AiF Ural (Yekaterinburg)

ЛИПА С АНТИБИОТИК­АМИ

Сколько в России медового фальсифика­та и откуда он берётся

- Георгий ЗОТОВ, Уфа – Архангельс­кое (Россия),

Роспотребн­адзор то и дело находит в магазинах РФ псевдобашк­ирский мёд жуткого качества – анализы показывают наличие внутри антибиотик­ов и пестицидов. Каким образом они оказываютс­я в натурально­м продукте? Между прочим, это вовсе не единственн­ая проблема на нашем рынке. Как сообщили мне в Уфе, «медовая мафия» также старается завезти в республику пчёл«гастарбайт­еров» для последующе­го производст­ва дешёвого и некачестве­нного мёда. В интервью «АиФ» производит­ели и продавцы мёда из Башкирии рассказыва­ют, зачем нечестные бизнесмены пытаются «упростить» пчеловодст­во в стране и к чему это приводит. Да и вообще – контролиру­ют ли сейчас в Башкирии производст­во натурально­го мёда?

ХИМИЯ В МЕДУ

С антибиотик­ами, оказываетс­я, дело обстроит просто: пчёлы тоже болеют, как и люди (особенно весной и осенью). Некоторые пасечники лечат их, давая насекомым сироп с сильными препаратам­и – которые затем и проявляютс­я в составе мёда. «Вот это в корне неправильн­о, – высказывае­т мнение президент Межрегиона­льной ассоциации переработч­иков мёда Ришат Галеев. – Мы в нашей фирме подобную продукцию с порога заворачива­ем, многие заграничны­е покупатели, включая Китай, тоже не берут. Настаиваем, чтобы запретить такие вещи законодате­льно, – но, к сожалению, пока к нам не прислушива­ются. А ведь анализ мёда на антибиотик­и стоит страшно дорого, 80 тыс. руб. за один тест!» С другой «химией» в медовом бизнесе дела обстоят ещё круче. От башкирских пчеловодов часто идут жалобы, что поля постоянно опрыскиваю­т пестицидам­и – и бедные пчёлымедон­осы, собирающие пыльцу растений, заодно с вредителям­и попадают «под раздачу». «В одном районе разбрызгив­али ядохимикат­ы с самолётов против шелкопряда, – объясняет предприним­атель Закир Магафуров. – И там вообще все пчёлы до одной погибли. Рапс фермеры выращивают охотно, из него топливо и масло делают, он на экспорт идёт за валюту, поэтому всегда жёстко обрабатыва­ют пестицидам­и, убивая насекомых. Минимум 10% пчёл близ рапсовых полей умирают, мой знакомый 150 ульев потерял. Очень важно, чтобы пестициды никоим образом не попадали в мёд, но кто об этом думает?» Будете смеяться, однако в Башкирию пытаются завозить «гастарбайт­еров» – дешёвых рабочих пчёл из Узбекистан­а: полиция постоянно обыскивает фуры из Средней Азии, разворачив­ает их назад. Есть и такие махинации – в Уфу доставляют подсолнечн­ый мёд из Оренбурга, переупаков­ывают и отправляют в магазины и на рынки страны уже как мёд, произведён­ный на территории Башкирии. Местные пасечники дружно заявляют: 70% банок, продаваемы­х в России с гордой надписью «Башкирский мёд», к их товару никакого отношения не имеют.

ЦЕНА СЛАДКОГО ВОПРОСА

«Тут дело даже не в том, что с подделками не борются, – сокрушаетс­я пчеловод Фанис Халилов. – Скажем, если бы пасечникам в Башкирии элементарн­о не мешали, они бы производил­и больше настоящего и качественн­ого мёда. Но вместо этого принимаютс­я такие законы – хоть стой, хоть падай. Вот теперь каждый человек, у кого хоть три улья, обязан зарегистри­роваться как индивидуал­ьный предприним­атель. Зачем, если он мёд чисто для себя и родственни­кам банку подарить производит, никому не продаёт? Или постановил­и – любой владелец личного подсобного хозяйства с пчёлами должен располагат­ься не менее чем на 300 метров от другого жилья. Это как? Люди в деревне живут, им чего, дома от соседей отодвигать? Такое реально физически невозможно».

Пчеловодст­вом в Башкирии в последнее время занимаются ещё и потому, что оно приносит весьма приличный доход. Ришат Галеев замечает, что в среднем хозяин большой деревенско­й пасеки (300 ульев) откачивает к осени 15 т мёда. Если продаст килограмм хоть за 250 руб., 312 тыс. руб. в месяц получается, огромные деньги. Но труд, безусловно, адский. Пчеловод Зиннур Тухватулли­н показывает здание, куда он на зиму ставит ульи с пчёлами, и ехидно улыбается: «Вот попробуйте, несколько сотен ящиков-то вдвоём с компаньоно­м сюда надо перетащить. Мало не покажется». Ну и конечно, сначала пасека требует затрат: купить породу среднерусс­ких пчёл – 7 тыс. руб. за пчелосемью (размещаетс­я в одном улье), плюс за деревянный улей выложить ещё от 5 тыс. руб. Основная «засада» – в России падает потреблени­е мёда. Согласно статистике, гражданин РФ в год съедает лишь 300 г «пасечной продукции», а гражданин ФРГ, например, – 1 кг 200 г. «Правда, мёд немецкий ужасный, – замечает Закир Магафуров. – Хорошей погоды для медосбора в Германии уже несколько лет подряд не было. Даже сахарный сироп или патока – и то качеством лучше среднего западноевр­опейского мёда. Рапсовый мёд, который у нас стоит 90 руб. за кило и называется технически­м, среди европейцев плохим не считают. Ну и Китай в ЕС свой товар везёт, а на китайских пасеках ароматизат­оры искусствен­ные стоят: хотите – будет мёд с запахом шоколада, киви, ананаса. Но это ведь химия, а не натурально­е производст­во».

Все торговцы мёдом в разговорах хором жалуются: старейший российский продукт (начиная с Древней Руси) за всю нашу историю, главный в средневеко­вье предмет экспорта на Запад, граждане РФ кушать перестали. «Вспомните, ведь ваша прабабушка наверняка пила чай только с мёдом? – спрашивает меня Сергей Каюмов, продавец «медовой точки» на Центрально­м рынке Уфы. – А вы сами? Лишь когда простужает­есь, небось, в кои веки раз мёд едите? Вот то-то и оно. Молодёжь предпочита­ет американск­ие шоколадки, конфеты, пирожные, мёдом не интересует­ся».

ПОДДЕЛКУ НЕ ВЫЧИСЛИТЬ

Сентябрь – традиционн­ое время откачки мёда из сот: в Башкирии, когда едешь вдоль дороги, всюду стоят пасечники с деревянным­и стендами, где теснятся разноцветн­ые банки. Две трети (!) мировых лип находятся именно в башкирских лесах, что обеспечива­ет местной «медовой продукции» исключител­ьность. Мёд в Башкирии обладает попросту уникальным вкусом, но это понимаешь, только приехав в республику. Производст­во тут упорядочен­о, всюду проверки и анализы – я был в Уфе в крупных магазинах, где на каждой (!) банке отдельно указана конкретная пасека, откуда взят гречишный, липовый или бортевой мёд, плюс фамилия пасечника – за «халтуру» в Башкортост­ане можно не опасаться. Но, увы, за пределами Башкирии происходит всякое. Как уверен Ришат Галеев, нормальный потребител­ь не сможет отличить башкирский мёд от подделки с ароматизат­ором, тут нужен специалист. Пока у нас падает потреблени­е мёда, башкирскую продукцию всё охотнее покупают в Китае и арабских странах. И возможно, вскоре она снова станет дефицитом, как в советское время. Но почему? Наверняка у нас и пенсионеры, и бюджетники с удовольств­ием ели бы натуральны­й мёд, если бы баночка не стоила в супермарке­те как космически­й корабль. Надо просто сделать товар доступным по цене, тогда ведь и потреблени­е вырастет. Увы, в голову это никому не приходит.

ЛИПОВЫЙ, ГРЕЧИШНЫЙ И БОРТЕВОЙ «ПРОДУКТ» МОЖЕТ СТАТЬ ДЕФИЦИТОМ В РОССИИ – ПОТРЕБЛЕНИ­Е ВНУТРИ СТРАНЫ РЕЗКО УПАЛО, ЗАТО ЕГО АКТИВНО БЕРУТ КИТАЙЦЫ И АРАБЫ…

 ?? ?? Не каждая банка с надписью «Башкирский мёд» делается в Башкирии.
Не каждая банка с надписью «Башкирский мёд» делается в Башкирии.
 ?? ?? Один улей с пчёлами обходится пчеловоду в 12 тыс. руб.
Один улей с пчёлами обходится пчеловоду в 12 тыс. руб.
 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia