ВДОХ ­ ВЫДОХ

Психолог МЧС ­ о том, как пе­ре­жить па­ни­ку по­сле тра­ге­дии

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - ГОСТЬ РЕДАКЦИИ - Да­рья ГАЛЕЕВА

он ста­нет по­во­дом лиш­ний раз, на­хо­дясь в ка­ком-то за­кры­том по­ме­ще­нии, об­ра­тить вни­ма­ние на схе­мы эва­ку­а­ци­он­ных вы­хо­дов, на ука­за­те­ли, от­ку­да мож­но вый­ти, толк­нуть дверь за­пас­но­го вы­хо­да - от­кры­та ли она. В обыч­ное вре­мя ма­ло кто об­ра­ща­ет на это вни­ма­ние.

Вс­пом­ни­те, с че­го на­чи­на­ет­ся каж­дый по­лёт в са­мо­лё­те? Борт­про­вод­ни­ки по­ка­зы­ва­ют сред­ства по­мо­щи, рас­ска­зы­ва­ют об ос­нов­ных, за­пас­ных вы­хо­дах, ука­зы­ва­ют на то, где на­хо­дит­ся трап, кис­ло­род­ная мас­ка. Все ли пас­са­жи­ры вни­ма­тель­но смот­рят ин­струк­таж, зная, что лай­нер транс­порт по­вы­шен­ной опас­но­сти? Еди­ни­цы. Боль­шин­ство за­ня­ты сво­им де­лом. А ведь мно­гие за­яв­ля­ют, что бо­ят­ся ле­тать.

По­нят­но, что есть сти­хия, об­сто­я­тель­ства, на ко­то­рые мы не мо­жем по­вли­ять, но есть и си­ту­а­ции, ко­то­рые мож­но дер­жать под кон­тро­лем, в первую оче­редь - по­лу­чив и усво­ив ин­фор­ма­цию.

- Как спра­вить­ся со стра­хом? Как сде­лать так, что­бы вни­ма­ние на таб­лич­ки эва­ку­а­ци­он­ных вы­хо­дов не пре­вра­ти­лось в па­ра­нойю?

- Са­мое глав­ное, нуж­но объ­ек­тив­но оце­ни­вать об­ста­нов­ку. Ес­ли есть силь­ный страх пе­ред по­се­ще­ни­ем ка­ких-то зда­ний, то луч­ше ка­кое-то вре­мя ту­да не хо­дить. Ли­бо мож­но прой­ти и об­сле­до­вать ме­сто: к при­ме­ру, ес­ли пла­ни­ру­е­те со­брать ка­кой-то празд­ник, ме­ро­при­я­тие, то не до­ве­ряй­те ор­га­ни­за­то­рам, са­ми постарайтесь про­ве­рить, на­сколь­ко зда­ние без­опас­но, есть ли воз­мож­ность быст­ро вый­ти. Да­же ес­ли со­би­ра­е­тесь про­ве­сти вре­мя на от­кры­том воз­ду­хе, луч­ше убе­дить­ся в без­опас­но­сти это­го ме­ста и не по­ла­гать­ся на авось.

Ес­ли вы не в со­сто­я­нии спра­вить­ся со стра­хом, тре­вож­но­стью соб­ствен­ны­ми си­ла­ми, то луч­ше об­ра­тить­ся к спе­ци­а­ли­стам. Так­же сто­ит об­ра­тить вни­ма­ние на ды­ха­тель­ные упраж­не­ния: глу­бо­кий вдох, дли­тель­ный выдох - это вы­зы­ва­ет при­лив кис­ло­ро­да к го­лов­но­му мозгу, улуч­ша­ет­ся цир­ку­ля­ция кро­ви. Че­ло­век на­чи­на­ет бо­лее ра­ци­о­наль­но мыс­лить. Ды­ха­тель­ные упраж­не­ния до­ступ­ны всем, их мож­но ба­наль­но по­смот­реть в Ин­тер­не­те.

Ес­ли идё­те с ре­бён­ком в ка­кое­то ме­сто мас­со­во­го скоп­ле­ния лю­дей, за­ра­нее до­го­во­ри­тесь, где вы встре­ти­тесь, ес­ли вдруг по­те­ря­е­тесь, - на­при­мер, у фон­та­на. На со­то­вую связь не все­гда мож­но по­ло­жить­ся, ре­бё­нок мо­жет по­те­рять те­ле­фон, а с та­кой до­го­во­рён­но­стью вы бу­де­те чув­ство­вать се­бя спо­кой­нее.

ПО­ДРОБ­НО­СТЕЙ ЛУЧ­ШЕ НЕ ЗНАТЬ

- Нуж­но ли раз­го­ва­ри­вать о та­ких про­ис­ше­стви­ях, как по­жар в Ке­ме­ро­ве, с детьми?

- Обя­за­тель­но, но без страш­ных, шо­ки­ру­ю­щих по­дроб­но­стей. Де­ти непре­мен­но долж­ны знать о том, что слу­чи­лось, что по­гиб­ли их ро­вес­ни­ки, ина­че они не сде­ла­ют вы­во­дов, ко­то­рые мо­гут при­го­дить­ся им в дальнейшей жиз­ни.

На та­ких при­ме­рах мож­но обу­чать де­тей спо­со­бам за­щи­ты. Это очень важ­но, ведь, на­хо­дясь ря­дом со сво­и­ми детьми, мы все­гда бе­рём от­вет­ствен­ность на се­бя. Ко­гда ре­бё­нок на­хо­дит­ся вне до­ма и ря­дом с ним нет взрос­лых, он не мо­жет адек­ват­но оце­ни­вать про­ис­хо­дя­щее и при­ни­мать ре­ше­ния. Ре­ак­ция на ка­кое-то происшествие долж­на быть у него ав­то­ма­ти­зи­ро­ва­на, он дол­жен чёт­ко знать ал­го­ритм: что де­лать в той или иной си­ту­а­ции.

В этом го­ду в При­ан­га­рье стар­то­ва­ла ак­ция «На­учись спа­сать жизнь», ко­то­рую ини­ци­и­ро­вал Центр экс­трен­ной пси­хо­ло­ги­че­ской по­мо­щи. На этом про­ек­те мы в том чис­ле про­во­дим ма­стер-клас­сы в шко­лах, обу­ча­ем уче­ни­ков и пе­да­го­гов при­ё­мам пер­вой по­мо­щи по­стра­дав­шим, в том чис­ле пси­хо­ло­ги­че­ской.

Все за­ня­тия про­во­дят в иг­ро­вой фор­ме, но де­ти от­но­сят­ся к ним очень се­рьёз­но.

- Сей­час да­же мно­гие взрос­лые пи­шут, что не вы­дер­жи­ва­ют ин­фор­ма­ци­он­но­го по­то­ка о тра­ге­дии, но­во­сти о ко­то­рой по­яв­ля­ют­ся ед­ва ли не каж­дый час. Сто­ит ли лю­дям огра­ни­чи­вать про­смотр но­во­стей о том, что про­ис­хо­дит в стране и в ми­ре? Ведь ча­ще это пло­хие но­во­сти.

- Нель­зя оце­ни­вать си­ту­а­цию, не вла­дея ин­фор­ма­ци­ей. Но мы долж­ны до­зи­ро­вать, на­сколь­ко хо­тим знать ту или иную по­дроб­ность. Моё мне­ние (ес­ли но­во­сти не свя­за­ны с ва­шей про­фес­си­о­наль­ной де­я­тель­но­стью): вы вла­де­е­те ин­фор­ма­ци­ей о том, что про­изо­шло, име­е­те об­щее пред­став­ле­ние - это­го до­ста­точ­но, но по­сто­ян­но се­бя этим под­пи­ты­вать, трав­ми­ро­вать не нуж­но.

СОПЕРЕЖИВАНИЕ, ДОБРОСЕРДЕЧИЕ, УЧАСТЛИВОСТЬ

- В ка­ком про­ис­ше­ствии в Ир­кут­ской об­ла­сти пси­хо­ло­гам бы­ло ра­бо­тать тя­же­лее все­го?

- За по­след­ние несколь­ко лет тя­же­лее все­го, на­вер­ное, бы­ло ра­бо­тать мо­ей кол­ле­ге Ок­сане Се­разт­ди­но­вой в по­сёл­ке Даль­нем Ниж­не­илим­ско­го рай­о­на (в мае 2014 го­да огонь уни­что­жил там 22 жи­лых до­ма, ни­кто не по­гиб. - Прим. ред.). Это изо­ли­ро­ван­ное от внешнего ми­ра ме­сто, спа­са­те­лей ту­да вер­то­лё­та­ми за­бра­сы­ва­ли, и она бы­ла там един­ствен­ным пси­хо­ло­гом. Кру­гом всё го­рит, лю­ди в па­ни­ке, а ей, есте­ствен­но, нуж­но бы­ло со­хра­нять мак­си­маль­ное спо­кой­ствие.

- Как пси­хо­ло­гам, ко­то­рые ока­зы­ва­ют­ся в са­мом эпи­цен­тре тра­ге­дии, это уда­ёт­ся?

- В первую оче­редь, это на­ша ра­бо­та - ди­стан­ци­ро­вать­ся от эмо­ций. Ес­ли сре­ди по­стра­дав­ших есть зна­ко­мые, есть эмо­ци­о­наль­ные свя­зи, то луч­ше не ра­бо­тать, по­то­му что ни­че­го не по­лу­чит­ся.

Я ча­сто при­во­жу та­кой при­мер: при­вез­ли боль­но­го в кли­ни­ку, а у него ост­рый ап­пен­ди­цит. Вот он ле­жит на ка­тал­ке, ему боль­но, под­хо­дит хи­рург и на­чи­на­ет его гла­дить по го­ло­ве, при­го­ва­ри­вая: «Ах, ты мой хо­ро­ший, бо­лит да? Бед­ный ты мой». Стра­да­ет, слё­зы льёт, боль­но­му раз­ве хо­ро­шо от это­го? Па­ци­ент, ско­рее все­го, ска­жет ему: «Что вы при­чи­та­е­те на­до мной, де­лай­те уже что-ни­будь!» То же са­мое со спе­ци­а­ли­ста­ми-пси­хо­ло­га­ми: ес­ли бу­дем под­да­вать­ся эмо­ци­ям, то ни­ка­кой по­мо­щи не бу­дет. Как бы же­сто­ко это ни зву­ча­ло - мы ра­бо­та­ем с людь­ми, у ко­то­рых слу­чи­лось го­ре, но ни в ко­ем слу­чае это не на­ше го­ре.

- У си­би­ря­ков есть осо­бен­но­сти вос­при­я­тия тра­ги­че­ских со­бы­тий?

- Ко­неч­но, осо­бен­но­сти ме­ста, где мы жи­вём, на­кла­ды­ва­ют от­пе­ча­ток на мен­та­ли­тет. Сопереживание, добросердечие, участливость - очень мно­гие от­ме­ча­ют, что си­би­ря­кам осо­бен­но при­су­щи эти чер­ты. Ви­ди­мо, это свя­за­но с те­ми кли­ма­ти­че­ски­ми усло­ви­я­ми, в ко­то­рых жи­вём, с при­род­ны­ми и тех­но­ген­ны­ми ка­та­клиз­ма­ми, ко­то­рые у нас ино­гда слу­ча­ют­ся.

Бо­г­да­на Ва­си­лье­ва (на фо­то) ра­бо­та­ла с по­стра­дав­ши­ми и род­ствен­ни­ка­ми по­гиб­ших на мно­гих ЧП, слу­чив­ших­ся в При­ан­га­рье.

Фо­то из лич­но­го ар­хи­ва Бо­г­да­ны Ва­си­лье­вой

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.