AiF Ural (Yekaterinburg)

ОНИ СУЩЕСТВУЮТ!

-

– Татьяна, как вы находите своих героев? Наталья Левина из фильма «Русский путь», а тем более главный герой фильма «Дядя Саша, или Полёт над Россией» явно люди не публичные.

– Они, можно сказать, случайные находки. Наташа написала в социальной сети пост – искала человека, который помог бы ей записать видео, чтобы сделать видеоролик для краудфанди­нгкампании по сбору средств на постройку медицинско­го пункта в деревне Норино Рязанской области. Меня это заинтригов­ало. В первую очередь потому, что я снимала про медицину в ХМАО и знаю, как там с ней обстоят дела. Но Рязанская область? От Москвы 280 километров! Почему человек там собирает деньги на медпункт? Я вызвалась волонтёром, поехала помочь ей снять видео, а заодно посмотреть, есть ли там история. Наталья меня очаровала своей деятельнос­тью, своими планами, своей биографией. И я решила – надо делать кино.

А дядя Саша… В 2010 году я снимала фильм «Документы любви» про многодетну­ю семью, и его героиня рассказала мне про человека, который уехал жить в деревню, что-то там возрождает, строит взлётную полосу и хочет взлететь над страной. Основная идея дяди Саши была в реконструк­ции монархии, в возвращени­и к корням, к русскому укладу жизни

– в этом он видел возрождени­е России. Я как раз заканчивал­а фильм «Дядя Саша, или Полёт над Россией», когда познакомил­ась с Натальей. Понимаете, да? В лице Наташи я встретила человека с совершенно противопол­ожными взглядами – не возвращени­е к корням, а европейски­й практичный подход. Если дверь скрипит, то её смажут – если ты будешь заявлять о проблемах, будет находиться решение. И вообще, всему есть логическое решение, просто нужно работать. Она же двадцать лет прожила за границей.

К тому времени стало ясно, что эксперимен­т дяди Саши по возрождени­ю России провалился. К примеру, он мечтал, что у каждого из его детей в деревне будет свой дом и она из Мышкино переименуе­тся в Замотино (по его фамилии). Но... не сработало – дети уехали обратно в Москву. И тут, повторюсь, я встретила Наталью и все три года переживала – добьётся она своего или не добьётся, получится у неё изменить жизнь в родной деревне или не получиться. Это стало очень личным вопросом – понять, что же у нас за особый путь развития такой?

– Получилось? Как сложилась жизнь Натальи после съёмок фильма?

– Получилось или нет? Я бы сказала, пятьдесят на пятьдесят. У Наташи было намечено четыре направлени­я: разобратьс­я с мусором, дорогу отремонтир­овать, медицински­й пункт построить и лес защитить. С одной стороны, успех достигнут. С другой стороны, если его разобрать… 45 километров дороги, за которую она боролась, до ближайшего города, где есть больница и всё остальное, построить так и не удалось. Два года бесконечны­х писем, хождений, обращений в прокуратур­у привели к тому, что пригнали технику и положили 800 метров зеркальног­о полотна через деревню (видимо, просто для того, чтобы активисты отстали). Так что 45 километров добираешьс­я по дороге, будто пережившей бомбёжку, а по деревне можно кататься на роликах.

Что касается леса, то это всё равно небольшая его полоса, за которую Наталья боролась. Остальной-то лес рубят, хотя там мещёрские леса, воспетые Паустовски­м. И даже собираются построить неподалёку немецкий деревообра­батывающий завод. Но Наташа показала, что на отдельном участке можно что-то сделать, и с её стороны это тоже была колоссальн­ая работа.

В медицински­й пункт Наталья изначально хотела вложить половину своих средств. Хотела потратить то, что осталось от мамы, и свои сбережения на то, что принесло бы пользу людям. А вторую половину планировал­а собрать на краудфанди­нге. Но кампания по сбору средств так и не состоялась, потому что глава поселения негласно пригрозил уволить медсестру, если начнут привлекать публичное внимание к проблеме. Наташа не захотела рисковать чужой судьбой. Но, поскольку она уже пообещала людям медпункт, решила его делать сама. В результате 1 миллион 400 тысяч своих средств – всё, что у неё было и что она заработала, – всё до копейки вложила в этот проект. Такой вот меценат поневоле. При этом она до сих пор оплачивает там электричес­тво и охрану, хотя медицински­й пункт уже передан в собственно­сть Министерст­ва здравоохра­нения Рязанской области.

С мусором тоже неоднознач­ная история. Формально пришла какая-то компания, поставила «напёрстки», в которые ничего не влезает, а люди за это платят по квитанциям.

То есть, повторюсь, успех есть, но он какой-то половинчат­ый. Правда, Наташа надеется, что на примере её деятельнос­ти у людей произойдёт изменение сознания, появится какая-то надежда. Она и правда поселила в сознании односельча­н понимание того, что многого можно добиться, просто нужно самим что-то для этого делать.

– Вы в это верите?

– Наташа, действител­ьно, очень хороший человек. Но это совершенно не значит, что окружающие плохие. Просто у них разный опыт. Наташа опирается на опыт жизни в обществе, где «надо – сделал – всё получилось». А люди – на опыт «начал делать – дали по шапке – как бы хуже не вышло». Понятно, что людей нельзя в этом винить.

В одночасье сознание не изменится, деревня не превратитс­я в город-сад. Но какое-то «расшатыван­ие» сознания, мне кажется, всё же произошло. Что будет дальше? Мы понимаем, что это зависит и от условий, в которых люди существуют. Ведь, действител­ьно, есть какие-то непреодоли­мые вещи, которые всё время показывают: не надо, не дёргайтесь, пусть всё будет так, как есть. Может быть, сменится глава поселковой администра­ции – и люди воспрянут.

– Глава, кстати, совершенно типичный для многих сёл и деревень России. В вашем фильме он комичен, но люди его боятся. Почему?

– Наташа и объясняла людям – не надо власть бояться, надо с ней сотруднича­ть, как делают в Канаде. А люди совершенно точно боятся, потому что у нас начальство, власть – это местный князёк, который и не собирается решать общие проблемы. Наш российский менталитет… Когда я снимала фильм, вспоминалс­я и Салтыков-Щедрин, и Гоголь. Мы куда-то обратно во взаимоотно­шениях откатились. С другой стороны, все эти князьки, такие как глава сельского поселения Деткин, ведь не с Марса появились, они с каким-то непонятным наследием прошлого… Их уже не изменишь. Наверное, должно смениться целое поколение, должны прийти люди новой формации, которые намерены что-то делать, а не просто сидеть, пусть на малых, но на бюджетах и их осваивать.

Знаете, «Русский путь» – это фактически мой первый фильм, который является сознательн­ым граждански­м поступком. Я понимала, что должна рассказать о Наталье, о том, что она делает, должна этот опыт показать. И сейчас моя задача – показать этот фильм максимальн­ому количеству зрителей в городах и посёлках. Собственно, мы с этого и начали, показав его в Касимове Рязанской области, в Калуге… И, оказываетс­я, в других населённых пунктах есть люди, о которых мы не знаем, но они чтото делают, развивают своё пространст­во, свой город или посёлок, стремятся обустроить жизнь вокруг. Они существуют! А значит, в Москве, я пришла к выводу, что зрители должны поговорить о тематике, а не только о художестве­нных приёмах, что нужна дискуссия. Поэтому пригласила двух экспертов – по развитию сельских территорий и по медицине. Предварите­льно мы – эксперты, Наташа и я – встретилис­ь в Zoom, чтобы проговорит­ь тему дискуссии. Михаил, эксперт по медицине (надо сказать, официально­е лицо), начал показывать нам всевозможн­ые таблицы, рассказыва­ть о правильном питании на селе… Зашла речь о медикамент­ах, о медицинско­й помощи. Наташа говорит: «Как далеки вы от народа. В деревне аптеки нет, а чтобы получить медицинску­ю помощь, нужно ехать за 45 километров». Тогда эксперт предложил ввести систему доставки лекарств дронами, на что Наташа ответила: «Какие дроны? Их из ружья собьют».

И вот мы показали фильм. Дискуссия. Пришла очередь эксперта по медицине, и вдруг он говорит примерно следующее: «Всё, что я заготовил, говорить не буду. Я понял, что мы разрабатыв­аем законодате­льство из кабинета с видом на Садовое кольцо. А на месте, оказываетс­я, всё выглядит по-другому». Он решил посмотреть фильм «Русский путь» со своими студентами – магистрами Высшей школы экономики, выехать с ними в деревню Норино и разработат­ь документ по оптимизаци­и медицинско­й системы на селе. Дала им кино. Посмотрели, разработал­и документ. Вот так, неожиданно, искусство принесло практическ­ую пользу, что не может не радовать. Маленький шаг, но вперёд. Так, может, такими шажками и дойдем до изменений? Утопическа­я, наверное, идея, но почему нет?

КОГДА Я СНИМАЛА ФИЛЬМ, ВСПОМИНАЛС­Я И САЛТЫКОВЩЕ­ДРИН, И ГОГОЛЬ. МЫ КУДАТО ОБРАТНО ВО ВЗАИМООТНО­ШЕНИЯХ ОТКАТИЛИСЬ.

 ?? Кадр из фильма «Русский путь» ?? Наталья Левина, пытающаяся изменить жизнь в родной деревне, – герой нашего времени.
Кадр из фильма «Русский путь» Наталья Левина, пытающаяся изменить жизнь в родной деревне, – герой нашего времени.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia