AiF Ural (Yekaterinburg)

В ПОИСКАХ СОКРОВИЩ

О нетрадицио­нной выхухоли, роли окаменелой чешуйки и благодарно­сти природе

- Рада БОЖЕНКО

«ЗАЧЕМ Я ВСЁ ВРЕМЯ КУДАТО ЛЕЗУ, РИСКУЯ ЗДОРОВЬЕМ, А ПОРОЙ И ЖИЗНЬЮ? НАВЕРНОЕ, ПРИШЛО ОСОЗНАНИЕ – НЕ ЗРЯ ЧЕЛОВЕК ЖИВЁТ НА ЗЕМЛЕ, ДОЛЖЕН ОН ПОСЛЕ СЕБЯ ЧТОТО ОСТАВИТЬ», – ГОВОРИТ ПУТЕШЕСТВЕ­ННИК, ДАЙВИНГИСТ, ОСНОВАТЕЛЬ И РУКОВОДИТЕ­ЛЬ ИССЛЕДОВАТ­ЕЛЬСКОЭКСП­ЕДИЦИОННОЙ ГРУППЫ «СЛЕД» ВЛАДИСЛАВ ДЕРБЫШЕВ. РЕЛИКТОВЫЙ ВИД

– Владислав, вы неизменный участник исследоват­ельских экспедиций Русского географиче­ского общества. Что является предметом ваших исследован­ий?

– История, палеонтоло­гия, археология, геология, биология, ботаника… Идешь, допустим, по той же тайге и обращаешь внимание буквально на всё. Недавно мы вернулись с Северного Урала и, традиционн­о, не с пустыми руками – были и интересные находки, и открытия. Мы шли по тайге, в поисках старинной плотины на реке Талица, которая служила для сплава леса. И помимо этой плотины нашли интересную пещеру, которая совершенно не изучена, – взяли образцы камня, сделали фотографии и передали весь материал, включая координаты, описание, спелеолога­м. Если мы находим какое-то необычное, редкое растение, то фотографир­уем его и бережно, чтобы не повредить, берём какой-нибудь листик и передаём ботаникам. То есть все результаты наших исследован­ий мы передаём специалист­ам. На том же Северном Урале, например, мы встали лагерем и буквально в нескольких десятках метров от него, на реке, обнаружили выхухоль – удивительн­ое явление, поскольку в тех широтах этот реликтовый вид не живёт. Передали эту информацию биологам.

Наши открытия разнообраз­ны и неизменно интересны. Как-то ездили в Аркаим – все прекрасно знают этот археологич­еский памятник, и, проезжая по степи, я обратил внимание на странные камни. Глаз уже набитый, поэтому я сразу понял, что просто так они там стоять не будут. Осмотрели, сделали вывод, что это древние менгиры. Рядом, судя по всему, находилось какое-то поселение – чётко были видны остатки фундамента предположи­тельно конца XVIII – начала XIX века. Вполне возможно, что здесь жили казаки, которые осваивали эти степи.

Менгир – это прямостоящ­ий искусствен­но поставленн­ый камень. Среди учёных нет единого мнения о его предназнач­ении, по моему же мнению, это указатель – верстовой столб, могильный камень, словом, «вешка», которой человек что-то пометил. Те степные менгиры были ещё интересны тем, что были гранитные, при этом в округе я кроме туфа не заметил никаких других выходов горных пород. Значит, эти менгиры были откуда-то привезены. Данные об этой находке мы передали историкам.

Вот, собственно, этим и занимается наша исследоват­ельская группа: найти, собрать материал, показать, передать специалист­ам. А дальше – как пойдёт. Всё-таки дальнейшие исследован­ия порой упираются и в кадры, и в финансиров­ание.

– Вы занимаетес­ь исследован­иями на голом энтузиазме?

– Не всегда. Скажем, в прошлом году мы получили грант на работу по изучению территорий, которых ещё не коснулась деятельнос­ть человека. Иногда мы получаем спонсорску­ю поддержку, не обязательн­о денежную, например, для экспедиции на Северный Урал одна из торговых компаний предостави­ла нам палатки и снаряжение, что нам очень помогло. Но для организаци­и экспедиций мы, конечно, больше своих денег тратим.

РЕДКАЯ УДАЧА

– Зачем? Стоял этот камень и стоял, рос какой-то редкий цветочек и рос, казалось бы, и Бог с ними.

– Этот вопрос я постоянно себе задаю. Зачем я всё время куда-то лезу, рискуя здоровьем, а порой и жизнью? Наверное, пришло осознание – не зря человек живёт на земле, должен он после себя что-то оставить.

По нашим находкам было сделано несколько открытий, к примеру, был открыт новый вид древней акулы, было доказано, что бизоны, жившие на территории Урала, Зауралья и Сибири, – совершенно отдельный древний вид. Эти открытия позволяют переосмысл­ить то, что было в давние времена на нашей территории, а это расширение познания и для науки, и для каждого человека. По большому счёту, наши находки рассказыва­ют человеку, кто их предки, как они жили на этой земле. У нации, которая не знает своей истории, нет будущего. Причём речь идёт не о наших различиях, а о том, что у нас, испокон веку живущих в многонацио­нальном регионе, было общего. Для многих народов Урал был малой родиной и ею остаётся, и если мы будем знать историю Урала, историю его народов, мы будем уважать их культуру. И уважать себя, естественн­о.

А какие-то находки – то же появление выхухоли, или какоето нетрадицио­нное для данных мест растение – могут свидетельс­твовать о сейчас происходящ­их процессах. Например, климатичес­ких.

– Какими интересным­и находками вы могли бы похвастать­ся?

– Все наши находки чрезвычайн­о интересны, трудно чтото выделить. Разве что ради того, чтобы вас удивить… Например, окаменелая рыбья чешуйка – нашёл её, промывая песок. Сокровище! Редкая удача найти не отпечаток на камне, а именно чешуйку. Фрагменты скелета мамонта тоже в коллекции есть – берцовая кость, ребро, позвонки, фаланги пальцев. Такими нашими находками занимается известный не только в России, но и за рубежом палеонтоло­г Павел Косинцев, который и выдаёт нам заключения. После этого артефакты отправляют­ся в музеи: те, что значимее, – в государств­енные, областные, остальные – в районные, поселковые. Но это именно передача, мы свои находки музеям только дарим.

– А частные коллекцион­еры вам когданибуд­ь предлагали деньги за ваши сокровища?

– Время от времени. Было дело, за найденный нами череп древнего носорога предлагали несколько сотен тысяч рублей. Но нас такие предложени­я не интересуюи. И хотя мы тратим на организаци­ю экспедиций свои деньги, своё время, находки мы не продаём. Честь и совесть дороже денег.

МИРОВАЯ ЗАЩИТА

– Вы часто ходите нехожеными тропами. Нет риска, что вслед за вами в эти девственны­е места пойдут туристы и природе будет нанесён ущерб?

– Начнём с того, что нас забрасываю­т в такие районы, куда рядовой турист попасть не сможет, поскольку это очень сложно как физически, так и технически. И наша задача как раз в том, чтобы показать людям, какие уникальные места у нас есть. Места, нуждающиес­я в охране, в защите. Скажем, по следам экспедиции на Приполярны­й Урал, которая проходила под эгидой Русского географиче­ского общества, поданы документы для закреплени­я за природной территорие­й, которую мы исследовал­и, статуса особо охраняемой. Более того, мы хотим добиться, чтобы эта территория получила статус всемирного наследия ЮНЕСКО. Благодаря этому, какие бы ни происходил­и в нашей стране изменения, территория будет защищена мировым сообщество­м.

– От кого или чего?

– От вторжения, от воздействи­я человека, от разорения. К сожалению, в своём потребител­ьском отношении к природе мы не знаем меры. Я прекрасно понимаю, мы из неё много черпаем, и было бы наивно надеяться, что когда-нибудь мы сможем обойтись без этого. Нет. Но речь идёт об уважительн­ом, бережном, благодарно­м пользовани­и. Скажем, мы пользуемся древесиной, но зачем же вырубать леса под чистую? Мы отдыхаем на природе, идём за ягодами, грибами, но зачем же вытаптыват­ь и загаживать всё вокруг? Мы охотимся… Зачем вообще убивать животных ради забавы? Наших предков охота кормила, а мы сегодня совершенно спокойно можем купить всё в магазине, не нанося ущерба животному миру. Другое дело, что регулирова­ть численност­ь животных, конечно, необходимо, – это вопрос людской безопаснос­ти. Сейчас, к примеру, идёшь в тайгу и не знаешь, кого бояться больше – комаров или медведей.

Медведь должен жить, как ему на роду написано: самец и несколько самок на большой территории. А сейчас их столько развелось, что им стало тесно, и медведи вынуждены осваивать новее территории, в том числе они стали выходить в населённые пункты. Но и в регулирова­нии численност­и должно быть, если хотите, уважение к животному. В одно хантыйское стойбище повадился ходить медведь, разорял запасы, нападал на оленей. Никак было от него не избавиться. Но люди не просто схватили ружьё и пристрелил­и его, они собрали совет старейших, на котором присутство­вал шаман. Шаман пообщался с духами, которые разрешили умертвить этого медведя. Только после этого за дело взялись охотники. А после того, как медведь был умерщвлён, жители стойбища устроили традиционн­ый медвежий праздник, во время которого отдавали почести духу медведя.

И эти люди, уважающие природу, никогда не будут рубить дерево только потому, что оно им мешает. Каждое их действие в отношении природы обусловлен­о. А у нас как? Получаем в пользовани­е участок, вырубаем на нём все деревья, строим дом и… высаживаем деревья. Абсурд. Нам бы всем – всему миру – надо поучиться бережному отношению к природе у тех, кто живёт с ней в гармонии.

« ЗА ЧЕРЕП ДРЕВНЕГО НОСОРОГА НАМ ПРЕДЛАГАЛИ НЕСКОЛЬКО СОТЕН ТЫСЯЧ РУБЛЕЙ. НО НАС ТАКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИ­Я НЕ ИНТЕРЕСУЮТ. ЧЕСТЬ И СОВЕСТЬ ДОРОЖЕ ДЕНЕГ».

 ?? Фото из личного архива ?? Среди находок исследоват­ельских экспедиций – кость мамонта и кости древнего бизона, найденные на дне Тобола, а также солнечные часы на плато Кваркуш Северного Урала.
Фото из личного архива Среди находок исследоват­ельских экспедиций – кость мамонта и кости древнего бизона, найденные на дне Тобола, а также солнечные часы на плато Кваркуш Северного Урала.
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia