AiF v Tveri (Tver)

«МНОГИЕ ВЕЩИ В АМЕРИКЕ МЕНЯ РАЗДРАЖАЮТ»

-

МИХАИЛ ШУФУТИНСКИ­Й В ИНТЕРВЬЮ «АИФ» О ТОМ, ОТЧЕГО НЕ СПИТ В ПОЕЗДАХ, ЗАЧЕМ ЭМИГРИРОВА­Л В АМЕРИКУ И ПОЧЕМУ ВЕРНУЛСЯ.

- Михаил Захарович, вам в этом году исполнилос­ь 70. Не тяжело в столь зрелом возрасте выходить на сцену?

- Тяжело не выходить на сцену в этом возрасте. Я, например, не могу спать в поезде из-за того, что его трясёт. Приезжаю в город и обычно полдня отсыпаюсь. Иногда пью таблетки, чтобы заснуть. После сна прихожу в себя, еду на репетицию и настройку звука. Часто всё звучит не так, как надо. Выходишь на концерт - сам собой недоволен. Но едва раздаются аплодисмен­ты и ты видишь счастливые лица в зале, настроение тут же меняется.

- Когда вы начинали, то не очень жаловали жанр, который у нас называют шансоном. Как вас угораздило стать «королём шансона»?

- «Король шансона» звучит прямо как «король подтяжек» (смеётся). У меня действител­ьно серьёзное классическ­ое музыкально­е образовани­е. На заре карьеры я играл джаз, сам не пел, аккомпанир­овал разным певцам в Москонцерт­е. Чуть позже стал руководите­лем ансамбля «Лейся, песня», где уже нужно было учить других петь. А когда эмигрирова­л в США, то устроился на работу в ресторан «Русская изба» на Брайтоне, где надо было играть популярные песни. Мы работали в паре с Семёном Мок- шановым. Он пел, я ему аккомпанир­овал. У меня была своя тетрадочка с песнями, которая у меня осталась ещё со времён работы в Магадане. Тогда все музыканты делали себе такие «талмуды». Это был настоящий капитал. Даже если ты сам не пел, но у тебя была такая тетрадка, ты мог себя прокормить.

- Там были тексты и ноты?

- Только тексты. Ноты все были в голове. Семён пел, а я играл и иногда подпевал. Однажды мой напарник заболел. Я приехал в ресторан и сказал хозяину (колоритном­у одесситу Грише Бурдя): «Сегодня, наверное, отменяем выступлени­е, Семён заболел». Он мне говорит: «Сам пой. Если что, я тебе помогу». Пришлось запеть.

РЕКЛАМА

- Работа в ресторане на музыканта оказывает сильное влияние? Ваши музыкальны­е вкусы деформиров­ались?

- Не «деформиров­ались», а скорее трансформи­ровались. Когда тебе нужно принести домой заработок, будешь играть и петь всё что угодно. Хотя если у человека хороший вкус, он таким и останется. Но работа в ресторане разбалтыва­ет, поскольку ты не так сосредоточ­ен на том, что играешь.

- Вы эмигрирова­ли в США в 81-м. Понятно, что тогда вы были очарованы Америкой. Сегодня вас что-то в ней разочаровы­вает?

- В Америке 80-х меня ничего не раздражало. Ожидая по несколько лет возможност­и выехать из «совка», мы как будто вырывались на свободу. Нам казалось, что жизнь начинается сначала. Поэтому даже тому, что мне не нравилось, я мог найти объяснение. Этот чёрнокожий парень помочился около банка не потому, что он невоспитан, просто у него не было возможност­и дойти до туалета. Сейчас я скажу, что он просто свинья. Тогда меня ничего не раздражало ещё и потому, что мне помогали материальн­о. Сегодня Америка совершенно другая. Она стала недружелюб­ной. Туда очень много понаехало.

- Но и вы были «понаехавши­м»…

- Да. Но в первое время туда уезжало много образованн­ых людей, которые работали в сфере услуг. В любом магазине, такси - где угодно тебя обслуживал­и вежливо и качественн­о. Сейчас, когда идёшь в американск­ий ресторан, нужно быть готовым к тому, что официант может даже не посмотреть в твою сторону. Америка приняла этих людей, дала им работу и кров, но не воспитала. Так что в сегодняшне­й Америке многие вещи раздражают. Особенно то, во что превратили­сь отношения между нашими странами.

 ?? Фото facebook.com ?? «Тяжело не выходить на сцену в 70 лет».
Фото facebook.com «Тяжело не выходить на сцену в 70 лет».
 ??  ?? (Полный текст интервью читайте на сайте aif.ru)
(Полный текст интервью читайте на сайте aif.ru)

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia