«МЫ - ИЗГОИ»

AiF Prikamye (Perm) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ана­ста­сия КОТЕЛЬНИКОВА

РО­ДИ­НА ВСТРЕТИЛА СУРОВО. «ИЗМЕННИКИ! РАБОТАЛИ НА НЕМЦЕВ!»

- В быв­шем СССР нас, де­тей-уз­ни­ков, как бы не су­ще­ство­ва­ло. Нас не за­ме­ча­ли вла­сти, про нас не пи­са­ли в га­зе­тах, не сни­ма­ли филь­мы. Но кто ре­шил, что мы не в пол­ной ме­ре жерт­вы вой­ны? Нас до­во­ди­ли до со­сто­я­ния ра­бо­че­го ско­та, изощ­рён­но из­де­ва­лись, про­во­ди­ли ме­ди­цин­ские опы­ты, уро­до­ва­ли пси­хи­ку. Вы­ка­чи­ва­ли кровь для сол­дат вер­мах­та. Ко дню По­бе­ды вы­жил один из де­ся­ти, - го­во­рит Ли­лия Де­ря­би­на.

Пя­ти­лет­нюю де­воч­ку, как и мил­ли­о­ны дру­гих дев­чо­нок и маль­чи­шек, вы­рва­ли из дет­ства кро­ва­вые ру­ки немец­ких ка­ра­те­лей. На три года Ли­лю вместе с ма­мой и но­во­рож­дён­ным бра­том бро­си­ли за ла­гер­ную ко­люч­ку Гёт­тин­ге­на.

11 ап­ре­ля, в Меж­ду­на­род­ный день осво­бож­де­ния уз­ни­ков фа­шист­ских конц­ла­ге­рей, вместе с Ли­ли­ей Де­ря­би­ной вспо­ми­на­ем тех, ко­го в своё вре­мя не смог­ли за­щи­тить от пле­на.

ПРОНЫРА УРОКИ ПА­МЯ­ТИ

- Ли­лия Ва­си­льев­на, как вам уда­лось вы­жить в ла­ге­ре?

- Все­гда по­мо­гал случай. Да и от при­ро­ды я бы­ла проныра. Как-то узна­ла, ко­гда в ла­ге­ре от­клю­ча­ют ток от про­во­ло­ки. А неда­ле­ко от ла­ге­ря рас­по­ла­га­лась боль­шая го­род­ская свал­ка - там все­гда мож­но было чем-то по­жи­вить­ся. Я про­пол­за­ла под про­во­ло­кой и бе­жа­ла к свал­ке. То яб­лоч­ко под­гнив­шее, то ко­роч­ку хле­ба я там на­хо­ди­ла. По­дру­жи­лась с немец­кой ов­чар­кой, ко­то­рая нас охра­ня­ла. Злю­щая бы­ла пси­на! Но я с ней лас­ко­во за­иг­ры­ва­ла. И она мне несколь­ко раз раз­ре­ши­ла по­есть из сво­ей миски. Ку­соч­ки мя­са я но­си­ла бра­ти­ку. У Эди­ка был ра­хит. От го­ло­да жи­вот на­дул­ся как ар­буз. Нож­ки то­нень­кие, ко­ле­сом.

Ря­дом с на­ми был дру­гой ла­герь - для во­ен­но­плен­ных за­пад­ных стран. Им по­мо­гал Крас­ный Крест. Я ту­да бе­га­ла с ко­тел­ком и все­гда при­но­си­ла в ба­рак что-то съест­ное. Мне было непо­нят­но, по­че­му к нам так по-раз­но­му от­но­сят­ся? Там кор­ми­ли луч­ше, у них так не во­ня­ло, лю­ди да­же вы­хо­ди­ли в го­род. А с на­ми об­ра­ща­лись, как со сви­нья­ми! Эди­ка, по­про­сив­ше­го у охран­ни­ка хлеб, этот сы­тый бо­ров так пнул са­по­гом, что ре­бё­нок от­ле­тел на несколь­ко мет­ров и на три ме­ся­ца по­те­рял речь. До са­мой смер­ти он страш­но за­и­кал­ся.

У тех, ко­му уда­лось вы­жить в конц­ла­ге­рях, фи­зи­че­ское и мо­раль­ное со­сто­я­ние было ужас­ное. Мы бы­ли крайне ис­то­ще­ны. За три года в пле­ну я со­всем не вы­рос­ла. А по­взрос­лев, еле до по­лу­то­ра мет­ров до­тя­ну­ла. Мы воз­вра­ща­лись ин­ва­ли­да­ми. У ме­ня гно­и­лись ра­ны. Треть лёг­ко­го я по­те­ря­ла, ко­гда вы­чи­ща­ла от са­жи па­ро­воз­ные топ­ки. Глаз за­кры­вал урод­ли­вый ру­бец от на­гай­ки - по­да­рок от ге­ста­пов­ских па­ла­чей. Там же ме­ня на­гра­ди­ли ещё од­ной мет­кой - из­ви­ли­стым шра­мом на гру­ди (этой пыт­ки я уже не пом­ню, бы­ла без со­зна­ния). Вы­вих­ну­тые су­ста­вы срос­лись

ГОСТЬ РЕДАКЦИИ В ГЁТТИНГЕНЕ ЕЛА ИЗ МИСКИ ОВЧАРКИ.

непра­виль­но - я не мо­гу под­нять од­ну ру­ку. С 8 лет мне при­хо­дит­ся кра­сить во­ло­сы, по­то­му что по­сле этих пы­ток враз по­се­де­ла. Но са­мое му­чи­тель­ное - из-за от­би­тых по­чек я ни од­ну бе­ре­мен­ность не смог­ла вы­но­сить до кон­ца.

ЧУВСТВО ВИ­НЫ

- Из­вест­но, что по­сле осво­бож­де­ния из фа­шист­ско­го пле­на мно­гие сно­ва по­па­да­ли в плен, но уже со­вет­ский. Как ва­шей се­мье уда­лось из­бе­жать этой уча­сти?

- Из немец­ко­го ла­ге­ря нас от­пра­ви­ли в филь­тра­ци­он­ный ла­герь НКВД. От ГУЛАГа спас­ло то, что отец во­е­вал на фрон­те, а де­да-пар­ти­за­на по­ве­си­ли нем­цы. По до­ро­ге до­мой, во Вла­ди­во­сток, нас сса­ди­ли с по­ез­да. Ехать даль­ше за­пре­ти­ли. В НКВД нам да­ли раз­ре­ше­ние по­се­лить­ся в Перми, но не в са­мом го­ро­де, а на Гай­ве, ку­да от­прав­ля­ли по­ли­ти­че­ских ссыль­ных. Мы жи­ли впро­го­лодь. Ма­му, об­ра­зо­ван­ную ин­тел­ли­гент­ную жен­щи­ну, знав­шую несколь­ко ино­стран­ных язы­ков, бра­ли толь­ко убор­щи­цей. На дру­гую ра­бо­ту с мет­кой в ан­ке­те «бы­ла в пле­ну» было не устро­ить­ся. В со­вет­ское вре­мя ма­ло­лет­ним уз­ни­кам бы­ла за­кры­та до­ро­га во все уни­вер­си­те­ты, тех­ни­ку­мы. Ни один человек не знал о том, что я бы­ла в конц­ла­ге­ре. Да­же мой муж. Всю жизнь про­жи­ла с тя­жё­лой но­шей непо­нят­ной ви­ны пе­ред ро­ди­ной. По­че­му я долж­на бы­ла скры­вать, что я уз­ни­ца конц­ла­ге­ря?

- Не воз­ни­ка­ло же­ла­ния на­пи­сать вос­по­ми­на­ния об ужа­сах конц­ла­ге­ря?

- А я на­пи­са­ла кни­гу, на­зы­ва­ет­ся «Бе­лая Ли­лия, или Ис­то­рия де­воч­ки в немец­ком пле­ну». К со­жа­ле­нию, нет средств, что­бы её из­дать. Мо­жет, най­дут­ся нерав­но­душ­ные лю­ди, ко­то­рые по­мо­гут с пуб­ли­ка­ци­ей ме­му­а­ров.

ВОЙНА С ЧИНОВНИКАМИ

- По фе­де­раль­но­му за­ко­ну ма­ло­лет­ние уз­ни­ки фа­шист­ских ла­ге­рей не счи­та­ют­ся ве­те­ра­на­ми вой­ны. Ка­кой со­ци­аль­ной под­держ­ки вас ли­ши­ли?

- Нам по­сте­пен­но со­кра­ти­ли по­чти все со­ци­аль­ные вы­пла­ты и льгот­ные услу­ги. Как участ­ник вой­ны, по­лу­чаю ты­ся­чу руб­лей из пре­зи­дент­ско­го фон­да. Плюс ком­пен­са­ция за ле­кар­ства и са­на­тор­но-ку­рорт­ное ле­че­ние. Хотя во всём ми­ре уз­ни­ки конц­ла­ге­рей при­зна­ют­ся жерт­ва­ми фа­шиз­ма. И толь­ко в на­шей стране это до сих пор ста­вит­ся под со­мне­ние. Столь­ко из­вест­ных лю­дей - пред­ста­ви­те­лей ре­ги­о­наль­ной вла­сти - об­ра­ща­лись в раз­лич­ные фе­де­раль­ные ор­га­ны с прось­бой вне­сти в закон «О ве­те­ра­нах» быв­ших несо­вер­шен­но­лет­них уз­ни­ков фа­шиз­ма. Это бы ре­ши­ло на­ши со­ци­аль­ные про­бле­мы. Но ру­ко­вод­ство стра­ны оста­ёт­ся глу­хим к об­ра­ще­ни­ям. Мы - изгои. В Че­хии, Вен­грии и Поль­ше быв­шим уз­ни­кам вы­де­ля­ют ма­ши­ну и предо­став­ля­ют жи­льё. Не то что у нас. Пять лет че­рез су­ды вы­би­ва­ла се­бе по­ло­жен­ный по за­ко­ну жи­лищ­ный сер­ти­фи­кат в 1 млн 200 тыс. руб. Раз­ве та­кой сум­мы хва­тит, что­бы ку­пить квар­ти­ру? Вло­жи­ла «гро­бо­вые». Де­нег ед­ва хва­ти­ло на уби­тую хру­щов­ку. Ес­ли бы я не бы­ла юри­стом, до за­пя­той изу­чив­шим все за­ко­ны, чи­нов­ни­ков бы не одо­ле­ла. А так в 80 лет я на­ко­нец ста­ла хо­зяй­кой соб­ствен­но­го жи­лья.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.