АТОМНАЯ МИС­СИЯ

Пен­зе­нец при­ни­мал уча­стие в со­зда­нии ядер­но­го щи­та СССР

AiF Penza - - ПЕНЗА ЛИЧНОСТЬ - Ан­тон ОСИН

К ра­бо­те над ядер­ным про­ек­том Бар­су­ко­ва до­пу­стил Бе­рия.

Ан­глии «ко­ми­те­та по ура­ну», со­труд­ни­ки НКВД под­го­то­ви­ли за­пис­ку нар­ко­му Бе­рии, а тот тот­час пе­ре­пра­вил ее Ста­ли­ну. Но нем­цы бы­ли уже под Моск­вой…

28 сентября 1942 го­да вождь под­пи­сал при­каз № 2335сс «Об ор­га­ни­за­ции ра­бот по ура­ну». Преду­смат­ри­ва­лось со­зда­ние спец­ла­бо­ра­то­рии под ру­ко­вод­ством фи­зи­ка-ядер­щи­ка ака­де­ми­ка Иго­ря Ва­си­лье­ви­ча Кур­ча­то­ва. «Он яв­ля­ет­ся ве­ду­щим уче­ным СССР. Об­ла­да­ет боль­ши­ми ор­га­ни­за­тор­ски­ми спо­соб­но­стя­ми, энер­ги­чен. По ха­рак­те­ру че­ло­век скрыт­ный, осто­рож­ный, хит­рый и большой ди­пло­мат» - та­кую ха­рак­те­ри­сти­ку да­ли ему ком­пе­тент­ные ор­га­ны.

«Лав­рен­тий Бе­рия стал глав­ным по­сред­ни­ком меж­ду Кур­ча­то­вым и Ста­ли­ным, - рас­ска­зы­ва­ет пен­зен­ский ис­то­рик Вик­тор Кла­дов. - Ле­том 1943 го­да Игорь Ва­си­лье­вич узнал о пус­ке в США уран­гра­фи­то­во­го кот­ла. С мая по сентябрь 1945-го он при по­мо­щи Лав­рен­тия Пав­ло­ви­ча по­лу­чил до­клад Эн­ри­ко Фер­ми об ура­но­вом кот­ле, опи­са­ние за­во­да в Хэм­фор­де и Рос­сий­ские ядер­щи­ки и сей­час да­ют фо­ру за­ру­беж­ным кол­ле­гам.

мно­гое дру­гое. Бы­ли да­же по­лу­че­ны об­раз­цы ура­на-233 и 235!»

НЕВОЗМОЖНОЕ ВОЗ­МОЖ­НО

Од­ним из тех, кто при­ни­мал уча­стие в сек­рет­ных про­ек­тах СССР, был Олег Бар­су­ков - в ту по­ру молодой фи­зик. Кста­ти, он по­то­мок зна­ме­ни­той пен­зен­ской ку­пе­че­ской ди­на­стии: еще лет де­сять на­зад лю­ди стар­ше­го по­ко­ле­ния на­зы­ва­ли один из до­мов в цен­тре ули­цы Мос­ков­ской ма­га­зи­ном Бар­су­ко­ва. Олег Алек­сан­дро­вич со­гла­сил­ся встре­тить­ся с кор­ре­спон­ден­том «АиФ», хо­тя и чув­ство­вал се­бя неваж­но: ему труд­но бы­ло си­деть и да­же го­во­рить. Но все же уче­ный, мно­го лет пре­по­да­вав­ший в мест­ном уни­вер­си­те­те, на­шел в се­бе си­лы рас­ска­зать нам о том, как со­зда­ва­лось пер­вое ядер­ное ору­жие.

«Ос­нов­ным во­про­сом успеха всех атом­ных про­ек­тов бы­ло на­ли­чие у раз­ра­бот­чи­ка ядер­ных ма­те­ри­а­лов - ура­на. В по­беж­ден­ной Гер­ма­нии аме­ри­кан­цы ста­ра­лись опе­ре­дить нас, и чаще все­го это им уда­ва­лось, - вспо­ми­нал во­ен­ные го­ды наш со­бе­сед­ник. - Но кое-что удалось и нам. Кур­ча­тов сам при­знал­ся в 1946-м: до

по­бе­ды не бы­ло на­дежд ор­га­ни­зо­вать уран-гра­фи­то­вый ко­тел, так как в на­шем рас­по­ря­же­нии бы­ло все­го 7 тонн оки­си ура­на и не бы­ло надежды, что нуж­ные 100 тонн будут вы­ра­бо­та­ны ра­нее 1948 го­да.

Лав­рен­тий Бе­рия на­пра­вил в Гер­ма­нию спе­ци­аль­ную груп­пу ра­бот­ни­ков ла­бо­ра­то­рии № 2 и НКВД для ро­зыс­ка ура­на и ура­но­во­го сы­рья. В ре­зуль­та­те большой ра­бо­ты мы вы­вез­ли в СССР 300 тонн оки­си ура­на и его со­еди­не­ний, что се­рьез­но из­ме­ни­ло по­ло­же­ние не толь­ко с кот­лом, но и со все­ми дру­ги­ми ура­но­вы­ми «со­ору­же­ни­я­ми». На­ря­ду с этим под­чи­нен­ные Бе­рии при­вез­ли в Со­юз почти 20 немец­ких уче­ных и око­ло 50 вы­со­ко­класс­ных ра­бо­чих из ин­сти­ту­та кай­зе­ра Виль­гель­ма, ко­то­рые раз­ра­ба­ты­ва­ли атом­ную бом­бу для Гит­ле­ра».

То­гда Олег Бар­су­ков впер­вые и встре­тил­ся с Лав­рен­ти­ем Бе­рия. Тот рас­по­ря­дил­ся, что­бы для ра­бо­ты в со­вет­ском ядер­ном про­ек­те по всей стране от­би­ра­ли выпускников ву­зов, но с од­ним непре­мен­ным усло­ви­ем - хо­ро­шим зна­ни­ем немец­ко­го язы­ка. Из МИФИ, где учил­ся Бар­су­ков, взя­ли все­го несколь­ко че­ло­век. «Нар­ком лич­но раз­го­ва­ри­вал с каж­дым из пре­тен­ден­тов, - вспо­ми­на­ет Олег Алек­сан­дро­вич. - Привели ме­ня в ка­би­нет. Све­ли с нем­цем. Ну, мы с ним по­го­во­ри­ли: язык-то я знал здо­ро­во и об­щал­ся сво­бод­но, а Лав­рен­тий Пав­ло­вич да­же по­шу­тил: «Да ты не­мец или рус­ский?»

В об­щем, взя­ли. О чем я ни­ко­гда не жа­лел. Бе­рию ува­жал и ува­жаю за необы­чай­ную остро­ту ума. Слож­ней­шие вопросы схва­ты­вал на ле­ту. А еще ор­га­ни­зо­вал та­кую аген­ту­ру за ру­бе­жом, которой не бы­ло ни до, ни по­сле него. Все, что по­лу­ча­лось в США в Лос-Ала­мо­се, че­рез неде­лю ле­жа­ло на его сто­ле.

К то­му вре­ме­ни Шта­ты уже сбро­си­ли свои бом­бы на Хи­ро­си­му и На­га­са­ки. По­это­му на­чаль­ство ста­ло нас по­то­рап­ли­вать. Ио­сиф Вис­са­ри­о­но­вич тре­бо­вал немед­лен­ной раз­ра­бот­ки, по­сколь­ку знал о пла­нах уни­что­же­ния СССР ядер­ны­ми бом­бар­ди­ров­ка­ми. И ес­ли бы мы не сде­ла­ли свою бом­бу, Со­юз про­сто ис­пе­пе­ли­ли бы».

Тем вре­ме­нем Кур­ча­тов сво­и­ми ру­ка­ми со­брал в Москве пер­вый в Ев­ро­пе атом­ный ре­ак­тор, ря­дом с ко­то­рым по­яви­лась «хи­жи­на лес­ни­ка» - так про­зва­ли квар­ти­ру Кур­ча­то­ва. Это до­ка­зы­ва­ло, что бо­ять­ся взры­ва ре­ак­то­ра не на­до. Игорь Ва­си­лье­вич до­бил­ся по­сто­ян­ной ра­бо­ты это­го ре­ак­то­ра на дол­гие го­ды.

«Про­во­ди­мые Бе­ри­ей со­ве­ща­ния бы­ли де­ло­вы­ми и все­гда ре­зуль­та­тив­ны­ми, - про­дол­жа­ет тему Вик­тор Кла­дов. - Он был мастером неожи­дан­ных и нестан­дарт­ных ре­ше­ний, быстр в ра­бо­те, не пре­не­бре­гал вы­ез­да­ми на объ­ек­ты и лич­ным зна­ком­ством с ре­зуль­та­та­ми.

Под­го­тов­лен­ные под его ру­ко­вод­ством фи­зи­ки-ядер­щи­ки со­ста­ви­ли ко­стяк ра­бот­ни­ков атом­ных городов Ар­за­ма­са-16, Че­ля­бин­ска-40, Че­ля­бин­ска-70, Се­ми­па­ла­тин­ско­го по­ли­го­на, Пен­зы-19.

Уже 15 мая 1945 го­да вы­шло по­ста­нов­ле­ние ГКО № 8579, ко­то­рым преду­смат­ри­ва­лось про­ек­ти­ро­ва­ние пер­вых атом­ных бомб БС-1, БС-2. Их ста­ли рас­шиф­ро­вы­вать как бом­бы Ста­ли­на. На са­мом де­ле эта аб­бре­ви­а­ту­ра озна­ча­ла «бом­бы спе­ци­аль­ные».

Ко­гда Трум­эн в Потс­да­ме со­об­щил ли­де­ру СССР об успеш­ном ис­пы­та­нии в США но­вой мощ­ной бом­бы, ни Трум­эн, ни Чер­чилль не мог­ли по­нять спо­кой­ной ре­ак­ции во­ждя Со­ю­за на важ­ное со­об­ще­ние... ВИД ГАНГСТЕРА

«Бе­рия знал, как за­ста­вить лю­дей работать и днем, и но­чью. Вид у него был очень убе­ди­тель­ный, ес­ли не ска­зать пу­га­ю­щий, - вспо­ми­на­ет Олег Бар­су­ков. - Я бы да­же ска­зал -вид са­мо­го на­сто­я­ще­го гангстера. Мо­жет, с кем-то он и был ха­мом, но с уче­ны­ми - нет. По­ни­мал, как нуж­но се­бя вести. Ко мне от­но­сил­ся бла­го­же­ла­тель­но. Да­вал кон­крет­ные по­ру­че­ния и, ес­ли оста­вал­ся до­во­лен, слег­ка хва­лил. Но ес­ли кто-то не успе­вал, сви­ре­пел: «Да как вы мог­ли!?» Но в пре­де­лах веж­ли­во­сти и без ма­та.

Впро­чем, без тра­ге­дий и смер­тей не об­хо­ди­лось. Ра­бо­та­ли-то с ура­ном. Ме­то­дом проб и оши­бок, ценою многих жиз­ней. На клад­би­ще в Об­нин­ске ле­жат мо­ло­дые лю­ди от 25 до 40 лет. Уми­ра­ли они, как пра­ви­ло, от об­лу­че­ния. Не стал ис­клю­че­ни­ем и сам Кур­ча­тов, по­лу­чив­ший до­зу в 1000 рент­ген, и ин­фаркт».

Ис­пы­та­ние пер­вой со­вет­ской атом­ной бом­бы бы­ло про­ве­де­но 29 ав­гу­ста 1949 го­да на Се­ми­па­ла­тин­ском по­ли­гоне, а на сле­ду­ю­щий день Бе­рия и Кур­ча­тов под­пи­са­ли до­клад на имя Ста­ли­на: «До­кла­ды­ва­ем Вам, что уси­ли­я­ми боль­шо­го кол­лек­ти­ва со­вет­ских уче­ных, кон­струк­то­ров, ин­же­не­ров, ру­ко­во­дя­щих ра­бот­ни­ков и ра­бо­чих на­шей про­мыш­лен­но­сти в ито­ге 4-лет­ней на­пря­жен­ной ра­бо­ты Ва­ше за­да­ние со­здать со­вет­скую атом­ную бом­бу вы­пол­не­но.

Атом­ный взрыв за­фик­си­ро­ван с по­мо­щью спе­ци­аль­ных при­бо­ров, а так­же на­блю­де­ни­я­ми непо­сред­ствен­но участ­во­вав­ших в про­ве­де­нии ис­пы­та­ния чле­нов Спе­ци­аль­но­го ко­ми­те­та тт. Бе­рии, Кур­ча­то­ва, Перву­хи­на, За­ве­ня­ги­на и Мах­не­ва…».

ВМЕ­СТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

«Весь кон­троль по атом­но­му про­ек­ту осу­ществ­ля­ло толь­ко ве­дом­ство Бе­рии, а со­труд­ни­ки НКВД бы­ли его гла­за­ми и уша­ми. Лав­рен­тий Пав­ло­вич ве­рил, что по­сле Ста­ли­на он дол­жен за­нять его ме­сто, - счи­та­ет ис­то­рик Вик­тор Кла­дов. - Но до­га­ды­вал­ся, что «со­рат­ни­ки по вла­сти» по­пы­та­ют­ся его убрать, при­чем фи­зи­че­ски».

Почти пе­ред аре­стом Бе­рия успел пе­ре­дать при­каз своим под­чи­нен­ным: «До­ста­вить в Моск­ву во­до­род­ную бом­бу, ко­то­рую де­лал Са­ха­ров». Не­уже­ли Лав­рен­тий Пав­ло­вич хо­тел ее ис­поль­зо­вать для шан­та­жа то­ва­ри­щей из ЦК? По край­ней ме­ре, такое мнение сло­жи­лось у Иго­ря Кур­ча­то­ва.

В июне 1953-го Бе­рия был аре­сто­ван. Его су­ди­ли (за шпи­о­наж, зло­упо­треб­ле­ние вла­стью, ор­га­ни­за­цию неза­кон­ных ре­прес­сий) и спеш­но рас­стре­ля­ли. Но уже 12 ав­гу­ста 1953 го­да на Се­ми­па­ла­тин­ском по­ли­гоне бы­ла успеш­но ис­пы­та­на первая со­вет­ская тер­мо­ядер­ная бом­ба.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.