КЛИ­МАТ КРАСНОЯРСКА

Как при­ро­да

AiF na Yenisee (Krasnoyarsk) - - АКТУАЛЬНО - СА­МОЕ ВЫ­СО­КОЕ И ДОЛГОЖИВУЩЕЕ СА­МОЕ ОПАС­НОЕ

РАС­ТИ­ТЕЛЬ­НЫЙ МИР КРАЯ МНОГОЛИК И ПЁСТР. В ДРУ­ГИХ СЛУ­ЧА­ЯХ ТА­КОЕ РАЗ­НО­ОБ­РА­ЗИЕ РАС­ТЕ­НИЙ МОЖ­НО УВИ­ДЕТЬ НА ПРО­СТРАН­СТВЕ ОТ АРКТИКИ ДО ЦЕН­ТРА АЗИИ - ПРИ­РО­ДА ЦЕ­ЛО­ГО КОН­ТИ­НЕН­ТА УМЕСТИЛАСЬ НА СРАВ­НИ­ТЕЛЬ­НО НЕБОЛЬ­ШОМ УЧАСТ­КЕ ЗЕМ­ЛИ, ВЫ­ПОЛ­НЯЯ ФУНКЦИЮ ЗЕ­ЛЁ­НО­ГО ЩИ­ТА РЕ­ГИ­О­НА. НА­СКОЛЬ­КО КРЕПОК ЭТОТ ЩИТ? ОБ ЭКО­ЛО­ГИИ, СМЕНЕ КЛИ­МА­ТА И УКОРЕНИВШИХСЯ СТЕРЕОТИПАХ БЕСЕДУЕМ С ПРО­ФЕС­СО­РОМ СФУ, ДОКТОРОМ БИО­ЛО­ГИ­ЧЕ­СКИХ НА­УК НИ­КО­ЛА­ЕМ СТЕПАНОВЫМ.

МЕНЯЕМ РЕМБРАНДТА НА КАР­ТИН­КИ

- Ни­ко­лай Ви­та­лье­вич, ка­кие де­ре­вья наи­бо­лее ощу­ти­мо вли­я­ют на эко­ло­ги­че­скую об­ста­нов­ку - хвой­ные или лист­вен­ные?

- Ес­ли брать в це­лом по краю, то хвой­ные. Бу­дучи са­мы­ми мно­го­чис­лен­ны­ми и дол­го­жи­ву­щи­ми, они свя­за­ли боль­ше все­го уг­ле­кис­ло­го га­за и сфор­ми­ро­ва­ли эко­си­сте­мы - мож­но ска­зать, «им­му­ни­тет» при­ро­ды. А в Крас­но­яр­ске - на­обо­рот, лист­вен­ные. Они быст­ро рас­тут и при­спо­соб­ле­ны к го­род­ским за­гряз­не­ни­ям и иным небла­го­при­ят­ным вли­я­ни­ям. Нель­зя забывать и о тра­ве, с ко­то­рой так усерд­но бо­рют­ся раз­лич­ные го­род­ские служ­бы. Она улав­ли­ва­ет осе­да­ю­щую пыль и иные за­гряз­не­ния. Во­об­ще, что ка­са­ет­ся вкла­да в гло­баль­ную «эко­ло­гию», вклад нед­ре­вес­ных рас­те­ний зна­чи­тель­но боль­ше! Де­ре­вья - вер­хуш­ка айс­бер­га. Во­до­рос­ли, ли­шай­ни­ки, мхи, тра­вы - вот ос­нов­ной фун­да­мент био­сфе­ры.

- Как ме­ня­ет­ся зе­лё­ный щит края со вре­ме­нем?

- Вез­де щит ме­ня­ет­ся по­ка в од­ну сто­ро­ну - худ­шую. Да дру­гое и невоз­мож­но в эпо­ху ми­ро­вой «ры­ноч­ной эко­но­ми­ки». Я бы­вал во мно­гих ме­стах на юге края. И прак­ти­че­ски все они за по­след­ние 30 лет ста­ли бли­же к свал­ке. Из­ме­не­ния про­ис­хо­дят

быст­ро. Са­мое печальное, что эти про­цес­сы идут и в охра­ня­е­мых территориях. Это и Стол­бы, и Ер­га­ки, и дру­гие объ­ек­ты. Зе­лё­ная зо­на во­круг Красноярска ме­ня­ет­ся ещё быст­рее и силь­нее. Ви­ной все­му че­ло­век, вер­нее, со­вре­мен­ный ми­ро­вой уклад жиз­ни. Сей­час всё оце­ни­ва­ет­ся не на пред­мет цен­но­сти, а на пред­мет це­ны. Ми­ро­вая эко­но­ми­ка не переносит мировую эко­ло­гию. Нон­сенс. Но это те­ма от­дель­но­го боль­шо­го раз­го­во­ра. Наш ре­ги­он вы­гля­дит срав­ни­тель­но неп­ло­хо на фоне Рос­сии, как и Рос­сия вы­гля­дит неп­ло­хо на фоне ми­ро­вом. Но это заслу­ги не на­ши, а пла­не­ты. Тен­ден­ции у нас те же са­мые, и де­ло вре­ме­ни, ко­гда мы «до­го­ним и пе­ре­го­ним» мир.

- В Се­ти име­ет­ся про­ти­во­ре­чи­вая ин­фор­ма­ция: с од­ной сто­ро­ны, де­ре­вьев для про­мыш­лен­ных це­лей вы­ру­ба­ет­ся всё боль­ше, с дру­гой - в тро­пи­ках их ко­ли­че­ство рас­тёт. На­ша пла­не­та ста­но­вит­ся зе­ле­нее или нет?

- До­ста­точ­но по­смот­реть на кос­ми­че­ские сним­ки то­го же «Гуг­ла». При де­таль­ном при­бли­же­нии рай­о­нов, где долж­ны быть тро­пи­че­ские ле­са, вы уви­ди­те кон­траст­ную пест­ро­ту, со­сто­я­щую из ост­ров­ков остав­ше­го­ся ле­са и сель­хоз­уго­дий или иных «пу­сто­шей». И де­ре­вья нуж­но оце­ни­вать не толь­ко ко­ли­че­ствен­но, но в первую оче­редь по раз­но­об­ра­зию и воз­рас­ту. Вот взять наш Крас­но­ярск: к при­ме­ру, вы­ру­би­ли 100 взрос­лых то­по­лей, а вме­сто них в дру­гом ме­сте по­са­ди­ли 150 са­жен­цев. Это как ес­ли бы из му­зея за­бра­ли кар­ти­ну Рембрандта, а вме­сто неё да­ли 100 со­вре­мен­ных кар­ти­нок. На­ша пла­не­та, к со­жа­ле­нию, ста­но­вит­ся всё ме­нее и ме­нее зе­лё­ной. А пу­стынь в бы­то­вом смыс­ле ста­но­вит­ся боль­ше. И это очень пе­чаль­но и опас­но.

КО­ГДА В ТОВАРИЩАХ СОГЛАСЬЯ НЕТ…

- Мно­гие за­ме­ча­ют, что плю­со­вая тем­пе­ра­ту­ра вес­ной на­сту­па­ет быст­рее, чем несколь­ко де­сят­ков лет на­зад. Мо­жет, в свя­зи с этим у нас ста­ло рас­ти что-то, че­го рань­ше не бы­ло?

- Фло­ра во­об­ще до­воль­но кон­сер­ва­тив­на. И ес­ли со­об­ще­ства рас­те­ний (эко­си­сте­мы) не на­ру­ше­ны, то чу­жа­ков они к се­бе не пус­ка­ют. Чем силь­нее на­ру­ше­на при­ро­да, тем лег­че при­жи­ва­ют­ся в ней вся­кие мон­стры или чу­же­род­ные ви­ды. Про­ве­дём па- рал­лель: ес­ли в до­ме есть хо­зя­ин, уста­нов­лен по­ря­док, то в та­кой дом («экос») неже­ла­тель­ные при­жи­валь­щи­ки по­пасть не мо­гут. А ес­ли в до­ме раз­ру­ха, хо­зя­ин в за­гу­ле, ок­на и двери на­стежь, то ра­но или позд­но в та­ком до­ме «вдруг» об­на­ру­жи­ва­ют­ся крысы, та­ра­ка­ны, бро­дя­чие со­ба­ки и да­же ещё ху­же. В Си­би­ри при­ро­да хоть и на­ру­ше­на, но по­ка не на­столь­ко, что­бы в неё мог­ли лег­ко внед­рить­ся чу­же­род­ные ви­ды. В ос­нов­ном но­вые, ча­сто бо­лее теп­ло­лю­би­вые ви­ды по­яв­ля­ют­ся ря­дом с че­ло­ве­ком, там, где всё на­ру­ше­но за­пре­дель­но. При­род­ные, есте­ствен­ные про­цес­сы про­ис­хо­дят мед­лен­но: при­тир­ка но­во­го ви­да (речь о рас­те­ни­ях) к дру­гим усло­ви­ям тре­бу­ет вре­ме­ни несколь­ко боль­ше­го, чем де­сят­ки лет. А вот ис­чез­но­ве­ние ста­рых ви­дов про­ис­хо­дит за­мет­нее.

- Сколь­ко ви­дов рас­те­ний ис­че­за­ет?

- Ис­че­за­ю­щих ви­дов сот­ни. Это очень мно­го. В Крас­ной кни­ге рас­те­ний края, где учте­ны да­ле­ко не все ви­ды, их бо­лее 500. Био­ло­ги­че­ский вид ис­че­за­ет, как пра­ви­ло, не сра­зу. Сна­ча­ла оску­де­ва­ет ге­не­ти­че­ское раз­но­об­ра­зие по­пу­ля­ций ви­да кир­пи­чи­ков, из ко­то­рых сло­жен лю­бой вид. Сей­час, на­при­мер, ко­гда «рас­ку­пи­ли» воз­мож­ность ру­бить лес, ни­кто не ду­ма­ет, что под топор по­па­да­ют и осо­бен­но цен­ные: пле­мен­ные, элит­ные осо­би. Рань­ше, в со­вет­ское вре­мя, спе­ци­а­ли­стов по ле­су бы­ло мно­го, наи­бо­лее цен­ные эк­зем­пля­ры фло­ры отыс­ки­ва­лись, по­ме­ча­лись и со­хра­ня­лись. Сей­час всё пошло «са­мо­тё­ком». На­при­мер, с 1994 го­да учё­ные без­успеш­но пы­та­ют­ся огра­дить наи­бо­лее цен­ные кед­ро­вые ле­са ми­ро­во­го зна­че­ния на юге края. По­сто­ян­но на­хо­дят­ся ка­ки­е­то мо­мен­ты, по­че­му эти ле­са нель­зя офи­ци­аль­но со­хра­нять. Что­бы лес вы­ру­бить, нуж­но со­всем немно­го усилий, ни­ка­ких осо­бых со­гла­со­ва­ний: до­го­во­рить­ся в со­от­вет­ству­ю­щей кон­то­ре - и всё. А вот что­бы этот лес со­хра­нить, нуж­но до­го­во­рить­ся чуть ли не с сот­ней субъ­ек­тов с про­ти­во­по­лож­ны­ми ин­те­ре­са­ми. И вот про­хо­дят го­ды, ко­е­как до­го­во­ри­лись с лес­ни­ка­ми, гео­ло­га­ми, зем­ле­вла­дель­ца­ми, охот­ни­ка­ми, мест­ны­ми ад­ми­ни­стра­ци­я­ми, про­ве­ли слу­ша­ния СА­МОЕ НЕПРИХОТЛИВОЕ

Ли­шай­ник. Встре­ча­ет­ся в са­мых экс­тре­маль­ных усло­ви­ях. Прав­да, как ока­за­лось, не вы­но­сит при­сут­ствия че­ло­ве­ка, вер­нее, то­го за­гряз­не­ния ат­мо­сфе­ры, ко­то­рое про­из­во­дит че­ло­ве­че­ство.

с на­се­ле­ни­ем и про­чее, и вдруг ме­ня­ет­ся за­кон или что­то ещё, и всё при­хо­дит­ся де­лать за­но­во. Это во­прос боль­шой и тре­бу­ет от­дель­но­го раз­го­во­ра.

- Ещё во­прос: сколь­ко рас­те­ний изу­че­но и на­зва­но, ка­кой про­цент, и сколь­ко безы­мян­ных? По­яв­ля­ют­ся ли но­вые ви­ды в при­ро­де, как ча­сто?

- Сколь­ко ещё не от­кры­то - со­вер­шен­но неиз­вест­но. Я, на­при­мер, изу­чаю толь­ко Са­ян­скую часть края. Ду­маю, что ви­дов 200 (или боль­ше) ещё от­кро­ют за 100 лет. Но это оцен­ка очень при­бли­зи­тель­ная. В при­ро­де но­вые ви­ды, ко­неч­но, по­яв­ля­ют­ся. Для «быст­рых» ви­дов мо­жет по­на­до­бить­ся ты­ся­ча лет, для кон­сер­ва­тив­ных - бо­лее мил­ли­о­на. Ос­нов­ное ко­ли­че­ство ви­дов, нас окру­жа­ю­щих, ско­рее кон­сер­ва­тив­ные.

КОН­ДУК­ТОР, НАЖМИ НА ТОР­МО­ЗА!

- Мож­но ли со­зна­тель­но вли­ять на из­ме­не­ние кли­ма­та и эко­ло­ги­че­скую об­ста­нов­ку вы­са­жи­ва­ни­ем де­ре­вьев? И нуж­но ли? Во­об­ще, на­сколь­ко ве­ли­ко вли­я­ние че­ло­ве­ка на из­ме­не­ние кли­ма­та?

МИ­РО­ВАЯ ЭКО­НО­МИ­КА НЕ ПЕРЕНОСИТ МИРОВУЮ ЭКО­ЛО­ГИЮ.

25 лет учё­ные пы­та­ют­ся спа­сти кедр на юге края.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.