ма­ри­но. Но до сих пор там не бы­ли, ви­де­ли его толь­ко в ин­тер­не­те.

ЗО­ЛО­ТЫЕ ЛЮ­ДИ

– Лю­ди со все­го ми­ра по­мо­га­ли на­шим де­тям, но са­мая боль­шая бла­го­дар­ность – пе­да­го­гам. Мно­гие из них са­ми бы­ли за­лож­ни­ка­ми и по­ни­ма­ли на­ших де­тей, как ни­кто. Очень тре­пет­но к ним от­но­си­лись. Это зо­ло­тые лю­ди, – го­во­рит Фа­ти­ма.

Ны­неш­ний ди­рек­тор шко­лы Елена Га­ни­е­ва как раз из та­ких. То­гда она бы­ла за­ву­чем по вос­пи­та­тель­ной ра­бо­те, ве­ла ту ро­ко­вую ли­ней­ку. В за­лож­ни­ках ока­за­лась вме­сте с сы­ном.

– По­сле тер­ак­та на­ши уче­ни­ки вер­ну­лись со­вер­шен­но дру­ги­ми, рез­ко по­взрос­ле­ли. Это бы­ли де­ти, за­гля­нув­шие в гла­за смер­ти, – рас­ска­зы­ва­ет Елена.

Для Геор­гия это ис­пы­та­ние пред­опре­де­ли­ло мно­гое, в том чис­ле и жиз­нен­ные це­ли. Меч­тал стать спец­на­зов­цем или вра­чом. В ито­ге по­бе­ди­ла ме­ди­ци­на.

– Я не уди­ви­лась, ко­гда узна­ла о его ре­ше­нии, – го­во­рит Е. Га­ни­е­ва. – На­ши вы­пуск­ни­ки ста­ли вра­ча­ми, во­ен­ны­ми, пра­во­охра­ни­те­ля­ми. Нас спас­ли лю­ди – сво­им от­но­ше­ни­ем и за­бо­той. И де­ти счи­та­ют сво­им дол­гом, сво­им пред­на­зна­че­ни­ем ид­ти и спа­сать дру­гих.

В ме­ди­цине этим ча­ще все­го за­ни­ма­ют­ся ре­ани­ма­то­ло­ги. Ви­ди­мо, так рас­су­дил Геор­гий и по­сле 3-го кур­са по­шёл ра­бо­тать мед­бра­том в блок ин­тен­сив­ной те­ра­пии. Ко­гда на­ча­лась пан­де­мия ко­ро­на­ви­ру­са, в чис­ле пер­вых вы­звал­ся ид­ти в «крас­ную зо­ну». Вы­дер­жать 6, а ино­гда и 10 ча­сов под­ряд в ре­спи­ра­то­ре и за­щит­ном ко­стю­ме по­на­ча­лу бы­ло непро­сто. Непро­сто бы­ло и ме­сяц за ме­ся­цем не ви­деть род­ных: пер­со­нал всё это вре­мя на­хо­дил­ся на доб­ро­воль­ной са­мо­изо­ля­ции.

– На­ши сту­ден­ты по­шли ра­бо­тать сра­зу же, как воз­ник­ла необ­хо­ди­мость. И на­ша мо­ло­дёжь – до­стой­ное по­ко­ле­ние, го­то­вое по­мочь в труд­ную ми­ну­ту, – уве­ре­на зав­ка­фед­рой внут­рен­них бо­лез­ней Се­ве­роО­се­тин­ской ме­да­ка­де­мии За­ми­ра Аста­хо­ва. – И Геор­гий, мой сту­дент, та­кой же. Он доб­ро­же­ла­тель­ный и так­тич­ный мо­ло­дой че­ло­век. Его пе­ре­жи­ва­ния внут­ри, и, на­вер­ное, это осо­бен­ность «беслан­ских школь­ни­ков»: они нем­но­го за­кры­тые, но при этом го­то­вы про­тя­нуть ру­ку в лю­бую ми­ну­ту.

Геор­гию, как и мно­гим дру­гим ме­ди­кам, бо­рю­щим­ся с ко­ро­на­ви­ру­сом, не уда­лось из­бе­жать за­ра­же­ния. Но он быст­ро по­пра­вил­ся и встал на но­ги. Сей­час – в от­пус­ке, по­сле от­ды­ха – сно­ва в строй. А с сен­тяб­ря – ор­ди­на­ту­ра по спе­ци­аль­но­сти «ре­ани­ма­ция и ане­сте­зио­ло­гия».

– Я знаю, ка­кая это труд­ная ра­бо­та, не очень ра­да, – при­зна­ёт­ся ма­ма-те­ра­певт. – Но это его вы­бор. Он все­гда хо­тел спа­сать. А ре­ани­ма­ция – пе­ред­ний край борь­бы за жиз­ни лю­дей.

В этом сним­ке и па­мят­ни­ке – всё, что пе­ре­жи­ли ма­лень­кие плен­ни­ки за три дня в за­хва­чен­ной бо­е­ви­ка­ми шко­ле. Без­за­щит­ные жи­вые ми­ше­ни. Геор­гий, как и мно­гие беслан­ские за­лож­ни­ки, вы­брал про­фес­сию вра­ча.

Геор­гий в чис­ле пер­вых вы­звал­ся ид­ти в «крас­ную зо­ну».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.